Название: Sacre Bellum (Священная война)
Автор: Keny
Корректор/советчик: Клер Кипли
Пэйринг: Драко Малфой/ОЖП, Фред Уизли/ОЖП.
Рейтинг: PG-13, наверное
Предупреждения: местами намёки на слэш, боевые сцены, грубоватая лексика (но не мат)
Дисклеймер: да вы что, какие там права...
Саммари: чтобы спасти мир, не обязательно быть Гарри Поттером, достаточно просто поверить в свои силы...
Статус: в работе
Пролог.
Прохладной, ветреной ночью в самом начале августа ко входу в круглую башню подошёл человек. Он был одет странно даже для того времени, волосы его были
спутаны, а глаза горели. Остановился у двери и отдышался, затем поднял руку и постучался костяшками пальцев. Ответом ему была тишина, но через несколько секунд
с другой стороны повернулся ключ.
— Себастьян? – из проёма показалась голова высокого темноволосого мужчины.
— Впусти, Ланселот, умоляю!
Себастьян сжал руки и Ланселот отстранился, пропуская его внутрь. Себастьян вошёл, и взгляд его нервно замелькал из стороны в сторону. Взору Себастьяна предстал огромный круглый стол, вокруг него расселись рыцари, возглавляемые королём Артуром; старый волшебник Мерлин стоял поодаль, у единственного окна башни. На шум Себастьяна он обернулся, и в его голубых глазах отразилось негодование.
— В чём дело, Себастьян? Почему ты отвлекаешь нас от дел? – наконец, произнёс один из мужчин. Он был одет во всё серое, светлые волосы выглядывали из-под капюшона, глаз не было видно вовсе.
— Простите, мой король, – Себастьян склонил голову при виде Артура, – прости, Великий Мерлин. Я пришёл сюда, дабы открыть вам истину, – Себастьян низко поклонился, волосы упали вниз и Артур смог увидеть шею своего подданного, «украшенную» ссадинами.
Король переглянулся с волшебником, а потом обратил взор на своего верного друга Ланселота.
— Я не знаю, о чём речь, Артур!
— Продолжай, Себастьян, – проигнорировал их Мерлин.
Себастьян глубоко вздохнул и начал свой рассказ:
— Два дня назад, у озера в лесу я видел странного человека. На нём были чёрные одежды, и сам он был похож на огромную летучую мышь. Говорил на незнакомом мне наречии и прислонялся к каждому дереву. Сначала я подумал, – Себастьян заговорил быстрее, глотая слова, – что он странник и, возможно, заблудился, поэтому подошёл и предложил помощь.
Мерлин напрягся, а Себастьян продолжил:
— Он ответил мне на странном языке и вынул из кармана какую-то карту. Она была исписана непонятными символами, поэтому я не смог её прочесть. Тот человек
продолжил говорить со мной, но я разобрал лишь имя Мерлина, которое он произнёс несколько раз, поэтому сразу решил идти к вам. Напоследок я оглянулся и
увидел, что он одел на себя нечто, похожее на ваши часы, и исчез. Я сразу же бросился в башню.
— Ты шёл два дня? – как обычно усмехнулся Ланселот. – Совсем загулял, Себастьян.
— Давай выслушаем его, – покачал головой Артур.
— Я пошёл к вам и был уже у ворот, когда на меня напали. Эти люди были похожи на того человека, но их лица... они внушили мне страх, – Себастьян ужаснулся, видимо,
вспомнив произошедшее, – они словно отливали металлом. Я пытался бежать, но они оказались быстрей, остановили меня и отняли карту. Кто-то оглушил меня и отволок
в подвал возле фермерских угодий. Когда я очнулся, то смог разобрать их речь в соседней комнате.
— О чём они говорили? – спокойно произнёс Артур. Он, как мудрый правитель, не поддавался панике. – Отвечай же!
— Они говорили о будущем, – промолвил Себастьян, – о грядущей войне и о том, что эта карта, возможно, понадобится людям. Я продолжал слушать, не вставая с места. Вскоре они перешли на шёпот и снова и снова называли имя Мерлина. О мой король, я так боялся, что не выживу и не успею рассказать вам!
— Хорошо, Себастьян, – кивнул Артур. – Ланселот, проводи его до дверей.
Ланселот кивнул и взял мужчину под руку. Артур и Мерлин вновь обменялись взглядами. Каждого терзал один вопрос: что это была за карта и кто эти люди.
Спустя много, очень много лет правда об этом раскроется, и мир потрясёт война, которой ещё не видел мир, а судьбы Артура и Мерлина сыграют в этом свою роль.
Глава 1. In the dark again.
«Надо жить, - нам внушают, - в постах и в труде!
Как живете вы - так и воскреснете-де!"
Я с подругой и чашей вина неразлучен,
Чтобы так и проснуться на страшном суде
Тишина. Ночь окутала туманный Альбион. На пустынных улочках Лондона горели фонари. Они наряду с разноперыми вывесками пабов освещали улицы. За пригородом Лондона, куда нормальный городской житель по собственной воле никогда не сунется, стоял замок. Он расположился на вершине горы, окруженный высоким железным забором с именной буквой «М» на каждом зубчике. Жители близлежащей деревни за милю обходили ворота замка. Каждый из них знал, что с давних времён здесь жили очень странные люди. Жители боялись их и называли проклятыми.
Люциус Малфой глубоко вздохнул и обвёл своим леденящим душу взглядом зал, полный народа. Все эти мужчины и женщины собрались здесь с одной единственной целью.
Их дети или дети их детей сегодня должны были раз и навсегда войти во взрослую жизнь.
Они примут решение, от которого будет зависеть их путь, либо будут прокляты своими родными навсегда.
Люциус прошёл в центр и, взяв в руку бокал, мелодично постучал по нему костяшками тонких пальцев.
— Прошу внимания, дорогие гости! – на лице проскользнула фирменная улыбка Малфоев. – Сегодня для нас всех знаменательный день. В полночь наши дети пойдут по нашим стопам! Они будут следовать по нашему пути до конца жизни, будет ли она длинной или короткой, – он пристально обвёл зал глазами в поисках собственного сына и, наконец, нашёл его. Драко стоял, опершись на стену, и вертел в руках бокал красного вина. Люциус лишь усмехнулся и продолжил: – Наш Повелитель прибудет лишь в полночь, поэтому господин Эйвери предложил просто потрясающее времяпрепровождение, – Люциус выдержал паузу, наслаждаясь ступором присутствующих. – Охоту.
— Охоту? – с интересом переспросила дама в красной робе.
— Да, дорогая миссис Элвуд, именно охоту!
— И на кого мы будем охотиться? – усмехнулся палач МакНейр. – На лис?
— Видите ли, МакНейр, – усмехнулся Люциус, – у нас есть куда более высокий приз, чем шкура лисы, – Малфой снова остановился, а зал в свою очередь застыл в ожидании
его слов. – Тот, кто поймает жертву, получит подарок лично из рук Лорда! – он произнёс это так торжественно, что знающие Хозяина в «лицо», тут же заохали.
— Полагаю в этой игре будут участвовать все? – снова спросила дама в красной робе.
— Нет, миссис Элвуд, лишь те, кто сегодня вступает в наши ряды.
Люциус повернулся к выходу, где в тени стоял Эйвери, и жестом приказал ему привести жертву. Эйвери скрылся, и через пару минут в коридоре раздался душераздирающий крик, из-за которого внутри у Драко всё сжалось.
— Это человек? – в ужасе проговорила жена хозяина и мать Драко.
— Да, Нарцисса, это… девушка, – Люциус рассмеялся. –Я думаю, игра будет забавна.
Остальные присутствующие соблаговолили последовать примеру хозяина дома, лишь Нарцисса в ужасе стояла, смотря на своего мужа, а Драко и вовсе опустил голову, уставясь в пол.
Вошёл Эйвери. В его правой руке был зажат конец железной цепи. Эйвери буквально втащил в комнату тело, которое даже не могло сопротивляться. Драко краем глаза
заметил, что у девушки были скованы руки, ноги украшали кровавые порезы, волосы, спутанные и грязные, комками спускались на спину, а лицо покрывала маска.
— Что ж, господа, – с горящими глазами произнёс Люциус, – тот, кто найдёт её первым, выиграет! На территории стоит защита, поэтому вы можете пользоваться любыми
заклятиями. Эйвери, будь так добр, выпускай её.
Эйвери подошёл к выходу в сад и открыл стеклянную дверь, выпуская из рук цепь.
Девушка резко вскочила с места, ударила цепью ему лицо и выбежала.
— Сволочь! – закричал он, рукавом вытирая кровь.
Люциус поморщился от отвращения и, повернувшись к гостям, произнёс:
— Сезон охоты начинается сейчас!
Драко по-прежнему был поглощен изучением пола, когда пальцы отца впились ему в плечо.
Он резко вскинул голову и посмотрел в глаза полные безразличия. Деланного безразличия.
— Постарайся не опозорить меня, сын, – прошептал Люциус ему на ухо, – если не хочешь быть наказан.
Драко быстро кивнул. Для его отца фраза «постарайся не…» значила выиграть любым способом, а наказание значило несколько часов боли и отчаянья, беспощадных истязаний, моральных и физических. Юноша взял в руки палочку и, скинув на ручку кресла робу, вышел в сад.
Прохладный ночной воздух приятно раздувал его белые как снег волосы, и Драко на несколько секунд остановился прислушиваясь. Тишина… иногда она была просто необходима, но в данном случае молчание охотников и их жертвы сбивало Драко с пути. Наконец, его ожидания оправдались, и в ночной тиши раздался отчаянный крик жертвы.
Сразу за ним последовала искра и заклинания Круцио и ещё один крик.
Драко поморщился. Единственным живым существом, достойным мук, по его мнению, всегда был отец, хотя иногда Драко сомневался, есть ли в Люциусе то живое, что ещё
можно подвергать пыткам.
Он глубоко вздохнул и, крепко сжав палочку, пошёл по ближайшей тропинке. Летом он часто бродил здесь, поэтому наизусть выучил каждую выемку дороги, каждый камушек, лежащий на тропинках, и прекрасно знал, куда направляется.
Жертва, выбранная Эйвери, была не так глупа: сбежав из-под «опеки» своих мучителей, она двинулась на свет, как мотылёк, и первым попавшимся «фонарём» оказалась конюшня. Любимое место Драко. Ни секунды не сомневаясь, он двинулся туда. Игровой азарт уже потихоньку захлестывал его, непрерывно ведя к цели.
Драко подошёл к конюшне и ощутил странное волнение. Там было тихо, совсем не так, как пару минут назад. Он ногой толкнул чуть приоткрытые ворота и вошёл в полную темноту, разрываемую лишь сопением лошадей. Пройдя все ряды, Драко направился к выходу, но до его чутких ушей донеслось шипение за стогом сена.
— Молчи, сволочь, молчи, если жить хочешь!
Малфой сразу узнал голос – это был Ллойд, сын ближайшего друга его отца.
Драко на носочках обошёл стог и увидел самого Ллойда, повалившего жертву на землю. Прижимая палочку к её горлу, он пытался снять с лица девушки маску, но жертва отчаянно брыкалась.
— Так, так… что это тут у нас? – Драко привычно растягивал каждое слово, с наслаждением наблюдая, как вздрагивает Ллойд. Его жертва при виде Драко успокоилась, и её сбившееся дыхание, наконец, стало тихим и спокойным.
— Драко?
— Ллойд?
— Я думал…хм… – Ллойд поднялся, крепко вцепившись в девушку.
— Ллойд, я думаю, ты знаешь, кто из нас лучший, – Драко опустил палочку и, подойдя вплотную, отцепил пальцы Ллойда от жертвы.
— Что ж, забирай её, – Ллойд презрительно поморщился и отошёл.
Драко отвернулся и осмотрел свой приз. Девушка выпрямилась и теперь была на голову ниже его. Он усмехнулся. Для него чувствовать превосходство в чём-то уже
значило полдела. Драко хотел протянуть руку и снять маску с лица девушки, но она свободной рукой толкнула Драко со всей силы, и юноша упал на пол.
Острое желание сделать кому-нибудь больно прошло сразу, как только он увидел причину, заставившую «трофей» оттолкнуть его.
Ллойд с волшебной палочкой в руках произнёс: «Круцио!», и волна ударила в девушку. Сейчас она лежала на земле и билась в конвульсиях. Так продолжалось до тех
пор, пока Драко не очнулся от ступора и не сбил с ног самого Ллойда. Действие заклинания прекратилось, и жертва беспомощно осталась лежать на полу, а Драко,
выронивший палочку, со всей силы врезал Ллойду так, что рука ещё долго ныла от отдачи об тело.
Ллойд упал на пол и, ударившись о бетонный порог, потерял сознание. Драко нашёл свою палочку среди желтоватых соломинок и, спрятав её в карман брюк, подошёл к телу девушки. Она было неподвижна, и Драко, склонившись, взял её на руки и, на прощанье пнув тело Ллойда, вышел из конюшни.
Похоже, именно его сегодня ждала награда Лорда.
Дверь в зал была приоткрыта, и Драко, войдя со стороны улицы, сразу почувствовал тепло, идущее от камина. В момент его появления сразу несколько человек ахнули. Он выглядел более чем странно: одна рука полностью перепачкана кровью Ллойда, брюки порваны и с еле дышащей девушкой на руках.
— Что ж, Драко, ты показал, кто здесь истинный победитель, – Люциус прервал молчание, воцарившееся в комнате, и все дружно подтвердили его слова.
— Отец, – сдержанно кивнул Драко. Меньше всего на свете ему хотелось сейчас разговаривать с этим подобием человека.
— Я полагаю, тебе не терпится сбросить с себя это… – он фыркнул, указав на девушку, по-прежнему лежащую на руках Драко. Юноша промолчал, но подойдя к ближайшему
креслу, опустил на него тело.
— Люциус, – прервал его Эйвери, – Хозяин прибыл.
Гости взбудоражено перешептывались, а Люциус усмехнулся и подошёл к сыну. Жесткие пальцы впились в предплечье, и он прошептал:
— Пойдём со мной, Лорд тебя поблагодарит.
Драко кивнул и, обернувшись, взглянул в глаза матери. Глаза, полные боли и отчаяния, они словно кричали ему: «Остановись!», но Драко не мог. Его вели страх перед
отцом-деспотом и желание получить свою награду.
Люциус сжал запястье Драко так сильно, что кровь перестала поступать в пальцы, и они побелели. Он вёл своего сына по коридорам, в которые раньше запрещал заходить. Путь продолжался от силы минут десять и, наконец, спустившись в подвал, Люциус остановился у огромной железной двери. Он постучался, по-прежнему держа за руку Драко.
Драко уже всерьёз подумывал, что дверь наглухо закрыта и ответа с другой стороны никогда не последует, но неторопливые шаги сменились скрежетом ключа в замке, и дверь отворилась.
На пороге стояло самое мерзкое существо из тех, что называли людьми. Червехвост с его водянистым подобием волос и маленькими серыми глазёнками уставился на двух Малфоев, не двигаясь с места.
— Питер, – спокойно кивнул Люциус, – я полагаю ты впустишь меня?
Петтигрю молча кивнул и отошёл от прохода, давая путь отцу и сыну.
В комнате было холодно. Значительно холоднее, чем на улице, и значительно неприятнее. Здесь все было наполнено некой сыростью, которая не исчезла бы даже при хорошем пожаре.
Пока Драко с интересом осматривал собравшихся в комнате людей и саму комнату, его отец, ни говоря ни слова, поклонился тому, кто сидел в кресле, расположенном
спинкой к двери. Оно стояло так, что сидевший в нём человек был виден лишь спереди, но Драко не решился подойти к нему сам.
— Люциус, мой верный слуга…
— Мой повелитель, – склонил голову Малфой-старший, – я рад, что Вы оказали мне такую честь и…
— Не нужно лишних слов, – без эмоций ответил Вольдеморт, – где твой сын?
— Он здесь, – Люциус подошел к Драко и потянул его к креслу.
Вид человека в кресле поразил юношу, даже слегка напугал, но этот страх был приятен.
— Поклонись, – Люциус схватил остолбеневшего сына за волосы и нагнул голову вниз.
— Люциус, не будь так жесток к своему сыну. Он ведь нам ещё пригодится, – улыбнулся Лорд.
Драко поднял глаза и теперь в свете камина мог разглядеть лицо Лорда куда лучше, чем с высоты своего роста. Он был прекрасен. Молод и красив. Тёмные вьющиеся волосы и карие глаза яркими пятнами выделялись на белом лице и придавали своему хозяину столько величия, что это наводило страх на присутствующих.
Люциус слабо поклонился и убрал руки от сына. Драко выпрямился и кивнул в знак почтения своему будущему господину. Тот лишь усмехнулся и встал с кресла, заставив юношу отпрянуть.
— Иди за мной.
Драко повиновался, он не чувствовал перед этим человеком такого страха, как перед своим отцом. Скорее нечто, что приводило его к безумной мысли о величии
Лорда.
Тем временем Вольдеморт обошёл большой круглый стол и остановился у небольшой коробочки перед одним из стульев.
— У каждого, кто приходит сюда, есть выбор: либо вступить в ряды моих слуг, либо умереть, – Лорд улыбнулся. – Что выберешь ты, Драко?
— Мой господин, вам решать мою судьбу, – ответил Малфой так, как учил его отец.
Вольдеморт с наслаждением кивнул и рывком усадил Драко на стул. Тот вздрогнул и, глубоко вздохнув, понял, что это была за коробочка.
Один за другим тонкие белые пальцы Тома Реддля вынимали из коробки несколько предметов, служащих для провления на коже чёрной метки. Он зажал руку Драко чёрным шнуром так, чтобы рука не могла двигаться, а вена оставалась на месте, не пульсируя от волнения.
— Ничего, сын, потерпи, – напутствовал Люциус сыну и отвернулся.
Вольдеморт взял в руку шприц и, наполнив его мутно-желтой жидкостью, с силой ввёл его в руку Драко. Хотелось стонать от боли, но присутствие отца возвращало Драко в реальность, поэтому он молча выносил свою пытку. Том закатал юноше рукав рубашки и достал свою волшебную палочку.
Дальше события в голове Драко перемешались. Боль была такой острой, что пронизывала каждую клеточку тела, одолела его всего. Мозг почти отключился, единственным
отпечатком памяти остался смех его нового Хозяина.
— Он долго продержался, Люциус.
— Спасибо, мой повелитель.
— Я не хвалю тебя, я хвалю его, – покачал головой Вольдеморт. – Прикажи Червехвосту отнести его в спальню и возвращайся.
— Да, повелитель, – кивнул Люциус, – как прикажете.
