Название: В любви, как на войне...
Саммари: "...все средства хороши!" - решает шестикурсница Оливия Грейстоун, добиваясь любви Сириуса Блэка. "Третий должен уйти", - размышляет Ремус Люпин, уступая дорогу лучшему другу. А о чем думает сам Сириус? И как отнесутся к тихой, серенькой "птичке" остальные Мародеры?
Автор: ElmerethDeenale
Пейринг: СБ/НЖП, РМ/НЖП
Рейтинг: PG-13
Жанр: angst, romance
Дисклаймер: Мне принадлежат только Грейстоуны. Все остальное - Роулинг.
Примечание: новые персонажи, смерть персонажа.
- Оливия, ты здесь?
Девушка вздрогнула и попыталась вытереть слезы, но он все равно заметил ее опухшие и покрасневшие глаза. Грустно покачав головой, он опустился на колени перед ее креслом и тихо спросил:
- Опять Сириус, да?
Ливви захлебнулась отчаянными рыданиями. Юноша вздохнул и взял ее руки в свои.
- Ну давай я с ним поговорю...
Метнув на него испуганный взгляд, девушка затрясла головой.
Они сидели в пустой гриффиндорской гостиной, пока не стемнело и снаружи не послышались голоса и громкий смех - факультет возвращался из Хогсмита. Только тогда Ремус Люпин встал, бережно поцеловал Оливию Грейстоун в макушку и ушел.
Сириус Блэк, неотразимый красавец и покоритель женских сердец, который мгновением позже ворвался в гостиную, даже не заметил девушку, с надеждой смотревшую на него из своего угла. Он оживленно рассказывал что-то своей очередной подружке, а потом гостиная наполнилась людьми... Ливви встала и ушла в спальню девочек шестого курса.
~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~*~
Она влюбилась в Сириуса в двенадцать лет и уже тогда понимала, что ее мечта никогда не исполнится. Ливви была совершенно обычной, "усредненной" девушкой: училась так себе, хотя и не совсем плохо; была не уродиной, но и не красавицей; с ней можно было общаться, но большинству однокурсников вскоре становилось скучно. В ней не было ничего особенного, в то время как Сириус... он был настоящей звездой Гриффиндора. Рядом с ним всегда было весело, шумно, жизнь била ключом. Почти все девушки Хогвартса мечтали стать полноправным членом этой таинственной четверки... нет, с появлением Эванс уже пятерки.
На пятом курсе Ливви поняла: да что там говорить о Сириусе, даже Петтигрю с ней никогда не заговаривал! Она не могла помогать кому-то из них с уроками, как это делала семикурсница Ширли Адамс, и в квиддичной команде ей тоже нечего было делать.
Летом девушка отчаянно корпела над учебниками, но безрезультатно - палочка, как и раньше, слушалась ее через раз. И тогда ей в голову пришла вполне осуществимая идея...
- Привет, Ремус, - умирая от волнения, подошла Ливви к старосте в Хогвартс-Экспрессе.
- Оливия! - почему-то обрадовался тот. - А я тебя везде ищу.
Девушка сначала не поверила своим ушам.
- Меня? Зачем?
- МакГонагалл попросила подтянуть тебя по Трансфигурации, а Слагхорн по Зельям. Ты не против заниматься со мной? - Ремус доброжелательно улыбнулся ей. - Я хоть и грозный староста, но тебя не съем. Ну что, согласна? - он дождался ее кивка и ушел в первый вагон.
А Ливви застыла на месте, не веря, что ей даже не пришлось об этом просить.
Потом были тяжелые часы занятий - в плане учебы Ремус был очень требователен, иногда даже доводил девушку до слез. Однако ее оценки медленно, но верно улучшались, и самое главное - Сириус заметил ее!
Тем вечером она под бдительным присмотром Ремуса делала домашнее задание, и вдруг почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Подняв глаза от учебников, Ливви чуть не задохнулась от волнения, - перед ней стоял <i>он</i>. Ослепительно красивый, уверенный в себе... на нем даже обычная школьная мантия смотрелась лучше, чем на других!
- Здорово, Муни, - небрежно бросил Сириус. - Привет... э... Лиззи?
- Ливви, - поспешила ответить девушка и заработала сердитый взгляд Ремуса.
- Оливия, - железным тоном поправил староста. - Оливия Грейстоун.
- Грейстоун? - мелькнул интерес в глазах Сириуса. - Слушай, а Ричард Грейстоун - не твой родственник?
- Он мой двоюродный брат! - выпалила Ливви, радуясь, что хоть чем-то смогла привлечь его внимание. (К слову, Ричард был ловцом английской квиддичной сборной.) Услышав это, Сириус присвистнул и позвал друга: - Эй, Сохатый, иди-ка сюда!
- Ну что еще? - недовольный, что его отвлекли от разговора с Эванс, подошел Джеймс Поттер.
- Представляешь, кузен Ливви - тот самый Грейстоун! - объявил Сириус, упав на диван между девушкой и Ремусом и фамильярно положив руку ей на плечо. В сердце у девушки сладко заныло... Джеймс Поттер, такой же популярный в школе, как и его ослепительный друг, начал расспрашивать ее про Ричарда, а потом подошла Лили Эванс, и Петтигрю откуда-то появился...
Через несколько минут Ремус извинился и ушел, но Ливви даже не заметила, увлеченная разговором с этими несомненно успешными и бесспорно яркими людьми.
Ночью она счастливо улыбалась во сне.
В любви, как на войне... (СБ/НЖП, РЛ; PG-13; мини)
-
ElmerethDeenale
- Новичок
- Сообщения: 11
- Зарегистрирован: 28 сен 2005 09:33
- Откуда: Грэхем-Парк, Уэльс
- Контактная информация:
В любви, как на войне... (СБ/НЖП, РЛ; PG-13; мини)
Последний раз редактировалось ElmerethDeenale 14 май 2006 12:13, всего редактировалось 1 раз.
I trust Severus Snape!
-
ElmerethDeenale
- Новичок
- Сообщения: 11
- Зарегистрирован: 28 сен 2005 09:33
- Откуда: Грэхем-Парк, Уэльс
- Контактная информация:
Прошло несколько недель, и Ливви с удивлением поняла, что семикурсники приняли ее в свой узкий круг - ее, прирожденную неудачницу и серую мышку! Теперь не только Ремус, но и Лили Эванс помогала ей с уроками, и даже Сириус порой бросал несколько замечаний по поводу ее работ по трансфигурации. На нее то и дело завистливо косились не только одногодки, но и старшекурсницы, и даже девушки с других факультетов!
Единственное, что огорчало Ливви, - это странная перемена в отношениях с Ремусом. Он, как и прежде, внимательно следил за ее учебой, но больше они ни о чем не разговаривали. Когда рядом появлялся Сириус, староста замыкался в себе, отвечал односложно и невпопад, иногда даже уходил. А потом был тот роковой разговор с Эванс.
Они случайно встретились возле озера и теперь медленно шли вдоль берега. Девушка молчала, совершенно не представляя, о чем можно говорить с этой отличницей, ослепительной красавицей... старостой, наконец. Наконец, Лили вздохнула и неуверенно сказала:
- Я хочу с тобой поговорить о Реме.
- А что с ним? - подняла голову Ливви.
- Ты разве не замечаешь? - Эванс нервно теребила значок старосты. - Он совершенно извелся в последние дни, даже преподаватели обращают на это внимание. Учебу, конечно, не запустил, он на такое просто не способен, - грустно улыбнувшись, она продолжила: - Даже Джеймс ничего не понимает. Что происходит у вас с Ремом, Ливви?
- Ты о чем? - чуть не споткнулась девушка. - В каком смысле, "у нас с Ремом"?
- Разве вы не встречаетесь? - недоуменно посмотрела на нее Лили Эванс. - Все думают, что это так.
- И... Сириус? - с трудом проговорила Ливви. - Он... он тоже так думает?
Лили ничего не сказала, но ее взгляд и выражение лица неуловимо изменились. Некоторое время она молча рассматривала девушку, а та вдруг почувствовала, как по спине побежали мурашки, и поежилась, опуская глаза.
- Так вот в чем дело, - наконец, презрительно протянула староста. - Мои поздравления, Грейстоун. Какая блестящая идея: использовать Рема, чтобы добраться до его друга. А ведь по тебе ничего такого и не скажешь! - она развернулась, чтобы уйти, но Ливви неожиданно для самой себя схватила ее за локоть.
- Подожди! Пожалуйста, не говори Сириусу, - чуть ли не умоляла девушка. - Я не хотела, чтобы так получилось, и я правда не знала, что Ремус...
Эванс хмыкнула, вырвала руку и ушла в замок. Стемнело, начался сильный дождь, но Ливви, оглушенная услышанным, долго стояла на берегу и смотрела в темную воду. Она сама удивлялась своей жестокости, но могла думать только об одном: только бы не узнал Сириус... Потом чьи-то руки накинули на ее плечи теплую мантию и крепко-крепко прижали к себе.
- Пойдем в замок, глупышка, - тихо сказал Ремус Люпин. - Заболеешь ведь.
Девушка обернулась и попыталась что-то сказать, но посиневшие губы не слушались.
- Горе ты мое, - вздохнул староста. - Не бойся, Лили никому не скажет.
После этого случая все вроде бы наладилось, - только Эванс сурово поджимала губы при встрече, да Ремус все так же уходил к себе, если Сириус начинал фамильярничать с Ливви. Странно, он считал ее девушкой своего друга, но совершенно не смущался, "случайно" кладя руку ей на плечо или "дружески" обнимая.
А потом Ливви угодила в лазарет.
Единственное, что огорчало Ливви, - это странная перемена в отношениях с Ремусом. Он, как и прежде, внимательно следил за ее учебой, но больше они ни о чем не разговаривали. Когда рядом появлялся Сириус, староста замыкался в себе, отвечал односложно и невпопад, иногда даже уходил. А потом был тот роковой разговор с Эванс.
Они случайно встретились возле озера и теперь медленно шли вдоль берега. Девушка молчала, совершенно не представляя, о чем можно говорить с этой отличницей, ослепительной красавицей... старостой, наконец. Наконец, Лили вздохнула и неуверенно сказала:
- Я хочу с тобой поговорить о Реме.
- А что с ним? - подняла голову Ливви.
- Ты разве не замечаешь? - Эванс нервно теребила значок старосты. - Он совершенно извелся в последние дни, даже преподаватели обращают на это внимание. Учебу, конечно, не запустил, он на такое просто не способен, - грустно улыбнувшись, она продолжила: - Даже Джеймс ничего не понимает. Что происходит у вас с Ремом, Ливви?
- Ты о чем? - чуть не споткнулась девушка. - В каком смысле, "у нас с Ремом"?
- Разве вы не встречаетесь? - недоуменно посмотрела на нее Лили Эванс. - Все думают, что это так.
- И... Сириус? - с трудом проговорила Ливви. - Он... он тоже так думает?
Лили ничего не сказала, но ее взгляд и выражение лица неуловимо изменились. Некоторое время она молча рассматривала девушку, а та вдруг почувствовала, как по спине побежали мурашки, и поежилась, опуская глаза.
- Так вот в чем дело, - наконец, презрительно протянула староста. - Мои поздравления, Грейстоун. Какая блестящая идея: использовать Рема, чтобы добраться до его друга. А ведь по тебе ничего такого и не скажешь! - она развернулась, чтобы уйти, но Ливви неожиданно для самой себя схватила ее за локоть.
- Подожди! Пожалуйста, не говори Сириусу, - чуть ли не умоляла девушка. - Я не хотела, чтобы так получилось, и я правда не знала, что Ремус...
Эванс хмыкнула, вырвала руку и ушла в замок. Стемнело, начался сильный дождь, но Ливви, оглушенная услышанным, долго стояла на берегу и смотрела в темную воду. Она сама удивлялась своей жестокости, но могла думать только об одном: только бы не узнал Сириус... Потом чьи-то руки накинули на ее плечи теплую мантию и крепко-крепко прижали к себе.
- Пойдем в замок, глупышка, - тихо сказал Ремус Люпин. - Заболеешь ведь.
Девушка обернулась и попыталась что-то сказать, но посиневшие губы не слушались.
- Горе ты мое, - вздохнул староста. - Не бойся, Лили никому не скажет.
После этого случая все вроде бы наладилось, - только Эванс сурово поджимала губы при встрече, да Ремус все так же уходил к себе, если Сириус начинал фамильярничать с Ливви. Странно, он считал ее девушкой своего друга, но совершенно не смущался, "случайно" кладя руку ей на плечо или "дружески" обнимая.
А потом Ливви угодила в лазарет.
I trust Severus Snape!
-
ElmerethDeenale
- Новичок
- Сообщения: 11
- Зарегистрирован: 28 сен 2005 09:33
- Откуда: Грэхем-Парк, Уэльс
- Контактная информация:
Она лежала на жесткой кушетке и прилежно старалась не думать о своей правой ноге. Но та страшно болела, и от этого девушка кусала губы и тихо плакала, зажмурив глаза.
Все случилось так неожиданно - просто очередная стычка Мародеров со Снейпом, взаимные оскорбления, а потом разъяренный Сириус послал в слизеринца заклинание, от которого тот ловко отгородился щитом... Заклятье отскочило рикошетом и, по закону жизненной несправедливости, попало именно в Ливви, которая вообще случайно проходила мимо. И теперь, если верить мадам Помфри, ей придется промучиться всю ночь, пока будут расти исчезнувшие кости.
За тонкой перегородкой послышались знакомые голоса.
- Я убью этого Нюниуса! - разъяренно гремел Сириус. - Ну Ливви-то за что досталось?
- Помолчи, Блэк! - резко оборвал друга Ремус. - Это ты послал заклинание, черт побери! Сколько раз я просил тебя сдер-жи-вать-ся? Какие буквы в этом слове тебе непонятны?
- Ливви тоже хороша, - это вездесущая Эванс встряла в разговор. - Вечно крутится возле нас, вот ей и попало. В следующий раз будет умнее и не полезет к взрослым. Я вообще не понимаю, что вы так нянчитесь с этой малолеткой?!
Возмущенное "Лили!" Джеймса заглушил голос Ремуса:
- Я же тебя просил.
Эванс что-то пробормотала - наверное, извинялась. Ливви стало обидно и горько. Ну да, возможно, она поступает некрасиво по отношению к Ремусу, но почему Лили ее так за это возненавидела? Всегда милая, всегда доброжелательная Лили Эванс, которая защищала даже "Нюниуса" Снейпа?
Раздались шаги, и Ливви приложила нечеловеческие усилия, чтобы поднять веки. Первое, что бросилось в глаза, - фальшивая улыбка Эванс, которая не пошла дальше дверей в палату. Потом были встревоженные глаза Джеймса, острая боль во взгляде Ремуса, - Ливви почувствовала, как комок встал в горле, - и еще кое-что...
- Прости меня, девочка, - сказал необычайно серьезный Сириус, накрывая ее руку своей.
Ливви подумала, что могла бы умереть прямо сейчас.
Потом все ушли, и остался только Ремус. Он что-то рассказывал, пытаясь, наверно, ее отвлечь, но Ливви не нуждалась в его помощи, - сладкое ощущение счастья вытеснило боль. Она так сильно жалела, что у нее нет Омута Памяти, и в сотый раз прокручивала момент, когда он так нежно коснулся ее руки... Ремус скоро понял, что девушка его не слушает, попрощался и ушел.
А поздно вечером в палату проскользнул Сириус с пакетиком конфет в руках. Он улыбнулся, заметив ее удивление, и сказал:
- Должен же я хоть как-то загладить свою вину, - парень сел рядом и погладил ее по руке. - Не хотел я, чтобы так вышло. Знаешь, Муни чуть меня не убил из-за этого, только Джеймс его и смог успокоить. Тебе повезло, птичка, Рем отличный парень.
Девушка широко распахнула глаза и отчаянно покачала головой.
- Нет... Я и Ремус... Мы просто друзья.
- Нет, Муни ты очень нравишься, - уверенно заявил Сириус и вдруг прищурился: - Я думал, у вас все взаимно.
В отчаянии она выпалила то, о чем сразу пожалела:
- Я люблю другого.
- Правда? - Сириус приподнял бровь. - Неужели в Хогвартсе найдется парень лучше нашего Рема? Если только это не Джеймс... Не поэтому ли на тебя так Лили взъелась?
- Это не Джеймс Поттер, - тихо проговорила Ливви и неожиданно для самой себя сказала: - Это его лучший друг, - она увидела-почувствовала его удивление и быстро, сбивчиво заговорила: - Сириус, я все для тебя сделаю, только скажи, я на все готова... - она вперемешку со слезами шептала что-то еще, пока Сириус не наклонился и не накрыл ее губы своими.
И Ливви поняла, что теперь-то уж точно умрет от счастья.
Мало сказать, что другие были удивлены этим абсурдным романом. Они были потрясены, ошеломлены, поражены необъяснимым интересом Сириуса Блэка к скромной девочке, у которой даже имя, по едкому выражению Снейпа, было "как у домового эльфа". Лили Эванс во время еды демонстративно садилась в другой конец стола и тем самым ставила Джеймса перед мучительным выбором. Петтигрю, хоть и не показывал явно своего отношения, старался держаться от "сладкой парочки" подальше.
Ремус... Ремус Люпин с головой ушел в учебу и перестал спать по ночам. Об этом Ливви узнала, случайно подслушав разговор Лили и Джеймса. Она все собиралась поговорить с ним, но... Сириус занимал все ее свободное время, и девушка так и не решилась подойти к бывшему другу.
Вслед ей летели язвительные шепотки. Кое-кто обвинял ее в том, что гриффиндорская четверка распалась. Даже преподаватели были встревожены, хотя и вздохнули облегченно - вряд ли кто-нибудь из них скучал по сумасшедшим выходкам Мародеров.
А Ливви и сама не понимала, за что ей такое счастье - быть рядом с Сириусом, целовать его, слышать его голос, обращенный не к кому-то другому, а к ней. Завистливые подруги говорили, что "это ненадолго, он скоро найдет себе новую подружку", но никто не мог омрачить ее безоблачного настроения.
Как-то она сказала, прижимаясь к Сириусу в блаженной истоме:
- Я буду любить тебя вечно.
Они прятались от Филча по темным углам, в пустых кабинетах, в кладовках и целовались, целовались, целовались до помрачения в глазах. А однажды Сириус прошептал, расстегивая пуговицы на ее блузке:
- Докажи мне свою любовь, девочка.
Есть ли смысл повторять, что ответила на это Ливви, или вы догадаетесь сами?
Все случилось так неожиданно - просто очередная стычка Мародеров со Снейпом, взаимные оскорбления, а потом разъяренный Сириус послал в слизеринца заклинание, от которого тот ловко отгородился щитом... Заклятье отскочило рикошетом и, по закону жизненной несправедливости, попало именно в Ливви, которая вообще случайно проходила мимо. И теперь, если верить мадам Помфри, ей придется промучиться всю ночь, пока будут расти исчезнувшие кости.
За тонкой перегородкой послышались знакомые голоса.
- Я убью этого Нюниуса! - разъяренно гремел Сириус. - Ну Ливви-то за что досталось?
- Помолчи, Блэк! - резко оборвал друга Ремус. - Это ты послал заклинание, черт побери! Сколько раз я просил тебя сдер-жи-вать-ся? Какие буквы в этом слове тебе непонятны?
- Ливви тоже хороша, - это вездесущая Эванс встряла в разговор. - Вечно крутится возле нас, вот ей и попало. В следующий раз будет умнее и не полезет к взрослым. Я вообще не понимаю, что вы так нянчитесь с этой малолеткой?!
Возмущенное "Лили!" Джеймса заглушил голос Ремуса:
- Я же тебя просил.
Эванс что-то пробормотала - наверное, извинялась. Ливви стало обидно и горько. Ну да, возможно, она поступает некрасиво по отношению к Ремусу, но почему Лили ее так за это возненавидела? Всегда милая, всегда доброжелательная Лили Эванс, которая защищала даже "Нюниуса" Снейпа?
Раздались шаги, и Ливви приложила нечеловеческие усилия, чтобы поднять веки. Первое, что бросилось в глаза, - фальшивая улыбка Эванс, которая не пошла дальше дверей в палату. Потом были встревоженные глаза Джеймса, острая боль во взгляде Ремуса, - Ливви почувствовала, как комок встал в горле, - и еще кое-что...
- Прости меня, девочка, - сказал необычайно серьезный Сириус, накрывая ее руку своей.
Ливви подумала, что могла бы умереть прямо сейчас.
Потом все ушли, и остался только Ремус. Он что-то рассказывал, пытаясь, наверно, ее отвлечь, но Ливви не нуждалась в его помощи, - сладкое ощущение счастья вытеснило боль. Она так сильно жалела, что у нее нет Омута Памяти, и в сотый раз прокручивала момент, когда он так нежно коснулся ее руки... Ремус скоро понял, что девушка его не слушает, попрощался и ушел.
А поздно вечером в палату проскользнул Сириус с пакетиком конфет в руках. Он улыбнулся, заметив ее удивление, и сказал:
- Должен же я хоть как-то загладить свою вину, - парень сел рядом и погладил ее по руке. - Не хотел я, чтобы так вышло. Знаешь, Муни чуть меня не убил из-за этого, только Джеймс его и смог успокоить. Тебе повезло, птичка, Рем отличный парень.
Девушка широко распахнула глаза и отчаянно покачала головой.
- Нет... Я и Ремус... Мы просто друзья.
- Нет, Муни ты очень нравишься, - уверенно заявил Сириус и вдруг прищурился: - Я думал, у вас все взаимно.
В отчаянии она выпалила то, о чем сразу пожалела:
- Я люблю другого.
- Правда? - Сириус приподнял бровь. - Неужели в Хогвартсе найдется парень лучше нашего Рема? Если только это не Джеймс... Не поэтому ли на тебя так Лили взъелась?
- Это не Джеймс Поттер, - тихо проговорила Ливви и неожиданно для самой себя сказала: - Это его лучший друг, - она увидела-почувствовала его удивление и быстро, сбивчиво заговорила: - Сириус, я все для тебя сделаю, только скажи, я на все готова... - она вперемешку со слезами шептала что-то еще, пока Сириус не наклонился и не накрыл ее губы своими.
И Ливви поняла, что теперь-то уж точно умрет от счастья.
Мало сказать, что другие были удивлены этим абсурдным романом. Они были потрясены, ошеломлены, поражены необъяснимым интересом Сириуса Блэка к скромной девочке, у которой даже имя, по едкому выражению Снейпа, было "как у домового эльфа". Лили Эванс во время еды демонстративно садилась в другой конец стола и тем самым ставила Джеймса перед мучительным выбором. Петтигрю, хоть и не показывал явно своего отношения, старался держаться от "сладкой парочки" подальше.
Ремус... Ремус Люпин с головой ушел в учебу и перестал спать по ночам. Об этом Ливви узнала, случайно подслушав разговор Лили и Джеймса. Она все собиралась поговорить с ним, но... Сириус занимал все ее свободное время, и девушка так и не решилась подойти к бывшему другу.
Вслед ей летели язвительные шепотки. Кое-кто обвинял ее в том, что гриффиндорская четверка распалась. Даже преподаватели были встревожены, хотя и вздохнули облегченно - вряд ли кто-нибудь из них скучал по сумасшедшим выходкам Мародеров.
А Ливви и сама не понимала, за что ей такое счастье - быть рядом с Сириусом, целовать его, слышать его голос, обращенный не к кому-то другому, а к ней. Завистливые подруги говорили, что "это ненадолго, он скоро найдет себе новую подружку", но никто не мог омрачить ее безоблачного настроения.
Как-то она сказала, прижимаясь к Сириусу в блаженной истоме:
- Я буду любить тебя вечно.
Они прятались от Филча по темным углам, в пустых кабинетах, в кладовках и целовались, целовались, целовались до помрачения в глазах. А однажды Сириус прошептал, расстегивая пуговицы на ее блузке:
- Докажи мне свою любовь, девочка.
Есть ли смысл повторять, что ответила на это Ливви, или вы догадаетесь сами?
I trust Severus Snape!
-
ElmerethDeenale
- Новичок
- Сообщения: 11
- Зарегистрирован: 28 сен 2005 09:33
- Откуда: Грэхем-Парк, Уэльс
- Контактная информация:
Ремус расхаживал туда-сюда по гостиной, поглядывая на часы. Сириус забрал карту, и староста не мог узнать, где они с Ливви были сейчас; оставалось надеяться, что Филч не поймает их на обратном пути. Все уже спали, и неудивительно: час назад пробило полночь.
Наконец, в коридоре послышались тихие голоса, и глазам Ремуса предстали эти двое. Он сразу же понял, чем они занимались, - сначала учуял, а только потом заметил растрепанные волосы, довольный, "сытый" взгляд Сириуса и неправильно застегнутую блузку...
- Муни? - пробормотал Бродяга, застигнутый врасплох. - А ты почему не спишь?
- А вы почему расхаживаете по школе после отбоя? - вопросом на вопрос ответил Ремус, едва сдерживаясь, чтобы не выхватить палочку и не проклясть друга особенно изощренным заклинанием. - Или правила в школе существуют для всех, кроме тебя, Блэк? - он перевел взгляд на девушку, и той стало страшно. - Иди к себе, Оливия.
- Иди, девочка, - подтолкнул ее Сириус. - Мы сами разберемся.
Ливви помедлила, но послушалась. Как только на лестнице затихли ее шаги, Сириус шагнул к другу:
- Муни, ну что ты, в самом деле...
- Стой, где стоишь, - приказал - не попросил, а именно приказал! - Ремус и хищно оскалился.
"Оборотень", - вспомнил Сириус и похолодел, но Муни вдруг отвернулся и устало произнес:
- Для тебя это просто игра. Я понял бы, если бы это была любовь, но ты ведь просто поиграешь и бросишь ее, - он помолчал, потом продолжил: - Ты мне не друг, Блэк. Ты не умеешь быть другом. Надеюсь, что в это полнолуние тебя не будет рядом со мной, потому что, - его глаза вновь сверкнули хищным блеском, - потому что в таком случае я за себя не отвечаю.
Когда на следующее утро Ливви спустилась в гостиную, к ней подошел Джеймс Поттер.
- Привет, - неловко поздоровался он. - Муни попросил, чтобы я тебе помог с Заклинаниями, пока он не вернется.
- Ремус уехал? - встревоженно спросила девушка, вспоминая вчерашнюю сцену. - С ним все в порядке?
- Не делай вид, что тебе это интересно, Грейстоун, - холодно бросила Эванс, неожиданно появляясь рядом. - Иди лучше вниз, тебя Сириус ждет.
Ливви вспыхнула. Уходя, она уловила голос Джеймса: "Я тебя просто не узнаю, милая...", а что ответила Эванс, не расслышала. Но вполне могла себе это представить.
Сириус весь извелся, дожидаясь рассвета. Как только Питер и Джеймс пробрались в спальню, он подскочил с кровати:
- Ну что? Как Муни?
- Как всегда, - пожал плечами Питер.
- Нет, сегодня хуже, - возразил Джеймс. - Он всю ночь рвался к замку, но я его не пустил. Бродяга, ну что вы, одну девчонку не можете поделить? По тебе все с третьего по седьмой курс сохнут, а ты выбрал именно ту, которую любит Рем. И ведь ты с ней просто играешь!
- Черт, ну почему вы все так думаете? - взорвался Сириус. - Да не играю я с ней! Ливви особенная, понимаешь? Она меня любит так, как никто и никогда не любил. Я с ней... ну... счастлив, наверное. Нет, правда! Ну да, мы с ней почти не разговариваем, мы разные, полные противоположности и далее по тексту. Но я не могу ее бросить!
- Ладно-ладно, успокойся, - поднял руки Джеймс. - Просто, Сириус... Нам, твоим лучшим друзьям, особенно трудно в это поверить. Лили вообще на твою Ливви при встрече кидается похлеще всякого оборотня, думает, что она тебе приворотного зелья подлила. Ну раскинь мозгами, дружище, - ты ведь даже Ширли бросил через месяц, не выдержал "однообразия"!
- Ливви - особенная, - упрямо повторил Сириус. - И передай своей Эванс, что... - он закрыл глаза и постарался успокоиться. - Ладно, не стоит. Лучше скажи, как мне с Ремом теперь помириться?
- А никак, - пожал плечами друг, садясь на кровать. - Я, конечно, с ним поговорю, но вообще-то он здорово на тебя зол. Хотя знаешь, кто сможет помочь? Твоя Ливви. Пусть объяснит все, когда Рем вернется. И промой своей птичке мозги, а то она из-за тебя даже здороваться с ним забывает.
Ливви сидела на кровати рядом с мрачным Сириусом и пыталась его развеселить. Потом вздохнула:
- Ну что с тобой? Почему ты так переживаешь? Что может случиться с Ремусом за несколько дней?
- Девочка, - хмуро ответил Блэк, - все не так просто. Мы с ним здорово тогда поцапались, а извиниться я не успел. Боюсь, что он меня теперь не простит, - он вдруг спрятал лицо в ладонях. - Я так сильно его обидел, Ливви! Мы ведь дружим с самого первого дня в Хогвартсе, а я...
В первый момент девушка испугалась, но потом сделала то, что подсказало сердце: обняла и начала его укачивать.
- Шш... Тише, тише... - шептала она ему на ухо, успокаивая. - Все будет хорошо, Сириус. Все будет хорошо. Тише, мой родной...
- Какая сладкая парочка, - язвительно бросила Эванс, без стука входя в спальню мальчиков. - Просто идиллия. Интересно, долго ли она продлится?
- Слушай, Лили, - поднял тяжелый взгляд Сириус. - Прекращай свой бойкот, девочка ни в чем не виновата. Ты посмотри, на кого стала похожа!
- И на кого же? - приподняла бровь староста.
- На мою мать!
Надо сказать, что миссис Блэк отличалась особенной, едкой злостью, которую пришлось испытать на себе и Мародерам, и даже Лили Эванс, которая сразу после знаменательной встречи дала матери Сириуса прозвище: "змея ядовитая". Так что сравнение было явно не в пользу очаровательной девушки.
Лили покраснела и выбежала из комнаты. Сириус пробормотал: "Ну вот, побежала Сохатому жаловаться" и крепче прижал к себе Ливви, а девушка в ответ нежно поцеловала его в уголок рта и шепнула:
- Спасибо.
Наконец, в коридоре послышались тихие голоса, и глазам Ремуса предстали эти двое. Он сразу же понял, чем они занимались, - сначала учуял, а только потом заметил растрепанные волосы, довольный, "сытый" взгляд Сириуса и неправильно застегнутую блузку...
- Муни? - пробормотал Бродяга, застигнутый врасплох. - А ты почему не спишь?
- А вы почему расхаживаете по школе после отбоя? - вопросом на вопрос ответил Ремус, едва сдерживаясь, чтобы не выхватить палочку и не проклясть друга особенно изощренным заклинанием. - Или правила в школе существуют для всех, кроме тебя, Блэк? - он перевел взгляд на девушку, и той стало страшно. - Иди к себе, Оливия.
- Иди, девочка, - подтолкнул ее Сириус. - Мы сами разберемся.
Ливви помедлила, но послушалась. Как только на лестнице затихли ее шаги, Сириус шагнул к другу:
- Муни, ну что ты, в самом деле...
- Стой, где стоишь, - приказал - не попросил, а именно приказал! - Ремус и хищно оскалился.
"Оборотень", - вспомнил Сириус и похолодел, но Муни вдруг отвернулся и устало произнес:
- Для тебя это просто игра. Я понял бы, если бы это была любовь, но ты ведь просто поиграешь и бросишь ее, - он помолчал, потом продолжил: - Ты мне не друг, Блэк. Ты не умеешь быть другом. Надеюсь, что в это полнолуние тебя не будет рядом со мной, потому что, - его глаза вновь сверкнули хищным блеском, - потому что в таком случае я за себя не отвечаю.
Когда на следующее утро Ливви спустилась в гостиную, к ней подошел Джеймс Поттер.
- Привет, - неловко поздоровался он. - Муни попросил, чтобы я тебе помог с Заклинаниями, пока он не вернется.
- Ремус уехал? - встревоженно спросила девушка, вспоминая вчерашнюю сцену. - С ним все в порядке?
- Не делай вид, что тебе это интересно, Грейстоун, - холодно бросила Эванс, неожиданно появляясь рядом. - Иди лучше вниз, тебя Сириус ждет.
Ливви вспыхнула. Уходя, она уловила голос Джеймса: "Я тебя просто не узнаю, милая...", а что ответила Эванс, не расслышала. Но вполне могла себе это представить.
Сириус весь извелся, дожидаясь рассвета. Как только Питер и Джеймс пробрались в спальню, он подскочил с кровати:
- Ну что? Как Муни?
- Как всегда, - пожал плечами Питер.
- Нет, сегодня хуже, - возразил Джеймс. - Он всю ночь рвался к замку, но я его не пустил. Бродяга, ну что вы, одну девчонку не можете поделить? По тебе все с третьего по седьмой курс сохнут, а ты выбрал именно ту, которую любит Рем. И ведь ты с ней просто играешь!
- Черт, ну почему вы все так думаете? - взорвался Сириус. - Да не играю я с ней! Ливви особенная, понимаешь? Она меня любит так, как никто и никогда не любил. Я с ней... ну... счастлив, наверное. Нет, правда! Ну да, мы с ней почти не разговариваем, мы разные, полные противоположности и далее по тексту. Но я не могу ее бросить!
- Ладно-ладно, успокойся, - поднял руки Джеймс. - Просто, Сириус... Нам, твоим лучшим друзьям, особенно трудно в это поверить. Лили вообще на твою Ливви при встрече кидается похлеще всякого оборотня, думает, что она тебе приворотного зелья подлила. Ну раскинь мозгами, дружище, - ты ведь даже Ширли бросил через месяц, не выдержал "однообразия"!
- Ливви - особенная, - упрямо повторил Сириус. - И передай своей Эванс, что... - он закрыл глаза и постарался успокоиться. - Ладно, не стоит. Лучше скажи, как мне с Ремом теперь помириться?
- А никак, - пожал плечами друг, садясь на кровать. - Я, конечно, с ним поговорю, но вообще-то он здорово на тебя зол. Хотя знаешь, кто сможет помочь? Твоя Ливви. Пусть объяснит все, когда Рем вернется. И промой своей птичке мозги, а то она из-за тебя даже здороваться с ним забывает.
Ливви сидела на кровати рядом с мрачным Сириусом и пыталась его развеселить. Потом вздохнула:
- Ну что с тобой? Почему ты так переживаешь? Что может случиться с Ремусом за несколько дней?
- Девочка, - хмуро ответил Блэк, - все не так просто. Мы с ним здорово тогда поцапались, а извиниться я не успел. Боюсь, что он меня теперь не простит, - он вдруг спрятал лицо в ладонях. - Я так сильно его обидел, Ливви! Мы ведь дружим с самого первого дня в Хогвартсе, а я...
В первый момент девушка испугалась, но потом сделала то, что подсказало сердце: обняла и начала его укачивать.
- Шш... Тише, тише... - шептала она ему на ухо, успокаивая. - Все будет хорошо, Сириус. Все будет хорошо. Тише, мой родной...
- Какая сладкая парочка, - язвительно бросила Эванс, без стука входя в спальню мальчиков. - Просто идиллия. Интересно, долго ли она продлится?
- Слушай, Лили, - поднял тяжелый взгляд Сириус. - Прекращай свой бойкот, девочка ни в чем не виновата. Ты посмотри, на кого стала похожа!
- И на кого же? - приподняла бровь староста.
- На мою мать!
Надо сказать, что миссис Блэк отличалась особенной, едкой злостью, которую пришлось испытать на себе и Мародерам, и даже Лили Эванс, которая сразу после знаменательной встречи дала матери Сириуса прозвище: "змея ядовитая". Так что сравнение было явно не в пользу очаровательной девушки.
Лили покраснела и выбежала из комнаты. Сириус пробормотал: "Ну вот, побежала Сохатому жаловаться" и крепче прижал к себе Ливви, а девушка в ответ нежно поцеловала его в уголок рта и шепнула:
- Спасибо.
Последний раз редактировалось ElmerethDeenale 10 май 2006 17:27, всего редактировалось 1 раз.
I trust Severus Snape!
-
ElmerethDeenale
- Новичок
- Сообщения: 11
- Зарегистрирован: 28 сен 2005 09:33
- Откуда: Грэхем-Парк, Уэльс
- Контактная информация:
Вернулся Ремус - измученный, похудевший, с отчаянным блеском в глазах. Неделю Ливви не решалась к нему подойти, но потом обычно спокойный и справедливый староста довел нескольких младшекурсников до слез своими придирками, и они прибежали жаловаться к Лили Эванс. Девушка внимательно выслушала их, успокоила, но разбираться к Рему не пошла, а отправилась в библиотеку искать "корень всех проблем".
- Мне надо с тобой поговорить, - не здороваясь, заявила Эванс. Ливви подняла глаза от книги, не зная, чего ожидать на этот раз. Она казалась в этот момент такой испуганной и ранимой, что Лили вздохнула и повторила, на этот раз уже мягче: - Мне очень надо поговорить с тобой, Ливви.
- Что случилось?
- Рем... он сам на себя не похож. Словно с цепи сорвался - то детей изводит, то с Джеймсом ругается. Он никого, кроме тебя, не послушает. Пожалуйста, поговори с ним, попробуй объяснить, что у вас с Сириусом все серьезно.
- Я боюсь, - прошептала девушка, опуская голову. - Мне так стыдно перед ним, Лили. Он встретил нас, когда мы ночью возвращались... ну, ты понимаешь... А я с ним даже не разговаривала толком последний месяц.
- Оливия Грейстоун, - Лили вложила в свой голос всю силу убеждения, которая у нее была, - ты должна с ним поговорить. Ты не понимаешь, насколько такое состояние опасно для Рема. Если он весь месяц будет на взводе... В общем, все зависит от тебя. И я обещаю, что больше не буду к тебе придираться.
- За что мне такое счастье? - настороженно спросила Ливви.
- Я поговорила с Джеймсом, - весело ответила Лили, - и он мне поставил мозги на место. Но если ты ничего не сделаешь для Рема, я точно тебе в этом году покоя не дам. Так что действуй, Ливви, - на тебя наша последняя надежда.
Ливви отыскала Ремуса на шестом этаже. Он сидел в проеме окна и пустыми глазами смотрел на дождь. Потрепанная мантия сбилась, обнажив худую бледную руку и множество шрамов на ней.
Девушка и раньше их замечала, но теперь появились совсем свежие, только-только зажившие. Ахнув, она сжала его плечо:
- Боже, что с тобой случилось?
Ремус вздрогнул и от неожиданности чуть не свалился на пол. Опомнившись, он опустил рукав и холодно спросил:
- Что тебе от меня нужно, Оливия? Помочь сделать домашнее задание?
- Мне ничего не нужно, - сдерживая обиду, сказала Ливви. - Я просто хочу поговорить с тобой.
- А что, Блэку стало скучно, и он отправился на поиски новых приключений? - зло спросил Ремус. - И ты вспомнила обо мне? Но я не ручной щенок, чтобы прибегать по первому зову.
- Я так и не думала, - Ливви попыталась снова взять его за руку, но парень спрыгнул с подоконника и отошел на безопасное расстояние. - Ремус, пожалуйста, выслушай меня! Я очень виновата перед тобой, правда, но Сириус-то здесь ни при чем. Зачем ты...
- Ах вот в чем дело! - сощурился Ремус. - Ты тоже пришла просить за Сириуса? Ну конечно, бедняжка ведь так страдает... Вот только почему-то никому из вас нет дела до меня!
- Прекрати, Ремус! - в слезах крикнула девушка. - Ты же всегда знал, что я люблю его! Я этого не скрывала! Я не обманывала тебя, не притворялась! Да, мне надо было раньше поговорить с тобой, но это все, в чем я перед тобой виновата!
- О, что тут у нас? Семейные разборки? - раздался рядом противный тягучий голос. - Как интересно. А Блэк знает о ваших теплых отношениях или мне стоит его просветить?
- Нюниус, - пробормотал Ремус, доставая палочку. Ливви удивилась: он никогда не поддерживал друзей в их насмешках над Снейпом, правда, никогда и не останавливал. А сейчас в его голосе послышалась настоящая злость. - Уйди, Снейп, иначе я за себя не отвечаю!
- Неужели наш честный староста нарушит школьные правила? - наигранно удивился слизеринец, тем не менее, палочку он крепко сжимал в руках. - А говорят, ты и мухи не обидишь, дорогой Люпин. Только и умеешь, что выть на...
Снейп не договорил, только вскрикнул, когда очень сильное заклинание Ремуса отбросило его и ударило о стену, потом дернулся несколько раз и затих. Парень несколько секунд смотрел на поверженного врага, и Ливви поклялась бы, что его глаза сверкали, как у хищника. Но вот он моргнул, тряхнул головой, словно прогоняя наваждение, и с коротким стоном упал на колени возле Снейпа.
- Что я наделал! Оливия, беги в лазарет, скорее!
Девушка мигом умчалась, а Ремус все раскачивался взад-вперед, схватившись руками за голову, и повторял:
- Что я наделал...
Каким-то образом происшествие удалось замять, но с тех пор Снейп особенно возненавидел оборотня, который в прошлом году чуть не убил его, а теперь - чуть не покалечил. Впрочем, Мародеры к нему больше не цеплялись, напуганные директором, которого они впервые увидели в настоящем гневе. Ремуса не стали лишать значка старосты, но отбывать наказание под присмотром Филча ему пришлось не одну неделю.
Единственный плюс был в том, что Ремус наконец-то пришел в себя, испугавшись, что звериная половина возьмет над ним верх. Он с большой неохотой, но все же помирился с Сириусом, а через несколько недель гриффиндорская четверка... то есть, уже шестерка... вернула свой чуть было не утраченный авторитет. Оливия и Сириус продолжали встречаться, больше не опасаясь осуждения друзей.
Несколько раз Сириус срывался и уходил на неделю или две к какой-нибудь красотке с другого факультета, но неизменно возвращался с повинной к своей "птичке". Ливви, конечно, прощала ему все, и злые языки шептались по углам: "Как эта Грейстоун унижается перед Блэком, противно смотреть!" Но они, наверное, просто не знали, какой нежностью и заботой окружал ее Сириус - каждый день, каждую минуту.
Потом был выпускной, и Ливви горько рыдала на плече у Эванс, а та неловко успокаивала ее: "Ну он же любит тебя, глупая, разве ты не видишь? Он будет тебя ждать, будет часто писать. Ну перестань же плакать..." Ночью, когда они лежали под звездами на мягкой траве, Ливви спросила:
- Ты любишь меня?
Сириус не ответил, и девушка решила, что он спит. На самом же деле парень притворился, не зная, что сказать. Любит? Может быть, но как узнать точно? Единственное, в чем он был уверен, - что никогда, никогда, никогда не отпустит от себя эту милую серенькую девочку.
конец первой главы
- Мне надо с тобой поговорить, - не здороваясь, заявила Эванс. Ливви подняла глаза от книги, не зная, чего ожидать на этот раз. Она казалась в этот момент такой испуганной и ранимой, что Лили вздохнула и повторила, на этот раз уже мягче: - Мне очень надо поговорить с тобой, Ливви.
- Что случилось?
- Рем... он сам на себя не похож. Словно с цепи сорвался - то детей изводит, то с Джеймсом ругается. Он никого, кроме тебя, не послушает. Пожалуйста, поговори с ним, попробуй объяснить, что у вас с Сириусом все серьезно.
- Я боюсь, - прошептала девушка, опуская голову. - Мне так стыдно перед ним, Лили. Он встретил нас, когда мы ночью возвращались... ну, ты понимаешь... А я с ним даже не разговаривала толком последний месяц.
- Оливия Грейстоун, - Лили вложила в свой голос всю силу убеждения, которая у нее была, - ты должна с ним поговорить. Ты не понимаешь, насколько такое состояние опасно для Рема. Если он весь месяц будет на взводе... В общем, все зависит от тебя. И я обещаю, что больше не буду к тебе придираться.
- За что мне такое счастье? - настороженно спросила Ливви.
- Я поговорила с Джеймсом, - весело ответила Лили, - и он мне поставил мозги на место. Но если ты ничего не сделаешь для Рема, я точно тебе в этом году покоя не дам. Так что действуй, Ливви, - на тебя наша последняя надежда.
Ливви отыскала Ремуса на шестом этаже. Он сидел в проеме окна и пустыми глазами смотрел на дождь. Потрепанная мантия сбилась, обнажив худую бледную руку и множество шрамов на ней.
Девушка и раньше их замечала, но теперь появились совсем свежие, только-только зажившие. Ахнув, она сжала его плечо:
- Боже, что с тобой случилось?
Ремус вздрогнул и от неожиданности чуть не свалился на пол. Опомнившись, он опустил рукав и холодно спросил:
- Что тебе от меня нужно, Оливия? Помочь сделать домашнее задание?
- Мне ничего не нужно, - сдерживая обиду, сказала Ливви. - Я просто хочу поговорить с тобой.
- А что, Блэку стало скучно, и он отправился на поиски новых приключений? - зло спросил Ремус. - И ты вспомнила обо мне? Но я не ручной щенок, чтобы прибегать по первому зову.
- Я так и не думала, - Ливви попыталась снова взять его за руку, но парень спрыгнул с подоконника и отошел на безопасное расстояние. - Ремус, пожалуйста, выслушай меня! Я очень виновата перед тобой, правда, но Сириус-то здесь ни при чем. Зачем ты...
- Ах вот в чем дело! - сощурился Ремус. - Ты тоже пришла просить за Сириуса? Ну конечно, бедняжка ведь так страдает... Вот только почему-то никому из вас нет дела до меня!
- Прекрати, Ремус! - в слезах крикнула девушка. - Ты же всегда знал, что я люблю его! Я этого не скрывала! Я не обманывала тебя, не притворялась! Да, мне надо было раньше поговорить с тобой, но это все, в чем я перед тобой виновата!
- О, что тут у нас? Семейные разборки? - раздался рядом противный тягучий голос. - Как интересно. А Блэк знает о ваших теплых отношениях или мне стоит его просветить?
- Нюниус, - пробормотал Ремус, доставая палочку. Ливви удивилась: он никогда не поддерживал друзей в их насмешках над Снейпом, правда, никогда и не останавливал. А сейчас в его голосе послышалась настоящая злость. - Уйди, Снейп, иначе я за себя не отвечаю!
- Неужели наш честный староста нарушит школьные правила? - наигранно удивился слизеринец, тем не менее, палочку он крепко сжимал в руках. - А говорят, ты и мухи не обидишь, дорогой Люпин. Только и умеешь, что выть на...
Снейп не договорил, только вскрикнул, когда очень сильное заклинание Ремуса отбросило его и ударило о стену, потом дернулся несколько раз и затих. Парень несколько секунд смотрел на поверженного врага, и Ливви поклялась бы, что его глаза сверкали, как у хищника. Но вот он моргнул, тряхнул головой, словно прогоняя наваждение, и с коротким стоном упал на колени возле Снейпа.
- Что я наделал! Оливия, беги в лазарет, скорее!
Девушка мигом умчалась, а Ремус все раскачивался взад-вперед, схватившись руками за голову, и повторял:
- Что я наделал...
Каким-то образом происшествие удалось замять, но с тех пор Снейп особенно возненавидел оборотня, который в прошлом году чуть не убил его, а теперь - чуть не покалечил. Впрочем, Мародеры к нему больше не цеплялись, напуганные директором, которого они впервые увидели в настоящем гневе. Ремуса не стали лишать значка старосты, но отбывать наказание под присмотром Филча ему пришлось не одну неделю.
Единственный плюс был в том, что Ремус наконец-то пришел в себя, испугавшись, что звериная половина возьмет над ним верх. Он с большой неохотой, но все же помирился с Сириусом, а через несколько недель гриффиндорская четверка... то есть, уже шестерка... вернула свой чуть было не утраченный авторитет. Оливия и Сириус продолжали встречаться, больше не опасаясь осуждения друзей.
Несколько раз Сириус срывался и уходил на неделю или две к какой-нибудь красотке с другого факультета, но неизменно возвращался с повинной к своей "птичке". Ливви, конечно, прощала ему все, и злые языки шептались по углам: "Как эта Грейстоун унижается перед Блэком, противно смотреть!" Но они, наверное, просто не знали, какой нежностью и заботой окружал ее Сириус - каждый день, каждую минуту.
Потом был выпускной, и Ливви горько рыдала на плече у Эванс, а та неловко успокаивала ее: "Ну он же любит тебя, глупая, разве ты не видишь? Он будет тебя ждать, будет часто писать. Ну перестань же плакать..." Ночью, когда они лежали под звездами на мягкой траве, Ливви спросила:
- Ты любишь меня?
Сириус не ответил, и девушка решила, что он спит. На самом же деле парень притворился, не зная, что сказать. Любит? Может быть, но как узнать точно? Единственное, в чем он был уверен, - что никогда, никогда, никогда не отпустит от себя эту милую серенькую девочку.
конец первой главы
I trust Severus Snape!
-
ElmerethDeenale
- Новичок
- Сообщения: 11
- Зарегистрирован: 28 сен 2005 09:33
- Откуда: Грэхем-Парк, Уэльс
- Контактная информация:
-
ElmerethDeenale
- Новичок
- Сообщения: 11
- Зарегистрирован: 28 сен 2005 09:33
- Откуда: Грэхем-Парк, Уэльс
- Контактная информация:
Глава 2
через год
- Поз-дра-вля-ем!!!
Ливви счастливо улыбнулась. Наконец-то она закончила Хогвартс!
- Что ты будешь делать дальше, Птичка? - спросил Джеймс. - Уже решила?
Друзья Сириуса звали ее Птичкой - все, кроме Ремуса. Они все вместе провели замечательное лето, а потом Ливви пришлось вернуться в школу, а Джеймсу и Сириусу - отправиться в школу авроров. Лили еще на своем шестом курсе подала заявку на углубленное изучение Зелий. Один только Ремус не продолжил учиться, а устроился работать помощником продавца в какой-то лондонский магазин.
Ливви и Сириус встречались редко, но переписывались каждый день. Раз в неделю обязательно прилетала сова от Ремуса, чуть реже - от Лили и Джеймса. Питер ей так и не написал, Сириус говорил, что они вообще его теперь редко видят. А вот теперь - выпуск, и впереди у нее серьезная жизнь.
- Папа хочет, чтобы я работала с ним в Министерстве, - неуверенно сказала девушка, - но я думаю пойти в Институт Магических Существ. Мне... ну, мне бы хотелось защищать их права. Знаете, - она заговорила более оживленно, - в магическом мире есть очень важная проблема. Я читала про волшебника, которого в детстве укусил оборотень. И хотя он один из лучших специалистов в своей области, ему практически невозможно устроиться на работу! Разве это справедливо?
- Конечно, это несправедливо, Птичка, - серьезно ответил Сириус, обнимая ее. - Ты молодец, что решила заниматься такими вопросами. Обещаю, что все мы, - он обвел взглядом притихших друзей и остановился на хмуром Ремусе, - поддержим тебя в любых проектах.
Ливви нашла свое место в Институте Магических Существ, несморя на то, что родители были категорически против. Но что же сделала их тихая, спокойная девочка? Молча собрала вещи и ушла в общежитие.
А через месяц Сириус сделал ей предложение.
Отметить помолвку собрались только самые близкие друзья. Да, это было очень тревожное время, но люди еще не боялись ходить по улице и не подозревали Пожирателя в каждом встречном. Поэтому веселая компания смело отправилась в Лондон, на Диагон-Аллею...
- Ремус, - подошла Ливви, - как ты?
- Нормально, - неохотно ответил молодой человек, ковыряясь ложечкой в мороженом. - Я очень рад за тебя.
- Эй, - девушка села рядом и посмотрела ему в глаза: - Мы останемся друзьями, правда?
- Да, если ты этого хочешь, - кивнул Ремус, накрывая ее руку своей. - Я люблю тебя.
- Я тоже, - просто ответила она и на миг сжала его пальцы. - Правда.
Пятеро веселых людей шли по Диагон-аллее, рассматривая витрины и подшучивая друг над другом. Потом двое из них - красивый, хорошо одетый брюнет и симпатичная маленькая девушка - отстали и нырнули в темный переулочек, где, по словам Джеймса и Лили, находился магазинчик "Все для вашей свадьбы".
- А где Сириус и Птичка? - утирая выступившие от смеха слезы, спросил вдруг Джеймс.
- И правда, где они? - оглянулась Лили. - И почему вокруг так тихо?
- Смотрите, что это там? - охрипшим от внезапного предчувствия голосом спросил Ремус, протягивая руку. - Почему там столько людей?
- Нападение Пожирателей, - шепотом сообщил какой-то волшебник, остановившись рядом. - Ужас, прямо среди белого дня... Эй, куда ты, парень?
- Рем, подожди!
Ремус Люпин бежал так, как никогда прежде, но понимал - уже не успеет.
Был только один вопрос - "Кто?!!"
- Муни, пойдем, - кто-то тронул его за плечо. - Ты больше ничем не поможешь.
Ремус даже не пошевелился. Тело давно уже увезли авроры, а он все стоял на том же самом месте, где увидел ее...
Оливия лежала, неестественно вывернув ноги, - как сломанная кукла, которую безжалостно бросила в угол маленькая хозяйка. Сломанные пальцы, на которые второпя наступили ногой, еще тянулись к палочке, а в беспомощно раскрытую ладонь другой руки уткнулся носом лохматый черный пес, поскуливая от боли.
- Бродяга, черт бы тебя побрал, - выдохнул подбежавший Джеймс. - Как же ты ее не уберег...
Потом были похороны.
Было мрачное кладбище.
Были длинные ряды могильных плит: черных, серых, кое-где белых.
И были люди, такие разные в своем горе.
Миссис Грейстоун проплакала всю церемонию.
Мистер Грейстоун молча выслушивал соболезнования, забывая кивать в ответ.
Молодой Ричард Грейстоун что-то беззвучно шептал, нервным движением вытирая слезы.
Лили и Джеймс Поттеры даже в этой скорби нашли силы, чтобы помочь другим.
Но еще там были двое - те, к которым никто не посмел подойти с утешением.
Сириус Блэк стоял, яростно сжимая и разжимая кулаки, его горящий взгляд намертво прикипел к светло-серой плите и серебряной надписи на ней: "Прости нас, Птичка. Мы отомстим". Это были не его слова (плиту заказывал Джеймс), но его мысли.
"Да, мы отомстим за тебя".
А у Ремуса Люпина было страшное, окаменевшее лицо и пустые глаза. Он не смотрел по сторонам, не слышал прощальных речей, не видел, как полетели вниз первые комья земли. Всю последнюю неделю он жил на автомате и чуть было не забыл, что послезавтра полнолуние.
Самое тяжелое полнолуние в его жизни.
около двадцати лет спустя
Два негромких хлопка один за другим разорвали тишину на большом кладбище. Наполовину седой мужчина и довольно юная женщина, не обменявшись ни единым словом, пошли вдоль ровных рядов из заросших могил, читая знакомые и незнакомые имена. Возле одной женщина оставила все цветы, которые держала в руках.
Андромеда Тонкс. Тед Тонкс. Одна дата на двоих - 1953-1997.
Они шли дальше, иногда останавливаясь, чтобы вспомнить тех, кого уже не было в этом мире.
Лили и Джеймс Поттеры. Здесь тоже только одна дата: 1960-1981.
Сириус Блэк. Его тела здесь, конечно же, не было, но навеки осталась память.
Александра Люпин. Мужчина молча положил на плиту три белых лилии. "Твои любимые, мама".
Наконец, они остановились у мраморной плиты.
- Вот она, - тихо говорит мужчина, а женщина кивает и читает надпись, беззвучно шевеля губами:
"Оливия Грейстоун, 1961-1979". И ниже: "Прости нас, Птичка. Мы отомстим".
У нее остался только букетик полевых цветов, но они оказались удивительно к месту на этой светло-серой плите, рядом с почти неподвижной колдографией девушки, о которой теперь помнили, наверное, только они двое, да старые школьные альбомы.
- Ты очень любил ее? - прошептала женщина, беря мужа за руку.
- Я думал, что умру вместе с ней, - ответил тот сдавленным голосом, но его глаза остались теплыми и живыми. Грустными, печальными - да, но живыми. В них не было больше той страшной пустоты, которую хорошо запомнило это место.
"Я думал, что умру, но выжил, единственный из всех, кто знал тебя, дорогая Оливия, дорогая Птичка, заворожившая меня своей бесхитростной песней. Я надеюсь, что теперь-то вы с Сириусом по-настоящему счастливы".
Девушка на колдографии улыбнулась.
The End.
Такое вот мини... Как вам?
через год
- Поз-дра-вля-ем!!!
Ливви счастливо улыбнулась. Наконец-то она закончила Хогвартс!
- Что ты будешь делать дальше, Птичка? - спросил Джеймс. - Уже решила?
Друзья Сириуса звали ее Птичкой - все, кроме Ремуса. Они все вместе провели замечательное лето, а потом Ливви пришлось вернуться в школу, а Джеймсу и Сириусу - отправиться в школу авроров. Лили еще на своем шестом курсе подала заявку на углубленное изучение Зелий. Один только Ремус не продолжил учиться, а устроился работать помощником продавца в какой-то лондонский магазин.
Ливви и Сириус встречались редко, но переписывались каждый день. Раз в неделю обязательно прилетала сова от Ремуса, чуть реже - от Лили и Джеймса. Питер ей так и не написал, Сириус говорил, что они вообще его теперь редко видят. А вот теперь - выпуск, и впереди у нее серьезная жизнь.
- Папа хочет, чтобы я работала с ним в Министерстве, - неуверенно сказала девушка, - но я думаю пойти в Институт Магических Существ. Мне... ну, мне бы хотелось защищать их права. Знаете, - она заговорила более оживленно, - в магическом мире есть очень важная проблема. Я читала про волшебника, которого в детстве укусил оборотень. И хотя он один из лучших специалистов в своей области, ему практически невозможно устроиться на работу! Разве это справедливо?
- Конечно, это несправедливо, Птичка, - серьезно ответил Сириус, обнимая ее. - Ты молодец, что решила заниматься такими вопросами. Обещаю, что все мы, - он обвел взглядом притихших друзей и остановился на хмуром Ремусе, - поддержим тебя в любых проектах.
Ливви нашла свое место в Институте Магических Существ, несморя на то, что родители были категорически против. Но что же сделала их тихая, спокойная девочка? Молча собрала вещи и ушла в общежитие.
А через месяц Сириус сделал ей предложение.
Отметить помолвку собрались только самые близкие друзья. Да, это было очень тревожное время, но люди еще не боялись ходить по улице и не подозревали Пожирателя в каждом встречном. Поэтому веселая компания смело отправилась в Лондон, на Диагон-Аллею...
- Ремус, - подошла Ливви, - как ты?
- Нормально, - неохотно ответил молодой человек, ковыряясь ложечкой в мороженом. - Я очень рад за тебя.
- Эй, - девушка села рядом и посмотрела ему в глаза: - Мы останемся друзьями, правда?
- Да, если ты этого хочешь, - кивнул Ремус, накрывая ее руку своей. - Я люблю тебя.
- Я тоже, - просто ответила она и на миг сжала его пальцы. - Правда.
Пятеро веселых людей шли по Диагон-аллее, рассматривая витрины и подшучивая друг над другом. Потом двое из них - красивый, хорошо одетый брюнет и симпатичная маленькая девушка - отстали и нырнули в темный переулочек, где, по словам Джеймса и Лили, находился магазинчик "Все для вашей свадьбы".
- А где Сириус и Птичка? - утирая выступившие от смеха слезы, спросил вдруг Джеймс.
- И правда, где они? - оглянулась Лили. - И почему вокруг так тихо?
- Смотрите, что это там? - охрипшим от внезапного предчувствия голосом спросил Ремус, протягивая руку. - Почему там столько людей?
- Нападение Пожирателей, - шепотом сообщил какой-то волшебник, остановившись рядом. - Ужас, прямо среди белого дня... Эй, куда ты, парень?
- Рем, подожди!
Ремус Люпин бежал так, как никогда прежде, но понимал - уже не успеет.
Был только один вопрос - "Кто?!!"
- Муни, пойдем, - кто-то тронул его за плечо. - Ты больше ничем не поможешь.
Ремус даже не пошевелился. Тело давно уже увезли авроры, а он все стоял на том же самом месте, где увидел ее...
Оливия лежала, неестественно вывернув ноги, - как сломанная кукла, которую безжалостно бросила в угол маленькая хозяйка. Сломанные пальцы, на которые второпя наступили ногой, еще тянулись к палочке, а в беспомощно раскрытую ладонь другой руки уткнулся носом лохматый черный пес, поскуливая от боли.
- Бродяга, черт бы тебя побрал, - выдохнул подбежавший Джеймс. - Как же ты ее не уберег...
Потом были похороны.
Было мрачное кладбище.
Были длинные ряды могильных плит: черных, серых, кое-где белых.
И были люди, такие разные в своем горе.
Миссис Грейстоун проплакала всю церемонию.
Мистер Грейстоун молча выслушивал соболезнования, забывая кивать в ответ.
Молодой Ричард Грейстоун что-то беззвучно шептал, нервным движением вытирая слезы.
Лили и Джеймс Поттеры даже в этой скорби нашли силы, чтобы помочь другим.
Но еще там были двое - те, к которым никто не посмел подойти с утешением.
Сириус Блэк стоял, яростно сжимая и разжимая кулаки, его горящий взгляд намертво прикипел к светло-серой плите и серебряной надписи на ней: "Прости нас, Птичка. Мы отомстим". Это были не его слова (плиту заказывал Джеймс), но его мысли.
"Да, мы отомстим за тебя".
А у Ремуса Люпина было страшное, окаменевшее лицо и пустые глаза. Он не смотрел по сторонам, не слышал прощальных речей, не видел, как полетели вниз первые комья земли. Всю последнюю неделю он жил на автомате и чуть было не забыл, что послезавтра полнолуние.
Самое тяжелое полнолуние в его жизни.
около двадцати лет спустя
Два негромких хлопка один за другим разорвали тишину на большом кладбище. Наполовину седой мужчина и довольно юная женщина, не обменявшись ни единым словом, пошли вдоль ровных рядов из заросших могил, читая знакомые и незнакомые имена. Возле одной женщина оставила все цветы, которые держала в руках.
Андромеда Тонкс. Тед Тонкс. Одна дата на двоих - 1953-1997.
Они шли дальше, иногда останавливаясь, чтобы вспомнить тех, кого уже не было в этом мире.
Лили и Джеймс Поттеры. Здесь тоже только одна дата: 1960-1981.
Сириус Блэк. Его тела здесь, конечно же, не было, но навеки осталась память.
Александра Люпин. Мужчина молча положил на плиту три белых лилии. "Твои любимые, мама".
Наконец, они остановились у мраморной плиты.
- Вот она, - тихо говорит мужчина, а женщина кивает и читает надпись, беззвучно шевеля губами:
"Оливия Грейстоун, 1961-1979". И ниже: "Прости нас, Птичка. Мы отомстим".
У нее остался только букетик полевых цветов, но они оказались удивительно к месту на этой светло-серой плите, рядом с почти неподвижной колдографией девушки, о которой теперь помнили, наверное, только они двое, да старые школьные альбомы.
- Ты очень любил ее? - прошептала женщина, беря мужа за руку.
- Я думал, что умру вместе с ней, - ответил тот сдавленным голосом, но его глаза остались теплыми и живыми. Грустными, печальными - да, но живыми. В них не было больше той страшной пустоты, которую хорошо запомнило это место.
"Я думал, что умру, но выжил, единственный из всех, кто знал тебя, дорогая Оливия, дорогая Птичка, заворожившая меня своей бесхитростной песней. Я надеюсь, что теперь-то вы с Сириусом по-настоящему счастливы".
Девушка на колдографии улыбнулась.
The End.
Такое вот мини... Как вам?
I trust Severus Snape!
-
Silentiuma
- Новичок
- Сообщения: 39
- Зарегистрирован: 03 апр 2006 11:30
Очень трогательно! И красиво! И трагично! Ну прямо всё как я люблю! Мне очень-очень понравилось! Не буду ничего говорить про ошибки, для этих целей есть и другие люди, а я не хочу портить себе впечатление о фике, педентично выискивая опечатки. Молодец, всего дала в меру. Так держать!
Я шизею с этого зоопарка ))
