Авторы: Trystym&Delylah Перевод: Fisherdima & Freezing Spell Оригинал: Hermione Sue and the Prisoner of A. Cuaron Жанр: Пародия Рейтинг: Детям до 15-ти не рекомендуется. Разрешение на перевод: мои письма авторы проигнорировали.
Summary: Для Гарри настали трудные времена в течение третьего курса обучения в Хогвартсе. Несмотря на странное отсутствие Вольдеморта, некто, известный Гарри как Режиссёр, сеет хаос и панику средь учеников и преподавателей. Отыщет ли Рон выход из своей роли комедийной отдушины? Найдёт ли Гарри ключ к разгадке тайны? Кто-нибудь где-нибудь видел Джинни? И – самое важное – с кем будет целоваться Гермиона?
Вместе с нашим обожаемым волшебником и его закадычными друзьями поучаствуйте в борьбе с урезанным бюджетом, уничтожением персонажей и кособокими спецэффектами в этой пародии на фильм «Гарри Поттер и Узник Азкабана».
Прим. перев.
Довольно любопытный стёб над фильмом, в котором от души пинают Куарона и Клоувза. Ну а мы при переводе добавляем немного русского колорита, в основном, в виде различных идиоматических выражений
Последний раз редактировалось Freezing Spell 15 дек 2005 14:45, всего редактировалось 1 раз.
Гарри aka p0++eR и AMD'овский камень — ожидание закончилось!
От авторов: по всему тексту мы напихали кусочки диалогов и ситуации из других произведений помимо УА. В этой главе мы позаимствовали кое-что из: Звездных Войн, Шекспира, "Работы по совместительству" (один из самых популярных телесериалов 1980-х в жанре комедийного детектива – прим. перев.), Чарли и Шоколадной фабрики, возможно, откуда-то ещё. Также слегка копнули у Дж.К.Роулинг, но всё это во имя юмора. Мы любим её и тот мир, который она создала для наших игр.
Гарри Поттер лежал в кровати и играл со своей палочкой. Нет, не той палочкой. Другой палочкой. Он скучал по друзьям, в особенности по Гермионе Грейнджер, самой умной ведьме в своём возрасте. Летние каникулы были ужасны. Гарри даже не знал, чем заняться в то время, когда не играл с палочкой. Он был слегка расстроен тем, что назавтра ожидался приезд Тёти Мардж. Он ненавидел Тётю Мардж.
«Вот бы Гермиона была здесь, - размышлял Гарри, - она бы придумала, что делать с Тётей Мардж».
К несчастью, без руководящих указаний Гермионы, Гарри, находясь в несколько взвинченном состоянии, надул свою тётю. Следующим вечером он в одиночестве сидел на бордюре и задавался вопросом, что же делать дальше.
«Что бы стала делать Гермиона на моём месте?» – размышлял он.
Внезапно все сооружения на игровой площадке зловеще зашевелились, вселяя в парня неясную тревогу. Гарри вдруг почувствовал себя более уверенно. Он не раз попадал в подобные ситуации вместе с Гермионой; сейчас определённо пора было начинать паниковать. Он задышал тяжело и с хныканьем (так как, разумеется, Рон тоже часто попадал в эти ситуации). Неспособный убедительно изобразить какие-либо другие эмоции, Гарри выхватил плащ-невидимку и скрылся под ним, за всеми этими делами совершенно не замечая среди кустов вшивую, тощую собаку средних размеров. Собака пожала плечами и скрылась.
Когда Гарри почувствовал, что достаточно нахныкался, то решил, что пришло время развивать сюжет. Он встал и плюхнулся задом на свой чемодан. Ничего не произошло. Почесав затылок, он глянул в небо и обнаружил бумажного журавлика, по спирали плавно спускающегося к нему. Послание гласило:
Ты забыл вытащить свою палочку.
С любовью,
Гермиона.
Гарри расстегнул штаны. Появился другой журавлик, на этот раз пронзительно орущий и мельтешащий перед самым носом. Он раскрылся сам собой и мощно проревел:
НЕ ТУ ПАЛОЧКУ, ДУБИНА! ДРУГУЮ!
– О, – пробормотал Гарри. – Ну, в любом случае я забыл отлить перед выходом.
Когда Гарри закончил свои, кхем, дела, он вытащил надлежащую палочку из кармана и вытянул вперёд. Сопровождаемый громким БУМ, появился Автобус-Рыцарь. Двери распахнулись, и Гарри был удивлён и даже в некоторой степени озадачен, увидев Сморщенную Говорящую Голову с дредами, горланящую что-то из репертуара Talking Heads.
Допев куплет, Голова заметила Гарри. – Добро пожаловать на острова, в смысле, в Автобус-Рыцарь, чувак. Запрыгивай на борт!
– Но… что произошло со Стэном? – спросил Гарри. – Я думал, это он будет кондуктором.
– Сокращение бюджета, чувак, – произнесла Сморщенная Говорящая Голова с ужасным ямайским акцентом. – Его зарплата ушла алчной корпорации, также известной как Industrial Light and Magic. Прорву реальных людей заменили компьютерной графикой – Лукас пытается найти дополнительные средства для следующей части Звездных Войн. Мне даже обещали эпизодическую роль дальнего родственника Джа-Джа Бинкса. Ну, а теперь залезай, чувак, время поджимает.
Гарри закинул чемодан в автобус. Испытав несколько шумных столкновений и претерпев молекулярную компрессию на квантовом уровне, он прибыл к «Дырявому Котлу», где его встретил Горбун из Нотр-Дама.
– Рад снова видеть тебя, Гарри, – сказал Горбун.
Гарри оглянулся и задался вопросом, не забрёл ли он каким-то образом в другую книгу.
– Ээ, простите, но Джоанна не упоминала, что «Дырявый Котел» поменял владельцев.
– Гарри, разве ты не узнаешь меня? – спросил Горбун.
Гарри прищурился.
– Том, это ты?! Что с тобой стало?
– Я нечаянно подал Альфонсо чай со сливками и без сахара вместо чая с сахаром и без сливок. В наказание, я потерял 30 пунктов IQ и приобрёл горб.
– Будь осторожен, Гарри. Боюсь, ты в смертельной опасности. А теперь пойдём. Министр Фудж ждёт.
Гарри последовал за «Томом» вверх по лестнице. Они остановились перед внушительной деревянной дверью. Оттуда слышалось бормотание спорящих голосов.
– Нет, нет, нет! Никакого лимонно-жёлтого цвета в моём фильме! Это не художественно, это, мать вашу, слишком жизнерадостно! Это разрушает всю атмосферу. Уберите к чертям этот костюм и дайте мне что-нибудь добротного, депрессивного тёмно-серого цвета.
Гарри глянул на Тома, скрестившего руки на груди, и спросил:
– Разве мы не собираемся входить?
– Подожди минутку.
В конце концов за дверью раздался пронзительный звонок. Том тут же открыл дверь и пропихнул Гарри внутрь комнаты, где они обнаружили министра Фуджа в мрачном тёмном костюме в тонкую серую полоску.
– Гарри, рад сообщить тебе, что обслуживающий персонал засёк твою тетю Мардж и отбуксировал в прессовальную комнату, – радостно сообщил министр. – У неё не останется воспоминаний об этом суровом испытании, если не считать нескольких складок, но на такой фигуре, как у неё, никто этого не заметит.
Том стоял на заднем плане, громко щёлкая орехи, которые никто не собирался есть. Когда Гарри оглянулся, он пожал плечами и объяснил:
– Не имею ни малейшего представления, зачем это нужно. Так написано в сценарии
Гарри тоже пожал плечами и повернулся обратно к министру Фуджу.
– Министр, а разве меня не накажут?
– По закону, Гарри, тебя бы посадили в Азкабан, но у нас попросту нет времени. Почти настал момент Грандиозного Появления Гермионы. А теперь отправляйся за Томом – ты переночуешь здесь.
– А что потом? – поинтересовался Гарри. – До школы ещё целых две недели, но я же не могу вернуться к Дурслеям. К тому же мне всё ещё надо закупить всяческие школьные причиндалы.
– Гарри, не глупи. Книги уже ждут тебя в комнате, и я устроил так, чтобы занятия начались послезавтра.
– Каким образом вы ухитрились это сделать? – удивился Гарри.
– Тем же, каким я устраиваю первое сентября в понедельник который год подряд. Некоторые вопросы лучше не задавать, Гарри. Чем меньше ты знаешь о таких вещах, тем лучше. Ну а теперь иди, – прогнал парня министр.
Гарри прошёл за Томом наверх. После нескольких раундов борьбы с громадной, волосатой книгой с клыками как у тарантула, он немедленно уснул. Наутро его разбудил громкий стук. Повернувшись, он обнаружил Хедвигу, продравшуюся сквозь окно. В лапах сова несла большую клетку, дверь которой, судя по всему, была прогрызена. Гарри шмякнул себя по лбу.
– Хедвига! Я совершенно забыл, что оставил тебя запертой в клетке у Дурслеев! Умная девочка.
Хедвига огрела его клеткой по затылку, отправляя в краткосрочный нокаут. Когда он очнулся, то увидел, что сова гоняется по комнате за бумажным журавликом, издавая при этом душераздирающие вопли. Наконец она схватила клювом неудачливый кусочек бумаги и принесла хозяину.
– Спасибо, девочка. И – я действительно извиняюсь.
Хедвига вернулась на свой насест, повернулась к Гарри спиной и принялась чистить пёрышки. Гарри развернул бумажного журавлика. Он гласил:
Гарри,
ты можешь опоздать к моему грандиозному появлению! Пошевелись и спускайся!
С любовью,
Гермиона.
PS. Убедись, что ты почистил зубы, надел зеленую клетчатую рубашку и, ради Бога, причешись.
Гарри по-быстрому оделся и навёл лоск, следуя гермиониным инструкциям, а потом спустился вниз.
«Ух ты, а здесь определённо стало светлее, – подумал он. – Похоже, Том сменил интерьер».
Внезапно все посетители «Дырявого Котла» прекратили всякую активность и собрались в дальнем конце комнаты, повернувшись лицом к двери. Гарри задержался на лестнице, недоумевая, что же тут происходит. Дверь медленно отворилась и открыла Гермиону Грейнджер во всей красе и великолепии. По всему пабу раздались негромкие хлопки. Лучезарно улыбаясь, Гермиона сделала несколько реверансов, а затем обернулась и вытащила на свет второго по уродливости кота в мире.
– Гермиона, – сказал Гарри, – где ты откопала это… существо?
Рон Уизли вышел из толпы аплодирующих посетителей. Гарри даже не заметил, что он раньше был тут.
– Это новый кот Гермионы – Косолапсус, невероятно умный и уродливый как задница. Судя по всему, он сразу невзлюбил Струпика, – печально вздохнул Рон.
Он собирался сказать ещё что-то, но был перебит Гермионой.
– Рональд, Косолапсусу очень нравится Струпик, особенно если добавить немного чеснока. Он – кот. Они едят крыс, это в их природе. Кроме того, Косолапсус окажет тебе огромную услугу, избавив тебя от этой старой замшелой крысы. Я всегда полагала, что в ней есть что-то странное.
Гермиона продолжала болтать. Немного поудивлявшись насчёт того, когда это Гермиона начала звать своего лучшего друга Рональдом, Гарри перестал обращать на неё внимание и принялся шататься по пабу, здороваясь с остальными Уизли. Перси протянул ему руку.
– Как ты, в целом, Перси? – осведомился Гарри.
Перси поднял картонку со словами:
«Привет, Гарри. В этом году меня выбрали Лучшим Учеником. Я бы хотел рассказать тебе об этом побольше, но все мои реплики были вырезаны с тем, чтобы уделить больше экранного времени Гермионе. Ты меня больше не увидишь, кроме тех тридцати секунд в Гриффиндорской гостиной через три месяца, во время кризиса, справиться с которым Гермиона не смогла, очевидно, по причине крайней занятости».
Перси широко улыбнулся Гарри, тот пожал плечами и отошёл. Он подумал, что вроде бы мельком видел Джинни, отчаянно краснеющую и скрывающуюся за колонной. Близнецы дали ему обрывок газеты, но он не успел его прочитать, так как снова настало время выдвинуть Гермиону на передний план.
Гермиона деликатно подтолкнула вперёд м-ра Уизли.
– Давайте, скажите ему, – прошептала она.
– Ну, если ты уверена… – шёпотом засомневался м-р Уизли.
– Разумеется, я уверена. Я же самая умная ведьма своего возраста. Кроме того, уже пора развивать сюжет.
– Ну хорошо. – М-р Уизли повернулся к Гарри и произнёс нормальным голосом: – Гарри, идём. Я должен кое-что тебе сказать.
Гарри прошёл за м-ром Уизли в укромный уголок «Дырявого Котла».
– Гарри, ты должен пообещать, что не станешь искать Сириуса Блэка.
– Кого?
– Сириуса Блэка, сбежавшего из Азкабана убийцу. Он хочет убить тебя.
– А как насчёт Вольдеморта? – озадаченно спросил Гарри.
– О, в данный момент он отдыхает на Тортуге. Он вернётся в следующей книге, – заверил его м-р Уизли.
– Ага. Ну а кто такой этот Сириус Блэк, и почему он хочет меня убить?
– Это незначительные детали, Гарри. Альфонсо и Стив решили, что для таких больших диалогов нет места. Кроме того, они никак не могли придумать сцену в которой это тебе рассказала бы Гермиона. В конце концов, она маглорождённая, и ей только тринадцать. Она ни хрена не знает о Сириусе Блэке.
– А. ОК. – Гарри пожал плечами и отправился по своим делам. Он присел на скамейку рядом со всеми остальными, в ожидании инструкций от Гермионы. В следующий момент они уже очутились в «Хогвартс-Экспрессе», пробираясь по коридору в поисках свободного купе.
– Как мы сюда попали? – спросил Гарри.
– Фиг знает, – ответил Рон. – В ближайшие несколько минут у меня не будет ни одной реплики вплоть до того момента, когда надо будет комично испугаться.
Он погрузился в молчание и покорно последовал за Гермионой.
– Смена сцены, Гарри, – пояснила та. – О, скоро будет несколько по-настоящему прелестных сцен с Дракучей Ивой. Знаешь, у Альфонсо наблюдается какая-то подозрительная зацикленность на этом дереве, плюс необъяснимая враждебность по отношению к голубям.
Гермиона провела их к последнему незанятому купе, где расположился спящий незнакомец. Гарри оглянулся.
– А где Джинни? И Невилл? Разве они не должны были сесть с нами?
– Гермиона может делить сцену максимум с тремя действующими лицами, – прошептал Рон. – Так указано в её контракте.
Гарри выглядел озадаченным.
– Это сделает присутствие на уроках несколько затруднительным, разве нет?
– О, не беспокойся, – сказал Рон. – У нас за весь год будет всего лишь пять уроков, а она покажется только на половине из них. Справимся.
Гермиона пронзила его взглядом, Рон разочарованно затих и молчал до тех пор, пока Гермиона не ткнула его локтем.
– А? О. Извини. Когда все твои разговоры вырезаны, легко пропустить реплику. – Рон прочистил горло. – Интересно, кто этот таинственный парень? – провозгласил он громким театральным шёпотом.
– Это профессор Р. Дж. Люпин, – разъяснила Гермиона.
– Откуда ты знаешь? – спросил Гарри.
– Так написано на его чемодане, – ответила Гермиона. – Более того, я только что определила, что он является оборотнем.
– Черт побери, с чего ты взяла?
Рон пробормотал нечто вроде «прочитала дальше в сценарии».
Гермиона проигнорировала его.
– Его поношенная одежда, его сероватая бледность, учитывая тот факт, что вчера было полнолуние, загадочные шрамы на лице и лёгкий аромат антиоборотневого зелья в воздухе, – перечислила она, принюхиваясь.
– Гермиона, какой офигительно проницательный вывод! – благоговейно воскликнул Гарри, пораженный дедуктивными способностями подруги. Рон с отвращением фыркнул и уставился в окно. Гарри продолжил: – Что мы предпримем по этому поводу?
– Мы должны подождать ключевого момента в сюжете, когда я сообщу, что знала его секрет всё это время, и начну пронзительно кричать, что он нас предал.
– О. Если ты думаешь, что так будет лучше… – в сомнении сказал Гарри.
– Поверь мне, Гарри. У меня всё просчитано, – заверила Гермиона.
Сразу после этого поезд внезапно остановился, сбрасывая Гарри, Гермиону и Рона в большую кучу на полу.
– Знаете, по всем признакам это напоминает групповушку, – сострил Рон, покосившись на Гермиону. Та, отцепляясь от парней, ударила его по руке.
– Я не ТАКАЯ девушка! – рявкнула она.
– Это ТЫ так думаешь, – парировал Рон.
Ко всеобщему удивлению, профессор Р. Дж. Люпин продолжал спать. Похоже, его ничуть не потревожили резкие толчки. Гарри ткнул его разок, чтобы удостовериться, что профессор не умер. Затем все лампочки погасли.
– Что происходит? – осведомился Гарри. Он услышал приглушённые чмокающие звуки, доносившиеся со скамьи напротив.
– Ммммф, нет, Рон, это моя нога. Целься повыше.
Снова чмокающие звуки.
– Гермиона, ты не могла хоть раз надеть вещь с застёжкой впереди? – пожаловался Рон.
– Эй! – крикнул Гарри. – Вы там, ничего такого! Нам только тринадцать!
В темноте Гарри едва различил, как две фигуры напротив отделились друг от друга.
– Извини, – застенчиво пробормотала Гермиона. – Капельку увлеклись. – Она снова пихнула Рона локтем.
– А? Ой. Эээ… – Рон умолк, затем достал из воздуха толстую пачку пергамента и быстро проконсультировался с ней. – Так… «Дырявый Котёл»… нет… а, вот оно. – Он отбросил пергамент, вытянул руку и уставился за окно с крайне испуганным выражением. – Там что-то д-д-д-вижется снаружи… – объявил он дрожащим голосом.
– О, Рональд! – воскликнула Гермиона, сжимая Ронову руку и вскакивая ему на коленки. Рон закатил глаза и галантно придержал Гермиону от сползания на пол.
Гарри начал дрожать.
– Кто включил кондиционеры? – спросил он.
Профессор Р. Дж. Люпин всё ещё спал. Пока ребята смотрели на окна, те начали обрастать льдом. Затем в дверях купе выросла тень, и костлявая, артритическая рука скользнула в дверной проём. Большое и страшное Нечто, закутанное в висящую лохмотьями чёрную простыню (напоминавшую костюм привидения, который Гарри надевал на Хеллоуин в шестилетнем возрасте), ввалилось внутрь.
– Мы ищем Сириуса Блэка, – прохрипело Нечто.
– Его здесь нет. Убирайся! – крикнула Гермиона.
Нечто пожало плечами и уставилось на Гарри:
– Эй. У тебя чёрные и грязные волосы. Ты нам подойдёшь.
Нечто вытащило из-под своей хламиды шланг, щёлкнуло переключателем и угрожающе простёрлось над парнем, приставив шланг к его губам. Гарри ощутил мощный вакуум, выдавливающий воздух из лёгких.
– Что мне делать? – заорал он Гермионе. Хотя все слова были поглощены шлангом, Гермиона без труда поняла его.
– Ты что-нибудь слышишь? – спросила она.
Гарри внимательно прислушался. Из очень далёкого далёка вроде бы донёсся женский крик. Он яростно закивал.
– Это твоя мама? – возбуждённо поинтересовалась Гермиона.
Гарри отбросил шланг в сторону и раздражённо уставился на неё.
– Гермиона, моя мама погибла. Причём довольно давно. Как, чёрт тебя дери, я узнаю, что это она?
– Загляни в своё сердце, Гарри. Те, кого мы любим, никогда нас не покидают, – прочувствованно изрекла Гермиона. Рон кинул в неё полный отвращения взгляд, а потом снова съёжился в ужасе.
Гарри вернул шланг на место и прислушался. По всей вероятности, Гермиона оказалась права, как и всегда. Это в самом деле кричала его мама. Хотя она ничего не произносила ни слова, Гарри легко распознал её голос, даже несмотря на то, что её убили, когда ему был всего один год. Он кивнул Гермионе.
– Ну, чего же ты ждёшь? Теряй сознание! – скомандовала Гермиона.
Так он и сделал.
Когда Гарри очнулся, Рон, Гермиона и профессор (который наконец-то проснулся) смотрели на него с сильным беспокойством.
– Что это была за штука? – спросил он.
– Это был один из дементоров Азкабана, – драматически произнесла Гермиона.
Профессор громко кашлянул, и, когда Гермиона оглянулась, потряс головой. Гермиона смущённо умолкла.
– Это был один из дементоров Азкабана, – драматически произнёс профессор. – Вот, возьми шоколаду. Она помогает.
– ШОКОЛАДУ? Я чувствую себя так, словно эта хрень пыталась высосать мою душу. Каким, в задницу, образом мне тут поможет шоколад?
– Я считаю шоколад универсальным средством от всех болезней, – важно заверила Гермиона. Когда профессор Люпин передал ей батончик, она откусила огромный кусок, намного превосходящий понятия о справедливом дележе. Когда вся компания уставилась на неё, она пожала плечами, как бы говоря: «Чего?».
Гарри захрустел шоколадом и спросил с полным ртом:
– Как же нам удалось избавиться от дементора?
Рон закатил глаза.
– Гермиона заговорила его до смерти. – Он указал на чёрную сморщенную кучку в углу – судя по всему, остатки дементора.
– А. Отлично, – кивнул Гарри,. У него не возникло и тени сомнения в том, что Гермиона способна заговорить до смерти кого угодно. В конце концов, она была самой умной ведьмой в своём возрасте и к тому же славилась привычкой постоянно бубнить о таких вещах, о которых даже профессор Дамблдор ничего не знал.
Неожиданно Гарри очутился в карете. Шёл проливной дождь, но сквозь бурю он сумел различить дорожный знак, указывающий один путь в Хогвартс, а другой – в Хогсмид. Раньше он никогда не слышал, чтобы хоть кто-нибудь упоминал о Хогсмиде. Парень задался вопросом, не была ли это новостройка – в конце концов, они имели странную тенденцию возникать за одну ночь. В следующий момент Гарри сидел за Гриффиндорским столом в Большом Зале. Из дальнего конца помещения доносилась прекрасная музыка. Когда он откинулся назад, чтобы Рон не загораживал обзор, то увидел Гермиону, стоящую в одиночестве посреди Зала. Она держала в руках жабу и сама исполняла всю партию хора, а жаба, похоже, солировала.
Рон стормозил.
– Как она туда попала? Секунду назад она сидела рядом с нами! – воскликнул он.
– Ёлки-палки, я даже не знал, что она умеет петь, – отозвался Гарри. – Фактически, я был абсолютно уверен, что она звучит паршивее железного ведра.
– И с каких это пор мы слушаем музыку перед едой? – пожаловался Рон. – Я голоден. В этом фильме мне практически больше нечего делать. Могли хотя бы дать мне поесть.
Перси обернулся к ним, приложив палец к губам. Рон закатил глаза, но они всё-таки дослушали Гермионин концерт в молчании. Когда она закруглилась, зал наполнился громовыми аплодисментами. Даже Слизеринцы восхищённо таращились на примадонну. Гермиона скромно поклонилась, передала жабу профессору Флитвику и присела на своё место за Гриффиндорским столом.
Профессор Дамблдор (по крайней мере, Гарри предположил, что это он – похоже, с тех пор, как Гарри видел профессора последний раз, его волосы поменяли цвет с белого на серый) встал с места и переместился к подиуму, практически полностью за ним скрывшись.
– А это ещё откуда? – прошептал он Рону.
– Из видео-игры, – шёпотом ответила Гермиона прежде, чем Рон успел раскрыть рот. – Разве не помнишь? В «Комнате Секретов» там хранились найденные тобой книги заклинаний.
– За этой штукой он выглядит совершенно нелепо, – пробурчал Гарри. Гермиона, похоже, была не согласна, так что он не стал развивать тему.
На подиуме Дамблдор со счастливым видом зажигал свечи и беседовал сам с собой. Только через некоторое время профессор осознал, что вся толпа учеников выжидающе на него смотрит.
– Ой, батюшки, моя очередь? Я ждал Гермиону. Ну, в таком случае, приступим. – Он на секунду остановился, глубоко вздохнул и начал: – Я приехал, чтобы удачно жениться в Падуа…
Позади профессор МакГонагалл зашипела, привлекая к себе его внимание.
– Не тот сценарий! – прошептала она.
– Чего? Ох. Виноват. – Он в замешательстве почесал затылок и начал заново: – Друзья, римляне, деревенские жители, слушайте меня…
Профессор Снейп помотал головой и спрятал лицо в ладонях.
– Не тот сценарий! – простонал он достаточно громко.
– Чёрт. Я помню, у меня всё записано… где-то тут… – бурчал Дамблдор, роясь в складках мантии. – А, вот же он. – Он достал кусок пергамента. Под взглядами учеников он наклонился и принялся нашаривать что-то за подиумом. Когда профессор выпрямился, в одной руке он сжимал обшарпанный череп.
– Бедный Йорик! Я знал его, Горацио! – разнёсся по всему Большому Залу торжествующий голос Дамблдора.
К его изумлению, ученики хором завопили: «НЕ ТОТ СЦЕНАРИЙ!»
– Гром и молния! – разгневался Дамблдор. Оглянувшись, он выкрикнул: – Реплику, пожалуйста!
Профессор Флитвик прополз под столом, подбежал к Дамблдору и зашептал что-то ему на ухо.
– Вы что, шизанутые? – громко воскликнул он. – Я не стану говорить такой белиберды!
Флитвик кивнул и отошёл. Дамблдор выпрямился и снова повернулся лицом к ученикам.
– Тютя, рева, рвакля, цап? – нерешительно произнёс профессор.
Ученики переглянулись, одобрительно кивая.
– Превосходно. У меня тут было заготовлено несколько трогательных замечаний насчёт зажигания света в темноте, а также предупреждение по поводу дементоров, но всё это не имеет большого значения, так что я уступаю экранное время Гермионе. Я голоден. Давайте есть.
Гарри aka p0++eR и AMD'овский камень — ожидание закончилось!
Рейтиг авторы поставили Teens... я просто не знаю, как это отконвертировать. Детям от 12-ти лет?
Следующая глава за Димой, а вот насчет третьей - всё в тумане.
Гарри aka p0++eR и AMD'овский камень — ожидание закончилось!
От авторов:В сегодняшнем выпуске мы должны извиниться перед «Баффи, истребительницей вампиров» (и в особенности перед Сетом Грином, чьи импровизации я позаимствовала), «Властелином колец» и, возможно, некоторыми другими передачами/фильмами/книгами, но мне в лом вчитываться в текст и всё вылавливать. А, и, по словам Трис, эти прелестные маленькие карточки вместо произнесения реплик – прямая цитата из “Loony Tunes” производства Warner Bros.
*****
Рон выразил своё согласие в огромной улыбке и приготовился подцепить куриную ножку вилкой, а Гарри потянулся к пирогу. Но они даже не успели наполнить тарелки, так как услышали гнусавый, жалобный вой с соседнего стола:
– Что это за место?
Гарри и Рон недоверчиво посмотрели друг на друга, а потом обернулись. Прямо через проход сидел Драко Малфой вместе с Крэббом (или Гойлом; Гарри так и не научился их различать) и с другим мальчиком, которого ни Гарри, ни Рон не узнали.
– Как я тут оказался? – громко удивился Малфой, осматриваясь. – Ты кто такой? – спросил он мальчика, сидящего возле него. – И кстати, кто Я такой?
– Вот чёрт, опять, – тихо ругнулся Рон, залез в карман мантии и достал всё тот же длинный пергамент, с которым сверялся в поезде. Гарри заинтересованно смотрел, как Рон перелез через скамью и хорошенько треснул Малфоя тяжёлым свитком по голове.
– Ой! – воскликнул блондин, и туман в его глазах рассеялся. – Спасибо. Это было мне просто необходимо.
Открыв рот, Гарри наблюдал, как волосы Малфоя избавились от сдерживающего их геля и упали ему на глаза. Его чистая и аккуратная школьная форма превратилась в пару обшарпанных джинсов и обтягивающую футболку с надписью "N-Sync" на груди.
– Рон, ты что сделал? – прошептал Гарри. Он снова начал трястись, то ли от ужаса, то ли от какого-то подавливаемого желания. Но одно он знал, точно: странные вещи начали твориться в Большом Зале.
– Моментальная передача знаний посредством диффузии, – шёпотом ответил Рон. – В этом году она очень нам пригодится.
Забыв прошлое замешательство, Малфой усмехнулся Гарри своей фирменной ухмылкой. Но когда он начал говорить, двое друзей едва не съехали с катушек, пытаясь не заржать. По каким-то причинам в голосе Малфоя появилось отчётливое подвывание.
– Это правда, Поттер? Ты и, правда, хлопнулся в обморок? Тебя напугали злые воздушные шарики, обтянутые чёрной тканью? – Малфой вдруг замолк, и ужас исказил его лицо. – НЕЕЕЕТ!!! – завизжал он тонким голосом, мало отличимым от Гермиониного. – Крэбб! Гойл! Ты, новый парень! Помогите мне! Они превратили меня в сюсюкающего идиота!
Истошно крича, Малфой выбежал из зала вместе с Крэббом, Гойлом, Новым Парнем и жеманной Пэнси Паркинсон. Гарри и Рон постепенно выпадали в осадок от смеха. Но когда они повернули головы обратно к столу, то с громадным удивлением обнаружили, что почему-то уже поднимаются вверх по лестнице. Гарри дико осмотрелся.
– А что с нашим ужином? – растерянно произнёс он.
Рон тоже огляделся.
– Но... курица... тушёная картошка и... ТВОЮ МАТЬ!!! Я ЖРАТЬ ХОЧУ!!! ГДЕ ЭТОТ ДОЛБАНЫЙ КУАРОН?!! Я ТРЕБУЮ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ ПРОФСОЮЗА!!!
Пока Гарри тщетно пытался утихомирить Рона, очередной щебечущий бумажный журавлик спустился сверху на плечи Уизли. Тот, однако, продолжал орать во всё горло и ничего не замечал. Гарри снял журавлика с плеча друга, развернул и начал читать вслух. Рон умолк, прислушиваясь.
Мистер Куарон попросил меня, известить вас о том, что у Гриффиндора отняли пятьдесят баллов из-за твоей несдержанности, Рональд. Только у Гарри есть полномочия говорить строчными буквами в этом фильме. Увидимся утром.
С любовью,
Гермиона
Выражение лютой ненависти воцарилось на лице Рона. Без лишних слов он выхватил журавлика из рук Гарри, скомкал его в маленький шарик и... засунул его себе в рот. После непродолжительного чавканья и проглатывания он смачно рыгнул и сказал:
– Ну, хоть что-то. Теперь я уже не зверски хочу жрать, а всего-навсего голоден как собака.
– Не волнуйтесь, ребята, – раздались за спинами Гарри и Рона два одинаковых голоса. Обернувшись, друзья увидели Фреда и Джорджа. – Мы, как всегда, ищем вас двоих.
Фред вытащил из-под мантии маленькую коробку печенья в виде различных зверей.
– Одного такого печеньица достаточно, чтобы наполнить живот растущего организма, – провозгласил он. – К тому же при помощи этих штук вы с корешами сможете издавать животные звуки и развлекать аудиторию картинами мужской дружбы, которые не играют никакой роли в сюжете, но, очевидно, намного превосходят всё, о чём писала Джоанна Роулинг.
– Кто-кто? – осведомился Гарри.
– Да неважно. В конце концов, кто не будет очарован сценой, где тринадцатилетние подростки мило перекусывают печеньем? Мы полагаем, тут где-то кроется слэшевый подтекст, хотя, чёрт побери, мы так его и не нашли. В любом случае, приятного аппетита, братишка.
– Спасибо. – Рон уже начал открывать коробку, как вдруг поднял голову и подозрительно воззрился на братьев: – А откуда они взялись?
– Это, – гордо начал Фред, – Ужастики Умников Уизли.
– Прототип, – добавил Джордж.
– Да. Мы перенеслись в будущее, чтобы свистнуть эту пару упаковок печенья специально для вас. Кстати, Гарри, ты помнишь о той газете, которую мы тебе дали?
– Какой газете? – не понял Гарри.
– Ту, которую мы дали тебе в Дырявом Котле. Ты смотрел на неё около трёх секунд. Короче, обязательно найди её. Наши фотографии поместили туда не за просто так.
Внезапно глаза Гарри расширились. Заметив его испуганное лицо, близнецы оглянулись и увидели, как позади открылся огромный, сверкающий портал. Фред с Джорджем попытались героически смыться, но телепорт засосал их с влажным хлюпаньем, а потом закрылся.
– Эээ... А разве ты не должен сейчас обделаться от страха? – спросил Рона Гарри.
– Как-то не хочется, – пожал плечами тот. – Что тут за пробка на лестнице? Шевелитесь, остолопы! Или Невилл опять забыл пароль?
– Разумеется, нет, – жалобным голосом сказал Невилл. – Для этого мне потребовалось бы стать настолько значительным, чтобы иметь право произнести более одного слова зараз.
– О, верно, – смутился Рон. – Прости, дружище. И, всё-таки, что за пробка?
– Эта сцена не закончится, пока Полная Леди не споёт, – отозвался Невилл.
Все трое хором застонали.
– Кто-нибудь, убейте меня, – умолял Рон. – Становится всё хуже и хуже.
Невилл похлопал его по спине.
– Прости, дружище. Мы обязаны остаться здесь, ради Гарри. Он ведь до сих пор не имеет представления о том, что же тут происходит. – Тревор громко квакнул, Невилл закрыл его уши руками. – И давай не будем забывать своё главное предназначение: комедийная отдушина.
- Ты имеешь в виду те пожертвования, которые делает Джоанна? – уточнил Гарри.
- Нет, Гарри, - вздохнул Невилл.
- Но что же тогда? Я не понимаю.
- Ты прав, Невилл. Я точно знаю. – Рон грустно покачал головой. – Бедный Гарри…
- Чего? – Гарри был совершенно сбит с толку.
- Нет, тебе лучше этого не знать, - безнадёжно взглянул на него Рон.
Мальчики терпеливо дождались, пока отнимающий экранное время портрет разобьёт бокал и, наконец, откроет вход в Общую комнату. Они протащились по лестнице и переоделись ко сну. Когда у Гарри громко заурчал живот, Рон бросил ему коробку с печеньем, которую им передали близнецы:
– Вот, налетай.
Гарри взял одну штуку и пустил коробку по кругу. Когда он приступил к своему печенью в форме чайника, Симус начал подбрасывать свою обезьяну-печенье в воздух.
– Эй, смотрите! У обезьянки есть маленькая шляпа... И штанишки! – Симус заворожённо наблюдал за печеньем.
– Ага, я вижу, – кивнул Гарри.
– А одежда есть только у обезьянки. Ты знал это?
Гарри снова кивнул. У него были серьёзные подозрения, насчёт умственного состояния Симуса, но тот продолжал болтать, ничего не замечая.
– Интересно, а другие животные не считают себя ущемлёнными? Например, гиппопотам: "Эй, чувак, где мои штаны? Моему гиппопотамскому достоинству требуются штаны". А обезьяна в ответ: "Обезьяньи штаны-руль!" – Симус изобразил голос обезьяны с сильным французским акцентом.
– Обезьяна из Франции? – спросил Гарри, медленно отодвигаясь от Симуса.
– Все обезьяны из Франции. Ты не знал? – за его спиной Дин начал засучивать рукава своей пижамы. Симус обернулся: – Что?
Дин поднял табличку:
НЕ ТОТ ФЭНДОМ!!!
– Да-да-да, – пробормотал Симус. – Но это, по крайней мере, было бы веселее кучки тинэйджеров, сидящих на кроватях и издающих животные звуки.
Когда ребята доели свою провизию, Гарри заметил, как Рон заворачивает оставшееся печенье в большие зелёные листы.
– Что ты делаешь? – спросил Гарри.
– Распределяю еду на пайки, мистер Поттер, – серьёзно объяснил Рон. – Хочу убедиться, что нам хватит до конца года. Я уже прочёл остаток сценария; нам не дадут поесть аж до момента посещения Сладкого Королевства в Хогсмиде. К счастью, Альфонсо постиг искусство временного сжатия, так что до похода осталось не так уж и долго.
– Правда? – заинтересовался Невилл. – Как он это делает?
– Я не разбираюсь в деталях, но это включает в себя жертвоприношения голубей во имя Хроноса и ещё какую-то фигню, – ответил Рон и широко зевнул. – Так или иначе, я уже падаю. Давайте спать.
Если вас отовсюду гонят в три шеи, значит вы - Змей Горыныч!
Покажите мне на человека, который после прочтения ПП не впал бы в небольшую депрессию...
)... 
