Акабано что бы отвлечься и успокоится сосредоточился на дыхании. Его немного трясло, а это никуда не годилось. Был бы зверем, шерсть бы на загривке встала дыбом. Слишком много намешалось в последние дни. Он никак не мог собраться с мыслями. Голова была такая тяжелая, а мысли беспорядочно сменяли друг друга.
Но ведь хорошо, что она нашлась, что здесь, что веселилась с подругой. Это хорошо, как бы она к нему не относилась, теперь можно было сказать Ханне, а та бы уже позаботилась о ней. А он бы мог помочь. В любом случае..
Профессор зажмурился и глубоко вдохнул. Он не слышал ни звука за спиной и не знал, там ли еще девушки или уже ушли. Мог бы попытаться почувствовать, но боялся, также, как и оборачиваться.
Медленно, мучительно текло время. Может быть, он уже час тут стоит? Задумался, тоже бывает.
Но ощущение прикосновения сзади развеяло все сомнения. Он был не один. Не ушли. Не ушла.
Акабано крепко сжал зубы и открыл глаза. За окном все еще было темно.
Он приподнял руку и слегка коснулся Трикс, кажется, просто хотел убедится, что она действительно стоит у него за спиной. Пару секунд он не мог вдохнуть от волнения. А потом резко оттаял. Выдохнул. Вынырнул из этого кошмарного сна. Сердце защемило от чувств, и словно что-то тяжелое рухнуло на пол. Сразу стало так легко. В уголке глаза предательски скопилась дурацкая влага.
Акабано повернул голову, чтобы увидеть девушку. Какого же было его удивление, когда он понял, что обнимается с невидимкой. Но да какая к черту разница.
-Трикс.
Дрожащим голосом произнес он, машинально принимая кольцо и разворачиваясь. Акабано смотрел на нее полный искренних чувств, его лицо просветлело, а на губах почти появилась улыбка. Он крепко обнял ее в ответ.
-Слава Мерлину, ты нашлась. Я так беспокоился, а тебя нигде не было.
Он наконец вспомнил. Искал же ее. Переживал. Что это было? Все как в тумане. Никаких больше наваждений.
Алекс увидела, что Трикс не опасается профессора, а вот её саму перспектива общения с ним пугала, поэтому как-то оправдавшись, она ушла из кабинета, оставив их вдвоём.
Лишь упершись лбом в спину, Трикс подумала о том, на сколько все-таки уместна эта минутная слабость. Эмоции читать она не умела, а по еле слышимому звуку стиснувшихся зубов и по дыханию решила, что все-таки видеть ее здесь не рады. А внутреннему голосу только в радость снова поругать. За то, что пришла, за то, что считает, будто кто-то еще будет рад ее появлению, за вот такие глупые слабости.
Девушка снова смирилась с ситуацией и заставила себя потушить все ненужные эмоции. Еще и Алекс внезапно ушла, правдивы ли ее оправдания, или придумала? А если придумала, то для чего? Она собиралась отпустить и тоже уйти, может так действительно надо, ослабила хватку, а прикосновение к ней заставило вздрогнуть и убрать руки как можно скорее. От всего, произошедшего только что, особенно в ее голове, ответные объятия стали крайне неожиданными. Какое-то время хаффка даже не шевелилась.
Беспокоился? За нее? Ни где не было? Неужели искал? Поверить сложно, что кто-то ее искал, не связанный с министерством или с тем местом, где на таких, как она, ставят опыты. Или связанный? Нет. Тогда бы не беспокоился. Возможно, он не слышал ничего о ней, не в курсе обо всем, что она натворила, считает ее той же Трикс, что и больше года назад сидела тут рядом, шутила, пела. Но слишком много происшествий и чужих жизней разделяют ее с ней же. Рассказать? Объяснить, что скорее всего она не та, кого Акабано готов сейчас перед собой увидеть, не та, за кого можно переживать. Рассказать и мгновенно отвернуть себя. Или помолчать, почувствовать момент, почувствовать себя другой, не брошенной. Хотелось второго, если бы не одно "но". Чем больше тянешь - тем больнее последствия.
Бэллатрикс подняла взгляд. Удивительно, как профессор смотрит прямо в глаза, хотя ее не видно. А эмоции. Не такие она ожидала увидеть. Точнее даже боялась. Неужели и правда не знает? Девушка не знала, что сказать, что ответить. Внутренний голос подсказывал, но все не то. Не такие бы слова хотела Трисс сказать дорогому человеку при встрече после долгой разлуки. Слишком много ненависти в них к себе. Будто сама же давит на жалость. Нужные слова находиться пока что не хотели.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Не понятно, чему она так удивилась, сама только что подошла обниматься, а теперь опять пытается уйти. Такое противоречивое поведение могло бы сбить с толку. Но не сейчас. Акабано не пытался понять причин её действий, а просто принимал их как данность. Ощущал её замешательство, много эмоций, не самых лучших эмоций, которые, кажется, даже не давали ей обрадоваться встрече.
Алекс так поспешно ушла, что он и сказать ничего не успел. Потом поговорят, она, как он надеялся, не исчезнет.
Акабано лишь слегка ослабил хватку, а то задушит же, и снова посмотрел на Трикс. Точнее в мыльное пространство перед собой. Факт использования маскирующего заклинания больше не смущал его. Раз подошла, то стоит ли обижаться за сиюминутную слабость, за испуг за свою жизнь, ведь ей непросто пришлось. Всё это время он старался проследить её неутешительную историю. Акабано знал не так много, но и не на столько мало, как предполагала Трикс. Несколько видений многое для него разъяснили, по крайней мере в эмоциональном плане.
Почему-то простить другим и понять их порой куда проще, чем когда речь идёт о тебе самом. Вот и сейчас.
-Я предполагал..надеялся, что ты можешь быть здесь, но не был уверен. - На мгновение вспомнились прошлые опасения и волнения. Измученное лицо Ханны. Теперь всё позади, теперь по крайней мере он знает, что она жива, что её не схватили. - Как хорошо, что ты всё таки добралась.
Мягко произнёс профессор, не отводя взгляда.
-Ты уж прости, что так долго, я постоянно опаздывал, слишком поздно узнавал новости, и потом ты отлично прячешься. А оно к лучшему.
Акабано слегка улыбнулся, он как-то сразу весь открылся, хотелось очень много ей сказать. Столько переживаний, бессонных ночей. А если в целом вспомнить последний год..
Профессор стёр с щеки слезу и прерывисто выдохнул.
-Тяжело тебе пришлось. - Печально заметил он. - Пока искал.. - Акабано на секунду опустил взгляд, а потом снова посмотрел на девушку. - Вот и узнал кое-что.
Стройные предложения от волнения не хотели строится. Образы и роли все куда-то ушли, даже предполагаемая должность профессора, которая и так то не сильно связывала, отошла в сторонку. Он не думал, не пытался больше не напугать, что-то показать своим поведением или словами. Чистые реакции и эмоции, выполняемые мгновенно, не проходя через какие-либо фильтры разума.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Теперь для Бэллатрикс время казалось вечностью. Мучительной вечностью. А она не может прервать эту вечность. Впервые за долгое время не может решить бежать или остаться, сказать что-то или молчать. Внутри она тянула руки, хотела крепко прижаться, рассказать все. Пожаловаться, как было плохо и одиноко, как она скучала, что пришлось пережить и какие ужасные поступки совершить. Возможно даже расплакаться и выкинуть из себя весь годовой груз. Но голос разума бил ту неразумную девочку по рукам и закрывал ей рот, а внешняя оболочка оставалась безэмоциональной, продолжая держать все внутри.
Благо, Акабано заговорил раньше, прервав мучительное ожидание. И снова удивил, особенно извинениями.
- Значит... Все знаешь... Не думала, что меня будет кто-то искать, кроме авроров.
Если бы знала, наверняка бы нашла где задержаться. Такое место, чтобы можно было скрыться от нежеланных ищеек, но показаться тем, кого ждешь.
- Я скучала.
А голос, как и лицо, пусть и невидимое, не выдавал никаких эмоций. Последняя фраза прозвучала так же сухо, как обыденное "я сделала", "я принесла", создавая дикое противоречие с внутренними чувствами, диссонанс, который чудом еще не вывел из себя хозяйку противоречий. Или вывел, но она как всегда пытается это скрыть, в том числе и от себя.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
-Конечно, искал. – С жаром подтвердил Акабано, как будто даже не предполагал иную возможность, - да, каюсь, не сразу. Просто даже в голову не пришло, что что-то могло произойти. Сначала был так занят, все надеялся, что скоро смогу приехать в школу, но постоянно что-то происходило. Очнулся уже после нового года, в феврале что ли, понял, что так и не получил ответа, ведь я отправил тебе праздничную открытку. Сначала просто удивился, проверил, вдруг затерялась среди бумаг на столе, но нет. Тогда я написал еще раз, мало ли. А потом снова на какое-то время забыл. Письмо снова то ли не дошло, то ли ты не ответила. Тогда я написал в школу, и только тогда узнал, что ты не вернулась с каникул. Я помнил наш разговор и подумал, что ты могла не захотеть вернуться. Потом снова начался полный кавардак в семье. А потом.. Потом я решил, что все-таки хочу убедиться где ты и как. Написал в школу, чтобы узнать адрес Ханны, потом ей самой. И тут выяснил, что тебя нет дома, нет в Кернсе. И вообще нигде нет. Она сказала о семейных проблемах, я подумал, вдруг ты решила пожить у кого-то из друзей, проверить было легко, но нет. А потом уже начал догадываться, что с тобой что-то случилось. Приезжал в Лондон, в гостинице, где ты остановилась, там спрашивал, на вокзале. И, если честно, не знал, что еще сделать, столько времени прошло, что и думать было страшно. Потом начали просматривать газеты, нашли эту вырезку про дом, я туда отправился, а там.. – Акабано выдохнул, переводя дыхание, - а там дальше все начало становиться на свои места, потом тебя видели еще один раз и снова тишина, - профессор покачал головой, - но я понял, что ты шла к Хогвартсу. Видимо, понял это тогда, когда ты уже была тут. Ну, и вот оказался здесь таки.
Говорил он с нарастающим волнением, но под конец голос его становился все тише, а пыл угасал. Акабано отпустил девушку, ему показалось, что его энтузиазм излишен. Как бы он там не переживал, ведь по сути они не то что бы очень близкие люди. По сути более или менее хорошо пообщались лишь один раз. И говорить не о чем. А он просто очень привязчивая душа, ему многие так говорили.
-Я встречался с Ханной в Лондоне, она места себе не находила. Я обещал, что сообщу ей, если встречу тебя здесь. Мы оба сильно на это рассчитывали.
Первая волна сошла на нет, тем более, что не нашла поддержки. Акабано стал спокойнее и задумчивей. Он смотрел куда-то в сторону, размышляя.
«Я скучала» - эта фраза была сказана таким деревянным голосом, что он невольно поднял на девушку глаза.
-Может, снять заклинание? Или хочешь оставаться незаметной? Я могу закрыть дверь, что бы никто не вошел.
Предложил он, не зная, какие теперь у Трикс предпочтения и мысли на сей счет. С Алекс так весело смеялась, будто была прежней. Да и не боялась ничего. Странное какое-то противоречие. Даже слегка обидно, но неоправданно. По сути их ведь сближала лишь та ночь, то, что он знал правду о ней. Да и большой он уже, чтобы дружить видимо. Акабано как-то странно улыбнулся.
-Я, наверное, был излишне эмоционален. Просто.. Оно как-то само вышло.
Он снова отвел взгляд и покрутил в руках кольцо, будто не понимая, что это оказалось в его руках. Ах, да. Помолвка. Профессор вздохнул. По крайней мере этот вопрос решился можно сказать без его активного участия, и продолжал решаться где-то там за его спиной. Он снова убрал его в карман, никак не хотело налезать на палец.
Очень много у него было вопросов к Триск, но ни один он не задавал. Можно было разве что уточнить, какая ей прямо сейчас нужна помощь, какие планы. Но пока он решил подождать, что она скажет уже на то, что есть. А там, может, побеседуют дальше. Или она не захочет.. Нечего было заранее надумывать. Пусть все решается по мере поступления.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Каждое слово, каждая фраза Акабано грузом ложились на Трикс, будто она во всем виновата. Что не приняла открытку, что не ответила, что и вторую проигнорировала. От этих чувств казалось, что и проблемы в семье профессора из-за нее. И что ему, со всеми его проблемами приходилось ее искать, пока она пропадала непонятно где.
Еще и Ханна. Проблемы в семье, это она про то, что Лиам ее выгнал? Или что-то еще? Хотя, вспоминая семейную идиллию этих двоих, сложно было поверить во что-то еще.
Вырезка? Значит тогда не показалось, что за ними следили. А эти идиоты верить не хотели. Интересно стало посмотреть на эту вырезку. А как же спокойствие жителей? Неужели они все-таки осветили в газете их пребывание рядом с населенным пунктом? "А там"... и Трикс сама тяжело выдохнула. Сложно вспоминать, что там было. Все эти два месяца, каждый день. От пронзившей боли воспоминаний девушке захотелось что бы они еще пару раз сгорели в огне. Даже не в огне. Она бы лично каждого пытала круциатусом, или как они с ней - под империусом заставить сделать что-то унизительное. Она бы и тогда так же сделала, будь у нее палочка и были бы они по одному. Хаффка догадалась где видели в следующий раз. И действительно, значит, скрываться умеет и правильный путь выбрала, раз снова никаких вестей.
- С ней все в порядке? Если можно, - тут же следом за деревянным вопросом последовал деревянный ответ про заклинание, - можно сразу всю магию снять?
Толку ей уже стоять тут в шикарном трансфигурированном наряде и с крыльями. Праздник прошел, игра с подругой испорчена самой же хаффкой. Опять она одна умудрилась испортить день всем, кто был рядом.
Девушка поспешила снять линзы и убрать в карман, единственный штрих в образе, не созданный с помощью магии, а найденный в закромах ее бывшей тумбочки. Или не бывшей, кто ее знает.
Трисс, хоть и была занята размышлениями о том, на сколько ей вообще уместно сейчас здесь находиться, но заметила странную реакцию на кольцо. Судя по информации годовой давности, которую она знала, это было очень странно. Девушка стала переживать, что могло случиться. Хотя уж чем она то тут поможет. И тоже столько вопросов, но не отпускало ощущение, что к ней отношение совершенно поменялось. Особенно учитывая паузу и вздох при упоминании того дома. Что указано в статье? Может он сам что-то увидел или почувствовал? Какое после всего этого к ней отношение? Пусть и волновался, пусть и искал. Может это ради помощи Ханне. А от нынешнего чудовища точно не нужны никакие переживания и вопросы. С каждой минутой студентке казалось, что она зря сюда явилась. Конечно, он теперь сможет успокоить Ханну, что она нашлась, с ней все относительно в порядке. Но надо ли это ему? На секунду промелькнула мысль, что может стоило ей остаться в том доме вместе с остальными. Жесткий удар по Ханне, но зато раз и навсегда. И больше бы никто не искал, не тратил время, не чувствовал себя обязанным помочь. За что вообще постоянно борется? За то, что бы мешать другим вести нормальную жизнь? Своей то нормальной явно не видать теперь.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
-Да, в порядке, она будет очень рада.
С мягкой улыбкой откликнулся Акабано. Кажется, он начинал понимать. Понимать, что происходит. Пока только на уровне ощущений, но глупая обида вдруг прошла.
Он снял с девушки чары, как она и просила, наконец, смог её увидеть. Она была похожа на одичавшую, а прежде ласковую домашнюю собаку, которая пусть и не до конца, но почти утратила веру в людей и счастливую жизнь. Столь гнетущее впечатление исходило теперь от неё. Запуганное, озлобленное, мрачное, загнанное, унылое.
Профессор внимательно смотрел на Трикс какое-то время. Она молчала. Он и сам был в замешательстве. Девушка почти не шла на контакт, и сложно было понять как себя вести. Акабано, может, и тонко чувствовал состояние собеседника, но этот никак не помогало понять, что стоит говорить или делать. Такой себе из него психолог. Ощущая тяжесть состояния девушки, действовать было почти физически сложно.
Что он обычно делал в таких случаях? Было только два варианта, обратиться за помощью к медведю или же просто начать говорить то, что думаешь. Ни один из вариантов ему сейчас не нравился. Медведь может и способен решать проблемы, но превращает его в бесчувственное полено. А второй вариант просто уже не выгорел.
-Я немного растерян.
Наконец честно сказал Акабано. И снова замолк. А потом заговорил снова.
-Я.. Мы тогда.. - Он покачал головой, не в силах ясно выразиться, - в общем, тогда, та ночь и утро. Совсем недолго. Но я хорошо помню. И наш разговор. Про Элика. Помнишь, я тогда сказал.. Сказал, что.. Я уже сам точно слов не помню, но я имел ввиду, что порой близким сложно нас принять с изменениями, и они могут отвернуться. Вот.. И тут я хочу сказать две вещи. Во-первых, я действительно не считаю тебя чужой. Пусть даже это и глупо, но у меня вообще очень глупое сердце. Но.. Это ведь всё равно мои чувства. Они есть. И.. Я бы не стал лично бегать, если бы не чувствовал.. Что боюсь потерять. А, во-вторых, я.. У меня нет желания оставлять тебя на произвол судьбы. Очень многое произошло. И у нас обоих. Это.. Это не значит, что для меня что-то по настоящему изменилось. Я не знаю, как всё будет складываться дальше. Но вот прямо сейчас.. Мне немного сложно говорить, потому что я не знаю, что ты сама об этом думаешь. Я просто стараюсь быть искренним с тобой. Я не хотел бы мучить тебя вопросами.. И всё же. Я хотел бы помочь тебе, если позволишь.
Акабано говорил медленно, часто делал паузы. Он чувствовал, что хочет донести, но эмоции так тяжело обретали словесную форму. Может, он всё же слишком много болтает? А вопроса так ни одного и не задал. Смешной. Его голос немного дрожал от волнения, и всё же слова звучали почти спокойно.
-Просто ты подошла. Обняла. И я подумал.. Что ты тоже. Поэтому я и говорю всё это.
Он улыбнулся девушке уголками губ, хотя больше глазами.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Ну хоть с Ханной все в порядке. Девушка не знала, что после того случая ее опекуны разошлись и, если что-то попытается вернуться в прежнее русло, была готова жить одна. Тетя всегда была такой счастливой рядом с Лиамом, а Трикс ни чьему счастью мешать не собирается.
Бэллатрикс посмотрела на себя и оглянулась назад. Снова джинсы, кеды и футболка, пусть и приведенные в порядок, но из памяти не уходит недавнее время, когда в этой одежде она выглядела как оборванка. А крылья было жалко. В крыльях можно было спрятаться. Жалко, что функцию полета только не смогли бы выполнить. Вместо старых укусов все предплечье теперь покрывал след от ожога, а на левой щеке ровный след от пореза, но свои раны Трисс уже не скрывала.
Мозг всегда умудряется думать наперед. Если кто-то что-то говорит, в те милисекунды все равно каким-то образом можно успеть надумать продолжение из целого предложения. Еще проще, когда собеседник говорит медленно и делает паузы, как сейчас. Слова про Элика, про тот разговор, изменения. Слишком много времени было для разума, чтобы додумать мысль. "Сложно принять", "отвернуться" эхом повторились несколько раз. Вряд ли профессор будет считать студентку близким человеком. Неужели речь о Ханне? Он подготавливает к тому, что Ханна, когда узнает о всех деяниях племянницы, может от нее отвернуться? "Нет. Нет. Нет. Нет!" - Истерила внутри частичка прежней Трикс, рвалась, чтобы убежать, потеряться, чтобы никто больше не нашел. Никто и никогда. Внешне хаффка продолжала держаться и была готова пережить любой удар судьбы. Только резко вернула взгляд Акабано на неожиданные слова, мгновенно заткнув внутреннюю девочку. После надуманных они звучали будто уже из другой вселенной, во сне или в бреду.
- Тоже, - тихим безэмоциональм эхом отозвалось одно из последних слов, - и ничего не глупое. Просто доброе и понимающее. И... Кажется... Будто родное. Хотя да. Глупо привыкать к существу, от которого отвернулось даже действительно родное сердце. Теперь я в этом уверена больше, чем в прошлый раз. Вот Алекс удивился, когда наживка из "любимой" сестры не сработала, - криво усмехнулась девушка, на секунду показав хоть какую-то эмоцию.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Акабано смотрел на девушку. Внешне она тоже поменялась. Хотя что говорить, сколько раз менялся его собственный облик в зависимости от перипетий судьбы. По крайней мере не так все плохо, как можно было бы себе представить.
Знал бы о мыслях девушки, сначала бы хорошо продумал свою речь. Но он не знал. А странно, прежде ведь страдал примерно тем же самым.
Алекс? Сестра? Акабано нахмурился, сопоставляя факты. Ее похитили что бы шантажировать Элика? А он не попался? Звучало бредово. Кто какой или такая Алекс? Он уже слышал это имя? Память упорно отказывалась вспоминать. Но даже если так, то что произошло дальше? Сбежала и.. Что-то не сходилось. Пока сама не расскажет, вряд ли он сам поймет в чем дело.
Акабано чувствовал, что что-то сдерживает девушку, но она по крайней мере шла на контакт, отвечала на вопросы. Причем ее ответы в разрыве с интонацией были вполне положительными.
Существо.. Эх. Он не знал, что ей на это ответить. Единственная проскользнувшая эмоция была плохой и печальной. В чем никогда нельзя было обвинить его близких, так это в их безразличии к нему. Скорей уж им было слишком много дела. Но как же так?
-Как же так..
Невольно вырвалось у него, а взгляд стал печальным. Моментальные эмоции быстро отражались на его лице, и также быстро сменялись другими.
-Значит.. Значит, вот с чего все началось.
Нужно было об этом подумать. Нужно было. Хотя. Точно. Он вспомнил, кто такой Алекс и на минуту задумался. Потом предложил.
-Хочешь поговорим? Об этом и обо всем остальном. И.. поедим, вы, кажется, половину праздничного стола сюда перенесли. Не пропадать же.
Акабано не особенно рассчитывал на то, что у Трикс сохранился аппетит. Меньше всего их встреча походила на дружескую после давней разлуки, что бы вот так просто можно было сесть за стол и обсудить последние новости, но все же стоило попытаться. Невозможно игнорировать произошедшее, и не нужно. Но ведь это не отменяет всего остального.
-По крайней мере, мне кажется, что нам обоим найдется, что друг другу рассказать. И мы уже начали.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
- И что же так удивляет? То, что чудовище тоже... Еще умеет чувствовать? Или что родные люди все-таки действительно могут отвернуться, бросить не только в сложной ситуации, но и на верную смерть?
Бэллатрикс старалась пока что больше не смотреть на профессора - велик риск разбудить еще больше чувств, которые она так старательно давила в себе этот год. С ними было бы меньше шансов выжить, много моментов, где девушку спасало только хладнокровие. И кто знает, что ждет дальше. Может опять что-то пойдет не так и лишние эмоции погубят ее.
Она рассматривала узоры на одном из листков растений, проводя по ним пальцем.
- Вот как-то так.
Хаффка кивнула на догадку о начале приключений.
- Возможно. Если не жалко личного времени. Мне все равно спешить некуда.
Есть уже точно не хотелось. Точнее хотелось, но что-то мешало. А рассказывать... Жаловаться? Как вообще эта история будет слышаться со стороны? А вот послушать Акабано она была бы не против, даже очень "за". Наверное, если бы кто-нибудь попросил составить список того, чего не хватало рыжей во время путешествий, где-то между волшебной палочкой и сменной одеждой встал бы пункт "Лекции по прорицаниям", ну или "Интересные рассказы умиротворяющим голосом профессора Расколонина, от которых забываешь обо всем." Хотя, он вроде говорил про проблемы в семье. Этот рассказ явно уже не получится таким легким, как другие, что она помнила. Но все равно, послушать, вспомнить прошлогодние разговоры, представить на минуту, что это лишь продолжение одной из тех бесед, что не было этого года, а она в глазах Акабано все та же просто однажды ошибившаяся студентка, или игривая волчица, или ласковая кошка, или просто веселая девушка. Но не убийца, беглая преступница и эмоциональный сухарь.
А ведь последнее начинало ломаться. Сперва благодаря Алекс, теперь Акабано. И последние мысли отразились комом в горле. В прочем, Трикс тут же отогнала мысли и попыталась вернуть прежнее состояние отстраненности.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Акабано ошеломленно посмотрел на девушку. Он вообще что-то может сделать? Или он совершенно бессилен?
Она была похожа на сломанную, искалеченную.. Прежней ей уже не быть. Но разве нельзя тоже сказать обо всех? Ни у кого нет пути назад. Поэтому он здесь. Поэтому пытается.. Вернуться назад? Смешно.
Слова студентки как-то неожиданно пробудили в нем чувства, которые с ней самой не имели никакого отношения.
Чудовище. О, нет. На секунду он почувствовал какую-то отстранённость и пустоту внутри. Почему она сказала именно это? Это точно сказала она?
-Не чудовище. – Уверенно, но как-то странно сказал Акабано, стараясь заглушить собственные чувства, - да, мне сложно поверить, что он тебя бросил. Но я верю. И это кажется мне ужасным и непростительным.
Фразы девушки звучали как будто даже агрессивно. По крайней мере ему так казалось. Но она не на него злилась. Профессор постарался собрался с мыслями и чувствами. Вот и не пойми, как лучше. С эмоциями или без. Когда люди пребывают в таком состоянии, в каком прибывала Трикс, с ними становится очень тяжело находиться рядом. Но это не имело значения. У него был личный опыт с двух сторон. Желание поговорить, помочь, утешить, они никуда не делись, а как будто стали сильнее.
-Я здесь ради тебя.
Спокойно ответил он, уже вернув себе самообладание. Если он сейчас будет слабым, то все станет в разы хуже. Он сосредоточился на светлых чувствах, вспомнил радость, что нашел ее, что она цела. Да, это хорошо не смотря ни на что. Ничто не может омрачить этих мыслей. Он ей рад, он скучал. Она ему дорога. Как бы она себя не вела. Отстраненно, агрессивно, замкнуто, холодно, безразлично, подозрительно, - все это ни имеет значения для его чувств. Только для эмоций. Эмоции не главное. Нельзя поступить неправильно и умереть. Непозволительно.
Акабано подошёл к месту импровизированного пикника и присел, разглядывая еду из большого зала.
Слова пролетали в его голове, но все казались неправильными. Чем больше он продумывал следующую фразу, тем хуже она ему казалась. Он поднял глаза на Трикс. Что ж такое, разговор никак не хотел клеиться. Вопросы не желали задаваться. Разрядить бы немного атмосферу. Рами это умел. Сколько раз он говорил какие-то глупости, когда они с Лисом ругались, и это работало. Никто не держал на него зла, и сразу становилось очевидным, что ссора просто не имеет смысла. Уметь бы также. А ведь даже особенно веселых новостей у него не наблюдалось. Что рассказывать то? Что пришлось расстаться с любимой девушкой, потому что не смог ее защитить и сидишь на короткой привязи своих же обещаний? Что женишься на другой против желания? Что за этот год на руках его рода появилось много свежей крови по его вине? Что Сашу чуть было не похоронили заживо? А впрочем..
Может, именно поэтому они оба молчат? Им двоим совсем не хочется говорить о неприятных вещах. Рассказывать о них другому. А говорить о бессмысленных они не способны.
Одна идея пришла ему в голову, и он сказал.
-Давай отправим письмо Ханне, чем раньше, тем меньше у нее будет переживаний.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Даже у внешней безэмоциональности есть настроение. Оно читается в глазах, даже если кажется, что они пустые. Защита отступила, освободив место печали. А от кого тут защищаться? Теперь точно стало понятно, что не от кого.
Непростительным... Такое странное слово. Да, после такого простить будет сложно. Но не невозможно, если снова оттолкнуться от правила "сама виновата". А чем отличаются непростительные поступки от непростительных заклинаний? Что легче простить? С одной стороны, заклинания воздействуют физически, а вот поступки задевают что-то более глубокое. Физическая боль со временем проходит, а моральная мучает при каждом упоминании. Но почему простить брата кажется проще, чем "друзьям" временные круцио и империо?
Тут-то Трикс и вернула взгляд профессору. В это сложно было поверить. Фразу:"Я здесь ради тебя," - ожиданнее было бы услышать гневным тоном от аврора, который гонялся бы всё это время за ней, потому что ему сказали в министерство без неё не возвращаться.
Девушка не знала, что ответить на такое заявление, она искала ответ в глазах. Какой ответ? Да кто его знает. Просто вся эта ситуация была будто сном. Чудес не бывает. Чудесных спасений тоже. А ведь эти слова тоже внезапно причинили боль. Осознанием, что не с той стороны она ждала помощи, пусть и ждала лишь мельком, в краткие секунды слабости. Знала бы, не побоялась бы написать письмо, попросить помощи, может и не случилось бы всего этого.
- Да. Согласна, - всё так же сухо, но уже тихо ответила она.
Ханна. Встретиться бы с ней скорее. Жаль, что ей сюда нельзя. А появляться Трикс где-то на людях опасно. Было ещё одно опасение, что Ханна с Лиамом приехала. Тут хаффка тоже не была уверена, сможет ли простить. События прошлого года так постепенно перетекали из одного в другое, что казалось, будто с дяди всё и началось. Хотя, может это и правда. Ведь не прогони он тогда племянницу, она бы не искала успокоения в Лондоне и не попалась бы кузену.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Акабано не стал терять время и полез шарить по карманам. Чего он там только не носил. Записную книжку, печенье для филина, палочку, пергамент, чернильницу, перья, кольцо, бутылек с таблетками, пару писем и свисток для животных.
Профессор положил перед собой пергамент и вывел уже привычное: Уважаемая мисс Ламберт..
Пока писал, он не смотрел в сторону Трикс. Текст был простой, но он то и дело останавливался. Не потому, что не знал, что писать, а потому, что думал о чём-то постороннем. Акабано старался придумать, как разговорить девушку. Для этого стоило самому с чего-то начать. Но ведь у каждого события есть своя положительная сторона. Даже, если она не главная, важно то, как ты относишься к ситуации. Если так подумать, то не смотря на то, что с Полли у них ничего не сложилось, они смогли избавить её от призрака, и теперь её жизни ничего не угрожает. Саша тоже остался жив благодаря интуиции Ромы, и даже стал человечнее.
Профессор замер, вспомнив поместье и события, что произошли в его стенах. "Я словно машина продолжаю программировать свои чувства", - печально подумал он и поставил точку. Теперь Акабано снова вернул своё внимание к девушке. Теперь он выглядел на удивление спокойным, что было немного странно для него в данной ситуации.
-Напишешь что-нибудь?
Акабано протянул ей пергамент с текстом письма и оставил перо с чернилами. Сам пошёл к окну и, распахнув его свистнул в бесшумный свисток. Ожидая филина он остался стоять у окна.
Уважаемая мисс Ламберт, как и обещал, спешу сообщить, что наши с вами надежды оправдались. Я нашёл её. Она цела и в данный момент в безопасности.
Аркадий Расколонин
А как бы прежде звучало его письмо? "Я её нашёл! Она здесь!" Почему-то стало смешно. Акабано подставил руку филину и тот мягко на неё приземлился. Птица задумчиво посмотрела на хозяина и лишь слегка щипнула его за рукав.
Профессор вернулся к девушке.
-Знаешь, я решил, что ты права, в этот раз не стал брать Чифу и Цыплю с собой, они теперь живут у меня в Лондоне, я всё равно бываю там часто, у меня там дочь живёт. Вот они присматривают друг за другом в мое отсутствие.
Он ободряюще улыбнулся и протянул руку за письмом, когда то было готово.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Всё это время написания, Трикс наблюдала за Акабано. Паузы ей казались подозрительными. Вариантов было много. Не знает что писать? Может дело в Лиаме, который может прочитать письмо, но не должен знать о ней? Или в самой Ханне и парень подбирает слова о том, какой стала племянница, чтобы тётя была готова к встрече с новым чудовищем в теле бывшей любимой воспитанницы. А может письмо вовсе не Ханне? А он вспоминает шифр. Или думает, как завуалировать послание министерству, чтобы хаффка не поняла.
Девушка полу-боком медленно обходила профессора. Во-первых, сзади всегда безопаснее, во-вторых, будет ближе к двери, в-третьих, возможность заглянуть через плечо и прочитать.
В прочем, заглядывать не пришлось - пергамент без проблем оказался в её руках. Но что написать, девушка не знала, даже не представляла. Все слова казались глупыми и бессмысленными. Главное узнает и достаточно пока что. Да, кстати, а что же именно узнает? Трикс пробежалась глазами по тексту. Цела и в безопасности. Да. Этого Ханне будет на первый момент достаточно. Хотя так ли она цела и достаточно ли в безопасности? Студентка не сразу заметила первую несостыковку. А когда заметила - подозрения снова вернулись.
Мисс? Ламберт? Тут какая-то ошибка. Неужели все-таки письмо не Ханне? Все-таки хочет сдать её властям? Но зачем тогда ей этот листок? Зачем что-то добавлять? Нужен её почерк для доказательства? Или на пергаменте магия? Хаффка не могла поверить в происходящее и застыла от шока в недвижимом состоянии, смотря на Акабано. Лишь чуть поморщилась от звука беззвучного свистка. Неужели тоже предал? На секунду стало больно. Она сообразила, что фамилия знакомая. Но где она могла её слышать? Сперва перебор всех работников, о которых рассказывал Билл, потом фамилии из газет, министерские фамилии, которые у многих на слуху. Но что-то всё ещё не шло. Будто слышала её намного раньше. Когда раньше? Где это было? Вроде до Хогвартса. Точно. Девичья фамилия мамы. И Ханны. Но не та, не другая давно уже не мисс и не Ламберт, если первая вообще ещё жива.
Взяв себя в руки, Трисс осмелилась спросить.
- Мисс Ламберт?
Она неуверенно протянула не изменённый листок, сверля профессора взглядом. А после, не стала прерывать попытки разговора. Да и тут возник вопрос. Дочь, присматривает за животными, значит ей точно не год и не два.
- Главное, чтобы всем хорошо было. И не знала, что у тебя дочь есть.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Только сейчас Акабано заметил, что Трикс изменилась во взгляде. Он не мог понять причин, но девушка заговорила, и все встало на свои места, по крайней мере он так думал. Профессор сразу ответил.
-А, да. Я не сказал. Не хотел лезть в ваши семейные дела, думал, что лучше она сама тебе расскажет. Но раз спрашиваешь. На сколько я понял, твоя тетя развелась с мужем, поэтому она так долго не могла приехать в Лондон, ее не выпускали, впрочем, я не знаю подробностей об этом. Когда писал ей первый раз, она сразу указала на ошибку, сказала, что предпочитает обращение мисс Ламберт. Так что.. ну, вот.
Акабано пожал плечами, показывая, что больше рассказать ему об этом нечего. Однако он вспомнил слова Ханны, она сказала, что ее муж обидел Трикс. Наверное, поэтому она так насторожилась.
-Да, Аня. Я ее удочерил несколько лет назад. Она почти твоя ровесница.
Акабано пробежал письмо глазами. Выходит, не стала ничего добавлять. Но это не так важно, скоро они сами смогут увидеться. Профессор запечатал письмо и немного поколдовал над ним. Кончено, едва ли его почту кто-то решит перехватить, да и кто знает, о его причастности к делу, до сих пор они действовали достаточно тихо, но все же стоило перестраховаться. Письмо должно дойти до Ханны, и должно быть прочитано только ею. Все это время птица внимательно наблюдала за хозяином, она знала, что если есть такие приготовления перед отправкой, то значит, нужно быть начеку.
Он протянул филину печенье, а сам пока примотал письмо к его лапе. Потом отнес к окну и выпустил. Акабано несколько секунд смотрел вслед птице, пока та не скрылась в лесу. А потом прикрыл окно и вернулся назад. Он ощущал, что настроение переменилось, снова. Но понимать становилось все сложнее. Все ускользало от него, он будто стоял в густом тумане. Что бы не молчать, он сказал первую глупость, что пришла ему на ум и была более и менее в тему.
-Надеюсь, они с Вальравном не подерутся.
Профессор сел на прежнее место и убрал письменные принадлежности назад в карман мантии. Он поднял глаза на девушку, стараясь понять её мысли.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Благо, всё быстро встало на свои места. Стало понятно, что письмо дойдёт именно Ханне. А ещё, что Лиама с ней нет. Двойное успокоение. Даже стыдно стало, что плохо подумала о профессоре.
- Прости. Я подумала, что... Не важно. Я просто дура. У всех бывает. Не у всех проходит.
Привычка быть всегда настороже и подозревать всех вокруг и так была не очень приятной. Не хотелось думать, на сколько Акабано будет неприятно услышать подобное подозрение в свой адрес. Потому Трикс не стала договаривать фразу о чем именно она подумала.
- Значит, развелись. Видимо, из-за меня. Беды касаются всех, кто имеет со мной дело.
Сколько ещё ей не известно о том, кого считала другом? Можно ли вообще в этом случае считаться друзьями? А так подумать, и о Алекс известно не много. В таком смысле можно сказать, что такой себе из неё друг. А вокруг сплошные знакомые, и некоторым почему-то всё равно не наплевать.
- Странно тогда наверное, когда тебя считает другом ровесница дочери.
И зачем только это сказала? Хоть братом не назвала.
Фраза о Вальравне оказалась очень кстати, ведь откуда ему знать имя ворона, если не от Ханны.
- Вальравн спокойный и не ревнивый.
От недавних волнений и резкого успокоения казалось, будто ноги устали стоять больше, чем идти весь день по горной местности. Но Трикс не решалась сесть, пока стоит хозяин кабинета. А как только он сел, и девушка подошла сесть.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Акабано так и не понял, что могла подумать девушка. Правдоподобные варианты не приходили ему в голову. К самооценке собеседницы он уже невольно начал привыкать.
Говорить о причинах развода ему не особенно хотелось. Во-первых, он действительно не знал подробностей, во-вторых, лезть в чужое семейное дело это всегда плохо. И все же ему не понравилось то, что Бэллатрикс сказала о себе. Говорить: нет, ты не виновата, ты просто показала ей какой он самом деле. Это было бы глупо и невежливо. Только его догадки. Нужно было найти какие-то другие слова.
-Не стоит брать на себя ответственность за всё на свете.
Мягко сказал он, вспомнив, что ни раз говорили ему самому. Забавно отвечать именно этой фразой. Наверное, даже лицемерно. И все же в глубине души он думал, что это правильно.
-Я тоже об этом думал тогда. Но с другой стороны, когда-то мне было очень странно и неловко считать своей дочерью девушку, которая младше меня всего на 7 лет. Кажется, что я скорей как старший брат ей, чем как отец. В любом случае, я рад и тому, что она считает меня своим родителем, и тому, что ты считаешь другом, ведь в конечном счёте только это и имеет значение, тем более, что по сути эти чувства взаимны.
Акабано вновь подумал о том, как неожиданно порой в его жизни появлялись некоторые люди. Почти все его знакомства походили на чистой воды случайность, гораздо реже он знакомился именно с целью знакомства и дальнейшего общения.
-Зато мой боевой ветеран, впрочем обычно с чужими он более спокоен.
Профессор был рад, что Трикс наконец решилась сесть. Они и правда знали друг о друге не так много. Акабано все же решился, прежде чем обсуждать дела и расспрашивать девушку, он сначала сам поделится своими новостями.
-Давай я начну рассказывать, - предложил он, обдумывая, что именно будет говорить, - у меня вышел богатый на события год. Например, я скоро женюсь. И ещё стану отцом во второй раз.
Говорил он это со вполне искренней улыбкой. Двоякие чувства на счёт женитьбы часто путались в его голове, он то был рад, то раздавлен.
-Я смог помочь одному хорошему человеку избавится от проклятья, - уточнять, что этим человеком была его бывшая(?) возлюбленная, он не стал и продолжил тем же спокойным и слегка беззаботным голосом, - помнишь, ты спрашивала о врагах? Так вот без них тоже не обошлось, - он указал на повязку на глазу, - опять оказался в самом центре событий, хотя оно и не удивительно.
Акабано подумал о том, что стоило бы замедлиться, а не вываливать на Трикс всё за раз. Его взгляд снова стал более живым и эмоциональным.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Трикс начинала успокаиваться. Опасения и переживания медленно но верно отходили на задний план. Также не хотелось спорить на счет своей виновности, в коей она была уверена. Столько лет девочка наблюдала за идеальной парой. Наверняка всё случилось после того дня. Ещё тогда Ханна сказала, что попытается переубедить Лиама. Но разве можно переубедить того, кто защищает своего ребёнка от опасного чудовища? И хаффка была уверена, что разногласия начались именно в тот момент. А это значит, что виновата она и только она. Тем, что позволила этому случиться, тем, что явилась в семью после случившегося и могла подвергнуть опасности. "Надо было брать мальчишку," - снова прозвучала фраза из сна. Самовнушение или видение - не известно, но слышалась она и в первый раз, и после этого, и сейчас четко, будто мистер Кормак стоит рядом.
Но скоро стало снова спокойнее. Сколько уже за вечер прозвучало нужных слов? И все они как глоток воздуха. Правда, укладываться начали только сейчас, после основного успокоения. Такое странное чувство, когда, после долгосрочного ощущения полного одиночества и брошенности, в жизнь возвращаются дорогие сердцу люди со взаимными чувствами. Странное, но приятное. Девушка временно не хотела ничего говорить, будто ее слова могли спугнуть момент, будто это сон.
- Поздравляю.
С секундной теплой улыбкой(?!) ответила она. Глаза тем временем мало были похожи на что-то такое же светлое. Там скорее переплеталась печаль от всего произошедшего до этого и от того, что посмела плохо подумать на профессора, намек на слезы радости после осознания всех сегодняшних слов Акабано, и задумчивость от того, что что-то казалось не так. Пожениться же должен был в прошлом году. А эта странная реакция на кольцо... Вспомнить даже горящие глаза и воодушевленный рассказ о свадьбе тогда, в джунглях. А манеры мисс Лайтер тоже частично растеряла за год.
- Что-то не так?
Враги... Ее враги в основном оставляли шрамы в душе и психике. Кроме одного, который наследил везде. Хаффка невольно провела пальцем по порезу на щеке, тут же убрав руку под стол и продолжив разговор как ни в чем не бывало.
- Мне похвастаться нечем.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
На поздравления, он с благодарностью кивнул и тут же вспомнил о кольце. А куда он его подевал? Акабано посмотрел на руку, но быстро осознал, что снял его и убрал. Легкое чувство беспокойства на время снова им овладело. «И все же со мной явно что-то не в порядке,» - снова подумал он.
Поднял взгляд и заметил странное выражение в глазах девушки. Такое сложное и многогранное, словно отражение в зеркале. Неужели она все понимает? Казалось, будто она знает о том, что произошло на самом деле, но молчит, делая вид, что верит. Но при том отлично понимает, что он понимает, что она знает. Она ему сочувствует? Да нет, не может Трикс ничего об этом знать.
И вдруг такой вопрос. Не знает, но очевидно чувствует. Конечно, за ним и Полли наблюдали не только газетчики и высший свет, но и вся школа. Серенады под окном, крашенные волосы, танцы в Хогсмиде, они совсем не пытались шифроваться. Чувство любви, что он так усиленно пытался в себе задушить, принесло с собой целый океан печали. Да, об этом ему сейчас меньше всего хотелось думать. Время шло, а легче все не становилось, стоило хоть на мгновение вспомнить.
А почему бы и не сказать правду? В конце концов, что в этом такого. Всякое бывает. Зачем пытаться обмануть, когда даже сам не способен до конца поверить в искренность собственных чувств.
-Да, не так. – Коротко ответил он, но снова начал сомневаться. Зачем Трикс эта информация, ей и своих проблем хватает. Однако давать попятную уже было поздно. И как же ему надоели эти сомнения. – Я мечтал о том, чтобы быть с Полли. – Последовала короткая пауза, - но теперь это невозможно. Моей женой будет другая. –Профессор отвел взгляд в сторону, но вскоре поспешно продолжил. - Не могу сказать, что это обычный брак по расчету, несомненно у нас обоих есть друг к другу определенные чувства, думаю, со временем бы все наладилось. Но дело даже не в этом. Все, что было до этого, это.. – Акабано покачал головой, не зная, какое слово тут можно было подобрать. – Не так не все это, а то предсказание, что я получил недавно. И в главной степени то, что я уверен в том, что оно сбудется. Ладно, когда дело касается только меня, но если в это втянуты другие.. Я хотел ей честно признаться в том, что ничего не выйдет, но было поздно. – Профессор все же выудил из кармана кольцо и задумчиво посмотрел на него. Не должно оно вызывать такие чувства. И его нужно носить, а не прятать, как трус. Уже тише, он продолжил. - Она как я. Слишком любит свою семью. Можно сказать, обманом добилась своего. Мне просто очень жаль ее. С другой стороны, я все же не могу сказать, что это все так уж плохо, по-своему я рад. Но это не то светлое чувство, оно куда сложнее, и в нем есть место горечи, от которой я рассчитываю избавится. Хочу быть хорошим мужем, любящим, что бы она не чувствовала себя одиноко и брошено. Не хочу, чтобы мой ребенок ощущал фальш в нашей семье. – Акабано сжал в руке кольцо и посмотрел на Трикс, спокойно и печально. - Так что предстоит много работы, но я не думаю, что это невыполнимая задача. Просто это все довольно сложно пока. Я стараюсь не прятаться, но порой злюсь на себя, что слишком поторопился. Не стал думать наперед. Вообще в последнее время слишком много всего шло наперекосяк. Я еще успел с братом дома поругаться, огромная глупость с моей стороны. – Он странно улыбнулся, вспоминая о чем-то, а в голосе послышалась насмешливая интонация. - Хожу в последнее время как в тумане. Вот и сейчас, понял, что ты здесь, а первой реакцией было не подойти и обнять, а уйти подальше, чтобы не мешать. Хорошо, что быстро смог опомниться. – Улыбка постепенно выровнялась, а взгляд смягчился. - А как только ты подошла, сразу все прошло. Я имею в виду туман рассеялся, и я так обрадовался. От всего сразу. От того что нашел, и просто так, что это ты. Сразу стало легче и начало казаться, что слишком я себя загоняю, и все не плохо, просто я устал, а потому не вижу ничего хорошего. Ты меня как будто расколдовала.
Правда такая странная штука, ее либо мучительно сложно произносить вслух, либо напротив, так просто, что остановить себя просто невозможно. И все же предельно глупая ситуация.
Одновременно стало легче и сложнее. Эмоции все разом решили вернуться, а потому держать себя в руках снова стало безумно сложно. А еще это дурацкое ощущение неловкости, словно наговорил лишнего. Таблетки что ли стоит выпить. Вот сказал, а разум то верно говорит, что после такого едва ли тебя осмелятся о чем-то просить, а ведь именно это и нужно. Как бы в ответ на эти предположения он поспешно спросил, словно еще можно было успеть произнести эти слова раньше, чем те, что были уже сказаны.
-Я не буду тебя ни о чем расспрашивать. Но если вдруг захочешь сказать, то всегда выслушаю. Только скажи, тебе сейчас что-нибудь нужно? Зелье? Какие-то вещи? Я знаю, что их забрали из гостиницы. У тебя, кажется, нет палочки.
Какие-то вопросы первостепенной важности можно было решить достаточно быстро. Или ему не стоит их решать? Может, это лучше Ханне? А ему заняться чем-то другим, например, придумать, что ей делать дальше. Голова снова начала болеть, плохой знак, обозначающий, что он все меньше контролирует ситуацию. Вовремя. И очень кстати. Нужно было подышать, послушать, что скажет девушка и подышать. Медленно и спокойно, и не сходить с ума, не кидаться, не говорить ерунды. Нужно было сосредоточится на чем-то. Может, на самой девушке. Акабано посмотрел на Трикс. Она как будто была прежней, лес, теплица, двор, сова, матрас, гитара, волк. Волосы рыжие, глаза зеленые, все как должно быть.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Трикс каким-то образом, связанным со странным течением времени в школе, не застала профессорского проявления любви. О том, что у мистера Расколонина кто-то есть, она узнала лишь благодаря новому обонянию и лишь примерно догадывалась о том, кто та счастливица. Уже позже, в джунглях, догадки подтвердились. Ту интонацию и те горящие глаза хаффка никогда не забудет. И часто вспоминала за этот год. Особо сложными вечерами, отвлекаясь на мысль, что у дорогих людей тот или иной день прошёл лучше, чем у девушки. Вот и Акабано в представлениях был с мисс Росс. Картинки были яркие, тёплые, а от вида мистера лампочки и самой становилось теплее, до тех пор, пока не возвращалась в реальность. И сейчас он должен был так же светиться, должен быть уже около года как женат. Но данные, с тем, что представало перед ней сейчас, не сходились от слова "совсем". И вот стало ясно почему.
От рассказа, Трисс одолевали очень противоречивые чувства. Всё на столько сложно. Куда ей, подростку, понять все эти сложности? Сама-то уже сомневается в том, что такое любовь. А для себя решила, что прошлые отношения были ничем иным, как спасением от одиночества, которого она так боялась, считая себя не привлекательной. А уж тем более после встречи с оборотнем. С другой же стороны отношения поддерживали простые низменные желания парня. Может, она давно бы уже верила в то, что такого чувства не существует, если бы не воспоминания об Акабано и Полли.
Сейчас девушка не знала, как реагировать на рассказ. Порадоваться неуместно, сочувствовать глупо и нелепо. Глупые обещания, что всё будет хорошо, что он со всем справится - смешно. Трикс терпеть их не могла. Она же не может контролировать все события и быть уверенной что именно так всё и будет. И в таком случае получается, что этими обещаниями она соврëт. А ещё подобные слова дают беспричинные надежды. Тоже очень вредная штука, причиняющая много боли.
Одна только фраза поставила чувства девушки на определённую точку, ведь за старшего друга она всерьёз волновалась, а слова о предсказании точно никак не были окрашены позитивной интонацией.
- Какое предсказание?
Словесной поддержки больше не находится. Но Бэллатрикс хотела показать, что она рядом, она поддержит на сколько сможет, пусть и не факт, что правильно, но обязательно постарается. Во время рассказа студентка смотрела то в глаза профессору, то на манипуляции рук с кольцом. И сейчас, когда кольцо просто зажато в кулаке, Трисс то и дело возвращала внимание руке, пока в голову не пришла безумная идея, которую она загорелась исполнить. Хаффка пододвинула стул ближе к Акабано и села, подогнув под себя ногу. Вредная привычка, от которой рыжая так и не смогла избавиться, стала полезной на данный момент. Сидя в таком положении, Трисс казалась выше и почти сравнялась с профессором. Почему-то казалось, что такой зрительный контакт передаст больше поддержки. Она взяла его руку в свои и могло показаться, что что-то хочет сказать, но слов дор сих пор не находилось. Взгляд на несколько секунд был отведён в сторону, будто где-то есть шпаргалка, или может на листах написаны правильные слова. Но их там нет, а молчание выглядит ещё глупее.
А как вообще поддерживать словами? Трикс пыталась вспомнить хоть что-нибудь. "Я здесь, я рядом," - было уместно для пятилетнего умирающего мальчика, сейчас - глупо. Кто ещё вспоминался? Напуганная девочка в болоте. А разве рыжая её успокаивала? Нет, девочку вытаскивал бездушный робот. А до этого? Неужели не было никаких ситуаций? Или просто забылись.
- Я могу чём-то помочь?
"Себе то помочь не можешь," - тут же отозвался ответ в голове. Но девушка не обратила внимания на внутренний голос, что бывает крайне редко. Сейчас для неё было важнее помочь другу, а свои проблемы можно отодвинуть на второй план. Жила же как-то год, проживёт и ещё. Успокоило ещё и то, что по словам парня она уже помогла выбраться из тумана. Так ведь и он ей помог фактически тем же, разве что свое состояние она бы не назвала туманом. Скорее тьмой. Непроглядной, опасной. Хотя разум наверняка яснее. Только постоянный страх. Нет, даже не страх. Опасения. Постоянно как на иголках. Но профессор помог расслабиться. Просто присутствием, просто отношением к ней. Так и помогли друг другу. А что если так помогать и дальше, даже такими мелочами, как сегодня.
Трикс вдруг чуть привстала и обняла Акабано. Очередной порыв души. Из-за разницы в росте, объятия стоя казались бы попыткой найти утешение. Но так, когда глаза на одном уровне, руки девушки обхватывают не где-то в районе грудной клетки, а поверх плеч - это уже больше похоже на поддержку. Она обняла так крепко, будто они действительно брат с сестрой, которые давно не виделись. Уложив подбородок на плечо парня, Трикс посмотрела на дверь - страха, что в неё могут зайти министерские люди, больше не было. Она закрыла глаза.
- Давай постараемся чаще быть рядом... По возможности. Может... Так будет легче. Обоим. Хотя бы морально. Одной очень тяжело.
Хаффка не заметила, как речь о двоих перешла к речи о ней. Внутри стало снова тяжело от воспоминаний, такой груз давил, хотелось выговориться, но Трисс снова зачем-то терпела. Возможно, не знала с чего начать, а может не видела смысла вываливать проблемы на того, у кого своих вагон и маленькая тележка. А есть ли смысл в вещах и палочке? Нет, с этим разберутся позже. Сейчас важнее сложности Акабано. И что бы не потребовалось, Трикс сделает всё, что в её силах. Самой же так будет легче. Отвлечется от своих проблем. А может искупит вину. За что? За десяток загубленных жизней? За то, что влезла в судьбу парня? Вряд ли. Но ей определённо будет легче, если сделает что-нибудь полезное.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Акабано надеялся, что его не спросят о предсказании. И в тоже время понимал, что его рассказ сам подталкивал к этому. Может, на самом деле он этого хотел? Никто кроме Саши и гадалки не знал об этом. Никому больше он не смог этого рассказать. И он даже знал почему. Однако оно не выходило из его головы, постоянно мерещилось где-то рядом, следовало за ним по пятам, словно верный пес. Неосознанно профессор уже подстроил свое мышление и жизнь под это знание.
Его взгляд на минуту потускнел, он больше не мог сказать ни слова. Даже сил бранить себя за все сказанное больше не находилось. Жалкое неприятное состояние бессилия, когда сказанного уже не воротить и прежнего настроя не вернуть, завладело им. Но какое-то чувство никак не давало покоя, не давало просто успокоиться и смириться. Он снова и снова старался собраться с мыслями и с духом, не мог он допустить, что бы все ушло на самотек. Нужно было приложить еще немного сил.
Профессор тоже смотрел вперед перед собой в зеленые глаза Трикс. Акабано так и не понял, как они оказались на одном с ним уровне и так близко. Но так было лучше. Ее лицо и внимательный взгляд дарили странное ощущение, не дающее провалиться в пучину собственных мыслей и чувств, оно держало его здесь, давало понять реальность происходящего.
Он медленно опустил взгляд, почувствовав прикосновение. Какая удивительная девушка. Кажется, это ему бы стоило ее утешать. Где-то он читал глупую цитату, в которой говорилось, что лучший способ утешиться, это постараться утешить кого-то еще. Акабано ощущал, что слишком ослаб за последнее время, поэтому такая ситуация смогла произойти. Если он в ближайшее время не поможет сам себе, то больше никому помочь не сможет.
И все же он не мог не быть благодарен за такой жест поддержки. Сейчас Трикс была похожа на саму себя. Заботливая, игнорирующая себя в пользу других. Между ними было определенное сходство. Хотя бы это желание быть полезным.
К моменту, когда был задан вопрос, он уже снова смотрел перед собой. Точно, как зеркало. Только не то отвратительное и пугающее, а успокаивающее и родное. Акабано внимательнее всмотрелся в лицо девушки. Разве может он ей об этом сказать? Может, это ранит ее слишком сильно. Но разве он мог ей соврать?
Объятия были такими душевными и крепкими. Похоже, что его проблемы заставили девушку вновь стать самой собой, проявить все эти чувства. Акабано тоже прикрыл глаза и обнял в ответ. Даже удивительно, как быстро это помогло ему успокоится. Одному быть всегда очень тяжело, это он понимал и полностью разделял чувства Трикс. Так странно найти родственную душу там, где совсем ее не ждал.
-Кажется, ты сама ответила. Я хотел сказать тоже самое. - Тихо ответил Акабано, -я был бы рад видеть тебя чаще.
Еще раз он убедился в том, что искренность в словах и поведении лучше, чем расчет и даже здравый смысл. Только открытое сердце может достучаться до другого. Как бы он ни старался в начале, ни подбирал слова, но все это было надуманно и местами фальшиво. Вот и Трикс пряталась за своей маской, но стоило ему стать до конца откровенным, ничего не скрывать, как ее душа тут же откликнулась. Пусть он не выглядит тем сильным мужчиной, который способен решать проблемы одним взглядом. Это не нужно, когда можно просто быть тем близким человеком, который, несмотря ни на что, будет рядом.
- Справимся вместе как-нибудь. – С легкой улыбкой произнес он. - Я все еще помню об экскурсии по Австралии и тайге. Несколько раз вспоминал о тебе, проходя по лесу.
И все же, вопрос остался без ответа. Предсказание. Акабано открыл глаза. Как он может ее бросить? Их всех. Оставить навсегда. Это просто невозможно, так ужасно, что даже думать об этом не хочется.
-На счет предсказания.
Он колебался. Уже хотел рассказать, но боялся. Бедная Трикс.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Чем дольше профессор тянул с ответом, тем тревожнее становилось девушке на сердце. Не просто так же он молчит. Трикс понимала, что наверняка о таком очень сложно сказать вслух. Значит, в предсказании что-то действительно очень серьёзное и негативное. Сложно, но надо. Раньше бы она оставила в покое, а сейчас, не смотря на то, что в некотором смысле стала больше ценить личное пространство, особенно внутреннее, не могла спустить эту ситуацию. Дело ведь не в обычном любопытстве, а в переживаниях. И вряд ли она чем-то сможет помочь. Хотя почему нет? Как минимум поддержит в сложной ситуации, как минимум будет рядом, что бы не произошло. Что бы не уготовила судьба, всё легче переживается, если рядом есть близкий понимающий человек. Именно это она только что и пообещала - быть рядом, на сколько это возможно.
В какой-то момент Трикс засомневалась в том, что этот ответ ей нужен сильнее, чем позволяет решимость Акабано. Она попыталась даже поставить себя на его место. Если бы она знала о чём-то ужасном, что ей уготовано, сказала бы хоть кому-то? Да, в такую правду не хочется никого посвящать, одних это может ранить, другим будет пофигу. Ханне точно не сказала бы. Тётушка хоть и умеет взять себя в руки, спокойно относилась ко всем выходкам девочки, даже самым безумным, но всё равно слишком эмоциональная. Друзьям? Не стоит их нагружать ненужной бесполезной информацией. А брату? Какому из? Родному или названному? Первый как раз относится к разряду "ну и что?", а второй и так уже однажды потерял сестру. И всë-таки есть тот, кому бы рассказала. В себе держать сложно, а он бы выслушал, понял, поддержал. Она уверена. Ему она доверяет больше, чем себе. И он сейчас рядом. Но будет ли наоборот? Трикс надеялась, что да.
- Тайга. Да, я тоже вспоминала о том обещании, - выпрямившись, но снова взяв руку Акабано в свои, студентка поддержала другой разговор, позволяя ему немного потянуть время и собраться с мыслями, а заодно просто отвлечь себя и его от негативных мыслей, - от части, эти мечты позволяли двигаться дальше. Только не знаю теперь, на сколько выполнимо моё обещание. На доме кровная защита, а ключи с заклинанием утеряны. Не известно, как магия отреагирует на нужную кровь, пытающуюся вломиться. И лисичка отменяется. И не только потому, что не успела найти где научиться. Хотя, есть вариант снять номера в каком-нибудь небольшом хостеле на краю какого-нибудь города. А ещё мечтала, как бы мы на мëтлах могли летать наперегонки с Сивым. А вообще... Меня же сейчас ничего нигде не держит. Хоть сейчас на край света. Знать бы только где есть порталы, не отслеживаемые министерством. Лисички. Да. Лисята. Твои лисята тоже помогали.
Голос всё ещё не выдавал никаких эмоций, связанных с тем, что хаффка говорила, можно было только догадываться, что она чувствует. Студентка не замечала, как прыгает с темы на тему, как они путаются. Будто несколько логичных текстовых потоков перемешались. А самой ей вдруг показалось, что она говорит с кем-то на равных, с ровесником, а может и младше. Со старшим бы раньше себе точно не позволила. И что-то похожее уже чувствовалось, как дежа-вю. Майкл. Последний, кто появился в стае. Он же и самый младший. У него и история была в разы короче, чем у девушки. Укусили, сбежал, прибился к стае. А она чаще всех была рядом, поддерживала словами, советами, просто рассказами. Остальные не были сторонниками "щенячьей нежности". Но почему же этот момент поддержки не вспомнился несколько минут назад? Точно. То, чем он ей отплатил за поддержку, не давало вспомнить о том случае. Ладно ещё, что просто не пресёк издевательства со стороны других, Трикс тогда подумала, что просто испугался старших. Но когда ещё и присоединился к ним...
Лайтер затормозила и зажмурилась ненадолго. Открыв глаза, убедилась, что перед ней точно не Майкл и продолжила рассказ как ни в чем не бывало.
- Надо только с Ханной увидеться, успокоить её, что всё в порядке. Не знаю только, куда потом идти. О, а ещё мечтала погладить дракона. Думала, не прощу себе, если во время моего отсутствия была экскурсия, а я снова пропустила. А твои лисята очень понравились одному мальчику. Он умирал, мечтая о них.
Такое себе завершение рассказа. Но как на зло, больше Трисс не знала что сказать. Наверное, пора снова напомнить о вопросе без ответа.
- Так что за предсказание?
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Акабано был благодарен возможности ещё немного потянуть с рассказом. Он слушал девушку, думая о том, что она сильно выросла. По крайней мере ему так казалось, пропасти между ними словно больше не было, он чувствовал, что может общаться с ней наравне, а она с ним. Ему вовсе не обязательно постоянно быть старшим в этих отношениях. Иногда можно было расслабиться, как сейчас. Хоть в словах Трикс все ещё не было эмоций, это больше не мешало, как будто перестало иметь для него значение. Акабано слушал так внимательно, словно от этого зависела его жизнь. Ему было без разницы, дом или хостел, лиса или волк, а рассказ не казался путанным, напротив, он словно улавливал связь между всем сказанным, и ничего его не удивляло.
-Иногда я всё же думаю, здорово, что моя семья имеет криминальные наклонности. Придумаем что-нибудь с порталом, в этом я уверен. Не отменять же теперь планы.
Странно было говорить это так, словно проблема того не стоит. Но ему как-то сразу вспомнились старые времена, когда ему пришлось спасаться бегством через реку в холодный октябрь, что бы его не поймали на краже архивных документов. Тогда он рисковал загреметь за решётку, но вылезая из воды думал только о том, что ему надо срочно где-то высушить одежду, словно это была его единственная неприятность за вечер. Вот и Трикс не отвертится от обещания, как и он сам.
Рассказ был прерван паузой. Акабано показалось, что девушка вспомнила о чём-то неприятном. Почему после лисят интересно. Свободной рукой он пару раз провёл по тыльной стороне ладоней Трикс, подумав, что она его как маленького держит за ручку.
С Ханной и правда стоит увидеться, Акабано так хорошо помнил её взволнованное утомлённое бесплодными поисками лицо.
- Экскурсии без тебя не было.
Зачем-то сказал он, а сам уже начал думать о том, как доставить Трикс с дракону или дракона к ней. Мысли были уж какими-то слишком бесхитростными и не очень подходили к ситуации. Какие еще драконы в самом деле.
Слова о умирающем мальчике запали в душу. Даже не возникло вопросов о том, что за мальчик, от куда он взялся, где она могла его встретить, и почему он умирал рядом с ней. Вместо этого Акабано подумал о том, что это по сути весьма неплохие предсмертные видения. Может, он видел, как они провожали его по светящейся дорожке ввысь, на планету из снов, где жизнь царила вечно, перетекая и меняя форму. Интересно, о чем он сам будет думать перед смертью. Явно не о лунных лисятах. Но хорошо, если они способны освещать путь кому-то еще.
Пора было рассказать в чем дело, сомнений больше не осталось. В конце концов, теперь это часть его жизни, которая рано или поздно все равно станет известной. У всего есть свое начало и конец. В этом даже нет ничего особенно трагичного или неправильного. Вот бы только успеть побольше, вдохнуть полной грудью и запечатлеть в сознании весь мир, в котором по правде говоря столько неизведанной таинственной красоты и силы.
Он спокойно и немного печально посмотрел девушке в глаза.
-Это было предсказание смерти. Я какое-то время уже подозревал неладное. Поход к прорицательнице был попыткой опровергнуть то, что я и без того знал. Предсказание звучало так: ты умрешь, будучи еще молодым, это путь обещанья, который ты сам для себя выбрал, твои принципы ведут тебя по дороге смерти. – Кажется, он впервые смог сказать об этом так открыто, без внутреннего трепета и последующей паники. – Я часто вижу сон о том, как это произойдет. Зима, лес, темный силуэт впереди и жгучая боль на шее. И я знаю, почему это произойдет, обещанье, что я дал бабушке перед ее кончиной, обещанье позаботиться о семье. И я принимаю это, потому что не собираюсь предавать себя. Уйти от такой судьбы, значит бросить то, ради чего я тогда пожертвовал всем. Не хочу, чтобы моя жизнь стала бессмысленной, этот смысл стоит жизни. Поэтому мне очень хочется успеть как можно больше, ведь я не знаю, когда это случиться, в этом году или через пять лет. До скольки меня еще можно будет считать молодым.
Акабано задумчиво смотрел перед собой. Было видно, что он всем сердцем верит в предсказание, не допуская не малейшей возможности, что оно может не сбыться. Сейчас он думал о том, что ему безумно повезло, что еще раз встретил Трикс.
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
Трикс чувствовала, что делает всё правильно, пусть и не особо задумывалась о том, что говорит. Пока на её слова не последовал ответ. Он очень понравился и по лицу скользнула тень улыбки. Криминальные наклонности, значит? Что ж, видимо, бояться действительно ей нечего. И рядом с этим человеком теперь не было ощущения ограниченности. Пришло чувство свободы. И вернулась возможность снова мечтать. О тех лесах, где они будут, животных, как ни странно. Отказываться от своих обещаний девушка и не думала, а сейчас понимала, что этого не собирается делать и профессор. Это придавало больше уверенности в будущем. Может потом и вовсе найдут лазейку в законе, чтобы без проблем избежать дальнейшего преследования. Или способ как по-тихому окончить школу и куда переехать для новой жизни. А может и вовсе двумя умами найдут решение проблемы в том, что хаффка для министерства станет белой, пушистой и невинной.
Лайтер обратила внимание на прикосновения к тыльной стороне ладони. Неужели переборщила? Она тут же отпустила руку парня на стол, просто положив свою сверху. Но и тут что-то не так. А именно то, что таким образом в основном влюблённые держатся. Теперь Трисс убрала руку, положив просто рядом.
Студентка хотела сказать, что догадывается о том, что экскурсий не было, раз и его в школе в это время не было. Но тогда бы это наверняка звучало как:"Я не тупая, поняла сама." Фраза та пошла как небольшая дополнительная информация, требующая внимания, но немного и недолго.
Взгляд будто подготавливал к самому страшному. И вот уже первые слова бьют так, что спирает дыхание и нет возможности сказать ни слова. Остальная речь долетала как-то размыто, как под воду или в предобморочном состоянии. Трикс просто уткнулась взглядом в стол. Нельзя сейчас показывать лишних эмоций, иначе есть риск, что Акабано прервется на середине. В таком лучше выговариваться до конца. Часто бывает, что начнёшь, прервёшься, а продолжение начинает съедать тебя изнутри. Да и Лайтер хотела знать всё, что он думает и чувствует по этому поводу.
К концу стало окончательно понятно, что это была колоссальная шоковая терапия от безэмоциональности. Разом бетонная защита разрушилась, открывая бурю эмоций. Хотелось кричать, плакать, крушить, сбежать, впасть в депрессию, просто остаться одной наедине со своими мыслями и, тут же, крепко обнять Акабано и никуда не отпускать. Девушка закрыла глаза и закусила губу, изо всех сил пытаясь сдержаться. Пальцы заискрили, и она быстро убрала руки под стол. Уже скоро последовала первая реакция полного осмысления. Трикс замотала головой, а после глубокого вздоха всё-таки подняла взгляд. На профессора смотрела будто бы уже другая девушка. Взгляд больше не был пустым, лишь с оттенками чувств. Теперь он просто кричал. Изменился и голос.
- Может есть шанс избежать смерти, не бросая обещание? Может оно само всё изменится? Будущее же изменчиво. Да? Нет, я точно это слышала. Это же как эффект бабочки. Или способ обмануть судьбу, но не уходить от неё? Может я чем-то могу помочь?
Хаффка была уверена, что пойдет на всё, лишь бы помочь другу.
Тут до нее дошло, что всё повторяется. Встретить, чтобы вскоре потерять. Сколько еще таких людей будет в её жизни?
- Ну вон, Ханну же можно считать молодой. А ей тридцать шесть. Может есть ещё время, чтобы что-то придумать, что-то изменить. Тебе есть смысл и жить. У тебя же семья. Ребёнок будет. Не должны хорошие люди умирать так рано.
Сдерживаться стало все сложнее и глаза оказались на мокром месте. Трисс всё-таки обняла Акабано снова. И даже ещё крепче. А слова уже не особо контролировались разумом.
- Не должны. Это неправильно. При этом мразей как грязи. И все живучие. Сколько я вон пыталась.
Хранитель Хаффлпаффа
Выпускник школы Хогвартс
КДПССх2
Любые беды можно пережить, если не держать все в себе.
Как изначально и подсказывал ему разум, признание принесло девушке так много боли. Её и без того непростая жизнь была последний год наполненная негативными эмоциями, стоило ли ему рассказывать. Акабано только договорив почувствовал ту бурю, что царила в душе девушки. Её безэмоциональность как рукой сняло. Он заметил, как заискрились пальцы, как она спрятала руки под стол. Акабано уже видел подобное, только с огнём и ветром. На секунду ему стало стыдно, что не смог себя сдержать и рассказал всё на чистоту. Ей то зачем страдать?
- Трикс, я..
Он протянул руку и дотронулся до плеча девушки, сам не зная, что собирается сказать. Но весь её вид кричал о том, что ему нужно её как-то успокоить. Видя, как девушка мотает головой, он совсем забыл о своих проблемах. Не понятно только чего он ожидал. Понятно, что Саша отреагировал на его новость совсем иначе, хоть в его глазах и были видны озабоченность и переживания, но он остался почти таким же спокойным, как обычно.
Акабано смотрел на Трикс в ответ. Точно как он. Только что такая холодная, и вдруг столько чувств. Ему хотелось её разбудить от этого состояния, но всё же не так. Слишком резко он её выдернул, причём сам того не осознавая.
Акабано слушал Трикс и думал, что на самом деле её слова так похожи на те, что ему сказал Саша. Совсем разные, разные эмоции, но смысл был один. Они оба думают, что трагедию можно предотвратить. Можно что-то придумать. А если они правы, а он ошибается? Если действительно можно? Акабано даже не знал, что ему думать.
- Наверное. Я, если честно, не знаю.
Неуверенно ответил он. Хотелось бы ему, что голос звучал твёрже, но он был слишком растерян. Слишком много всего.
- Я очень хочу жить. Мне ещё очень много хочется сделать. И оставлять вас я не хочу. Вы все так мне дороги.
Акабано говорил тихо, чуть опустив взгляд, кто такие "вы", он не уточнял, ему и так было понятно, он думал, что и Трикс тоже.
Будь девушка спокойная, он бы смог себя сдержать, но Акабано всегда слишком хорошо чувствовал чужие эмоции. Они резонировали с его душой, не давая оставаться бесчувственным. Он снова обнял девушку, уже в третий раз за эту бесконечно долгую ночь. Глаза опять оказались на мокром месте. Он не понял, что пыталась девушка. Она, кажется, уже плохо контролировала то, что говорила. Он чувствовал в этот момент, что по настоящему дорог ей.
Аксбано погладил Трикс по голове. Он, конечно, не мразь, но и не святой. За его душой тоже есть грехи, с которыми сложно смириться. Вроде сказал, что не будет предавать себя, но ведь порой он именно это и делает, в угоду своему обещанию. Так что можно совсем запутаться, что и для чего он делает. Акабано и запутался. Уже давно.
- Может быть с тобой, мы что-нибудь сможем придумать. Ведь ты, я думаю, единственная, кто как и я хочет найти обходной путь, а не пытается отговорить от обещания. Мне кажется, что ни твоя, ни моя ситуация не является безвыходной, если действовать не в одиночку.
Этими словами он старался успокоить Трикс и себя самого. Но в тоже время в них ему чувствовалась нотка надежды. Словно лучик солнца пробивался сквозь плотные кроны деревьев.
Точно, она была не как Рами, пусть тот его и любил, но во многих аспектах совсем не понимал. Поэтому ни ему, ни отцу он не сказал о предсказании ни слова. А то вдруг снова бы сговорились за его спиной. От Трикс он такого не ждал. Хотелось верить, что на месте Рами она бы поступила иначе.
Она так хорошо о нём думала. А если бы знала всё до конца? Хотя, она бы могла понять, она видела..
Аркадий Расколонин Бывший ученик Слизерина
Профессор Прорицаний
Заместитель директора
