Рон в башне Слайзерина (тот самый фик таво самого Дракона)

[Dre(a)d]

БЛОКНОТ РОНАЛЬДА УИЗЛИ


2004 год, начало марта.
Меня зовут Рон, Рональд Уизли. Я студент четвертого курса в Хогвартсе, школе колдовства и магии, на факультете Гриффиндор. Я пишу эти строчки в своем блокноте, потому что хочу запомнить это во всех подробностях, а никто из наших не хочет, чтобы я ему рассказывал. И мне все равно нечего делать – Филч запер меня в Зале Почета, велел чистить серебро и ушел, забрав мою палочку. Вот дурак! Он не заметил, что у меня в рукаве была спрятана палочка Гарри. Теперь она сама чистит серебро, а я пишу это в блокноте.
Все началось вчера, когда мы трое – я, Гарри и Гермиона – сидели после уроков в башне Гриффиндора. Гарри читал книгу Джиггера «Гарпия Реторт» (не понимаю, что он в ней нашел), а Гермиона – «Ежедневного Пророка». Она не нашла там статьи Риты Скитер, но все же глаз от него оторвать не могла, хотя читала его уже раз в пятый. Я же, принеся обоим минералку, не знал, чем заняться, и от скуки произнес:
- Гермиона, обрати на меня внимание.
Но она продолжила изучение «Пророка». Я повторил эту фразу еще пару раз, а в «Пророке» наколдовал эти слова поверх текста. Наконец Гермиона не выдержала.
- Ну чего ты хочешь, Рон?
- Обрати на меня внимание.
- Хорошо. – Гермиона опустила «Пророка» и сказала мне:
- Иди в библиотеку и принеси чего-нибудь о разведочных заклинаниях.
Мне совершенно не хотелось идти в библиотеку, поэтому я выдал фразу, еще не зная, к чему она приведет:
- Еще чего, в такую даль?
Гермиона обиделась.
- Вот не зря про вас, Уизли, говорят, что вы такие ленивые! Даже в библиотеку ему сходить лень! И он еще мечтает о славе героя, когда сам вообще ничего не может!
Не знаю, что тут на меня нашло, но я во весь голос заорал:
- Я ничего не могу?! Я не могу?! Ты думаешь, что слава героя измеряется в книгах и библиотеках? Когда я в Тайную Комнату ходил, в Запретный лес, в башню Слайзерина, меня что-то туда никто не посылал за книгами!!!
- А ты забыл, Рон, что тебя оттуда практически всегда приходилось вытаскивать Гарри? – Это меня окончательно взбесило. – И иногда – в полумертвом состоянии? Вот ты бы сам, один, пошел в башню Слайзерина?
- И пойду! Я тебе докажу, что я не зря мечтаю о славе героя! – Я направил палочку себе на горло, сказал «Сонорус!», вспрыгнул на ближайший стол и заорал на всю башню:
- Эй, народ! Я-прямо-сейчас-иду-в-башню-Слайзерина-и-установлю-на-ее-вершине… - Я недолго думал что. – гриффиндорский флаг!

От моих криков все гриффиндорцы повскакивали с мест. Я спрыгнул со стола и подошел к нашему старосте. Действие Соноруса прошло, но этого я еще не заметил.
- Эй! Староста! Флаг давай! – Он выпучил на меня глаза, остальные тоже смотрели с удивлением. – И пачку венгерского клея – чтоб не пришлось закреплять его слайзеринской кровью!
По башне Гриффиндора прокатился шепот. Но мне до этого дела не было. Староста сказал:
- Ты… Рон… реально идешь туда? – Он явно не был категорически против этой идеи. – В башню Слайзерина?
- Конечно, иду! Чтоб не думали тут… некоторые, что я ничего не могу!
- А ты готов? И дорогу знаешь?
- Знаю. Мы там уже были. – Гарри повертел пальцем у виска – старосте этого знать не полагалось. – А насчет готовности – все, что нужно для берсерка, - звериная шкура и топор!
- Топор – это палочка, шкура – мантия, Рон, а что стало твоими мухоморами?
- Вон она, - я указал на Гермиону.
Некоторые с младших курсов повторили, перешептываясь, движение Гарри.
- Ладно. – Тогда я так и не понял: почему он согласился? – Вот тебе наш флаг, - он вызвал его манящими чарами. - А на это манящих чар не понадобится.
Он вынул из кармана тюбик с венгерским клеем и передал мне оба предмета, прибавив:
- Смотри не потеряй флаг – ты знаешь, что они могут сделать с нашим символом, попади он им в руки?
- А как насчет украсть их символ?
Староста явно не отказался бы сам от этого – но этого не позволяет его долг.
- Ни в коем случае, Рон. За вход в чужую башню и установку своего флага тебя просто накажут, а вот за кражу могут и выгнать – и какая встреча ждет тебя дома?
- Что ж, разве мама страшнее василиска?
- Кто знает, - вмешался Гарри. Я сунул клей в карман, флаг – за пазуху, а палочку оставил в руке. И обратился к народу:
- Все, я ухожу! И не закрепив там флаг, сюда не вернусь!
- Под дверью будешь сидеть? – ехидно спросила Гермиона. Но Гарри не разделял ее чувств. И мы вдвоем вышли в коридор, причем никто не пожелал мне удачи. Все наверняка думали, что я вернусь с полдороги, а уж Гермиона – тем более.
- Я тебя до лестницы провожу, - сказал мне Гарри. – И как же ты войдешь в башню Слайзерина, если ты не знаешь пароль?
- Э, пароль узнать не проблема.
- Ну…
Гарри оглянулся: Толстой Леди на портрете не было.
- Ну хорошо. Вот зайдешь ты внутрь, и что дальше? Они сразу поймут, что ты гриффиндорец, и прибьют тебя на месте. И кроме того, как ты найдешь дорогу в башню и на крышу? Опять будешь Малфоя просить?
- А ты, Гарри, знаешь всех семикурсников? Вот и слайзеринцы могут принять меня за своего, не знает же каждый из них полный состав своего факультета! Галстук можно перекрасить, а на мантиях герб Хогвартса у всех один. Главное – не попадаться на глаза Снейпу и Малфою, а остальные – полные идиоты. И мимо них я вообще без проблем пройду!
- А ты за столом Слайзерина рыжих видел?
- А ты, когда ешь, весь гриффиндорский стол оглядываешь?
- Ладно, пока. Удачи! – Он пожал мне руку, развернулся у лестницы, семь раз постучал по перилам и сказал напоследок:
- Только прежде чем входить, подумай, как выйдешь!

Он остался ждать Толстую Леди, а я направился вниз по лестнице. «Подумай, как выйдешь». Разве это проблема? Гермиона говорит так: «Спуститься всюду легче, чем подняться». Я спускался, напевая песню, которой научили меня дурмстрангцы:

Я ведь не из робких,
Все мне по плечу,
Сильный я и ловкий,
Белых проучу!

Идея называть слайзеринцев «белыми», по цвету их символа, пришла в голову дурмстрангцам после их разделения, когда четверо из них перестали болеть за Крама и перешли от слайзеринского стола к нашему. Конечно, каждый из них хотел стать чемпионом сам, но они оказались весьма неплохими парнями. Мы показали им нашу башню, и они предложили организовать у нас дискотеку панк-рока. Хотя Гарри с Гермионой и не приняли участия, дискотека была классная! Правда, все песни были у них на своем языке, но они от этого нисколько не хуже, тем более что дурмстрангцы легко объяснили нам, что они означают. С тех пор наши союзники называют себя «красными», а слайзеринцев и восьмерых остальных, включая Крама, - «белыми». Те же восемь называют себя «порядком», а нас «хаосом». Придурки. Какой там на фиг порядок?
Ладно, хватит писать про это. Когда я спускался в подвалы по широкой мраморной лестнице, я нисколько не жалел об обещании и был абсолютно уверен, что доведу дело до конца. Я всегда настраиваюсь на хорошее, в отличие от Гарри, который всегда нервничает. А чего, казалось бы, ему переживать? Разве кому-то стало легче от переживаний?
Я шел подземным коридором, и мне в голову начали лезть совсем другие мысли. Что я буду делать, когда войду? Какие применять заклинания, чтобы обмануть слайзеринцев?
Никакие слова невидимости, незаметности, проникновения на ум не шли, да мы их еще и не изучали. Я вспомнил несколько наших семейных заклинаний, но они бы тут не помогли. Хотя…
Хотя я мог бы использовать пару приемов из семейной легилименции!
Легилименция – нераспространенный нынче вид магии. Но очень сильный. Это все, что совершается силой и воздействием мысли. Гипноз, телепатия, разрушение взглядом, сглаз, порча, очарование и некоторые приемы психологии, которая, впрочем, больше магловская наука. Хотя есть и маглы, владеющие легилименцией – Копперфильд, например. Я сам не много знаю из легилименции – только самые простые приемы. Впрочем, в Хогвартсе есть какая-то штука, которая более сложные приемы подавляет. Поэтому это дело здесь и не в почете. Что бы выбрать? Можно применить простой отвод глаз, но это годится только против одного-двух, а не целой толпы слайзеринцев. Можно использовать магический замок, он зацикливает кого-нибудь на процессе действия, которое тот делает, и тот не может сделать ничего другого. Еще я знаю разрушающий луч… но от моего луча у них разве что в носу может зачесаться.
Я решил не маскироваться и не прятаться от основной массы слайзеринцев, а зайти в башню как один из них. Если вести себя по-слайзерински, они вполне примут меня за своего. Только не надо класть ноги на стол, чтобы не узнали, как это было с поросенком, про которого однажды рассказывала Гермиона. Он решил провести Рождество в человеческой компании, но ему пришлось спасаться бегством. А я не мог себе этого позволить. Как и попасться – у меня же флаг!
И вот я уже глубоко в подвалах. Я описываю все чувства, которые испытывал в какой-то момент, потому что заново это все переживаю. Иногда мне хочется от возбуждения начать прыгать, но нельзя – это привлечет Филча.
Мне попались два слайзеринских первокурсника. Я бы испытал на них легилименцию, даже если бы они ничего мне не сделали. Но один из них, увидев меня, сказал:
- Уизли козел.
Меня поразила интонация. Не гневная, не дразнительная – совсем без эмоций, как сказал бы робот. Я сделал нужное выражение лица, по-умному чуть склонил голову, сделал жест и мысленно произнес формулу, представив себе на его голове замок. И результат получился мгновенно. Глаза первокурсника выпучились, рот раскрылся, и он начал монотонно повторять одну и туже фразу:
- Уизли козел. Уизли козел. Уизли козел. Уизли козел. Уизли козел…
Его приятель испуганно смотрел на него. Пацаненок стоял и тупо повторял «Уизли козел», пока я не потерял его из виду. Меня не беспокоило, что будет с ним дальше – магический замок сам исчезнет, когда я о нем забуду.
Завернув за угол, я тут же и забыл. Потому что увидел такое…

[Melamory]

Ну наконец то чо-то интерсное про Рона! продолжай =)

[Sima]

не могу сказать, что Рон- мой любимый персонаж, но фик интересный. он будет не длинный, да?

[Chloe]

Не знаю, может я просто мало чего понимаю, но...
фик мне не кажется интересным, уж простите. Может быть это потому, что я прочитала только начало? Но ведь дело в том, что мне лично дальше читать не захотелось, да и не захочется другому читателю читать, чтобы в конце найти что-то интересное...

1ое - язык повествования меня просто умиляет. Я, конечно, понимаю, что пишет Рон, от своего лица. Может у Уизли нелады с языком, раз он изъясняется такими примитивными конструкциями, НО пусть тогда его мемуары не выставляются на суд широкой общественности, ок?
2ое - уважаемый, вы что с Гермионой делаете? Она между прочим за отмену рабства домовых эльфов, а вы тут её заставляете помыкать мальчишкой, посылать в библиотеку приказным тоном... Или пишите в дисклэймере : OOC или убирайте это из фика.
3е - меня прикалывает разговор Рона со старостой. Насколько я помню у Гриффиндора 2ое старост : он и Герми. А вы вот что пишете

Эй! Староста! Флаг давай! – Он выпучил на меня глаза, остальные тоже смотрели с удивлением. – И пачку венгерского клея – чтоб не пришлось закреплять его слайзеринской кровью!
По башне Гриффиндора прокатился шепот. Но мне до этого дела не было. Староста сказал:
- Ты… Рон… реально идешь туда? – Он явно не был категорически против этой идеи. – В башню Слайзерина?

То, что староста не Гермиона нам указывает глагол сказал_ . Ок, значит староста Рон и он разговаривает сам с собой.. Повезло парню, собеседников искать не надо с таким талантом.

Повторяюсь: я до конца не дочитала, не спорю, может там есть что-то интересное, интрига, например, может там появляются распространённые предложения, полные эпитетов и сравнений. Может Герми, Гарри и Рон наконец-то становятся самими собой.
Кто знает...

[Maresca]

Chloe

Знаете, я сама страшно придирчива, но раз уж вы взялись предъявлять претензии к фактическим ошибкам, то смотрите хотя бы, что критикуете. Черным по бежевому написано:

Я студент четвертого курса в Хогвартсе

С какого перепугу Рону и Гермионе становиться старостами на 4-ом курсе? По-моему, вы сами себя перемудрили. Несколько раз повторили, что читали только начало, а, похоже, даже его проглядели по диагонали... Думаете, автор воспримет такую "невнимательную" критику серьезно?

[Chloe]

Maresca, действительно проглядела.. Без очков читала, знаете ли.

Автору: прошу пункт про старост не учитывать.

[Melamory]

Chloe
Мисс, вы меня конечно простите, но в инете настолько много более ужасной литературы, которую то и литературой не назовешь, а этот фик написан в стиле Рона, в стиле мыслей его, какой подросток в 14 лет изьясняется сложными конструкциями и многоэтажными предложениями? а на суд широкой общественности оно выставляется не как произведение искусства, а как читательский фик. если вам не нравится - можете пропустить и н еоставлять отзывов, а если уж взялись критиковать - то критику не надо из пальца высасывать, и без очков читать.
Далее - про Гермиону. Скажите, а фики, где выставляют Гермиону девушкой-вамп, которая только и думает, как заарканить Драко Малфоя, бедного, замученного своим жестоким отцом парня с пААтрясающей внешностью, или наоборот (это сюжет большинства фиков, ручаюсь) вам нравятся больше? А фик, где Гермиону всего лишь немного изменили, потому что повторить ее - трудно, и только пани Роулинг на такое способна, - вы обливаете черт-знает-чем?
Имхо, ваша критика абсолютна не в тему

[Chloe]

Melamory,мы сейчас не обсуждаем другие инетовские фики, мы сейчас обсуждаем именно этот фик. Это первое.
Второе: ну пропустила я упоминание про 4ый курс, ладно, признаю: моя ошибка, только давайте мне это в упрёк не ставить до конца моих дней?
Далее про Гермиону.. Фики, где Герми вдруг вспоминает, что она не заучка, а "женщина-вамп" и начинает "подкладывать сиськи, припудривать п*ськи и брызгать подмышки" (с) я не читаю. И вам не советую.

И последнее: до тех пор, пока автор не напишет в начале темы "Критика не принимается" я буду считать, что моё высказывание в тему.
Заметьте, я не считаю себя величайшим критиком,я просто своё личное мнение высказываю. А если не ошибаюсь: это право каждого.
Так что давайте не засорять тему пустой перебранкой, тем более, что никакой личной неприязни я ни к вам, ни к автору не питаю.

[Dre(a)d]

Я всего лишь публекую.

ГОЛОС В ПОДЗЕМЕЛЬЕ

В небольшом зальчике, смотря на лестницу, ведущую вверх, стояла девушка с шестого, не то с седьмого курса. На ней не было совершенно ничего, кроме открытого купальника в форме мини-бикини. Ее светлые волосы были распущены, и я сзади ничего не видел, поэтому встал под другим углом… и до меня дошло, что на той лестнице стоял Снейп.
Моим первым желанием было тут же исчезнуть. Но, с другой стороны, когда еще такая возможность будет? И я продолжил рассматривать ее обольстительное тело со своей позиции. Да и Снейп меня не замечал – он разговаривал с ней. Я не слышал начала, но сразу понял, о чем идет речь.
- Вы что себе позволяете?!
- А что тут такого? Что не так?
- Кто дал вам право разгуливать по школе в таком виде?
- А мне нравится быть в таком виде. Я, между прочим, не голая.
- Только этого и не хватало…
- Да, профессор Снейп, именно этого вам и не хватает…
- Что?!
- Профессор Снейп, вы сами знаете, что школьные правила не запрещают ходить в купальниках. А насчет нарушения норм морали – вам бы лучше молчать. Вы же сами издеваетесь над гриффиндорцами.
Мне захотелось поддержать ее аплодисментами. А что, если я стану ей аплодировать, она обернется на звук, и я увижу, какая она спереди. Но что делать со Снейпом? И я решил замкнуть его на магический замок – на процессе чтения моралей. Тогда я смогу и пройти мимо него, и разглядеть ее со всех сторон.
Правда, Снейп тоже владеет легилименцией. Но он не ожидает внезапного нападения. К тому же я смотрю ему в глаза, а он в мои не смотрит. Была не была! Я произнес мысленно формулу. Но не понял: получилось или не получилось? И тут почувствовал ЖУТКУЮ боль в голове – как если бы меня били железной кочергой. Хрясь! Хрясь! Хрясь! И так десять ударов. Я еле снял боль формулой снятия – в легилименции есть и такая – и еле успокоил себя: «Может, он меня и не заметил, а это его защита от таких штук сработала». И на какое-то время этому поверил.
- А вы знаете, профессор, какая разница между мной и вами?
- Ну?
- Я просто смотрю на вас. А вы на меня смотрите с тайным желанием.
- Что?!
- И ничего не можете возразить. Потому что это правда. Вы ругаете меня только для виду, а на самом деле вам нравится смотреть на меня. Вам не хочется терять меня из виду, поэтому вы бессильны передо мной. И главное, вы сами видите это бессилие, а сделать ничего не можете, потому что вам хочется продолжать созерцание.
- А вот за это, можно считать, уже пятьдесят очков…
- С какого факультета?
- Это вы сейчас мне и скажете.
- А я вам не скажу. Потому что вы своих секретов Дамблдору не раскрываете.
«Рэйвенкловка», - подумал я, и Снейп, наверно, тоже.
- Ясно. Значит, вы из Рэйвенкло.
- Хотите – думайте, что я из Рэйвенкло, хотите – не думайте.
- Значит, так. Сейчас же мы идем к директору…
- Пойдемте. Возьмите меня под ручку. Мы будем вместе выглядеть очень эффектно. Особенно когда зайдем к Дамблдору.
- Да я вас в наручниках отведу!
- Еще эффектнее. Типа «скованные одной цепью». Мне-то ничего, а вот что про вас-то весь Хогвартс подумает…
- Вы это вот ему скажите. – И тут он указал на меня. – Может быть, его вы этим испугаете...

Было жалко отрывать от нее взгляд, но пришлось. Я тут же бросился бежать со всех ног в первый попавшийся коридор. Все же я успел увидеть ее спереди, когда она повернулась ко мне – ведь она тоже меня не сразу увидела. Красивая, зараза! Высокая, стройная, ноги длинные, глаза сияют, губы экзотического оттенка… И при этом видно, что она не использует никакую косметику – это ее естественный вид. Точно, рэйвенкловка!
Коридор иногда превращался в наклонную плоскость. Я миновал несколько развилок и оказался в чем-то, похожем на огромную трубу. Она мне к черту не была нужна, я вернулся к последней развилке и встал в недоумении: куда идти дальше?
Вот бы мне такие возможности, как у Седрика! В отличие от Перси, он со всех сторон применяет свое Префекто Промахос, причем так демонстративно, как будто хочет всем показать, насколько он лучше всех остальных чемпионов. Он может быстро передвигаться верхом на волне, созданной из пола, ему подчиняются все двери и стены, он может распознавать ложь и правду, а самое главное – он знает все пути в Хогвартсе и всегда понимает, в какой точке сам находится. И все потому, что он староста школы и может применять Префекто Промахос. Никому другому, кроме двух старост, это заклинание не доступно… но, может, мне все же попробовать?
И я вынул палочку и направил ее на себя, сказав это самое слово:
- Префекто Промахос!

Две минуты я ждал, что что-нибудь случится, и тут до меня донесся странный голос. Он не казался ни мужским, ни женским, но явно был человеческим, низким и утробным, искаженным настолько, что никак нельзя было понять, кто бы мог так говорить.
- ЕЩЕ НЕ ВРЕМЯ!
Я был поражен. Если это не легилименция… значит, время придет? И я смогу применять Префекто Промахос… это значит, что я когда-нибудь стану старостой школы? Но как понять, кто это говорит и правда ли это? Я спросил:
- А что, придет время, и я так смогу?
- ДА. – Теперь я понял: кто-то меня слышит и отвечает.
- А кто это говорит?
- ТЫ ПРИШЕЛ СЮДА НЕ ЗА ЭТИМ!
- Вы знаете? Тогда скажите, пожалуйста, как найти вход в башню!
- ЭТО НЕ МОЯ БАШНЯ, ЭТО БАШНЯ САЛАЗАРА!
- Ага, Салазара Слайзерина. И вы не знаете, где вход. Но я не знаю, куда мне идти – дайте хотя бы совет!
«Да вот только поверю ли я этому совету?»
- ЖДИ!
- Кого мне ждать – я тут один! Вы понимаете, что я… в общем, заблудился?
- Я ПОНЯЛА.
- Так вы – это она? – удивился я. Но она больше ничего не сказала и на вопрос не ответила. Я ждал больше десяти минут, пару раз снова применял Префекто Промахос, но ничего не происходило. Видно, вправду еще не время…
Вдруг позади меня послышались шаги. Я обернулся и чуть не закричал от ужаса. Это был Снейп.

[Diash]

Честно? Не фонтан, но лично для меня стебно. Простой слог и ненавязчивые шутки, которые скорее всего вышли случайно, меня умиляет. Действительно похоже на Рона. Милый фик примерно на четверку, может даже с плюсом.

[Dre(a)d]

Кто-то уснет,
кто-то заценит,
кто-то еще
полезет на стену...

Не возражай и не гони!
Врагов своих скорее пни!
И УПОКОЙСЯ!!!

Поехали дальше!

ЛЕГИЛИМЕНЦИЯ

Сейчас я пишу эти строчки, и мне кажется, что это был самый страшный момент из всего моего похода. Я ничем не показывал ужаса – взгляд не бегал, колени не дрожали, но, думаю, ему было все заметно в моих глазах. А он стоял и молчал минут пять, сверля глазами мое лицо. Он явно видел, что мне страшно, и явно этим наслаждался, растягивая удовольствие.
- Уизли, - наконец заговорил он. – Уизли, с кем вы сейчас разговаривали?
- А вы у нее спросите, - сказал я. – Мне она уже не отвечает.
- Ответьте мне! Кто вы такая?! – повысил он голос. Но все было тихо.
- Странные дела творятся в Хогвартсе, - обратился он ко мне, медленно придвигаясь ближе. – Открываются потайные ходы. Гриффиндорцы варят оборотное зелье. А в моих подвалах слышится вот этот вот странный голос. Однажды, Уизли, я проходил в этом месте, и она внезапно сказала «ДОБРЫЙ ДЕНЬ». Я сказал: «Добрый день, я профессор Снейп, хозяин этих подвалов и глава Слайзерина, а вы кто и что делаете на моей территории? Вы, я думаю, знаете, что сюда не допускаются посторонние». – Он стоял за два метра от меня, а на последних словах резко шагнул почти вплотную. Я намеренно не обратил на это внимания. – А она ответила: «А ГДЕ ШЕРОДУНЧИКИ?». Я посоветовал ей отправиться в больничное крыло, и она так же по-тупому замолчала. А вы что здесь делаете?
Он спросил резко и внезапно, но его ужимка не удалась – я был готов.
- Профессор Дамблдор послал меня проверить…
- Литейную мастерскую, - закончил он за меня. – Отсюда в трубу, седьмая лестница вниз, третий этаж, третья дверь слева. – Он отошел на метр и продолжил:
- Кстати, Уизли., легилименция не запрещается школьными правилами лишь потому, что невозможно доказать ее применение. – «Не смей на меня давить!» - Но это очень дорогое удовольствие. – «По себе знаешь?» - Тот, кто злоупотребляет легилименцией, лишается возможности спокойно спать – боится стороннего воздействия в расслабленности, не может никого полюбить – боится приворота, не получает удовольствия от секса – боится сексуальной привязки. А еще он всегда боится наткнуться на чужую легилименцию, более сильную. Идите в мастерскую. Всего хорошего.

«Куда на меня сглаз насылаешь?!» - мысленно крикнул я. Я убрал действие его гнусного взгляда защитной формулой, но надо было отомстить, к тому же меня еще мучило любопытство.
- Профессор Снейп, а как у вас все закончилось с этой?
- Найдите ее, спросите.
- Но вы… хотя бы узнали, с какого она факультета?
- Да.
В этом весь Снейп.
- Ладно, профессор. Спасибо за очень интересный рассказ. И вам всего хорошего.Он снова мысленно врезал мне кочергой, я в ответ послал ему разрушающий луч, и на этом мы расстались.

[Dre(a)d]

МАГИЧЕСКИЕ ЗАМКИ

Я не полностью уверен, что ему не удалось наслать на меня какую-нибудь гадость. И то, что мне было так страшно при внезапном его появлении, явно было вызвано его легилименцией. Ведь обычно я ничего не боюсь, кроме разве что пауков, да и то уже не так сильно, как раньше. «Ладно, профессор, а я всему Гриффиндору расскажу, как вы с рэйвенкловкой опозорились». Это я тогда так думал, а сейчас оказалось, что рассказывать-то и некому. Я решил пойти в литейную мастерскую – может быть, там покажут вход в башню, а может быть, мне по дороге попадется еще кто-нибудь из слайзеринцев. Выйдя из трубы, я опять запел, но уже мысленно:

Я ведь не из робких,
Все мне по плечу,
Сильный я и ловкий,
Белых проучу!

Я повторял это, пока не надоело. Ведь, кроме припева, ко мне ничего не подходит – там про какого-то идиота, который махал метлой, пытаясь устранить ветер. Взял бы палочку и убрал его заклинанием. А если он магл, для чего ему метла?
И тут я вспомнил песню, которая очень нравится Гарри и при этом подходит к моему положению – ведь я сейчас тоже тихо пробираюсь темным коридором. Она с той же кассеты.

Темный, мрачный коридор,
Я на цыпочках, как вор,
Пробираюсь, чуть дыша,
Чтобы не спугнуть
Тех, кто спит уже давно,
Тех, кому не все равно,
В чью я комнату тайком
Желаю заглянуть… Чтобы увидеть,
Как бессонница в час ночной
Меняет, нелюдимая, облик твой,
Чьих невольница ты идей, зачем тебе охотиться на людей?

Гарри от этой песни без ума, потому что она почти про то, как он ходил в Тайную Комнату, хотя написана лет на пять раньше. Я перешел к третьему куплету, про Джинни:

Очень жаль, что ты тогда
Мне поверить не смогла,
В то, что новый твой приятель
Не такой, как все,
Ты осталась с ним вдвоем,
Не зная ничего о нем,
Что для всех опасен он,
Наплевать тебе! И ты попала
К настоящему колдуну,
Он загубил таких, как ты, не одну,
Словно куклой, в час ночной
Теперь он может управлять тобой!
Все происходит будто в страшном сне,
И находиться здесь опасно мне… Э-э-э…

С последней строчкой я и сейчас согласился. Я нашел седьмую лестницу вниз, но услышал впереди голоса и пошел на них. Это было рискованно, потом бы я не нашел литейную мастерскую. Но риск – благородное дело, особенно для гриффиндорца.
От яростного рвения, какое было в нашей башне, не осталось и следа, я теперь был совершенно спокоен и спокойно шел вперед. Хотя для легилименции всегда нужно убирать эмоции.
Поворот за угол прервал мои мысли. Я увидел нескольких слайзеринцев, идущих в направлении той самой стены, около которой тогда шли мы с Гарри. К этому месту сходились три или четыре коридора.
Теперь придется играть роль слайзеринца. Противно, конечно, но это лучше, чем вернуться, не установив флаг. Я перекрасил галстук на зеленый и, подавляя все признаки осторожности, подошел вместе со всеми. Все лица незнакомые, все явно с младших курсов, значит, и меня не знают. Кто-то сказал пароль, что-то вроде «индийского чая». Я пропустил всех и последним вошел внутрь.
Дверь закрылась, и тут до меня дошло. Я услышал свой собственный голос:
- Вот я и в башне Слайзерина!
«Придурок, не привлекай внимания!» - Я сжал челюсти. Но внимания я не привлек – ведь я зашел вместе со всеми.
Сверху спустилась старая карга-привидение. И заверещала:
- Так! Вы здесь учитесь?! Вы здесь учитесь?!!
- Да.
Она поверила и улетела обратно. Дура.
Я опустил глаза… и встретился взглядом с Милисентой Балстроуд! Но она была не меньше ошарашена, внезапно увидев меня.
- А… а… - еле выдавила из себя она, раскрыв рот.
- Бе-е, бе-е, - сказал я и замкнул ее на магический замок.
И стал осматривать слайзеринскую гостиную.

[Dre(a)d]

Chloe, ваша критика реально не по адресу. Этот фик лично МНЕ нравится, о чем я писал еще в его приведущей инкорнации. Вот Фордж от него не фанатеет, ну чтож, не я ему судья. Вы тоже не фанатеете, мы уже поняли вашу позицию.
З.Ы. Смените, пожалуйста, картинку - это прыгующая японка бесит до невозможности.

[Chloe]

Dre(a)d, картинку менять не буду - вы не так часто встречаете мои посты, чтобы так часто раздражаться...

[Dre(a)d]

Тогда привет от Черной Мамбы
(KILL BILL)

ГЛАВНАЯ КОМНАТА СЛАЙЗЕРИНА

Потолок здесь был ниже, чем у нас, но не настолько, как мне показалось в первый раз. Стены шершавые и каменные, как около Тайной Комнаты. И на каждой стене по три-четыре прохода к лестницам, ведущим наверх. Я отошел от входной двери, не забывая о магическом замке, и только тут понял, какая эта комната огромная. Раза в четыре больше, чем у нас. В тот раз я этого не заметил – смотрел только на Малфоя, изображая Крэбба. На полу были зеленые ковры, некоторые из них стоило бы еще раз почистить. Около двух сотен слайзеринцев находились в движении и деятельности, и я быстро смешался с разношерстной толпой. Магический замок уже прекратил свое действие, но Милисента не погонится за мной, да и вообще мне здесь бояться нечего: что бы ни случилось, отношение слайзеринцев и Снейпа ко мне хуже уже не станет.
Но надо было еще найти дорогу наверх. Как тут не вспомнить фразу Гермионы: «Спуститься всюду легче, чем подняться». Здесь, похоже, самое глубокое место в подвалах – разве что Тайная Комната глубже. Я подошел к какому-то пятикурснику, кстати, тоже рыжему.
- Эй, слышь, как пройти на самый верх?
- А ты че, не слайзеринец?
- Нет, я гриффиндорец.
Парень где стоял, там и сел на задницу. Пришлось и его замкнуть на магический замок. Хорошо, что другие не обратили на это внимания – каждый занимался своим делом.
«Неправильная тактика», - подумал я. До меня донеслись звуки чьей-то песни:

Гарри Поттер – лысая балда,
К сожаленью, это навсегда!

Я быстро двинулся в том направлении, откуда слышалась песня. Пели трое третьекурсников, а толпа мелюзги их с восхищением слушала. Я подошел к ним со спины, когда они пели второй куплет:

Рон Уизли – лысая балда,
К сожаленью, это навсегда!

- Че-че?! – услышали они у себя за спиной и обернулись, и это был их сильный промах. Я наколдовал им чешую, свиные пятачки, ослиные уши и тоже спел: «К сожаленью, это навсегда…»
Но вдруг я увидел возле стены знакомые светлые волосы… Это, точно, был Малфой.

Малфой, Крэбб и Гойл, стоя ко мне спиной, что-то делали у стены – наверняка открывали потайную дверь. Но они в любой момент могли обернуться, поэтому я немедленно исчез оттуда, растворившись в толпе.
Среди толпы туда-сюда сновали парни с коробками и тележками, предлагая свои товары. Ко мне и соседним слайзеринцам приблизился пацан со второго курса. У него была полная коробка бутылочек с чем-то серым и склизким. Он кричал: «Три сикля за бутылочку!»
Его тут же обступили:
- Че продаешь?
Он показал одну бутылочку. Она переходила из рук в руки – все передавали ее друг другу, смотря друг на друга с совершенно очумелым видом. Когда я ее взял, то увидел на ней наклейку с надписью: «ЖИДКИЙ ВОЛЬДЕМОРТ». Мне было до лампы, что внутри – я бросил бутылочку в коробку и схватил его за грудки.
- Ты че продаешь?! – заорал я, тряся этого придурка.
- Вольдеморта… жидкого… - промямлил он. Конечно, никто не подумал за него заступиться – законы этой башни суровы.
- Ты че, плохо понял, что это имя вслух нельзя называть?!
- Подумаешь, - сказал он. – А что за это будет?
- У тебя несчастье будет – я тебе мордашку поцарапаю. – И я тут же сделал это с большим удовольствием. В это время десятки рук потянулись к его коробке и стали расхватывать бутылочки. Этого он не потерпел, вырвался и погнался за ворами с криком «МОИ БУТЫЛОЧКИ!» А я поймал какого-то малыша и сказал угрожающим тоном:
- Эй, малек! Пошли наверх, поговорить надо.
- Куда? Наверх? Зачем? – Он задрожал, как свинья под ножом.
- На самый верх пошли, понял?
- Ту… туда, что ли? – Он вынул палочку и указал ею именно туда, где ковырялись Малфой, Крэбб и Гойл. Я вынул свою.
- Пошли! – Я схватил его за руку и сделал шаг в том направлении.
- Не пойду-у-у!!! – визжа, разревелся пацаненок и, вместо того, чтобы применить заклинание, ткнул меня палочкой в глаз. Вот такого я от него не ожидал. Он вырвался и убежал, получив напоследок пинок под зад. Да и в самом деле, нужен он мне там? Ничего не поделаешь, придется разбираться с этими троими. А ведь Малфой тоже должен иметь понятие о легилименции!
Не убирая палочку, я приблизился к ним. Они все еще копались у стены, взламывая, очевидно, дверь, ведущую наверх. Чтобы их замкнуть, надо было обратить на себя их внимание – ведь, ставя магический замок, нужно смотреть жертве в глаза. Я начал сзади:
- А, вот и слизняки – козорылые сурки? Ну, че стоите ко мне задом, два козла с ползучим гадом? Не ждали, сволочи?
Где-то на козорылых сурках они развернулись и увидели меня. Гойл сразу выпучил глаза, и одновременно с остальной речью я замыкал его на магический замок, с чем пришлось повозиться. Он остался стоять с выпученными глазами, а Малфой и Крэбб кинулись ко мне. Они не подавали виду, что тоже ошарашены, не давали волю эмоциям. Надо было заставить их сделать это.
- Уизли? В нашей башне? - Малфой явно стал готовить легилименцию. Я сорвал его попытку.
- Теперь это не твоя башня, овца тупая! А моя! Ползи отсюда, слизень!!! – Я заорал так громко, что на меня уже стали оглядываться другие слайзеринцы. Но они смотрели на это как на обычное для своей башни дело – до них еще не дошло. Я ж говорил, идиоты!
- Че ты сказал?! – Малфой явно сделал усилие, чтоб не разозлиться. – Это я – овца тупая?
- Да, ты, ты овца тупая! Не возражай, иди рожай! Да кто с тобой разговаривать-то хочет, сейчас дерну тебя за штаны, они и свалятся, и тогда будет видно, что ты был рожден девчонкой и так ею и остался, потому что твоя свиная рожа…

И тут я сделал коротенькую паузу. На это Малфой и попался. Он с рычанием рвался ко мне, но ни на шаг не продвигался вперед – я замкнул его на ярости, и он визжал и хрипел от бессилия. А вот от Крэбба я такого не ожидал. Он не бросился на меня с кулаками, а вынул палочку, медленно и спокойно, направил на меня и сказал «Флиппендо!»
Свинки с поросятками, как же это было больно! Я едва не забыл о замках. Я применил формулу самообладания, которая позволяет управлять своим телом, несмотря ни на что, и, когда Крэбб врезал мне кулаком в живот, я даже не пискнул, а указал рукой налево и крикнул:
- Сорок два!
- Что сорок два? – спросил он в недоумении, повернув голову в ту сторону.
- Дурак, - сказал я и замкнул его на магический замок.
Все-таки жаль было лишать Крэбба надежды. Я и сам знаю, насколько велико бывает любопытство. Да не за тем я сюда пришел.
Не переставая думать обо всех трех замках, я отобрал у Крэбба отмычку, которой они уже почти раскурочили замок, быстро докурочил остальное, и передо мной открылась дверь размером почти что с Хагрида. Я превратил отмычку в комок грязи и прилепил его Малфою под нос со словами:
- Это тебе за то, что ты обзывал Гермиону грязнокровкой! Потому что сам ты – чистокровная свинья, и все предки у тебя свиньи, и муж твой свинья, и все дети твои будут свиньи, ползи в свинарник, помойный слизняк! – Я обошел его и захлопнул дверь перед его задом. И забил грязью внутренний замок.
- Все! Больше не буду слайзеринцем! – громко сказал я, доставая из-за пазухи гриффиндорский флаг. Я превратил зеленый галстук снова в красный и взмахнул флагом над головой, отчего во все стороны посыпались красные и золотые искры.
- Да здравствует Гриффиндор!

[Dre(a)d]

ГРИФФИНДОРСКИЙ ФЛАГ

Передо мной была широкая винтовая лестница, ведущая наверх. Но не на самый верх – оборотов было всего восемь. Ее было плохо видно – свет шел только из малюсенького окна наверху. Я поднялся на ее высшую точку и наткнулся на другую дверь, маленькую и узкую. Дверь была закрыта на замок в виде маски чудовища с клыками. Чуть только я приблизился, маска ожила и зарычала:
- Убирайся! Разорву! Загрызу! Вон!
Я не испугался (как всегда), навел на дверь палочку и спокойно сказал:
- Алохомора!
Дверь тут же открылась. «И как открыть ее, никто не догадался…» Наверное, многие, идущие снизу, мучились с замком, вместо того чтобы просто применить алохомору. Я вошел внутрь, повторяя припев своей боевой песни:

Я ведь не из робких,
Все мне по плечу,
Сильный я и ловкий,
Белых проучу!

Внутри была комната, с виду похожая на детскую. Две кроватки, столик, шкафчик с зайчиками, ящик с игрушками. Вот только на этом ящике сидели не дети, а двое маленьких бесов. Ростом с пятилетних малышей, с рожками, крыльями и копытами, кожа ярко-красная. На обоих синие штаны с карманами, полными камней, у обоих в руках по черной вилке.
Увидев меня, они поочередно завизжали
- Привет!
- Привет!
- Мы тебя знаем.
- Мы тебя видели.
- В этой башне.
- И в подвалах.
- Хороший мальчик.
- Ты нам нравишься.
- Ладно, - сказал я. – Если не хотите со мной драться, пропустите меня наверх.
- Мы пропустим.
- Вход покажем.
- Полетим с тобой.
- Мы тебе поможем.
- Мы все тебе здесь покажем.
- Чем это вы мне поможете, мелюзга?
- Можем камнями кидаться.
- Копытами лягаться.
- Рогами бодаться.
- Хвостом хлестаться.
- И вилкой драться.
- А еще мы знаем, что наверху.
- А с чего это вы мне помогаете? Ждете, что я душу вам продам?
- Душу дьяволу продашь.
- Мы души не скупаем.
- Просто будешь делать то.
- Что хотим мы.
- В течение недели.
- Ах, так?! Проваливайте! Не нужна мне ваша копытная помощь! – Я схватил их за шеи и треснул лбами друг о друга. Они завыли, заревели, один из бесов злобно завизжал:
- Там наверху клетух, он тебя убьет!
- Спасибо за подсказку, - сказал я. Увидел в их комнате еще одну дверь, открыл ее алохоморой и вышел на новую винтовую лестницу. Там я вспомнил все, что знал о клетухах.
Клетухи – опасные чудовища, впервые созданные в полях Украины. Они похожи на людей, но при этом грязные, горбатые, уродливые, на голове у них огромный птичий клюв и петушиный гребень. Эти твари не в меру агрессивны, лезут драться с каждым встречным и клюются как бешеные, но они незаменимы как неподкупная охрана. Клетухи всегда нападают с разбега.
Это мне и помогло. Я решил легилименцией отвести ему глаза. Дверь в комнату бесов я оставил открытой и даже распахнул ее настежь. Поднявшись на два оборота, я увидел другую, железную дверь, большую, массивную, с замком на толстенной цепи. Я прижался к стене и, готовый применить несложную формулу отвода глаз, навел палочку на дверь и крикнул:
- Алохомора!Здоровенный мужик с не менее здоровенным клювом быстрее гепарда пробежал мимо меня. Я последовал за ним, чтобы действие легилименции не окончилось раньше, чем надо. От него жутко воняло. Наверно, за ним никто не убирает.
Клетух чуял кровь. Поэтому мне надо было скользить, не спуская с него глаз, пока он не начнет драться. Ведь когда они начинают бой, то дерутся до конца. Я бежал за ним, отводя ему глаза, до самого низа лестницы, где он бросился в распахнутую дверь и вступил в ожесточенную схватку с двумя бесами. Здесь я прекратил формулу – больше не нужна. Раз он уже начал драться, то будет драться с ними, пока не съест их или они его не свяжут. Я развернулся и побежал обратно.
Но один из бесов швырнул в меня камнем и попал сзади по уху. Боль была жестокая, я даже не сразу вспомнил о формуле самообладания. Сняв боль и вылечив ухо, я взял камень с собой – пригодится.
В комнате клетуха я не стал задерживаться – там была мерзейшая вонь. Вторая дверь в этой комнате не открывалась изнутри алохоморой, но я открыл ее замок, слишком тонкий для грубых когтистых лап клетуха.
И поднялся по новой винтовой лестнице, теперь уже на три оборота.


НЭСТИ-БЛАККЕР И ОГНЕННЫЙ СТРАЖ

Следующая дверь была каменной. Но алохоморе поддалась. Я прошел в круглую комнату, освещенную таким же круглым окном. В ней не было абсолютно ничего, кроме голых серых стен и чугунной статуи двухметрового роста, закрывающей собой дверь на другом конце диаметра комнаты.
Чем ближе я подходил, тем больше сомневался, что это действительно статуя. Она была сделана очень грубо, похожа на бурдюк с огромной головой и жирными руками и ногами. Но лица у нее не было, не было и кистей рук – вместо этого в тех местах зияли круглые дыры. Я понял, что это не кто иной, как Чугунный Человек, металлический стражник-голем. И радости мне это не доставило. Я вдруг понял, что не знаю заклинаний, которые способны убрать его с дороги. Легилименция тут не поможет – у него нет мозгов. И Вингардиум Левиоса применять бесполезно – у него наверняка стоит защита от такой магии. Но мне предстояло сделать выбор. Либо назад, отшвыривать в сторону клетуха и бесов… и, позорясь на всю школу, получать от толпы мерзких слайзеринцев, либо уж вперед – и надеяться, что небеса помогут правому. Хотя разве я прав? Ведь это все-таки не моя башня.
Впрочем… у меня был еще один выход.
Окно.
Я посмотрел на окно. Да, если я вылезу через него, отсюда должно быть недалеко до крыши, но, если я вернусь ни с чем, как меня встретит Гермиона? И я смело направился к двери.
Чугунный Человек заметил меня и сразу заорал грубым басом:
- Вон, щенок!
- Дай пройти!
- Пошел отсюда! Пока я тебя не пнул!
Да, я представил себе пинок этого гада… Но разве я не смогу увернуться? И я направил палочку ему в брюхо с криком: «Флиппендо!»
БУМ!
Кроме грохота, за этим не последовало ничего. Но ответ его был достойным. Из его трех дырок хлестнули три струи огня. Я еле успел их убрать, сказав: «Фините Инкантатем!» И снова:
- Флиппендо!БУМ!
«Понял? Флиппендо – это же удар, а если ударить чугунную статую, она по-любому бумкнет».
- Получил?! Вон, бычарина! Или тебя пнуть?!
Я отступил к другому краю комнаты. Там он, похоже, меня не видел, так что я мог подумать.
Надо было что-то придумать, только не заклинания.
И я решил устранить его методом резонанса частот – примерно так эту штуку называет Гермиона. Хотя я это до конца не понимаю, я запомнил, что через это можно убирать с дороги крупные препятствия при совпадении ритма. Я вынул из кармана камень и четыре раза постучал им по стене.

[Dre(a)d]

Произошло не то, чего я ожидал. Слева от меня вдруг появился какой-то эльф в полотенце с гербом Хогвартса. И пискнул, обращаясь ко мне:
- Сэр! Вызывали?
Надо было использовать это шанс, хотя это не понравилось бы Гермионе, если бы она об этом узнала.
- Да, конечно, вызывал! – Слишком громко. Чугунный Человек нас услышал. – Убери этого с дороги!
Чугунный Человек опять выпустил три струи огня.
- Фините Инкантатем! – Ни одна струя не задела ни меня, ни его.
- Остановите его, сэр!
Ну, раз так… Я решил остановить его чарами Помех, навел на него палочку и скомандовал:
- Замри!
Однако заряд отскочил от его чугунной головы и угодил в меня. Это было мерзко – стоять, как пень, без возможности двигаться. Хорошо, что чары Помех действуют недолго!
Все же мое заклинание принесло пользу. Чугунный Человек отвлекся на меня и не обратил внимания на эльфа. Он кинулся ко мне, чтобы наконец утолить жажду пинков, и эльф швырнул ему под ногу мыло. Голем поскользнулся и упал на задницу, и так и остался сидеть – его явно не учили вставать после падения. Но он еще раз выпустил огонь, хотя опоздал – чары Помех уже кончились, и я снова применил Фините Инкантатем. Эльф щелкнул пальцами, и дырки в руках и в голове заткнули резиновые пробки. Еще один щелчок – и над головой Чугунного Человека появился гигантский кузнечный молот, готовый к удару.
- Тише!!! – заорал я. – Если здесь будет такой грохот, сюда сбежится вся башня Слайзерина!
- Слушаюсь, сэр! – Эльф принял это как должное.
И молот начал стучать мягко, как резиновый. Блак! Блак! Блак! Между тем тело чугунного голема сминалось и сплющивалось. Блак! Блак! Блак! И вот от Чугунного Человека осталась лишь бесформенная лепешка. Эльф щелкнул пальцами – молот исчез.
- Спасибо. – Искренне их благодарить нельзя – они не должны на это рассчитывать.
- Всегда к вашим услугам, сэр! – Эльф собрался исчезать.
- Стой!
- Да, сэр?
- Ты всегда приходишь на четыре удара?
- Да, в этой башне всегда, сэр, потому что в других башнях свои эльфы, сэр.
- Так ты не выходишь из башни Слайзерина?
- Нет, сэр.
- Понятно. А как тебя зовут?
- Блаккер, сэр, Нэсти-Блаккер или Противный Блаккер, потому что…
- Не надо. Скажи лучше, кто выше дорогу охраняет?
- Огненный Страж, сэр.
- Элементаль?
- Да, сэр.
- А еще выше?
- Что – еще выше?
- Ну что будет, если я пройду мимо него и поднимусь еще выше?
- Вы ослом будете, сэр.
- Что?! – Я хлопнул его по ушам. – Что ты сказал?!
- Простите меня, сэр, но вы действительно ослом будете, если подниметесь выше…
- Ты хочешь сказать, что там кто-то слишком сильный для меня?
- Нет, сэр. Просто вы ослом будете, сэр.
«Чушь какая-то… Пес с ним, он еще полезен».
- Ладно, Блаккер. Принеси мне огнеупорную мазь.
- Ее мало, сэр.
- Хотя бы столько, чтоб хватило на руки.
- Вы собираетесь… победить его руками, сэр?
- Нет, Противный Блаккер. Ногами.
- Почему же мазь на руки, сэр?
- Тебе что приказано?! Быстро неси!
- Слушаюсь, сэр! – Я думаю, он тоже понял мой план. Он снова щелкнул пальцами, и на его другой руке мгновенно появился почти пустой тюбик.
- Классно! – Вот это зря. Так с ними не разговаривают.
Эльф выжал из тюбика остатки мази и намазал мне кисти рук – только на это ее и хватило. Мазь была оранжевая, но Блаккер сделал ее бесцветной.
- Молодец. Теперь возьми вот это, - я указал на то, что осталось от Чугунного Человека, - снеси в литейную мастерскую и скажи, чтобы отлили из него… ну, допустим, ванну. И если туда заявится Снейп, пусть скажут, что я там был, все проверял и всем доволен.
- Слушаюсь, сэр! – Он как пушинку поднял кусок чугуна, щелкнул пальцами и испарился. Проход был свободен.
Открыв алохоморой и эту дверь, я спрятал палочку в карман – не пригодится. Следующая лестница была не винтовой, а состояла из двух наклонных. Поднявшись на следующий этаж, я хорошо подумал над своим планом, а уже потом открыл новую дверь, на этот раз деревянную, обитую кожей.
Комната была пустой и круглой, как предыдущая, только меньше. Окна не было, но там было светло. Свет шел от высоченной огненной колонны в центре комнаты. Колонна не подпирала потолок. Едва я приблизился к ней, из нее высунулись две длинные руки, одна из них сжимала ярко-красный ятаган.
Я перемазал часть мази с рук на плечи. И перевел взгляд на колонну. С моей стороны на ней появилось овальное лицо, почти человеческого размера. И, явно смотря на меня, оно заговорило:
- Ты зачем в нашу башню залез? – Голос у него был намного приятнее, чем у мерзкого голема.
- Огненный Страж?
- Да.
- Свободен?
- Да.
- Потанцуем?
Я думал, он разозлится или обалдеет – не случилось ни того, ни другого.
- Ну давай.
- Позвольте вас пригласить. – Я закрыл дверь. – Эльфы, музыку!
Никакой музыки за этим не последовало, но это было мне только на руку. Я не думал, как он будет танцевать без ног, надеясь, что ноги появятся, как руки. Так и случилось, низ колонны раздвоился и стал похож на две нормальные ноги. Сама же колонна резко снизилась, и у него появилось что-то вроде головы. Вскоре Огненный Страж стал похож на человека моего роста. Его клинок тоже укоротился, но тело по-прежнему состояло из чистого огня. Он положил обе руки мне на плечи, я взял его за талию – мазь надежно защищала меня.
- Посмотрим, как ты держишь партнершу!
«Какую партнершу?» - не понял я сначала. Ну да, он будет в качестве моей партнерши. Нигде не сказано, что Огненный Страж – всегда он. Ведь у элементалей нет половых органов.
Я начал с классического танго, мысленно представляя себе мелодию. Я так хорошо умею это делать, что вскоре я уже слышал ее, как ушами. Он, похоже, тоже. Легилименция на элементалей не действует, от всех заклинаний он защищен, да и эльфам с ним не справиться. Но есть кое-что, что в башне Слайзерина не предусмотрели.
От него шло поразительно приятное тепло, свет он значительно уменьшил, чтобы получилось что-то типа полумрака. Это они умеют. Я иногда мысленно менял мелодию и переходил на другой танец, совершая новые движения. Но мне приходилось стараться, чтобы он не прижимался ко мне, так как он думал, что для огня я неуязвим весь.
Я вдруг опомнился, когда понял, что не знаю, сколько мы уже танцуем. Лезли мысли, что можно и еще немного – когда еще такая возможность будет? Он думал то же самое. Мы получали редкое для нас обоих удовольствие, но я пришел сюда не затем. А он, очевидно, думал, что затем, и постепенно его очертания сглаживались, он становился похож на настоящую девчонку, даже…
НА ГЕРМИОНУ?!!!
Все, решение было принято окончательно, хотя я и не подал виду. Вспомнив о Гермионе, я сказал ему: «А так умеешь?» Убрав руки с его талии (они сопротивлялись, как будто не хотели отцепляться), я оторвался от Огненного Стража, отступил на четыре шага и начал первую фигуру Тото Тотты. Он так, конечно, не умел, поэтому остался стоять на месте.
Тото Тотта – ритуальный танец африканских дикарей, вызывающий дождь. Причем, если знать все движения, можно сделать влажным какое угодно место, даже находящееся в закрытой комнате. Прежде чем наметить целью точку, на которой стоял Огненный Страж, я начал поиск второй двери – ведь дверь я видел лишь одну, через которую вошел. В такт негритянской пляске я пел «алохомора, йо, алохомора», применяя ее на разные участки стены, и наконец недалеко от двери открылся проход. Время настало. Я уже был готов, наметил цель и закончил танец прыжком с ритуальным криком «Тото Тотта!» В то же самое мгновение на Огненного Стража с потолка хлынул поток воды. Он взревел, скрючился, задыхаясь от нестерпимой боли, но через минуту принял прежнее положение, выскочив из-под потока.
- Извини, дорогой, но за удовольствие надо платить. – Разумеется, это я сказал уже на бегу к проходу. Закрывая потайную дверь, я заметил, что поток уже исчез и на полу было по-прежнему сухо. Я думаю, он не будет слишком зол – ведь я дал ему то, чего ему так долго не хватало.
А за удовольствие, действительно, надо платить…

[Князь Владимир]

Отлично! Слава Рыжему Дракону!

[Eka(бывш. Nick Gods)]

Отлично! Класс! Супер! Выше всех похвал!

[Memetra]

Вау, угарно! Только дочитала

[Dre(a)d]

Очередная лестница имела три оборота и освещалась малюсенькими окошками в виде ромбов. Я посмотрел в одно, но ничего не увидел, кроме верхушек Запретного леса.
Интересно, что меня ожидает выше, куда Блаккер мне не советовал лезть, если я не осел? Не страшный сильный монстр, так может, толпа маленьких злобных монстриков? Свинки-кабанчики, вот записался – уже в настоящем времени пишу… Но палочка Гарри еще не все отчистила.
Эта дверь была такая же, как и предыдущая. Только с номером 22. Я открыл ее без алохоморы, и она сама закрылась за мной. Все дальнейшее происходило очень быстро. Я увидел комнату со множеством всяких книг. Мельком успел заметить стул, стол с кипой тетрадей и бумаг… и хозяина этой комнаты. Это был человек, маг в хогвартской мантии. Я не успел всмотреться в лицо, заметил только, что он очень старый, с длинной седой бородой.
И тут все заслонило огромное зеркало в деревянной раме. Высотой больше моего роста, оно само собой висело в воздухе и мешало мне пройти. Я отвернулся от него, но оно тут же подлетело к моему лицу. Куда бы я ни смотрел, туда оно и перелетало. И я ничего не видел, кроме своего отражения в нем.
Я попробовал сделать шаг вперед и уперся в него. Да где уж там – я и выхода не вижу из-за этой дряни! Я заорал: «Дед, дай пройти!» А он стоял и молчал.
Перед глазами маячило мое отражение. В этом зеркале у него сами собой удлинялись уши, рос из зада хвост, лицо медленно покрывалось шерстью… Я сначала думал, что это просто чушь, чтобы напугать меня, потом прикоснулся к своим ушам и понял, что все, что отражается в зеркале, происходит и на самом деле!
Только тогда я понял, что фраза Блаккера «Вы ослом будете, сэр!» была сказана не зря. Значит, я действительно… ослом буду? НЕТ! Я схватил палочку, навел ее на гадское зеркало и крикнул «ФЛИППЕНДО!» И ничего не произошло. Оно было защищено.
«Ах, ты еще и защиту от магии поставил?!» Я снова вынул камень и бросил его в эту мерзость. На зеркале появилась только маленькая трещинка. Дед явно направил на него свою палочку, потому что я услышал слово «Репаро!» и трещинка тут же исчезла.
«Ах ты гад!» Я изо всех сил треснул по зеркалу ногой, которая уже почти стала копытом, и вот все стороны полетели осколки. Правда, рама по-прежнему мешала пройти, но зато, когда дед применял репаро, я смог обернуться и применить на него флиппендо.
Он взвыл, как старый шакал. Я швырнул опять целое зеркало на пол, пока он не мог им управлять, тут же нашел вторую дверь и побежал к ней. Дедуля в третий раз применил репаро, когда я уже выскочил за дверь, и эта гадость вылетела за мной и туда. Я снова разбил его копытом, но на руках копыта вырасти не успели, поэтому я поднял один осколок и швырнул его на перила ведущей вверх лестницы. Дед вылез из дверного проема и в четвертый раз применил репаро, но осколки собрались не все! Тот, что я бросил на перила, исчез и не вернулся. Зеркало было теперь бесполезно.
- Я убью тебя, - прохрипел дедок, начиная какое-то гнусное заклинание.
- Экспеллиармус! – Его палочка отлетела туда, в комнату. Он поковылял за ней, пообещав на прощание навызывать кучу змей и пауков и натравить их на меня, когда я буду спускаться.
Поднимаясь по лестнице, я заметил за собой хвост и вспомнил, что чертово зеркало меня все же задело. Я применил Фините Инкантатем и ощупал свою голову. Лицо прежнее, уши в норме… Но чтобы убрать хвост, пришлось применить Фините Инкантатем еще раз.
Лестница была наклонная, дверь – как огромная черная каменная плита. Я применил алохомору – она не открылась. Ни ручки, ни замочной скважины… Но меня к ней тянуло, как магнитом. Я подошел и коснулся ее, думая, где бы ее открыть… и она просто засосала меня внутрь, как это бывает с грабителями в «Гринготтсе».


ДОРОГА НАВЕРХ

Я стоял в небольшом квадратном зале, где не было ни окон, ни дверей. Было темно, и я вынул палочку и применил Люмос. Стены бледно-голубые, потолок белый, пол синий, как морская волна… Я понял, что оказался в ловушке – здесь нет ни одного выхода.
Зал был пуст, только в углу стоял гладкий стол с вертящимся креслом. А на столе – две белые коробки из металла. Обе закрыты наглухо. Одна узкая, с тремя копками и длинной щелью. Другая похожа на куб с зеркалом на одной стороне. Рядом – дощечка с кучей кнопок, подписанных буквами. Кажется, эту ерунду Гермиона называла компьютером.
Но магловская техника в Хогвартсе работать не должна… хотя тогда зачем бы его сюда притащили? Его здесь некуда включать – в Хогвартсе нет электричества. А может, и не компьютер это был, а что-нибудь под него замаскированное. Хотя он может работать и на батарейках.
Я обошел все стены, применяя сплошным потоком алохомору, и нигде ничего не открылось. Единственное, что мне оставалось – вернуться к компьютеру.

Я осмотрел весь стол. За ним не было вообще ничего, кроме двух шнурков, соединяющих части компьютера. Но около компьютера я нашел шесть лежащих в ряд дискет – так Гермиона называет эти фенечки.
Они лежали так:

@ @ ||||@||||@ @ ||||@

Гермиона рассказывала, что на дискетах может быть записана информация, и, чтобы прочесть ее, нужно вставить их в компьютер. Только сначала надо было его включить, а я понятия не имел, как это делается. Я нажал по очереди на три кнопки на узкой части, а потом еще на одну под экраном.
И вдруг что-то внутри загудело, экран засветился синим светом, и на его синей поверхности появились белые слова:

Кто б ни был ты, вперед, назад тебе прохода нет,
Пока не подберешь ты ту, что надо, из дискет.
Вперед откроет путь тебе дискета номер раз,
Возьмешь дискету номер два – останешься без глаз,
И будет то же самое с дискетой номер три,
Четвертая дискета же вернет назад к двери,
И на дискете пятой, несомненно, что-то есть,
Но что – поймешь ты, только взяв дискету номер шесть.
Но сразу на дискетах не даются номера,
Чтобы с дискетами опять не вышло, как вчера.
Но подсказать могу тебе – на пару посмотри,
Одна из них не может быть дискетой номер три.
Вторая пара не содержит четных номеров,
Средь одиночных двух найти шестую будь готов.
Две крайние равны одной, другие две – другой,
И та, другая, ближе к той, чей номер не второй.
А та, что ближе к крайней, но отлична на чуть-чуть,
Не сможет ослепить, но и назад ей не вернуть.
И, взяв дискету ту, что может дать тебе проход,
Ты поднеси ее к компу, чтоб вставить в дисковод.

[Dre(a)d]

Решайте, Господа!
А проды, может быть...
Не будет никогда!
Шутка! Ломайте головы, через пару недель выложу проду... Наверно...

[Eka(бывш. Nick Gods)]

Ура-а-а-а!!!!!!!!!!!
Дело сдвинулось с мертвой точки!!!
Все отлично! Пиши дальше!!!!

[Forge]

Ну ладно, я не такой злой как Дред... Не буду мучить людей...

Типа, прода...

Дисководом у них, очевидно, называется щель в узкой части. На дискетах номеров не было, они все были абсолютно одинаковые, так что, прежде чем их трогать, мне нужно было понять, какая из них все-таки первая.
Я не буду писать, как я решил эту головоломку. Попробуйте решить ее сами. Я написал всю подсказку и порядок, в котором они лежали, так что вы вполне можете определить, какая из них имеет номер 1. Я долго мучился над этой задачей, наконец нашел первую дискету, вставил ее в дисковод, и противоположная мне стена вдруг уехала вниз (на лестницу, что ли?). За ней открылась ниша в форме полукруга. Она была пуста, но не имела потолка. Оттуда шел свет.
Я выключил заклинание Люмос и вошел в полукруглую нишу. Комната с компьютером сейчас же отгородилась от меня бледно-голубой стеной. Там, наверху, была еще какая-то комната, уже круглая, освещенная заходящим мартовским солнцем. Сообразив, что синяя платформа, на которой я стою, - это что-то вроде лифта, я сказал «Вверх!» и она сама медленно повезла меня в ту комнату. Эх, ввести бы лифты в Хогвартсе! Я однажды поделился этой идеей с Гермионой, и она сказала: «Может, тебе еще в коридорах вместо ковровых дорожек конвейеры поставить?»
Синяя платформа подняла меня наверх, в последнюю круглую комнату. Эта комната была пуста, но освещена четырьмя большими окнами красивой формы – я их видел и снаружи, смотря на башню Слайзерина. На стенах – голубые обои с дельфинами, на полу – синее покрытие, мягкое, теплое и упругое. Платформа лифта стала таким же участком пола. Сойдя с нее, я осмотрел всю комнату.
Здесь, в отличие от остальной башни Слайзерина, был идеальный порядок. На стене висели шкафчики, посередине стояла кровать, аккуратно застеленная. Была раковина, унитаз, закрытый ящик, столик с ЧЕТЫРЬМЯ стульями. Я сразу понял, кто здесь живет – тот самый дедок, который чуть не превратил меня в осла своим зеркалом. Синяя платформа поползла вниз – он явно хотел сюда вернуться.
Надо было действовать быстро. Я посмотрел в окно – высота была чудовищная. Все остальные башни, кроме астрономической, были намного ниже. Впрочем, башня Слайзерина фактически самая высокая, так как начинается в подвале. Астрономическая выше над уровнем моря. Или школьного двора.
Тогда я и понял, что эта комната верхняя. В потолке был люк, который вел еще на чердак, но туда мне не надо было – с чердака нет выхода на крышу. Я это знал – ведь на крыше, которая в форме конуса, двери снаружи не видно. Я распахнул окно – над ним был круглый карниз. Уцепившись за него и отталкиваясь от рамы, я подтянулся на руках и взобрался на козырек, опоясывающий большой купол. Пропустив мимо ушей идущий снизу поток брани, я все же услышал звук закрывающегося окна. Я выпрямился и достал рукой вершину конуса.
Теперь я стоял на самом верху башни Слайзерина, наиболее враждебного нам факультета, и думал лишь о том, что я лишен возможности вернуться обратно. Мне вспомнилась фраза Гарри: «Прежде чем входить, подумай, как выйдешь».
Но тут меня озарила совершенно другая мысль.

[Eka(бывш. Nick Gods)]

Что ж, когда соавторы хорошие друзья - это только поощряется. Молодцы!