HPForum.ru

Название; «Мне кажется, я схожу с ума, Рон»
Автор; Грейхаунд
Бета; Это первозданный вариант.
Пейринг; Рон/Джинни, намек на Джинни/Том
Рейтинг; PG-13
Жанр; романс, флафф
Саммари; Рон Уизли влюблен в собственную сестру... А Джинни ищет совета у давнего друга, и ведет себя совсем не так невинно, как ей полагается.
Предостережение; Инцест во всей своей красе, & out of character totally.
Дисклаймер; Все права у мамы Ро. Не то, чтобы она претендовала...

Я строю карточный домик. Я строю карточный домик, и прячусь за ним. Гермиона обдумывает ход. В общей гостиной осталось совсем мало людей, но она ещё тут. Поэтому-то я и строю карточный домик, чтобы она, моя Джинни, не заметила, с какой нежностью я смотрю на неё.
- Перестань, Рон. Не смотри на неё так странно. - Герми хмурит брови.
Значит, Гермиона на самом деле мне друг, ведь только ей известно о том, что я чувствую к собственной сестре. Я не смею сказать об этом Гарри - я просто боюсь. Боюсь увидеть отвращение в его глазах, боюсь, что он станет презирать меня. Я не знаю, когда именно я начал осознавать, что мой взгляд всегда цепляется за неё, когда она проходит мимо, моя сестрёнка, самая прекрасная и желанная в мире. Может, уже в материнской утробе я оставил кусочек своей души, из которого вышла она, Джинни.
А сейчас я сижу в гостиной, и строю карточный домик, который грозит в любую секунду взорваться, и обнажить мои мысли тебе. Пока Герми обдумывает свой ход, я смотрю на неё, вытянув шею. Она сидит в одиночестве, приветливо кивает проходящим иногда гриффиндорцам, а потом возвращается к сочинению, что лежит на столе, задумчиво хмурит бровки, и покусывает кончик пера. Высокий воротник поношенной мантии расстёгнут, и я могу видеть, высунувшись немного из-за своего карточного домика, как её огненные волосы щекочут шею. Она недовольно откидывает голову назад, огненные волосы каскадом падают на плечи, укрытые мантией, и мне нечем дышать.
Карточный домик, как и следовало ожидать, взлетел–таки на воздух. Гермиона испуганно подпрыгнула в кресле, а Джинни звонко рассмеялась своим серебристым смехом, смехом, знакомым мне со дня её рождения. Она, наконец, бросила перо, и подбежала ко мне, смеясь, чтобы посмотреть, не сильно ли я обжегся.
- О, Рон... Ты как всегда опалил вихор на лбу! Бедненький...
Как только она подошла ко мне, я почувствовал запах её духов, которые дарил ей на Рождество. Лёгкий аромат сирени, смешанный с ароматом её белоснежной, почти прозрачной кожи. Сестрёнка, как же ты не видишь, мы ведь одно целое... Однажды ты обязательно поймёшь, а пока... Пока я отдам себя тебе, и ты своими нежными, тонкими ручками будешь заботливо ухаживать за мной, причитая по-поводу опаленного вихра. Но ведь вихор стоил того, не так ли?.. Теперь всю ночь я смогу ощущать запах этих лёгких духов на себе, и этим запахом сирени пропитается моя подушка... Ненормальный.

Сегодня ночью.
Я не спал. Бесполезно даже пытаться уснуть, когда я знаю, что Джинни, маленькая Джинни не у себя в спальне, а где-то с этим... Майклом Корнером. И что, скажите на милость, она в нём нашла? Гермиона говорит, что к Майклу липнут все пятикурсницы Хогвартса, но выбрал он именно Джинни. Единственное, что я могу через зубы сказать по этому поводу, что вкус у него не плохой.
Я, наверно, буду сидеть тут до утра. А утром меня найдёт здесь Гермиона, уснувшим в кресле у потухшего камина, и тяжело вздохнёт, выпуская из рук Живоглота. Если повезёт, Гарри окажется утром в гостиной, и будет недоумевать по поводу того, почему я сплю в гостиной. Я скажу, что не думал, что засну, и заснул. А потом мы вместе пойдём завтракать.
- Джинни, милая, может, проводить тебя наверх?.. – голос Корнера
- Нет, Майкл, не нужно. Я знаю дорогу в свою спальню.
- Но, может, я всё равно провожу тебя?.. Ты немного выпила, и нетвёрдо стоишь на ногах.
Знаешь, что такое "Авада Кедавра", Корнер?
- Майкл... – зашуршала мантия – мне пора идти, спасибо...
- Но никого нет... все девочки ещё там, спальня пуста...
- Да не трогай ты меня! И целоваться не лезь!
тут я не выдержал. Встал, почти бесшумно, и подошёл к парочке у входа.
- Майк, тебе не ясно объяснили? Проваливай, пока зубы целы.
- Да нет, Рон... – Корнер заметно струхнул – я только хотел проводить Джинни до её спальни...
- Можешь считать, что проводил. А теперь пошёл вон.
Майкл исчез.
- Спасибо, Ронни! – Джинни облегчённо вздохнула – а то он так приставал...
- Всё в порядке, сестрёнка. Пили?
Джинни виновато кивает и тихо произносит:
- Я больше никогда к нему и близко не подойду...
Правильно.
- Да, так действительно будет лучше. Проводить тебя в спальню? Ты прямо качаешься...
Ну и чем я лучше этого Корнера?
- Да, Ронни, пожалуй. Только...
- Что?..
Как она близко от меня. И духи, всё те же духи, что я ей дарил... Вот сейчас она скажет...
- Не говори об этом маме, хорошо?
Ну да, а ты чего хотел, идиот?
- А. Да. Конечно. Не буду. Ну, идём...
Я беру её за руку, но она кладёт другую руку мне на плечо, и тогда я обнимаю её за талию. Поношенная мантия не может скрыть, какое хрупкое у неё тело, и как грациозно оно изгибается при каждом шаге вверх по лестнице. Наверно, я бы не сдержался, и прижал бы её к себе теснее, потом мягко повернул бы лицом к себе... но кончились ступеньки. Джинни открыла дверь, и мы окунулись в темноту и тишину пустой спальни. В голове всё ещё звучали слова Майкла: "никого нет, все девочки ещё там, спальня пуста..."
Я усадил её на кровать, нехотя выпуская её из кольца своих рук, а сам сел на корточки рядом. Джинни всё ещё немного покачивало, но на красивом лице играла не менее красивая улыбка.
- Я могу ещё чем нибудь тебе помочь, ми... Джинни?
- Всё в порядке, Рон. Я уже в порядке, спасибо.
Она встала, чтобы расправить кровать, и я тоже встал. Да уж, чем я ещё могу ей помочь, раздеться, что-ли?
Пожелав ей спокойной ночи и подвив желание поцеловать на ночь, потому-что не был уверен, смогу ли сдержать себя, я вышел и направился к себе. Гарри спал. Наконец-то он спит, где надо, а не неизвестно где! Я, конечно, понимаю, Орден, и всё такое...
Прикрыв глаза, я вспоминал, как обнимал за талию собственную сестру. Наверно, однажды я не выдержу. Когда-нибудь я правда притяну её к себе, вожму в стену, и купаясь в испуге и удивлении, которые вспыхнут в её глазах, поцелую сначала в шею. Белую, нежную шею, и задохнусь, как всегда, от запаха её духов... А потом, когда она вернет себе голос, и соберется толи закричать, толи испуганно спросить, что я делаю, я сомкну её губы поцелуем до того, как она сможешь вымолвить хоть звук.
А затем, если ничего святого не осталось в этом мире, то, теряя голову от страха и блаженства, я почувствую ответный поцелуй, робкий, неуверенный. Она не поймет, что происходит вокруг, что происходит внутри нас, но доверит себя мне. И чтобы доказать это, своими тонкими, белоснежными ручками она обнимет меня за шею, и прижмется ко мне теснее, ближе, жарче... И почувствует сердце, которое то бьётся с сумасшедшей быстротой, то совсем замирает и трепещет, улыбнется, и смело посмотрит мне прямо в глаза.

...я лежал в тёмной спальне, за пологом кровати, и был почти что счастлив. Наверно, потому-что я знал, что так и будет, просто мне нужно время, чтобы набраться смелости. Очень много времени. Но зато я уверен, что ты поймёшь, сестрёнка, ведь мы одно целое, и значит, ты поймёшь.
Придя к такому выводу, я и заснул сегодня, и наверняка улыбался всю ночь, как последний идиот.

* * *

- У Рона такой странный взгляд... Я не знаю, было ли так раньше, но мне кажется, что нет. Выражение его глаз, когда он смотрит на меня, поменялось совсем недавно, я даже помню тот момент; я делала домашнее задание по зельям, нашему курсу совсем скоро нужно будет сдавать С.О.В., и я готовилась – а Рон и Гермиона играли в шахматы. Рон ещё строил карточный домик... Я не обращала на них внимания, и старалась сосредоточится на сочинении, когда вдруг домик взлетел на воздух, и Рон, как всегда, опалил непослушные вихры...
Джинни Уизли откинула полог, поднялась с кровати и захлопнула дневник. Эта маленькая книжка с темно-зеленым переплетом и с выгравированными золотом буквами «Д.У.» напоминала ей о Томе... иногда. После событий её первого года в Хогвартсе Джинни постоянно вела дневник – и пусть в нем уже небыло его, ей так было удобнее и привычней. Упорядочивать свои мысли, тщательно обдумывать каждую фразу, выводить мелким почерком на желтоватых страницах все, что вертится в голове, что происходит, что ждет ответа и решения, хоть ответа уже и не будет... Джинни улыбнулась и, подойдя к окну, спрятала дневник в тайный выступ на подоконнике, который открывался и закрывался, как ящик, если знать, где на него нажать; все-таки та история с дневником Реддла оставила в ней неизгладимый след, как и следовало ожидать... Иногда она ловила себя на том, что пристально вглядывается в страницы, отложив перо, и всем сердцем жаждет ответа. Чтобы знакомыми нитями на пергаменте выступили чернила, просочились сквозь бумагу, и сплелись в слова, написанные красивым и ровным почерком; «Здравствуй, Джиневра...»
Она тряхнула головой, стараясь отделаться от непрошенных мыслей; Тома больше нет, и она совсем не плачет больше. Она даже не злится на него, и не думает, что он и в самом деле просто использовал её, чтобы вернуть себе могущество... Ну, разве что заодно. Если он сказал, что это не так, значит, это не так – она верит ему.
Джинни отошла от окна, кутаясь в яркий изумрудно-зеленый халат, и опять вернулась к мыслям о странном поведении брата. Все всегда считали, что из старших братьев она больше всех любит Билла – все эти серьги с клыками, вечная кожаная одежда, длинные волосы; в конце концов, он вечно её баловал, и привозил ей подарков больше, чем остальным, когда приезжал на Рождество и Пасху... Но ведь больше всего времени она всегда проводила с Роном, и знала его лучше всех – Джинни могла поклясться, что слышит и чувствует его мысли ещё до того, как они возникают в его голове. Именно Рон был её любимым братом, и лучшим другом, и защитником, и все в таком роде. Близнецы вечно подкалывали его по этому поводу; «Ронни, ну, что поделать, у тебя нет брата твоего возраста... Ну что ж, Джинни – это все-таки лучше, чем Персик... Да, мы знаем, тебе не с кем играть... Фред, преврати-ка его мишку в паука».
А теперь с ним что-то происходит, и она, Джинни, обязательно должна выяснить, что. В последнее время, из-за всей этой неразберихи в Ордене и министерстве, из-за почти военного положения по всему волшебному миру, из-за того, что все вечно заняты и ни у кого нет времени ни на что, кроме самих себя, они отдалились друг от друга, и почти совсем перестали быть друзьями. Джинни только помнила, как Рон рассказывал ей, что поцеловал в библиотеке Гермиону, но это было несколько месяцев назад, а с тех пор они только изредка обменивались ничего не значащими фразами, и она даже не уверена, встречаются ли они. Определенно, она должна поговорить с Роном по душам – ей не хватает их прежних долгих разговоров, разбавленных смехом и его шутками... Все-таки это были прекрасные времена, и ей их не хватает.
Она взглянула на настольные часы, которые показывали уже половину восьмого – через пятнадцать минут начнется ужин, а она ещё не одета! Джинни быстренько подхватила со спинки стула заранее приготовленную юбку и связанный мамой темно-зеленый свитер с большой золотистой буквой «Джи» на груди. Мама всегда думала, что зеленый ей идет, и поэтому вязала ей свитера такого цвета – но сама Джинни видела в этом какую-то горькую иронию. Зеленый – цвет Слизерина, цвет Тома, а золотой – её цвет. Снова отогнав непрошенные мысли, младшая Уизли ретировалась в ванную, прихватив со столика у кровати изящный флакончик духов с нежным ароматом сирени – подарок Рона на Рождество, она так любила их - чтобы уже через четверть часа войти в Большой Зал Хогвартса на ужин.

* * *

- Ничего подобного! Квиддич, конечно, прекрасная игра, но футболу и в подметки не годится – никакого сравнения просто!
- Да что там твой футбол?! Два десятка магглов бегают по земле, гоняют один несчастный мяч, пинают его в ворота, и ещё уверены, – Рон угрожающе размахивал вилкой перед носом Дина - что изобрели игру всех времен и народов!
- Уизли, у тебя от Снейповых сочинений мозги совсем расплавились! Да футбол - это же, это... – Дин даже задохнулся от возмущения – ты просто завидуешь, потому-что не умеешь играть, так и скажи! Потому-что твои «Пушки» вечно проигрывают!
Рон, отшвырнув в сторону тарелку, со злобным рыком потянулся через стол, с явным намереньем придушить Томаса. Тот, разозленный такой глупой упертостью, закатал рукава, тоже с явным намереньем набить Рону морду прямо посреди Большого Зала, под носом у учителей. Гарри, благополучно пропустивший мимо ушей их перепалку, задумчиво разглядывал потолок, Симус хохотал, А Гермиона тщетно старалась утихомирить разгорячившихся гриффиндорцев, распихивая их в разных стороны.
- Рон, Дин, да успокойтесь вы! Спорить из-за такой глупости, Мерлина ради! Рон, ну сядь, хватит уже! Дин, ты ведь специально его раздразниваешь – прекрати!
Но Дин Томас и Рон успокаиваться не собирались – Рон уже явно собирался перелезть через стол, пройдясь по жареной индейке, и популярно объяснить сидящему на против Томасу, что «Пушки Педдл» - лучшая квиддичная команда в мире. Дин, в свою очередь, старался рассказать Рону на пальцах, как же он не прав – причем начал с среднего. Рон, уже обсалютно не владеющий собой, отбросил в сторону стул – но вдруг кто-то крепко обхватил его за плечи.
- Рон, Рон, хватит тебе – быстро зашептала Джинни ему в ухо, и Рона словно ошпарило от этого шепота – сядь, не обращай внимания...
Уизли кинул последний взгляд на Дина, который все ещё самодовольно ухмылялся, скрестив руки на груди, и медленно кивнул, опускаясь на свое место; Джинни все ещё обнимала его, и, сама того не осознавая, совсем не хотела отпускать.
- Вечно вы ссоритесь из-за глупостей – сказала она, сжав под столом руку Рона – а потом с Гриффиндора снимают баллы, и все из-за футбола... ну, или квиддича.
- Джинни права – подхватила Гермиона – успокойтесь, и давайте нормально закончим ужин.
Рон, после появления сестры почти совсем успокоившийся, сидел немного бледноватый. Вот она, сестренка, сидит рядом с ним, и сплетает под столом свои пальцы с его, как будто деля с ним тайну – а что будет, если она узнает?.. Узнает, что он чувствует? Испугается? Нет, он знал Джинни – она смелая, и она поймет его – просто неизвестно, чем все обернется. Рон обреченно вздохнул; что-то будет... Аппетит у него пропал абсолютно, и он сидел, откинувшись на спинку стула, и перебирал её пальчики - тоненькие беленькие пальчики... Джинни, видимо, не была голодна – она что-то живо обсуждала с Гермионой, то и дело откидывая назад чуть спутанные рыжие волосы, а иногда даже оборачиваясь к Рону и улыбаясь ему. Просто так. И хотя внешне младший Уизли выглядел уже совершенно как обычно, в голове бушевал ураган, усиливающийся от каждой минуты, проведенной так близко к ней.
Она никогда не садилась рядом с ним за ужином.
Она никогда не держала его за руку.
Она никогда не улыбалась ему так нежно, так... по-особенному.

...а сегодня Рон чуть не подрался с Дином из-за какого-то там футбола, и я разняла их – вернее, просто положила руки Рону на плечи, и он сразу забыл про Томаса, как-то странно посмотрел на меня и послушно вернулся на свое место, как только я потянула его за руку... нет, это ничего особенного, но я чувствую, с ним происходит что-то странное, Том. А Гермиона ведет себя так, словно знает, что именно. Я просто обязана понять, но то, о чем я думаю, почти пугает меня, и я не знаю, что мне делать... совсем как тогда, когда я проснулась с кровью на пальцах, и когда на мантии были куринные перья... Это и страшно, и завораживающе – мне кажется, я схожу с ума, Том...
Джинни резко захлопнула дневник и потушила свечи, левитирующие в воздухе перед кроватью. Она откинулась на подушки и закрыла глаза – сердце билось где-то в голе, как после долгого бега, а мысли путались, наступая друг другу на хвосты. Что-то происходит...
Сегодня за ужином, когда она сжала под столом руку Рона и улыбнулась ему, желая успокоить, это вернулось. То чувство – смесь восхищения, сладостного дурмана и дразнящего удовлетворения, которое щекочет нервы, как что-то сладкое, но запретное. Как тогда, когда она писала надписи кровью на стене – это было ужасно, неправильно, страшно, но в то же время так завораживающе, сладко, так... приятно. Джинни не понимала, что происходит – тогда-то ею управлял Том, и то, что ей почти нравилось сворачивать головы курам, она приписывала его влиянию. Но теперь его нет, она сама по себе, а это чувство вернулась, и не оставляет её даже теперь... «мне кажется, я схожу с ума».
Джинни Уизли не зря попала в Гриффиндор, и не зря слыла самой сильной духом девочкой среди всех своих сверстниц. Да что там сверстниц – мало кто мог выдержать её взгляд, и уж совсем единицы смогли бы пережить то, что пережила она. А может, и никто не смог бы. Она не из тех, кто избегает смотреть правде в глаза – и она это знает.
То чувство вернулось, а значит, это заключено в ней.
И Том тут не причем. Это она, она сама.
Все ещё тяжело дыша, девушка вскочила с кровати, накинула на коротенькую ночную рубашку мантию и вышла в коридор - каменный пол приятно охладил ступни. Джинни запахнула мантию поплотнее и на цыпочках прокралась по полутемному коридору к большому окну в самом темном углу Гриффиндорской башни – это было место было её самым любимым здесь, в Хогвартсе. Ну, почти самым любимым. Она залезла с ногами на подоконник, и прижалась лбом к холодному стеклу; «думай, черт тебя возьми. Думай»
Что происходит? Почему она трепещет каждый раз, завидев Рона, почему старается выглядеть красивее и притягательнее рядом с ним? Ведь это длится уже не один месяц, неосознанно, но обратила внимание на свое поведение она только сегодня, за ужином. Да, Джинни Уизли не была одной из тех девочек, которые бегут от реальности, а потому всегда рассуждала здраво, как её учил Том. Она заигрывает с собственным братом.
Джинни зажмурилась, пытаясь прогнать сладкую истому, охватившую все тело при мысли о том, что и Рон ведет себя почти так же по отношению к ней. Она должна была заметить, должна была! Он так часто не отрываясь смотрел на неё, жадно, как будто сдерживая себя, чтобы не подойти и не обнять, не притянуть к себе, и... А тогда, когда Корнер приставал к ней у входа в гостиную, и Рон провожал её наверх – теперь она знала, что показалось ей странным в его поведении... Там, в спальне, он смотрел на неё так, как однажды смотрел на Гермиону.

* * *

О, черт! А заснуть-то мне сегодня не светит. Определенно, не светит. Вон, Невилл храпит, хорошо ему, у него нет сестры, в которую он бы влюбился. Мееерлин, сколько же ему можно говорить, чтобы накладывал на себя какое-нибудь заглушающее заклятие, когда спать ложится – он этих носовых рулад нюхлеры рожают!
Я укрылся одеялом с головой, для верности ещё и заткнув уши, но это мало помогло... да нет, что там Невилл со своим храпом – в голове все вертелись беспорядочные отрывки сегодняшнего вечера. Нет, только не думай об том, спи, спи! Не думай о том, как она смотрела на тебя сегодня – по-особенному, правда по-особенному – и как держала за руку, и как горячо что-то шептала в ухо... Я не помню что, но это совсем не важно сейчас. Факт, спать мне сегодня совсем не светит. Не видел ещё мир большего идиота, чем я, не правда ли? Придурок, Мерлин, просто придурок...
Я встаю, натягиваю свитер и потертые джинсы, часто-часто моргаю – в глаза будто песку насыпали – и собираюсь сходить а кухню к эльфам, прямо посреди ночи, что бы напиться чего-нибудь прохладного, или просто что бы чем-то себя занять, а то в голову лезут поистине славные идеи – наведаться в ванную... я опять трясу головой и тихо всхлипываю – нет, я не буду дрочить на собственную сестру. Не буду.
Я на ощупь нахожу ручку двери, выхожу в темноту, и шагаю к лестнице, ведущей в общую гостиную. Пахнет ночным воздухом, и тем уютным и приятным запахом, который бывает, когда в камине тлеют угольки от ясеневых дров. Но что это?..
Я замер посреди коридора, напряженно вглядываясь и вслушиваясь в темноту. И ещё – внюхиваясь. Наверное, показалось... Мне показалось, что я чувствую аромат сирени, запах тех самых её духов, которые я ей дарил, и которые она так любит... А может, все-же не показалось? Я делаю несколько неуверенных шагов вперед, к той нише у огромного окна.
- Джинни?..
Мой голос дрожит, но я тщательно стараюсь спрятать дрожь. Нет, конечно, её не может тут быть – что бы Джинни делать посреди ночи вне своей спальне, одной? Но все-же...
Внезапно у окна шевельнулась неясная серая тень, и зашуршала мантия. Она.

* * *

Джинни услышала глухой щелчок открывающейся двери уже давно – потом были шаги в темноте, и, хотя шедшего небыло видно, она, конечно-же, знала, что это Рон. Вот он остановился у лестницы - неужели заметил её? Младшая Уизли неслышно пошевелилась на своем подоконнике, подобрала под себя ноги, и опять замерла.
- Джинни?..
О, теперь он точно заметил её, без сомнения. Джинни помолчала несколько секунд, сомневаясь, стоит ли окончательно выдавать себя, а затем тихонько проговорила;
- Я здесь, Ронни. Иди сюда.
И Джинни могла поклясться, что почувствовала, как он вздрогнул в темноте, и как по спине у него побежали мурашки. Рон медленно подошел к ней, и остановился за несколько шагов до того места, где сидела Джинни.
- Что с тобой?.. Не бойся.
Рон подошел ближе, сел рядом с ей, судорожно сжимая пальцы, и обратил к ней мертвенно бледное в неверном лунном свете лицо
- Почему ты здесь? Не спиться, сестренка? – он старался говорить беспечно, но напряженная дрожь в голосе выдавала его, и он сам это понимал. Джинни только улыбнулась, а затем придвинулась ближе, обхватила за плечи и положила голову ему на плечо – Рон с головой окунулся в сладкий аромат тех самых духов, и запах белоснежной кожи... Её волосы, не стянутые, как обычно, в хвост на затылке, щекотали ему шею, но он и не думал убирать их.
«я не могу больше. Я не могу терпеть, и я не буду – ведь куда уж хуже?»
«не бойся, Ронни. Не бойся, я ведь тут, с тобой, и всегда буду...»
«всегда-всегда?.. ты обещаешь?»
«я клянусь»
Джинни подняла глаза и пристально уставилась на брата, стараясь разглядеть что-нибудь в его зрачках что-нибудь, что подтвердило бы их молчаливое согласие. Серебряный лунный свет, льющийся из окна вместе с прохладным ночным воздухом, не давал понять...
«знаешь, мне уже совсем не страшно, правда»
Рон не хотел больше ждать. Ему нужен был ответ – сейчас, немедленно – и он потянулся, чтобы найти в темноте её лицо. Но Джинни опередила его, внезапно прижавшись к нему теснее, и накрыв его губы своими – мягко и неуловимо нежно, так, что у Рона немедленно закружилась голова, а перед глазами все поплыло, и он поспешил их закрыть, чтобы окончательно не сойти с ума.
«Ведь это невозможно, просто невозможно... ты целуешь меня – сама»
Рон приоткрыл губы, и тут же теплый язычок скользнул ему в рот, и нежно защекотал небо. Мерлин, это же просто невозможно...
Он опустил руки на тонкую талию, и притянул Джинни ближе к себе – она не сопротивлялась, нет, а только придвинулась ближе, немного сжав его бедра коленями. Рон тихонько застонал, наслаждаясь каждой секундой, каждым мигом восхитительного поцелуя – языки причудливо сплетались, Джинни обняла его за шею, и теперь играла с его рыжими непослушными волосами, точной копией её собственных, а сам Рон, стараясь унять бьющееся с бешеной скоростью сердце, осторожно запустил руки под её рубашку, и стал медленно, неуверенно вырисовывать узоры на нежной коже. Джинни, не отрываясь от его губ, неосознанно выгнулась навстречу нежным прикосновениям, как вдруг...
- Кто это у нас тут?
В нише у окна вдруг вспыхнул ослепительно яркий свет, и раздался визгливый голос Пивза;
- Ага, ученички! Кому это у нас не спиться?
Рон и Джинни в панике отпрянули друг от друга, и повскакивали с подоконника, спеша поскорей убраться каждый в свою спальню, пока Пивз не понял, кто перед ним, и не раструбил на всю школу, что застукал двух рыжих Уизли, целующихся ночью у окна. Но полтергейст, похоже, так ничего и не понял – он носился под потолком с фонарем, явно отобранным у Филча, и одну за одной сбивал свечи, прикрепленные к люстрам.
- Подъем, подъем, хватит спать, гриффиндорцы!
Джинни первой добежала до своей спальни, и схватила за руку брата;
- Кажется, я схожу с ума, Рон – прошептала она быстро.
Рон улыбнулся и поцеловал её, на мгновение вжав в стену у двери, а затем весело подмигнул, улыбаясь, и поспешил скрыться в своей спальне, шепнув на прощание;
- Святого Мунго, изолятор на двоих... справимся.

Знаете. мне очень даже понравилось. Всё очень хорошо описано. Только один момент - пиши либо уже от первого лица, либо нет. Иначе как-то нескладно.
Отдельные слова про пейринг. ДУ/РУ - довольно редкий, и это хорошо, тем более, что ничего против я не имею.
Быстрая удачная завязка. Кроме того, повествование держит в некотором напряжении читателя.
В общем, фик хороший, жду продолжения.)

Идея есть. И фик хороший. Вот только пейринг? странно немножко. я думаю, они не созданы друг для друга. А в остальном отлэ.

Ай-да, Алиска, ай-да замутила

. Вобщем. мне понравилось

Вот это пейринг... Это придумать надо было. Вообщем, отлично. Мне очень понравился и стиль и идея, здорово!

Алиса Грейхаунд, вот так идейка...
Неплохо, я одобряю!

Супер. Слов нет. Я вообще не люблю Уизли, а тут так все понравилось...у тебя талант!

О, оказывается, я не одна такая извращенка!

Да, пейринг более чем необычный, и не каждому понравится - но спасибо, спасибо, я старалась. Писала за одну ночь, наверное, получилось несколько запутано... и черт ним, просто люблю инцест]]

Вау. Да, создаются редкие пейринги, я даже создала фик Филч/Гарри, но... Уизли мне не нравились, обычно Рона представляют глупым, неуклюжим в любовных интригах. А Джинни всегда достаётся не лучший спутник. Но в этом фике.. Будто два неудачных по жизни созвездия обрели друг друга. М-м, что то запретное и неизведанное. Продлить бы и расширить этот фанфик? Ты не хочешь заняться этим? Получится монументальный инцест (звучит торжественно.) *с маниакальным блеском в глазах. вампиры любят необычные отношения.*

Вельгельмина
я бы даже хотела продолжить писать это безобразие, потому-как я абсолютная графоманка, да и ещё очень люблю этот пейринг, (как и инцест в целом, хыхы) но одной писать как-то не получается, а соавторов, желающих помочь, не видать - так-что это пока все.

Хм, а я бы помогла, помогла, если примешь помощь заядлой слешоманки и любящей инцест... *задумчиво грызя безупречный маникюр*

ну, инцестом я сама больна, как нетрудно заметить, а слэша в этом фике при всем своем желании найти невозможно... Только соавторство - это ведь все-таки какое-то обязательство; я имею в виду, надо посоветоваться, обговорить этот ужас, и т.п...

Можно, на пример, писать кусочками - я полстранички, ты полстранички - по зараннее оговореному сюжету. Если согласна, стукнись в аську, что-ли] если не передумала, конечно.

Ну, Нимфа (ничего, если я тебя и здесь буду так звать?), мы дождались чуда. Я, конечно, благодаря тебе с идеей инцеста (твинцеста?

) свыклась уже давно, оставалось только дождаться, чего выйдет. Вышло о-го-го!

Единственно, что резануло, - это насчет "дрочить на собственную сестру". Понимаю, что именно так и никак иначе молодой здоровый парень это не озвучит, но... все было так возвышенно, красиво - и тут на тебе... Все остальное капризную меня вполне устраивает. )))

Ты меня окончательно убедила в том, что поскольку о Гарри Поттере пишут уже давно и в таких количествах, что мама не горюй, то единственное, что спасет наш мир от повторений и заезженных пластинок - это тотальный аут оф кэректер. И чем неожиданнее, тем лучше. Удачи. )

Maresca
*смеется* дааа, к инцесту-твинцесту я уже всех знакомых приучила...
Не дай Мерлин это Роулинг прочитать, хы-хы]
За "удачу" спасибо, потому-что она мне понадобится - столько шишек на мою бедную головушку полетело из-за этого фика, столько шишек...
кстати, на счет "дрочить на собственную сестру" я пожалуй, склонна с тобой согласиться. просто... это же Рон ляпнул, а не я.]]

Алиса Грейхаунд

Эк ты стрелы-то перевела, а?

А ты поди свечу левитировала, когда он это ляпнул?

А те, кто сыпет шишки, они просто не понимают. Ничего, всегда найдутся ценители!

Алиса Грейхаунд,
вообще мне понравилось - хороший язык, интересная идейка.
Но вот начало, я ведь где-то уже читала его... В каком-то другом фике.

Нда. Непонятно немножко и странно как-то...

Но в общем интересно ))

К сожалению Алиса, моя Ася не работает. Если хочешь, то давай обговорим всё завтра, сегодня настраиваю Асю. Ок? *тихо скуля от невозможности сегодня*

Вы давайте проду, а собственные разговоры где-нибудь в другом месте.

"проды", sthikatillo, не будет, ибо фик закончен.

Закончен?! Оп-па! Ну, ладно, хотя жаль

Было неплохо. Единственное, Рон и Джинни... А мать-то что сказала

!

Memetra
Мать?.. не думаю, что она говорила что-то приличное, застукав Ронни и Джинни где-нибудь в чулане...

Ох, Алиска, Алиска...Ну надо же так - закончить на самом интересном месте. А продолжение пусть придумают для себя читательские умы, да? Хм. Нехолосо. Ну ладно, скачивать пошла.

А ты всё равно выложила неотбеченный вариант...Нехорошо, Алис, нехорошо...

HPForum.ru

«Мне кажется, я схожу с ума, Рон» РУ/ДУ, PG-13

«Мне кажется, я схожу с ума, Рон» РУ/ДУ, PG-13