Садиться рядом с преподавателем Кэрроу побаивался, но все же присел, практически вытянувшись по струнке. Настолько, конечно, насколько это позволяли сделать туго затянутые бинты на ребрах.
К его сожалению, он даже не мог нормально проследить за действиями профессора, потому что все еще практически не видел, тем более что сгущающиеся сумерки окончательно выкрасили все в серый цвет. Вроде бы несложные чары... Что ж у меня постоянно вспыхивает-то все тогда, недовольно подумал Оливер, но вслух говорить не стал. Во-первых, он только поступил в Хогвартс, а во-вторых, вдруг профессор еще откажется попробовать и все будет совсем плохо. Но, кажется, с заклинанием профессор справился, и довольно быстро, чему гриффиндорец был несказанно рад - ему уже было довольно тяжело обходиться без очков, а остаться без них надолго - верный способ вернуться к совсем отсутствующему зрению. Медленно, опасаясь, что чары на самом деле не удались и сейчас очки либо взорвутся, коснувшись его носа, либо резанут по глазам излишней четкостью, которая иногда бывала после наложения. Но все обошлось - предметы приобрели нормальные, четкие очертания, да и цвета теперь можно было различить, даже несмотря на плохое освещение в Больничном крыле. *
- Ура! - *вскочил Оливер с кровати, тут же подворачивая ногу и падая на пол. Но даже это не испортило ему настроение, как и то, что теперь у него нет отмазок, чтобы не писать письмо родителям.*
- Спасибо, профессор, - *несколько скомкано поблагодарил Кэрроу, поднимаясь на ноги и отряхиваясь.* - Извините, не могли бы вы потом со мной позаниматься на эту тему? У меня не получается точно рассчитать силу и я взорвал уже где-то пятнадцать стеклышек.
*отойдя обратно к той кровати, которую занял на время лечения, Оливер попросил домовиков принести ему еще перо с чернильницей и пергамент и задумался, что и как написать. Мыслей о том, чтобы совсем избежать наказания, у гриффиндорца даже не промелькнуло - ему в любом случае попадет, так пусть лучше он признается сам, чем его поймают на лжи. А поймают обязательно, потому что врать складно он за свою жизнь так и не научился. Удержавшись от стона, школьник пару раз ударился лбом в тумбочку, и, пострадав еще минуты три, принялся быстро строчить письмо. Спустя минут пятнадцать оно было готово, и гриффиндорец, помахав пергаментом для просушки чернил, скрутил его в трубку и сунул за пазуху.
Покосившись на профессора, Оливер, опасаясь, что его снова оставят в больничном крыле, бочком протиснулся к двери, дабы уйти по-английски. однако плану помешали несколько вцепившихся в мантию домовиков со словами "Мистеру еще нужен постельный режим!" Ойкнув, мистер выдрал из цепких ручек полы своей мантии, и, подхватив их для удобства, бегом ретировался из Больничного крыла, стараясь не навернуться еще раз и морщась от боли в ребре.*
-->Коридоры и Лестницы замка
