собсна я тут впервые))))....тут под утра заполз сюда)
Народная самодеятельность радует сам лучше не напишу..
ГП читал все...я бы сказал захлёбом...макс 4 дня поэтому припоминаеца с трудом....последняя часть..мягко говоря произвела впечатление....может быть Поттер повзсрослел..или Роулинг на курсы литераторов сходила =)
не знаю насчёт последней части-ждём-с) ......скажу критинчно о самодеятельности.....фраза: "Гарри Поттер едет на войну" или как-то так..меня добила... поэтому пишу из пад цтула но так всё нравица..спс что выслушали
Здорово, народ!
Сессия успешно сдана, на все "отлично", и я только что закончил третью главу.
Она резко отличается от остальных тем, что там уже - переход от СЛОВ к ДЕЛУ, и вместо РАЗГОВОРОВ начинаются ДЕЙСТВИЯ.
А что касается белого рога - это особенность защитного облака (иначе - Темного покрова). Все черное в нем становится белым (кроме неба) и наоборот. Что темнее в реале, то светлее в покрове и наоборот.
А идея "единорог посмотрел на него вопросительно/удивленно" меня не вдохновляет. Как может конь смотреть на всадника, который на нем сидит? Или вы его еще заставите поворачивать голову на 180 градусов?"
Итак, вот она, долгожданная третья глава.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
И кстати, народ, в самом начале я выложил оглавление - сколько еще осталось до конца и всякие прочие детали выясняйте по нему. Изменять оглавление я никак не собираюсь, и у меня, в отличие от последних книг Роулинг, название каждой главы выражает ее содержание.
Единорог.
Последний раз редактировалось Князь Владимир 18 фев 2006 10:50, всего редактировалось 1 раз.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
Запретный лес остался позади. Оказавшись на заросшей травой равнине, Гарри только на мгновение успел заметить ее зелень – затем глаза опять закрыла черная пелена. Сняв очки, Гарри снова сунул их в карман мантии. Теперь в черной пелене стали просматриваться отдельные тени, что-то светло-серое вокруг, что-то потемнее впереди… но все это расплывалось так, что не было возможности отличить даже дерево от прямого столба. Мариус же несся вперед, прекрасно видя дорогу, и у Гарри слегка закружилась голова – такое путешествие было еще тяжелее, чем в сети «летучего пороха». Это было невыносимо для начинающего воина, поэтому Гарри закричал:
- Мариус, стой!
Мариус, как всякий конь (или существо с четырьмя копытами), резко замедлил движение, но только через десять метров встал.
- Никуда это не годится, - сказал Гарри. – Я еду сражаться с Пожирателями Смерти, но под покровом и то они скорее увидят меня, чем я их. Надо опробовать Слизнортово зелье. «Пентасенсис Максимус», или как его там? Развивающее пять чувств, в том числе и зрение. Сумка, кажется, сама может давать зелья, если коснуться замка? Ну-ка… - Он прижал к замку сумки с зеленой полоской мизинец правой руки, в которой сжимал меч Гриффиндора. – Дай мне «Пентасенсис Максимус» и сама открой.
Замок опять раскрылся молниеносно, банка с номером 5 прыгнула в руки Гарри, и крышка ее издевательски медленно открылась. Зеленое (точнее, сейчас – темно-серое) зелье пахло очень приятно, чем-то сладким, но в то же время не содержащим сахара. Гарри медленно поднял банку, коснулся незнакомого зелья языком – на вкус оно напоминало фруктовый сок, а точнее – фруктовую смесь чего-то вроде винограда, персика и ананаса. Гарри не удержался и сделал большой глоток, а затем еще один, но третьего не было – Гарри остановил себя и, хотя успел с удовольствием еще раз его понюхать, после этого сразу же закрыл банку.
- На место! – сказал он банке. И та послушалась – прыгнула обратно в свое отделение. Сумка автоматически закрылась.
И только тут Гарри заметил, что совершенно отчетливо и без очков видит и замок сумки, и темно-серую (только чуть светлее) полосу по краю этой сумки, и застежку-«молнию»… Он поднял голову и осмотрелся вокруг.
Обстановка была такой, какую он раньше никогда не видел. Во тьме, источником которой был Мариус, сам единорог казался белым, а его рог – просто сверкающим белизной и, словно луна, разливающим молочно-белый свет вокруг. В этом «свете» Гарри видел все вокруг, различая отдельные листочки на деревьях и полоски на пчелах, жужжащих над цветами, минимум за пять километров. Он слышал их жужжание, чувствовал даже запах цветов – но вблизи эти чувства не обострялись сверх меры, а были точно такими же, как у человека с обычным зрением и слухом. В шерсти Мариуса он не различал отдельные шерстинки – Мариус был с ним, Мариус помогал ему, и этого было достаточно. А траву и листья он одинаково хорошо различал и вблизи, и вдали – видимо, так действовало Слизнортово зелье. Конечно, цвета в защитном облаке терялись, все вокруг виделось Гарри лишь в различных оттенках серого, и светлее всего была земля, которую Гарри со спины Мариуса различал под травами. Не считая, конечно, самого Мариуса и мантии Гарри, которая казалась тоже если не белой, то светло-светло-серой.
«Проверим теперь два последних чувства», - подумал Гарри. Он погладил Мариуса по шерсти – рука вздрогнула от неожиданности: шерсть казалась такой же шелковистой и мягкой, как волосы Чжоу Чанг (может быть, они бы в защитном облаке оказались бы еще белее). Сумка казалась ему сделанной из бархата, а рукоять меча Гриффиндора – теплой, как будто ее только что смочили свежей кровью… Волшебная палочка стала несколько шершавой, но это вовсе не было неудобно – напротив, чуть более привлекательно.
«Воды», - велел Гарри шепотом, коснувшись замка второй сумки. Ничего не произошло. Гарри это почему-то разозлило. Он рывком расстегнул замок, таким же рывком выхватил бутылку с водой и попытался открыть пробку. Не тут-то было – пробка бутылки, в отличие от банок, открываться не желала. - Алохомора! – Заклинание, открывавшее многие двери, окна и сундуки, ровным счетом ничего не сделало с бутылкой.
Оставалось последнее. Гарри сжал бутылочную пробку зубами (так он обычно открывал магловскую минеральную воду), повернул ее раз десять против часовой стрелки – кольцо, державшее пробку, сломалось, бутылка открылась.
Гарри вынул пробку изо рта и сделал глоток из горлышка. И на мгновение ему показалось, что он пьет напрямую из родника – настолько хороша и свежа была вода. Она была довольно холодной, но в сумке, скорее всего, чуть-чуть согрелась. Конечно, «Пентасенсис Максимус» улучшил все чувства, в том числе и вкус.
Закрыв бутылку, Гарри положил ее на место (этикеткой «Хогсмидовские родники» в угол отделения) и переложил волшебную палочку в правую руку, уже занятую обнаженным мечом Гриффиндора. Он прекрасно знал, что собирается сделать сейчас. Но перед этим нужно было сделать кое-что еще.
- Мариус, прости, я тебя ненадолго оставлю, - сказал Гарри. Он слез со спины единорога и быстро пошел обратно, по направлению к Запретному лесу. Трава была невысокой, не доставала ему и до колен, но было все же как-то не по себе – этот бело-серебристый ковер казался похожим на поверхность Луны. Впрочем, Гарри не останавливался – ему было необходимо поскорее добраться до леса. Белые, словно мел, деревья с такими же серебристыми листьями послужили ему надежным укрытием. Зайти бы еще за одно… и еще за одно… тогда уже никто не увидит…
Ему никто не помешал. Но даже после того, как Гарри собрался обратно, что-то потянуло его за следующее дерево. Что именно? Ведь необходимости в этом не было. Зелье удачи свое действие прекратило. И все-таки хотелось зайти еще подальше за эти белые, словно мел, стволы. Гарри переложил палочку опять в левую руку, чтобы быть готовым к любому дальнейшему развитию событий. И все-таки… случилось то, к чему он не был готов. Он прошел между двумя деревьями… и еще между двумя…
И в глаза ему ударил яркий солнечный свет. Гарри немедленно зажмурился, но перед глазами все равно осталась ярко-красная муть с темными вертикальными полосками. Минут пять Гарри протирал глаза, пока они не привыкли к свету, после чего обнаружил, что стоит под ярким голубым небом, среди зеленых деревьев, некоторые из которых были покрыты подозрительного вида плодами, но все теперь имело свой цвет. Кора деревьев была черной или темно-коричневой, листья травы, деревьев и кустов – зелеными, а рубины на мече Гриффиндора – ярко-алыми. И это его невероятно обрадовало.
Он развернулся к Мариусу… и снова наткнулся на тьму. В черной туче, которая заволокла деревья с той стороны, откуда он пришел, метров на двести в ширину и не меньше чем на тридцать в высоту (образовав нечто вроде черного полукруга, который к тому же клубился, как дым, находясь в постоянном движении без сохранения четкой формы), ему по-прежнему были видны белые, как мел, стволы, белые ветки, серебристые листья… За этими стволами уже не было видно Мариуса, но Гарри не сомневался, что его товарищ остался на том же самом месте, где его оставил Гарри.
Гарри снова посмотрел на цветущий зеленый лес – это зрелище показалось ему намного красивее. Надолго ли он будет лишен возможности видеть такое, пробираясь под безразличным к цветам покровом?
Задуматься над этим Гарри не успел. Далеко за теми деревьями, которые он видел в цвете, послышался стук копыт. Резко развернувшись, Гарри начал быстро отступать туда, где только что был, во тьму, где все окружающее казалось бесцветным или белым. Сейчас Гарри не хотелось связываться с кентаврами. Впрочем, оказавшись снова под покровом, он услышал, как кентавр, стуча копытами, перемещается в обратном направлении – тому, похоже, лезть в неведомую тьму тоже не хотелось.
Гарри вышел из Запретного леса. Мариус стоял в той же позе, в какой Гарри его оставил. Морда и рог его были направлены в ту же сторону. Конечно, Гарри по запаху сейчас же понял, что единорог, оставшись один, тоже времени зря не терял – и через секунду подумал, что это как нельзя кстати.
Подойдя к верному товарищу, Гарри погладил его по белеющей в защитном облаке черной гриве и тихо сказал:
- Ну что, Мариус, поедем дальше?
И снова Мариус кивнул головой.
Сев верхом на единорога, Гарри скомандовал «Вперед!» - и Мариус снова рванулся в том направлении, что указала стрелка «Феликс Фелицис». Путь их лежал через равнину, заросшую травой. И вокруг – Гарри чувствовал это совершенно точно – не было ни единого знака присутствия тех, кто мог бы увидеть или услышать всадника под покровом.
- Мариус, быстрее! – Черный единорог ускорил движение почти до галопа. В лицо Гарри ударил ветер – сопротивление воздуха. Ветер был свежим и невероятно приятным, и скачки сквозь него на большой скорости – пусть и не так быстро, как на метле – привели Гарри в отличное настроение. Сейчас он был готов к любому бою – и желал показать себя во всей красе. Понимая, конечно, что еще не время раскрывать защитное облако…
- Мариус, ты можешь устроить мне что-нибудь музыкальное? – спросил Гарри. – Что-нибудь со струнами? Если, конечно, для этого не потребуется третьего желания…
«Зачем я это спросил?» - тут же подумал всадник. – «Что такого он может сделать?»
Но Мариус еще раз кивнул головой. И через два мгновения (за которые произошло минимум десять скачков) часть его гривы поднялась, сплелась за один скачок в косу, вставшую вертикально, а затем изогнулась в виде подобия арфы. Длинные и жесткие черные волосы из гривы поднялись к ней, протянувшись от головы Мариуса к изгибу косы, и сплелись с ней, оставшись прямыми, словно струны.
Гарри быстро и уверенно провел пальцами по струнам – и, сам того не ожидая, услышал громкий мелодичный звук, полный черно-единорожьей красоты и могучей силы.
- Спасибо, Мариус, - сказал он. – Итак, слушай! Слушай меня ты – ведь нас под покровом никто не услышит, только ты меня, и я сам себя.
И Гарри еще несколько раз провел пальцами по струнам, а затем, войдя в ритм, в полный голос, на всем скаку, под аккомпанемент струн гривы Мариуса начал петь песню. Слова ему придумывать не пришлось – они приходили в голову сами, раскрывая наружу его гриффиндорский дух в боевом настроении:
Я один – среди толп разоренной страны,
Я один – против стада, что вышло, как яки,
И сраженьями лишь мои мысли полны,
Пока те пьют вино и жуют зяки-зяки.
Вождь их Реддл, полный зла, не способен любить,
В его сердце лишь холод закрытой границы.
И не время теперь, чтобы книгу открыть –
Наступила пора в наступленье стремиться.
Мощной силой наполнены клетки мои,
И из уст моих выйдет волшебное слово,
Но не им суждено мне, а чувством любви
Победить, что само по себе и не ново!
Я живу, чтобы жить прекращали они,
Я живу, чтобы радость жить не прекращала.
Приведу я к концу их несчастные дни,
Но найти суждено мне крестражи сначала.
В их огне боевом я смогу не сгореть,
Но теперь до победы не будет покоя.
Мощной силой за жизнь я успел овладеть,
Наступило для Англии время Героя.
Мощной силой наполнены клетки мои,
И из уст моих выйдет волшебное слово,
Но не им суждено мне, а чувством любви
Победить, что само по себе и не ново!
Мощной силой наполнены клетки мои,
И из уст моих выйдет волшебное слово,
Но не им суждено мне, а чувством любви
Победить, что само по себе и не ново!
Победить, что само по себе и не ново!
Что само по себе и не ново!
Что само по себе и не ново!
Что само по себе… что само по себе… что само по себе и не ново!
Песня Гарри разносилась по всему защитному покрову – его голос, теперь уже голос взрослого мужчины и воина, казался ему самому подобным грому – впрочем, как и удары по струнам гривы Мариуса. Гарри ничего не боялся, зная, что во тьме защитного облака его голос слышен лишь ему одному и его верному единорогу – как и все прочие голоса. И, окончив песню, он с полностью довольным лицом перевел взгляд на то, что ожидало его впереди…
А впереди была все та же равнина. И через час, и через два, и через десять… Иногда Гарри замедлял Мариуса, чтобы сберечь его силы для боя, иногда напротив, ускорял, чтобы испытать, насколько его хватит. Мариус несся вперед с одинаковой невозмутимостью. Впрочем, Гарри уже понял, что единорог может скакать без отдыха минимум три дня, как скакал он, когда вез спящего всадника в Хогвартс. Но теперь Гарри большую части времени бодрствовал, и ему нужно было периодически делать остановки. Причем когда Гарри требовалось поесть и попить, Мариус всегда ел и пил с ним одновременно – для этого Гарри делал подобные привалы возле ручьев и озер, чтобы вода досталась и единорогу. Когда же Гарри нужно было сделать остановку по другой естественной причине, Мариус, прямо на месте остановки, делал то же самое. Если Гарри нужно было поспать (хотя в черном покрове защитного облака дневной свет не отличался от ночной темноты, а вся окружающая местность в любое время суток сохраняла все те же оттенки серого и белого, Гарри мог по чувствам привычного режима отличить день от ночи, а кроме того, в сумке с провизией оказались еще и наручные часы - конечно, Гарри не носил их на руке, но иногда доставал из сумки, чтобы определиться со временем), он, как по пути в Хогвартс, ложился на живот прямо на спине Мариуса, переложив сумку с зельями на сумку с провизией – Мариус мог нести их, удерживая даже одну на другой – и закрывал глаза, предварительно давая Мариусу команду, чтобы тот разбудил его при появлении на пути хоть кого-нибудь из волшебного сообщества. Магловские города или деревни на их пути не попадались, хотя Гарри издали и видел некоторые, но в них всех – ни малейшего проблеска жизни, ни одной бездомной собаки или порхающей птицы. Ничего волшебного – тоже. Видно, в этой части Англии отдельных домов волшебников не было вовсе. Так было и весь первый день, и весь второй, и весь третий, и весь четвертый. Но Мариусу по-прежнему удавалось не сбиваться с курса и следовать точно в указанном стрелкой направлении. Если по пути попадались овраги или широкие реки, Гарри замечал их задолго до непосредственной встречи с ними, разгонял Мариуса до галопа и на всем скаку их перепрыгивал. Если встречались леса с зарослями кустарников, Мариус всегда своим чутьем находил путь между деревьями, наиболее близкий к направлению, а кустарники перед взглядом его оранжевых глаз раздвигались и давали ему проход сами. А если встречались холмы с крутыми склонами, всегда оказывалось, что путь точно по курсу не пересекает их, а проходит мимо.
Гарри заметил еще одну интересную особенность зелья «Пентасенсис Максимус». Оно не только повышало все пять чувств, но и позволяло тратить намного меньше времени на ночной сон – теперь Гарри хватало пяти-шести часов, чтобы отлично выспаться и встать (над спиной единорога) полностью бодрым и свежим. Правда, у «Пентасенсис Максимус» был и один побочный эффект: после его принятия оно требовало практически тут же освободить мочевой пузырь. Поэтому Гарри всегда пил его только на остановках в лесах или возле кустов, хотя и на открытых полях никто бы не различил их под покровом. По крайней мере, так казалось Гарри в течение этих четырех счастливых дней.
А вот перед пробуждением на пятую ночь Гарри увидел во сне проблеск света. Путешествуя на Мариусе, ночами он не видел снов – по собственному желанию – но это неожиданное видение заставило его тут же проснуться. На этот раз Гарри выспался не полностью, пролежав только три часа с половиной, но он почувствовал, что больше в эти сутки ему заснуть не придется.
«И правильно, надо быть к этому готовым», - подумал Гарри. – «Нельзя себя разнеживать – я все-таки на войне. Но сегодня, похоже, мы что-нибудь встретим. Точнее, кого-нибудь встретим. Этот знак наверняка означает что-то светлое, светлое, но… опасное».
И тут же он остановил сам себя.
«Чего это я задумываюсь над опасностями в сновидениях, когда мне в жизни опасностей хватает?»
Мощной силой наполнены клетки мои,
И из уст моих выйдет волшебное слово,
Но не им…
И вдруг Гарри оборвал начатый было припев песни. Что-то послышалось ему вдали. Именно в том направлении, которое было ему указано. Он перевел внимание на окружающее пространство. Что-то двигалось там, большое, длинное, светло-серое. Что-то издавало звуки. Что это было? С такого расстояния различить было невозможно. Но это было первым, что встретилось Гарри – и он замедлил бег Мариуса, а вскоре велел ему перейти на шаг, приближаясь к цели медленно-медленно…
Но все равно всадник внезапно остановился.
Группа громадных тел в серой чешуе, кажущейся в покрове матовой, длинных, извивающихся, с поднятыми треугольными мордами… И одна из них смотрела темными, почти черными глазами, в которых белели зрачки, прямо на Гарри.
Василиск.
Еще несколько морд, ничем не отличающихся от первой, уставились на Гарри.
«Да сколько же их тут, этих василисков?»
Седьмая морда… восьмая… девятая…
Мариус стоял на месте, бесстрашно глядя на василисков. Гарри не зажмуривался – зачем было делать эту глупость, когда от взгляда на василиска он не только не умер сразу, но даже не пришел в оцепенение? Но почему?
- Мариус, - шепотом спросил Гарри, - это ты меня защищаешь? От их взгляда?
И Мариус кивнул снова.
- А если снять покров, то они меня увидят – и ты меня уже не защитишь?
Еще один кивок.
- Что делать дальше?
Мариус не стал давать советов, но быстрым шагом двинулся вперед.
Через две минуты Гарри понял, что василисков значительно больше десятка. И также понял, что у них есть собеседник – отвернувшись от Гарри, они смотрели на кого-то, стоящего в стороне от них. Точнее, сидящего – верхом на каком-то животном, напоминающем лошадь. Его разглядеть было невозможно – он казался сливающимся с темнотой покрова верховым силуэтом. Но Гарри слышал его голос – и голоса василисков, говорящих с ним на змеином языке. - Что это такое?
Голоса василисков, даже по-змеиному, были значительно громче и грубее, чем тоненький голосок их собеседника. Гарри остановился, вслушиваясь в его ответ. По-видимому, василиски заметили всадника единорога со стороны – малюсенькой черненькой точечкой на горизонте. - Да так, один из наших…
«Что?!» - …я его узнал, он на черном единороге. Наши заметили его, когда он ранен был и в Хогсмид к нашим ехал. Да единорог завез его в Запретный лес, а там мы его из виду потеряли.
Гарри был на сто процентов уверен, что неведомый всадник стоял сейчас к нему лицом и, более того, указывал на него правой рукой, в которой было зажато что-то покрупнее волшебной палочки. Но никаких черт лица в черном силуэте Гарри различить не мог, как и остального его внешнего облика. Вместе со своим животным всадник казался каким-то плоским и расплывчатым. Но Гарри он явно видел…
Гарри закрыл лицо локтем, чтобы всадник не заметил его шрама. И сейчас же, в подтверждение своей догадки, получил ответную реакцию: - Чего это он рукой закрылся и на месте встал?
- Наверное, у него нет защиты от нашего взгляда.
- Да откуда ему знать, что мы здесь? Темный Лорд не давал ему «Пентасенсис Максимус».
- А откуда этот парень вообще взялся?
- Мы его заметили неподалеку от Хогвартса – тогда он был ранен и на спине единорога лежал вниз лицом, поэтому мы его не опознали. Шеф группы, которая его заметила, послал двоих по его следам вперед, а двоих – по его следам назад, чтобы узнать, откуда он едет и не нужна ли там наша помощь.
- И что же вы узнали?
- Он ехал из Годриковой Впадины. Там мы нашли много его собственных следов на кладбище, и рядом с одним надгробным камнем – начало следов от копыт единорога. А больше – никого.
- Так это значит, – вмешался другой василиск, у которого голос казался каким-то хриплым, - что на него напали мракоборцы на метлах? Или на фестралах?
- Очень может быть, но зачем он трансгрессировал на кладбище, да к тому же один, - мы не поняли. Темному Лорду сообщили, но ему сейчас наверняка не до этого парня. Ну, не справился с приказом, ну и что же? Десять раз Круциатус да один денек в подвале с дементорами, и в следующий раз он умнее будет. Он не из самых слабых, раз сумел вызвать единорога и под покровом ехать, как наши раньше ездили. Поэтому, конечно, Темный Лорд его убивать не станет – этот парень ему полезен.
«Еще бы», - подумал Гарри, - «Знал бы ты, насколько ты неправ. Хотя у тебя тоже «Пентасенсис Максимус», а раз его вам дает сам Темный Лорд, то оно у вас достаточно ценное. И тебя тоже на непростое задание послали, да еще с василисками. Только почему вот я тебя не вижу? Василисков твоих вижу, а самого тебя не вижу? Причем они тебя видят, а я – нет?» - Чего же он теперь стоит на месте?
- Да пес с ним. Мало ли что Темный Лорд сейчас ему приказал. Хотя стоило бы спросить его, как там дела у наших в Хогсмиде. Я так думаю, что в Хогсмиде ему помогли.
«Ты не Реддл, это точно, раз называешь его Темным Лордом. Так кто же ты? И кто тебя научил змеиному языку?»
«Или, может быть, он и научил?»
«Но как?»
«Так же, как меня – вложив частицу самого себя. Только, в отличие от меня, он это сделал намеренно. А это значит, что ты тут с очень важным заданием. Реддл не станет разбрасываться змееустами».
Закончив диалог с самим собой, Гарри тут же понял, что пропустил часть диалога змееуста с василисками. Вслушиваясь в остальные слова, он поспешно попытался сообразить, что же именно он пропустил. - …болтать. Темный Лорд велел нам разыскать и уничтожить Поттера. – «Ах, вот оно как?! Значит, сначала ты сказал «Нам некогда тут стоять и…» Ну что ж, скоро ты поймешь, как близко ты к цели». – Что вы скажете, куда теперь? Где ваша змеиная мудрость?
- Что известно о Поттере?
- Вообще или сейчас?
- Сейчас. Вообще – мы знаем. Темный Лорд нам рассказывал. И более того – мы общались с нашим братом в Тайной Комнате Хогвартса. От него мы тоже многое узнали.
«Еще и так?» - Что известно о Поттере сейчас?
- Еще неделю назад он жил на Тисовой улице в городе Литтл-Уингинге. У дядьки с теткой, под защитой Дамблдора. Неделю назад, тридцать первого июля, ему исполнилось семнадцать, и он оттуда свалил. Мы, правда, не знали, когда именно ему исполнилось семнадцать, поэтому наши парни навестили его в полночь на первое августа – и опоздали. Весь дом пустой, маглов и тех нет, да весь город тоже опустел – на улицах никого живого. И следов не нашли – кто-то из Ордена Феникса уже сумел там побывать и все замести.
- И это все?
- Нет, не все. Те, кто помогает нашим в Хогвартсе, заметили, что Хагрид, их лесник и член Ордена Феникса, вошел в Запретный Лес с двумя большими сумками. Точь-в-точь как у этого, который вон там на единороге. А может, это они и есть, пес их знает… А потом Хагрид вернулся, уже без сумок. Кому он их там в лесу передал, я без понятия, но когда он вышел, у него была сильно обожжена рука, как у Дамблдора, только не правая кисть, а левый локоть. Может быть, наши в лесу на него напали и сумки эти захватили, а этот вот сейчас их Темному Лорду везет…
«Как бы не так, голубчик». - Причем в это самое время еще одного Хагрида видели говорящим в подвалах со Слизнортом, а еще одного – говорящим в коридорах с домовыми эльфами. Не иначе, Оборотное зелье, но наши ли его применяли или не наши – я не в курсе.
- И что дальше?
- А два дня назад мы обнаружили, что из кабинета Макгонагалл пропал меч Гриффиндора.
- Это тот, которым убили…
- Да, василиска из Тайной Комнаты. Поттер и убил. Причем Темный Лорд не знает, куда исчез меч. Если бы это наши его украли, то Темному Лорду бы сразу доложили.
- Это как-то связано с Поттером.
- Без вас понял… «Да ничего ты не понял!» - Вы мне скажите, где Поттера искать…
«А вот я тебе сейчас сам скажу, что ты его уже нашел. Только надо, чтобы василиски отвернулись. И я бы увидел, кто ты». - Что-нибудь еще известно о Поттере?
- Известно то, что вся семья его дружка Рона Уизли куда-то пропала, и так же бесследно, как он сам вместе с Поттером и грязнокровкой Грейнджер…
«Ну что ж, надо приблизиться. Так, чтобы василиски меня увидели. Повернулись бы к нему, стали бы его спрашивать, кто ж это такой… и откуда у него меч Гриффиндора… а что, если он им атаковать прикажет… ну, тогда мы с Мариусом их всех прикончим… но сперва надо узнать, кто этот Пожиратель».
Не говоря ни слова, чтобы неведомый Пожиратель Смерти не узнал его по голосу, Гарри наклонился к голове Мариуса и острием меча перед его правым глазом указал путь «вперед».
Мариус направился вперед, постепенно ускоряя шаг. Гарри стал думать, как предостеречь его, чтобы он не перешел на бег. Впрочем, долго думать ему не пришлось. - Этот парень на единороге едет к нам!
- Да, точно, туча приближается…
- У него нет «Пентасенсис Максимус». Не то давно бы уже к нам скакал. «Оба раза ты неправ». – Ну, сейчас прискачет, и поговорим.
Мариус все-таки побежал, хотя и умеренной рысью. Василиски с каждой минутой становились ближе, больше, реальнее… а вот всадник так и оставался расплывчатым силуэтом. Ни один из василисков не отвернулся, напротив, все устремили взгляды на Гарри.
«Ну, это вообще… И, главное, как сказать Мариусу «стой», у меня ни седла, ни упряжки… Правда, всадник видит сквозь покров, как и я – у него тоже «Пентасенсис Максимус», а вот василиски не видят. Все бы ничего, но почему я его-то не вижу?»
«А, в самом деле, почему я его не вижу? Василиски его видят, значит, он не невидимый… Хотя как все видно в покрове? Все темное под покровом становится белым, что темнее, то светлее, что светлее, то, наоборот, темнее… Значит, этот, раз он черный, должен быть… белым? Но как я это проверю?».
Василиски становились все ближе и ближе. Гарри по-прежнему закрывал лицо локтем правой руки.
«Но с чего это черный маг вырядился бы в белое?»
«А может быть, специально, чтобы в покрове не узнавали?»
«А ему от людей под покровом надо защищаться?»
«Или для чего-то другого?»
Между тем расстояние между Гарри и василисками сократилось необычайно. Теперь Гарри точно видел, что их число не только превышает один десяток, но и приближается к двум. Все они по-прежнему смотрели на него. Все без исключения. Конечно, некоторые оборачивались к всаднику в белом, безмолвно спрашивая, что им делать, но не все сразу, а по очереди.
«Что же мне делать-то? Этого за меня никто не решит, надо самому придумывать… Можно напасть на василисков, перебить всех мечом Гриффиндора… но всадник-то трансгрессирует сразу к Реддлу и все про меня расскажет. Если напасть на всадника… он тоже трансгрессирует, а может быть, сорвет с меня покров. Надо, чтобы он оставался на месте. Пока он принимает меня за своего, а я не могу раскрыть покров, пока василиски смотрят на меня». - Он приближается? Как он выглядит?
- Он в черной мантии Хогвартса. Маскировка, наверное. А в руке у него меч, украшенный камнями… он этой рукой лицо закрывает, не пойму зачем.
«Хорошо еще, что ты в покрове не видишь, какого цвета камни». - А на лезвии меча, под рукоятью, написано… - Гарри ощутил желание мгновенно развернуть лезвие, но подавил его. Это было вовсе ни к чему. - …Годрик Гриффиндор!
- Так это же тот самый меч Гриффиндора!
- В самом деле… – В этот момент Гарри выбрал путь между василисками так, чтобы двигаться напрямую к всаднику. Мариус сам замедлил движение – Гарри был готов миллион раз похвалить товарища за ум. - Он едет сюда! Он сейчас накроет нас покровом! Скажи ему, чтобы сделал покров звукопроницаемым, а то мы ни тебя, ни его не услышим!
«Ах, вот как? Ну да, ведь в покрове ничего не видно и не слышно, и запаха нет, для всех, кроме меня, Мариуса и этого всадника… Но ведь это… О!» Гарри хлопнул себя тыльной стороной руки по лбу. «Идея! Но только как сказать это Мариусу, чтобы меня не узнали по голосу, Мариус ведь не змея! А я могу сказать только на змеином языке… Хотя… если попробовать…»
Гарри поднял голову и открыл левый глаз, повернув его в сторону василисков. Прекрасно зная, что они его не услышат, он зашипел по-змеиному, смотря левым глазом в морду ближайшего к нему: - Мариус, сделай покров звукопроницаемым!
Мариус не понимал змеиного языка, но услышал змеиное шипение и понял, что оно содержит смысл. Длинная прядь его гривы слиплась в единое целое, поднялась изгибом, и на ее конце появилась змеиная головка, уставившись на Гарри двумя крошечными белыми глазками. - Мариус, сделай покров звукопроницаемым!
Змеиная головка исчезла, тело ее разделилось на прежние волосы гривы. В остальном – ничего на вид не произошло.
«А на слух?» - Да ведь он тоже змееуст!
- Что? Как? Почему?
- Он только что говорил на змеином языке!
- Неужели?!
«Ага, услышали… Ну, пора за дело». - А вдруг это сам Темный Лорд?
- Темный Лорд выше ростом, и кожа у него белая. Нет, это один из нас. У него задание поважнее, раз он тоже змееуст.
«А вот на этот раз ты прав», - подумал Гарри и вслух зашипел, на этот раз обращаясь действительно к василискам: - Василиски, отвернитесь!
И василиски послушно и быстро развернули морды.
«Теперь или никогда». - Стойте! Вы зачем его послушались? Темный Лорд велел вам слушаться меня! Повернитесь к нам!
- Не поворачивайтесь! – зашипел Гарри, заметив, что его голос на змеином языке громче, чем у второго змееуста. – - Отвернитесь!
- Ты кто такой – им приказывать?! Меня слушаться им сам Темный Лорд велел!
- А меня Темный Лорд отметил как равного себе!
- Что?!
- И я говорю: василиски, отвернитесь!
Василиски, по-видимому, пришли в замешательство, но всадник быстро овладел собой. - А если так – ну-ка, покажись мне!
«Теперь самое время, затягивать поздно… Пока они отвернулись… Все, пора…» Неожиданно Гарри начала от волнения бить дрожь. Но, решившись, он сказал вслух своим обычным голосом, хотя тише, чем ему самому хотелось бы:
- Мариус, снимай облако!
Гарри зажмурился. Очевидно, зажмурился и второй всадник – Гарри ничего не услышал, пока сам не открыл глаза. Открыв глаза, он увидел… сперва темное ночное небо над головой (намного светлее покрова), а затем – неведомый источник яркого света, который от него заслоняла его же собственная рука.
И Гарри убрал локоть от лица, направив меч острием вперед.
Перед ним, в окружении зеленых, с блестящей от отраженного света чешуей, василисков, верхом на белом единороге (как две капли воды похожем на того, которого они когда-то видели в загоне Хогвартса) сидел всадник в такой же, как шерсть у единорога, безупречно белой мантии. Гарри перевел взгляд на его руки, чувствуя, что и всадник сейчас рассматривает его волшебную палочку и меч. В правой руке у всадника, недалеко от синих глаз его единорога, был сияющий белизной боевой топор… и по форме он точь-в-точь напоминал топор палача Макнейра, которым тот хотел казнить невиновного гиппогрифа Клювокрыла. Волшебная палочка в левой руке, тоже белая, излучала свет – именно этот свет, похоже, указывал путь василискам и хорошо освещал самого Гарри. А затем…
Оба всадника, черный и белый, одновременно подняли головы и посмотрели друг другу в лицо. Оба мгновенно узнали друг друга. Снежно-белая шляпа идеально сидела на голове со светлыми волосами и бледным, как у призрака, лицом, имеющим суженные серые глазки и заостренный подбородок…
- Малфой?!
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
* * *
- Ты! – вскричал Драко Малфой, судя по всему, лихорадочно соображая, убить ли смертельного врага собственной рукой или затравить его василисками.
- Да, я. – Все страхи кончились, душу Гарри наполнила боевая ярость. – Ты мечтал встретить Поттера – ты его нашел. А теперь вызываю тебя на бой, сразимся!
- Ну, молодец… Сам пришел умирать… - «Похоже, он принял решение. Пора и мне принять. У него «Авада Кедавра», я ее не могу, но у меня Мариус, а у него палочка…»
Малфой не стал ни хохотать, ни злорадствовать далее. Он прекрасно понимал, что это нужно делать уже над мертвым телом. - АВАДА КЕДАВРА!
Но заклинания не получилось.
Едва Малфой произнес смертоносное заклятие, как длинный черный луч с высоты чуть ниже груди Гарри ударил по белой волшебной палочке. И та мгновенно обуглилась, оставшись бесполезным черным кусочком – Драко успел бросить его на траву, не дожидаясь, пока ожог перейдет на его собственную руку. Похоже, в бою Мариус видел мысли хозяина, как свои собственные. - Василиски! Это Поттер! Атаковать его!
- Стойте!
- Именем Темного Лорда – атаковать!
- Стойте. «Похоже, он здорово трусанул – змееустовой власти это сильно вредит. Поэтому они и не атакуют – мой голос сильнее».
Но одного Гарри не рассчитал. - Убейте его, или все до одного будете убиты!
Решение созрело мгновенно. - Стойте на месте, и я помогу вам выжить!
- Он врет! Посмотрите на него – видите, сколько лжи в его глазах!
«Ах, ты так… Ну, тогда…»
- Мариус, облако!
Окружающее пространство мгновенно заволокло тьмой. Василиски из зеленых стали матово-серыми, всадник на белом единороге обратился в черный расплывчатый силуэт.
- Мариус, скачи к нему! - Атаковать Поттера!
Но василиски не сдвинулись с места. Они лишь повернулись мордами к Гарри, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в темноте покрова. - Атаковать, я сказал! Атаковать! Атаковать!!!
- Где ты? Мы не слышим тебя!
- Атаковать!
- Не слышно! Сделай что-нибудь!
- Ни взгляда, ни звуков, ни запахов… Спасибо, Мариус! А ты, Малфой, готовься к смерти! И не вздумай бежать – ты отлично понимаешь, что с тобой в этом случае сделает твой хозяин…
- Я убью тебя сам, Поттер, убью, как слепого щенка! – закричал Малфой и… спрыгнул с седла на землю? Или сделал что-то другое? Как понять по этим вибрациям?
«И снова ты прав…»
«Что же делать, надо думать, и мигом!»
«Надо его увидеть, а в покрове… А если для василисков оставить, а для нас двоих… А если так…»
- Мариус, сделай в покрове дыру, чтобы нас с Малфоем видно было!
Хотя Гарри сам плохо себе это представлял, Мариус нашел именно то, что нужно. Через мгновение в черноте покрова открылась маленькая круглая пещерка – в ней был виден и белый единорог, и Малфой, в белой мантии и с белым топором, а освещал ее луч ночного света, идущий сверху, через длинный желоб, ведущий к верхней границе покрова. Все, что оставалось под покровом, было теперь видно, как за черным стеклом.
Малфой, бегущий с топором навстречу, остановился – ему померещилось, что он тоже может воспользоваться ситуацией. - Василиски, атаковать Поттера!
Но василиски оставались целиком под покровом и не услышали его голоса. Они наугад ползали по траве, пытаясь выползти из-под покрова наружу – но никому из них это не удавалось. - Василиски, ко мне!!!
И этот крик не дошел до василисков.
Тогда Малфой решил действовать напролом. Он снова ринулся с топором к ногам Мариуса, при этом то и дело отпрыгивая то направо, то налево, чтобы Мариус не смог захватить его как цель. Гарри понял, что теперь нужно действовать ему лично.
Раньше Гарри всегда слезал со спины Мариуса медленно и рассчитанно, поэтому когда он попытался мгновенно спрыгнуть на землю, то оказался на земле раньше, чем рассчитывал, свалившись на правый бок. Гарри успел поднять меч Гриффиндора вверх и сильно ударился плечом. Эта боль лишь разозлила его, а Малфой только фыркнул – и продолжил бег, держа наготове топор.
Словно невидимый магнит, сила Мариуса потянула за лезвие меча и помогла Гарри встать на ноги. Это позволило Малфою добежать до расстояния, всего на два метра отделявшего новоиспеченного змееуста от Гарри с Мариусом. В этот момент Гарри обратил внимание на то, что белый единорог Малфоя, осторожно ступая копытами, как слепой, приближается к нему. «Под заклятием Империус», - подумал Гарри. – «Конечно, как бы ты еще влез ему на спину, раз ты не женщина». Малфой в это время сделал еще шаг вперед. Гарри рванулся ему навстречу и заслонил собой Мариуса.
- Ну, раз ты это выбрал, парень… давай сразимся. Один на один.
- Сразимся, - ответил Малфой. – Мой топор как раз для того, чтоб свинину рубить, и чем-то ты ему таким приглянулся…
- Можно подумать, тебя учили сражаться топором!
- Представь себе, да, - сказал Малфой. – А вот тебя мечом сражаться не учили.
Гарри хотел было ответить «Учили», чтобы обескуражить Малфоя, но… вспомнил, что он не должен лгать. Ведь его действительно не учили сражаться холодным оружием…
- Зато мой меч миллиона простых мечей стоит, - сказал Гарри, и это была правда. – Ну, сражайся!
- Пожалуйста, - издевательски ответил Малфой и взмахнул топором. Гарри выставил вперед лезвие меча – меч и топор со звоном ударились друг о друга, и оба противника оказались этим весьма удивлены. Впрочем, Гарри тут же понял, что Малфой, хотя и учился приемам на тренировках, но еще ни разу не сражался топором в настоящем поединке.
Малфой попытался нанести и второй удар, и третий – Гарри ответил прямым блоком и на них.
- Все равно ведь проиграешь, тупица, - сказал Малфой, пытаясь нанести четвертый удар в бок Гарри. – Свет всегда побеждает тьму!
- Только не тогда, когда свет использует заклятие Империус, - сказал Гарри, отбивая и этот удар.
«Пора бы атаковать», - подумал Гарри. – «Я же не могу все время защищаться».
Малфой решил изменить тактику – он попытался рубануть не по телу Гарри, а по его волшебной палочке. Острие меча ударилось о лезвие топора, палочка избежала удара – и этот удар заставил Гарри вспомнить, что у Малфоя, в отличие от него, палочки больше нет. - Экспеллиармус! – Красный луч, выпущенный в белый топор, скользнул по его ручке вниз.
Малфой не преминул этим воспользоваться и сейчас же замахнулся на плечо Гарри – тот лишь едва-едва успел переключить внимание с палочки на меч и острием отбить удар. «Защищен, зараза. Попробуем по-другому». - Сектумсемпра! – Серый луч, ударившись в грудь Малфоя, не причинил ему вреда. В это время Гарри попытался атаковать сразу и мечом – первая атака тут же сорвалась, удар острия топора по лезвию склонил лезвие к земле. Малфой сделал еще один замах – и Гарри, сразу почуяв ловушку, поднял меч и ударил левее, как раз туда, куда враг сделал поворот лезвия. - Обезъяз! – Это заклинание Принца-полукровки Гарри применил ни к селу ни к городу, но тут же понял, что и обескуражить им врага не удастся.
- Придурок, я защищен! – крикнул Малфой, снова замахиваясь на левое плечо Гарри. В этот раз он сделал небольшой поворотик лезвия, но и это не помогло ему миновать блок.
«Снегг, скотина, защитил его от всех своих. Ладно, попробуем Люпиновы». - Ридикулус! – Гарри представил торчащие из лица Малфоя глаза на стебельках, четыре носа и окружающие их по кругу девять ртов, накрашенных красной помадой. При этом он слишком сконцентрировался на заклинании и забыл о мече – лезвие топора скользнуло по его правой руке. Но Малфой не успел разрубить мантию – почувствовав опасность, тело Гарри призвало его разум к себе, и меч Гриффиндора отвел в сторону удар, едва не перерубив ручку топора в середине. И Гарри с удовольствием отметил, что на ручке топора появилась отметина!
- Свинокрыса!!! – заорал Малфой, выходя из себя. Новый его замах был раза в два сильнее. Гарри не отбил блок, но успел отскочить в сторону.
«И от этого защищен! Ну ладно, посмотрим, наложил ли на тебя Снегг защиту от всех школьных заклинаний, кончая детскими с первого курса!» - Флиппендо!
Рыжий магический удар врезался в лезвие белого топора и чуть качнул его. Конечно, метил Гарри вовсе не в топор. Но то, что Малфой заслонил топором свое лицо, уже было показателем. Впрочем, у Гарри не было времени воспользоваться заклинанием еще раз. Малфой начал атаковать, удар за ударом – шесть или семь однообразных попыток разрубить Гарри живот, семь одинаковых простых блоков…
«Да ведь он же заманивает меня в ловушку!» - подумал Гарри. И через мгновение его мозг наполнился мыслью:
«Но как все это случилось?»
«ЧТО случилось?!» - мысленно крикнул он сам себе. На секунду у него перехватило дыхание, и он мог только наблюдать, как Малфой поднимает острие топора и опускает его – сквозь левое плечо Гарри, сквозь ребра, которые топор резал, как масло, сквозь левое легкое…
А затем пришла боль. Невыносимая боль. В зрачках Гарри потемнело, ноги перестали держать его, но он попытался сообразить… нанести удар, еще не поздно… пока не поздно… уже не успею… все, поздно… простите все, прощайте…
- НЕТ!!!
Этот вопль, наверно, разнесся бы на всю округу, и даже василиски бы услышали его, но изо рта Гарри вырвался лишь слабый хрип… а острие меча потянулось к шее Малфоя… но поздно… руки слабели с каждой секундой… меч не удержать… коснуться бы лишь кончиком…
И кончик острия прорезал мантию Малфоя на животе, вонзившись в плоть. Гарри выпустил рукоять меча из рук… все равно теперь… но мечу Гриффиндора было достаточно и легкой раны. Оказавшись в теле врага, меч сам скользнул вглубь. Острие его пропороло желудок Малфоя спереди и сзади, проткнув белую мантию, вылезло с обратной стороны.
Чудовищный, нечеловеческий крик врага, как ни странно, придал Гарри чуть-чуть сил. Впрочем, так всегда начинается агония… короткие приливы сил, затем упадки… и так до конца… но теперь Гарри начал снова понимать, что, собственно, происходит.
- Скотина!!! – мучаясь от боли и истекая кровью, провыл Малфой. В этот вой он вложил всю свою ненависть, но силы, в отличие от Гарри, его еще не покинули. Волшебная палочка выпала из левой руки Гарри на траву, но он не заметил этого.
Зато заметил, как Малфой, с клинком в животе, выдергивает белое, не тронутое кровью лезвие топора из его собственной плоти… и, обернувшись, заметив подошедшего и покорно смотрящего в глаза хозяину белого единорога… разрубает его шею… жадно, как пиявка, припадает губами к брызнувшей потоком серебристо-мерцающей крови…
И тут силы стали возвращаться к Гарри. Гарри вдруг понял, почему он еще стоит и не падает. Его голову и шею обвили длинные жесткие волосы черной гривы верного Мариуса. Мариус вовремя подошел и подставил бок, и Гарри сейчас опирался своей спиной на него.
- Ма… - Гарри сам не понял, что он попытался сказать: «Мариус» или «мама». Но черный единорог мигом сообразил, что нужно делать. Гарри услышал глухой удар жестким волосом по замку сумки с зельями, а затем почувствовал слабый, но теперь ощутимый запах слез феникса. Прядь волос гривы Мариуса сплелась в косу – так Мариус делал и для того, чтобы понять змеиный язык – но вместо змеиной головы на ее конце появилась присоска. Гарри понял это, когда увидел прилипшую к этой присоске открытую банку с бледно-желтой жидкостью. Банка сама наклонилась, исцеляющее зелье полилось в открытую рану.
И сразу Гарри стало легче. Или это ему лишь показалось? Но рассудок ненадолго вернулся к нему, и он вполне осмысленно крикнул:
- Стой! Куда льешь прямо в рану! Лей сначала по краям! И наклоняй не так сильно, струя тоньше нужна!
Мариус в точности исполнил приказ хозяина. Наклон банки уменьшился, и струйка, тоненькая, как стержень пера для письма, потекла по самому краю наполовину разрубленного туловища Гарри.
И тело начало восстанавливаться, рана начала закрываться. Гарри вспомнил о Малфое – тот, выронив топор, повернулся к Гарри спиной, ниже уровня желудка залитой ярко-красной кровью. Но кровь была неподвижна – уже не текла. И, увидев эту кровь, Гарри вспомнил про другую.
«Так, кажется, говорил Флоренц… Да не кажется, а так он и говорил… Кровь единорога спасет вашу жизнь, даже если вы будете на волоске от смерти… но если вы убьете такое прекрасное и беззащитное существо ради собственного спасения… то с того момента, как его кровь коснется ваших губ, вы будете прокляты…»
«Спасет вашу жизнь…»
- А, так вот ты зачем это сделал… Но просто так ты от меня не уйдешь! Мариус, грива у тебя занята, а рог свободен – выколем ему глаза! Он-то все равно выживет, зараза, но своего хозяина больше… не увидит!
«Сейчас трансгрессирует», - вдруг понял Гарри. – «Пока не поздно…»
- Раз!
И снова длинный черный луч ударил по Малфою – уже не по палочке, а по белой остроконечной шляпе. Черная сила Мариуса прожгла и шляпу, и голову, обуглив череп изнутри и уничтожив напрочь правый глаз врага, так что в прожженной в голове Малфоя дыре показалась чернота защитного покрова с частью матово-серого тела ползающего рядом василиска. Но ожог не стал расширяться – видимо, кровь белого единорога была сильнее.
- Два!
На этот раз Гарри смотрел не на Малфоя, а на Мариуса – и в первый раз он увидел, как из рога черного единорога вырывается черный луч. При этом гриффиндорец был поражен тем, что глаза Мариуса, всегда по-доброму оранжевые, в нападении черным лучом вспыхивают хищным красным блеском – жаждой неприятельской крови.
«А ты чего хотел? Сам сказал – им ужасная смерть… На то он и Мариус…»
- Три!
ХЛОП!
Гарри лишь успел заметить, что в голове Малфоя теперь зияют два отверстия, сквозь которые видно черноту покрова и серую чешую одного из василисков. Как близко этот василиск, он не определил – Драко Малфой исчез.
- А куда же попал Мариус? – вслух спросил Гарри. Никто не ответил ему, но Гарри тут же понял это сам. Почти в трех метрах от его ног на траве, в большой луже серебристой крови, лежало тело мертвого белого единорога, с наполовину разрубленной шеей и почерневшей обуглившейся мордой. От рога не осталось и следа, но череп не сгорел – кровь белого единорога оказалась сильнее и не допустила через себя магию черного. Но единорогу больше и не надо было – он уже умирал от страшной раны, нанесенной топором Малфоя (который теперь валялся рядом, по-прежнему безупречно чистый). «Правильно ты сделал, Мариус. Легкая, быстрая смерть – не пришлось ему долго мучиться.»
«А не я ли когда-то хотел такой смерти сам для себя?»
«На уроке прорицаний, когда меня профессор Трелони достала».
«Какая Трелони? Есть время о ней думать, когда меня только что едва не убили!»
«А в самом деле…»
Гарри перевел взгляд на свою грудь. Кожа заросла полностью, не оставив даже шрама – кровавая рана с видным внутри мясом была теперь не шире мизинца Гарри.
А слез феникса в банке оставалось… да не так уж и мало! Гарри вдруг наполнила радость, как от спетой прежде боевой песни. Но он тут же подавил эмоции – снова требовался расчет.
- Мариус, а теперь наоборот – вылей побольше внутрь, чтобы восстановились внутренние органы!
Банка наклонилась сильнее. Через десять секунд Гарри почувствовал, что уровень бледно-желтой жидкости в банке заметно понизился, но поврежденные при ранении органы заработали с новой силой и полностью срослись.
- Мариус, хватит! Дай банку мне.
Коса с присоской вложила банку в раскрытую правую ладонь Гарри. Тот крепко схватил ее пальцами и смочил в бледно-желтой жидкости кончик указательного пальца левой руки. Смазав им то, что осталось от раны, Гарри с полным… «ну как это назвать? самодовольством, что ли?» две секунды наблюдал, как рана затягивается сама собой, не оставляя никаких следов на чистой коже.
- А теперь… банку – в сумку… - Гарри услышал, как расстегнулась «молния» на сумке с зельями, и, хотя он к ней спиной стоял, сумка легко приняла в себя открытую банку, для чего той понадобилось сделать достойный кенгуру скачок из раскрытой ладони через его голову. – А меч и палочка…
И тут Гарри услышал громкое ржание Мариуса. Оно не выражало никаких эмоций, кроме «обрати на меня внимание». Гарри развернулся к верному единорогу… и увидел и покрытый кровью Малфоя меч Гриффиндора, и свою волшебную палочку – оба предмета прилипли, словно к магниту, к правому боку Мариуса. Умением притягивать предметы черный единорог обладал превосходно и, конечно же, воспользовался им, чтобы хозяину не пришлось искать свое оружие в густой траве на земле. Топор Малфоя он подбирать не стал.
- Умница, Мариус, - сказал Гарри, погладив черную гриву. – Хоть я от тебя такого и не ожидал, но – так держать!
Левой рукой Гарри взял палочку, правой – меч. Палочку он навел сперва на меч и заклинанием «Экскуро!» очистил его от вражеской крови. Кровавое пятно, которое меч оставил на боку Мариуса, тут же стекло с его черной шерсти на траву, оставив шерсть гладкой и чистой. - Репаро! – Разорванная топором мантия Гарри полностью восстановила изначальную форму. – Экскуро! – Полы мантии очистились от крови.
- Вот и все… «Нет, не все», - тут же мысленно перебил себя Гарри и перевел взгляд на лежащего рядом мертвого белого единорога и валяющийся около поразивший его белый топор.
- Никому больше не удастся взять тебя в руки и совершить убийство, - громко сказал Гарри и навел палочку на топор. – Эванеско!
Ничего не произошло.
- Ну, если на тебя наложили какие-то там заклятия… я их снимаю. Фините Инкантатем!
И вмиг ложная белизна топора пропала – лезвие приняло обычный цвет серой стали, а ручка оказалась темно-бурой, как и полагалось простой деревянной ручке. Сомнений не было – этот самый топор висел когда-то на поясе у Пожирателя Смерти Макнейра.
- А теперь… Эванеско!
Заклинание Гарри не было заметно глазу, но и Гарри, и Мариус увидели его результат – оставив чуть примятую траву под собой, топор исчез бесследно. - Эванеско! – воскликнул Гарри, применяя это заклинание теперь на мертвое тело единорога. Ничего не случилось. «Или это работает только на предметы, а на живых существ, даже если они мертвые, - нет?» - Ну, тогда… Инаниматус Коньюрус! – И тело мертвого единорога растворилось в воздухе, оставив лишь огромную лужу серебристой крови. - Эванеско! – Кровь пропала – теперь ни одной частицы белого единорога не достанется василискам. «Вот и хорошо… Не достанется василискам… А, кстати, василиски – они-то где?»
И тотчас же Гарри увидел ответ на свой вопрос. Один из василисков, решив действовать наобум, быстро-быстро полз прямо к месту поединка. Его матово-серая морда с круглыми глазами и клыкастой пастью с каждой секундой приближалась на десять метров. Вот-вот она выйдет из-под покрова…
- Мариус, облако! Сплошное!
И свет ночного неба исчез, как минуту назад кровь единорога с земли. Спина Мариуса снова стала казаться белой. Но что-то все же изменилось. Маленький проблеск света виднелся в черном покрове. Источник его находился в сумке. - Стой! Стой!
Василиск замедлил ход, заметив свет, но… не остановился. Гарри тут же понял, в чем дело.
- Мариус, звукопроницаемый покров!
И, не дожидаясь согласия единорога, Гарри снова взобрался на его спину. - Стой!
Василиск остановился. Другие же василиски, заметив слабый свет (в покрове он наверняка был им виден за километр), напротив, быстро поползли к нему. - Стойте все! Стойте на месте! – закричал Гарри. - Где ты? – вдруг спросил один из василисков. - Я там, где свет. Все идите к свету, но не приближайтесь к нему более чем на длину трех василисков! «Едва ли они знают, сколько это – шестьдесят метров…» - Братья, к свету! – зашипел этот же василиск. И все они, окружив Гарри и Мариуса кольцом, повернули морды к далекому свету. - Сколько вас здесь? – спросил Гарри. - Нас двадцать. Нам было приказано убить тебя, Поттер, но сейчас мы в твоей власти. И ты обещал помочь нам выжить.
«В самом деле… ведь я им это обещал…» - подумал Гарри и перевел взгляд на свою правую руку. Вырезанная на ней надпись «Я не должен лгать» слегка светилась в покрове теплым серым светом. - Хорошо, я вам помогу. - А где слуга Темного Лорда, который привел нас сюда? - Я обещал помочь выжить вам, но не ему. Я не слуга Темного Лорда, в отличие от Малфоя… - Его зовут Малфой? - Драко Малфой его зовут. И он – первый среди моих врагов, моих и Мариусовых. Мариус – мой единорог, тот, на котором я сейчас сижу. Малфой побежден мной в поединке и тяжело ранен, но он еще жив и сейчас трансгрессировал к Реддлу – так по-настоящему зовут Темного Лорда. - Что с ним будет потом? – Гарри обратил внимание на то, что этот вопрос все василиски задали хором. - Может быть, Реддл его вылечит… может быть, вставит ему новые глаза… но едва ли Малфой сможет ему рассказать про нашу встречу после того, как я продырявил ему оба мозговых полушария. Реддл владеет легилименцией, но убийца Снегг говорил мне, что «мозг человека – сложный и многослойный орган», и я не думаю, что настолько поврежденный мозг способен предоставить толковую информацию. - Как ты поможешь нам выжить? – Было видно, что василискам совершенно не интересен разговор о легилименции. - Подождите, дайте подумать… - У нас нет времени ждать.
«И в самом деле… Если Реддл хоть что-нибудь узнает от Малфоя, то он немедленно пришлет сюда не одну сотню Пожирателей. Думать надо быстрее». - А что вы сами думаете? Где, как говорил этот недоумок Малфой, ваша змеиная мудрость? - Мы выживем, если будем в безопасном для себя месте.
«А ведь из них получилась бы неплохая армия…», - возникла случайная мысль. – «Я, Мариус и двадцать василисков со смертельным взглядом, ядовитыми клыками и двумя десятками смертоносных хвостов… А кормить я чем их буду? Где я столько мяса им найду? И что я – Реддл, Темный Лорд, чтобы заставлять служить себе монстров наподобие василисков? И разве они так будут в безопасности? Ведь Малфой не погиб от их взгляда, а он был без покрова – значит, Реддл умеет ставить защиту от взгляда василисков. Первый отряд мы так уничтожим, а второй уже будет защищен и раздавит их, как червяков. Нет, это не для меня. А куда их тогда девать?»
И тут ему вспомнилась строчка из одной старинной книги о Темных Искусствах:
«Возвращайтесь во тьму, из которой пришли…» - Василиски! - Что прикажешь, повелитель? - Не называйте меня повелителем! Я ваш друг, а не повелитель. - Ты – змееуст. Ты обладаешь властью над нами, и мы обязаны исполнить любой твой приказ. Если бы ты не говорил на нашем языке, мы бы давно убили тебя и съели. Но ты заговорил с нами и, более того, дал нам надежду… - Не убили бы! – вдруг вмешался другой василиск. - – И не съели! Ведь это тот самый Поттер, который убил нашего брата в Тайной Комнате Хогвартса – убил этим мечом, который, как нам говорил слуга Темного Лорда, он сейчас держит в руке. - Я действительно его держу, – сказал Гарри. - Но против вас применять не собираюсь. А ваш брат в Тайной Комнате пытался меня убить – я лишь защищался от него этим мечом… - Он пытался тебя убить, но он пытался тебя спасти. - ЧТО?! - Он был под властью змееуста, того, что называл себя Темным Лордом, хотя настоящий Темный Лорд сейчас в черной крепости, а тот погиб. Но он не хотел твоей гибели – он знал, что может пожертвовать собой, чтобы ты после мог спасти двадцать его братьев… - Он меня укусил! И так, что я едва не остался там лежать навечно… - Это приказал ему тот змееуст. Никто из нас не может ослушаться такого приказа. Но змееуст не приказывал ему остаться в живых – и наш брат подцепил хвостом предмет, который прислал тебе хозяин Хогвартса с птицей, бросив его прямо тебе в руки. Он знал, что в этом предмете его погибель – и твой шанс выжить, несмотря на приказ змееуста. Еще одного укуса, причем без этого меча, ты бы не пережил, а вышло наоборот – не пережил он. - А если бы я приказал что-нибудь вашему брату? - Мы знаем, что из этого не вышло бы толку. Тот змееуст был сильнее. - Так неужели он ваш родной брат? - Все василиски друг другу братья. – «Вот людям бы так…» – А теперь скажи нам, как спасти наш отряд – ты обещал нам это, а времени мало…
«А в самом деле, пока мы тут болтали, Реддл мог бы сто раз выслать сюда подкрепление. А я-то чего об этом забыл? А Мариус? Хотя да, откуда Мариусу знать? Он же не чувствует никакой видимой опасности! Но почему же Реддл не принял никаких мер? Не время об этом думать – пора!» - Василиски, откуда вы пришли? - Из черной крепости на маленьком островке.
Гарри вспомнился Азкабан – «крепость в море на маленьком островке» - но он отогнал от себя эту мысль. Крепость могла быть какой угодно. - Нет, мне нужно знать – откуда вы родом? Где вы родились? - В густых лесах, которые Темный Лорд называл Индией. - Ага, понятно, вы из Индии! «А в Индии сейчас небезопасно – не зря министр объявил, что королевская семья и премьер эмигрировали туда, там и охота на них пойдет. Правда, в Индии свои мракоборцы, да еще… Пожиратели Смерти ведь обыскивать города, а не леса будут. Наверное, можно их… туда».
Василиски молчали.
«Но КАК?»
«Трансгрессировать? При всей силе трансгрессии, и моей, и Мариуса, нам не перетащить рядом с собой даже одно такое чудовище. Истратить на это третье желание Мариуса? Нельзя, иначе ему тоже придется меня покинуть. А если через портал? Но я их никогда не делал… И Люпин еще однажды сказал: «Если мы самовольно соорудим портал, это будет стоить нам не только наших жизней…» Стоп, а чего еще? Репутации, наверное – Министерство тогда требовало на все порталы «официальное разрешение». А теперь, наверно, этого не нужно… Но как же я его сделаю, если я знаю только слова заклинания. И я не знаю даже, куда… Ой, свинки-кабанчики, да с этого и надо было начинать…»
«А как я это узнаю, если я Индию не видел?»
«Они видели место».
«А как я в их память попаду?»
«Память! Вот что мне нужно…» - Иди ко мне, – велел Гарри ближайшему василиску. Тот подполз чуть ли не к самой спине Мариуса – Гарри догадался застегнуть сумку, и слабое свечение внутри нее стало незаметным. - Мордой ко мне… вот сюда… ближе… на мой голос… держи морду в таком положении. А теперь представь себе лес, в котором ты родился.
- Я его не помню. Я тогда только вылупился из яйца.
- Ну, представь себе лес, в котором ты жил.
- Там много мест, и я не знаю, какое тебе нужно.
- Хорошо. Тогда представь себе место, где ты впервые увидел Реддла – по-вашему, Темного Лорда – и подумай о нем, подержи его в голове.
- Слушаюсь.
Гарри приложил кончик волшебной палочки к матово-серой голове василиска и вынул оттуда что-то расплывчато-черное – очевидно, так выглядела в покрове нить мысли. И, вложив ее в свою голову, он ясно и четко увидел темную ночь с полной луной и густые заросли индийского тропического леса. Невероятно красивое зрелище… но любоваться им не время.
- Мариус! – После долгого разговора на змеином языке обычный разговор вдруг показался Гарри чем-то неестественным. – Что ты думаешь об идее создать портал в Индию?
Мариус кивнул. Гарри воспринял это как согласие, хотя едва ли черный единорог был знаком с порталами.
- А вот как мы это сделаем? И ведь соображать надо быстрее, а то Реддл сейчас сюда еще кого-нибудь пришлет… Хотя что-то он долго думает… или засада уже готова… Нужно сделать так, чтобы василиски меня не увидели… и я их не увидел… но нужно соединить их как-то вместе, чтобы создать портал… А в облаке они вообще ничего не видят, не увидят и портала… А стоит мне слезть со спины Мариуса, и меня сразу ждет оцепенение… Правда, у меня есть мандрагоровое зелье, но Мариус не знает, как оно действует и в какой оно банке… Ладно, сейчас их соберем, а потом подумаем. – Ползи налево! – велел Гарри одному из василисков и тот молча выполнил приказ. - Пока не коснешься чешуи брата. А потом встаньте оба бок о бок и соедините концы хвостов.
К его удивлению, василиск быстро и легко выполнил его команду. Затем, понимая, что сейчас каждая секунда дорога, Гарри начал поспешно перемещать и других василисков – и вскоре все они расположились, вытянувшись в двадцать параллельных линий, морда к морде, чешуя к чешуе, хвост к хвосту. Затем Гарри велел всем соединить концы хвостов – и для этого василискам пришлось раздвинуть морды едва ли не на полукруг. – Стойте на месте! – приказал Гарри. – Мариус, развернись!
Мариус, переступив по серебристо-серой траве белыми копытами (как казалось в покрове), повернулся к василискам хвостом.
- А что это у меня там светится? – оказавшись спиной к чудовищем, спросил сам себя Гарри. – Сумка, откройся!
Из открывшейся сумки снова возникло слабое свечение. Гарри заглянул в нее – и увидел, что светятся оставшиеся в открытой первой банке бледно-желтые слезы феникса. Не в силах удержаться, Гарри отыскал в сумке крышку с номером 1 и закрутил ее – свечение пропало. С приказом «Откройся!» крышка открутилась сама, и свечение возобновилось.
- Идея! – воскликнул Гарри, но тут же сам себя остановил: - Не очень-то умная идея… Но мне все-таки придется им довериться. Они ведь уже поняли, что я хочу их спасти. Правда, для этого придется еще немного ими покомандовать… - Василиски! Вы слышите меня?
- Мы слышим тебя, но зачем ты отвернулся?
- Я придумал, как вас спасти! – Правая кисть руки Гарри слегка зачесалась. – То есть, я кое-что придумал… А теперь послушайте меня. – Вынув банку со слезами феникса, Гарри поставил ее перед собой, на спину Мариуса, где она тотчас же прилипла к черной шерсти, и, не оглядываясь назад, слез с его спины. – Мариус, не оглядывайся, стой на месте! – Душу Гарри наполнил страх, вдруг захотелось закричать «Стой на месте, пожалуйста!» Но Гарри и на этот раз справился с собой. – Сейчас я пойду к вам с закрытыми глазами, а вы будете мне говорить, где вы, но морды и хвосты оставьте в том же положении, в каком они у вас сейчас. Так вы меня доведете до ваших хвостов. А сами смотрите на свет – в этом свете вы увидите меня. Мариус, подойди к ним поближе – задом, не оглядываясь. Так, чтобы они тебя и банку со светом на спине увидели.
Мариус попятился назад – Гарри сперва последовал за ним спиной вперед, затем отстал и, закрыв глаза, развернулся. Руки, с палочкой и мечом Гриффиндора, он вытянул перед собой и быстрым шагом двинулся к монстрам. – Левее… Еще левее… – зашипели василиски. И Гарри продолжил движение, повернувшись чуть-чуть влево. Затем ему пришлось еще раза два повернуть налево, один раз направо, при этом он несколько раз повторил: «Смотрите на свет! Только на свет!» Наконец василиски сказали ему: - Ты уже за нами. Мы тебя уже не видим. Открывай глаза, смотри вперед.
«Придется поверить… раз я уже начал, а времени нет. Но если… я открою глаза, и прямо в их морды? Если в ловушку заманили? Если они исполнят так приказ Реддла? Нет, не должны. Разве Реддл обещал им помочь выжить? Он погнал их в бой, как палочное мясо! А если так – чего я жду?»
Гарри открыл глаза. Перед ним была черная пустота. Он чуть-чуть скосил глаза вниз – и заметил серебристые листья травы, взглянул чуть правее – и заметил матово-серую чешую. Еще через несколько мгновений Гарри определил, что чешуя метров через пятнадцать начинает сужаться, сорвался с места и побежал в этом направлении. Вскоре он достиг аккуратно сложенных в пучок василисичьих хвостов. – Что теперь?
- Стойте на месте! Не двигайтесь!
«Что же будет моим порталом? У меня нет ничего, кроме мантии, палочки, меча… это все нужно мне самому… Да что я, дура, что ли? Вот же они, порталы, под ногами растут! Зачем меня Макгонагалл трансфигурации учила?»
Несложными заклинаниями Гарри вырвал из земли около трех десятков серебристых стеблей, каждый превратил в кусок гибкой веревки и, потратив на это еще около пяти минут, связал все концы узлами, и перед ним легла веревка длиной не меньше семи метров.
- А теперь… - Он навел палочку на веревку и подумал: «Создаю портал, ведущий в это место (тут он представил себе те самые ночные джунгли), действующий с временным ограничением в одну минуту. Почему в одну минуту? Да пусть будет в одну минуту. Неважно. Нефиг отвлекаться. В одну минуту. Тут сконцентрироваться надо.». Слова «создаю портал» соединились в его уме с образом ночных джунглей, и, раньше, чем хотел сам Гарри, из его рта вырвалось заклинание: – Портус!
И на мгновение веревка словно окуталась черным дымом – видимо, таким под покровом было голубоватое портальное сияние. Затем стала прежней.
«Быстрее… Пока не кончилась минута…» Гарри нагнулся, схватил веревку и быстро обвязал ее вокруг всего двадцатихвостного пучка. Веревка получилась длиннее, чем нужно, и из-за этого последний узел никак не хотел завязываться. Наконец, плюнув на него (точнее – в траву), Гарри связал заклинанием концы веревки и скомандовал: «Всем коснуться веревки хвостами!» И уже секунд через десять… веревка исчезла. Вместе с двадцатью василисками.
- Получилось! – закричал Гарри. И тут же услышал стук копыт едва ли не галопом скачущего к нему Мариуса. Оказавшись рядом с хозяином, черный единорог… нет, не выразил взглядом никакой радости. Но из его рога вырвалось крошечное облачко серого тумана, которое приняло в воздухе форму волшебника в мантии и шляпе верхом на единороге… через секунду исчезнувшего в искрах.
- Чего ты хочешь, Мариус? – спросил Гарри. – Трансгрессировать, что ли? Но куда?
Из рога вылетело новое облачко – оно приняло форму василиска.
- За ними вслед? Ну ладно, давай. – Гарри снова сел на Мариуса верхом и приготовился трансгрессировать, представив себе образ индийских джунглей. Мариус, по-видимому, тоже как-то увидел этот образ, потому что Гарри не пришлось прикасаться к нему рукой. Один хлопок…
И оба, единорог и его всадник, оказались в тех самых джунглях, где Волан-де-Морт впервые встретил отряд василисков и подчинил их своей власти.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
* * *
Густые заросли под покровом выглядели совершенно по-другому. Как и трава Англии, они были серебристо-серыми, но совсем другого оттенка. Луны в небесах видно не было. И в голове Гарри возникли, одна за другой, три мысли:
«Жарко здесь, конечно, не по-детски».
«А ведь когда мы сейчас трансгрессировали, я никакой боли не почувствовал! Неужели Мариус?»
«А василиски-то где?» - Ты сделал верно, что последовал за нами.
Обернувшись на голос, Гарри увидел весь отряд василисков – все они стояли, повернувшись к нему мордами. Хвосты их уже освободились от веревки. - Почему? – спросил Гарри. - Ты спас наши жизни. Ты выполнил обещание, ты помог нам выжить. Чем мы можем помочь тебе?
- Вы хотите что-то сделать для меня в знак благодарности? – Гарри сильно удивился, но мгновенно решил воспользоваться ситуацией. – Тогда ответьте на мой вопрос.
- Если мы знаем ответ, мы скажем тебе его.
«Может быть, через них мне удастся получить первый ключ к крестражам. Только к каким крестражам? Василиски знать не знают о крестражах, им неизвестно, где спрятаны и настоящий медальон Слизерина, и чаша Пуффендуев, и неведомый третий крестраж… но вот Нагайна, змея, которая неразлучна с Реддлом! Ведь они наверняка ее видели! Другое дело – у него сейчас может быть не одна змея…». - Скажите, василиски… Вы видели змею Темного Лорда, которую он зовет «Нагайна»?
- У него нет такой змеи. Рядом с ним вообще нет змей. Есть человек-змея.
- Человек-змея?! Это как?!
- Он человек, но в то же время он змея. Темный Лорд знает больше, а мы встречались с человеком-змеей только один раз.
- Как он выглядит?
- Мы не отличаем по лицу людей. А лицо змеи… – и тут все двадцать василисков хором описали черную морду Нагайны. - И они с Темным Лордом неразлучны?
- Да, они почти все время вместе – мы это знаем от слуг Темного Лорда.
- Так вот чем вы можете отблагодарить меня, василиски. Помогите мне найти человека-змею. Не уничтожив его, я не смогу уничтожить Темного Лорда. Конечно, если вы можете… допустим, вашей змеиной мудростью.
- Тут не змеиная мудрость нужна… а кровь.
- Кровь? Вам нужна моя кровь?
- Нет. Это тебе нужна его кровь.
- Кровь человека-змеи? Я это знаю и без вас, что мне придется пролить его кровь…
- Не проливай ее, а собери.
- В смысле? Что вы хотите мне этим сказать?
- Слушай меня, – зашипел один из василисков, придвинувшись к Гарри. Только тут Гарри обратил внимание на то, что банка со слезами феникса больше не стоит на спине Мариуса. Открыв сумку с зельями, он обнаружил эту банку на своем месте и уже закрытую крышкой с номером 1. - Когда Темный Лорд и человек-змея провожали нас со слугой Малфоем, то человек-змея дал каждому из нас капельку собственной крови. Он сказал, что это принесет нам удачу. И оказался прав – мы все выжили и вернулись на родину. Благодаря тебе, конечно – но и ему тоже.
- И что теперь?
- Коснись меня острием твоего меча, нанеси легкую рану – я выведу из себя эту капельку. Вложи ее в сосуд с чистой водой – и она укажет тебе направление, в котором следует искать человека-змею.
- Каким образом?
- Она примет форму стрелки. Мы – волшебные существа, и сделать подобное я в силах.
- Согласен. Только сперва я сосуд найду. – «А в самом деле, куда? В банку с чистой водой – нельзя, а остальные все заняты зельями…» Открыв баночку с зельями, он попытался определить, каким зельем придется пожертвовать. И тут в глаза ему бросилась банка… с виду с чистой водой, но с бурым камешком, плавающим на дне. Банка под номером 2.
«Безоаровый камень… И его настойка… Вот если настойку вылить, а камень переложить… В сумку с зельями, во второе отделение…»
- Откройся! Дай камень! – велел Гарри банке, и крышка, а вслед за ней и камень, оказались у него в руках.
Прямо со спины Мариуса Гарри выплеснул безоаровую настойку на землю, подумав: «Хагрид говорил – пригодится на много народу… но ведь я-то один, и мне хватит камня…» Камень он положил туда, где лежал список зелий, а банку очистил от оставшихся капель настойки заклинанием Экскуро. После этого Гарри наполнил ее до половины чистой водой из большой банки и подъехал ближе к боку василиска. - Подведи капельку крови вот к этому месту, – велел Гарри и чуть мазнул острием меча Гриффиндора по боку василиска. Меч рванулся вглубь, но Гарри удержал его с криком «Вернись!» Из небольшой ранки показалась кровь, и Гарри подставил банку. – Убери сосуд после первой капли!
Гарри послушался, и, когда первая капелька крови соскользнула в банку, он немедленно убрал сосуд, а затем легким исцеляющим заклинанием закрыл ранку.
И тут же замер на месте. Серовато-белая кровяная капелька на поверхности воды сложилась в тоненькую стрелочку, которая указывала ему за спину. - Он у меня за спиной?
- Нет, это кратчайшее до него расстояние.
- Очень хорошо. Благодарю вас. И последнее, что я вам скажу – уходите. И не попадайтесь больше всяким там Темным Лордам. Вы свободны! Прощайте!
- Прощай, Поттер! – хором прошипели все двадцать василисков и один за другим уползли в джунгли.
Едва матово-серый хвост последнего василиска скрылся в зарослях индийского кустарника, Гарри велел Мариусу снять покров. Но и без покрова он, открыв глаза, не узнал указанные василиском джунгли. Серебристо-серые заросли оказались зелеными и ярко освещенными вместо луны жарким индийским солнцем. Это зрелище очень понравилось Гарри, и он постарался запомнить его во всех подробностях. «Вдруг когда-нибудь придется еще раз сюда трансгрессировать!»
«Ну, а теперь же что?»
- Мариус, трансгрессируем обратно! – сказал Гарри. «А куда - обратно? В какое место?» - подумал он. – «Я же абсолютно не запомнил то место, где мы наткнулись на этот отряд…»
ХЛОП!
«А Мариус запомнил…» - мысленно обрадовался Гарри, когда они оказались посреди знакомой равнины. И снова погладил верного единорога по голове меж ушей. – Молодчина, Мариус.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
* * *
- Покров! – сказал Гарри, и темно-синее небо безлунной английской ночи сменилось прежней чернотой, которая не отделяла ночь от дня.
- И что теперь? Куда теперь? – повторил Гарри собственную фразу. Взглянув на банку с красной (которая по-прежнему оставалась в покрове серовато-белой) кровяной стрелочкой, гриффиндорец обнаружил, что указывает она направление под прямым углом к линии спины Мариуса направо.
- Едем туда? А что нам это даст? Прямо к Реддлу и его человеку-змее. Реддл будет защищать его всеми силами, а я не смогу одолеть его, пока не будут уничтожены ВСЕ крестражи. Первый ключ к месту крестража у нас есть, но этот крестраж должен быть уничтожен последним… хм… если получится. А сперва... – здесь всадник обратился к сумке, - возьми указатель, закрой его крышкой под номером 2 и дай «Феликс Фелицис»!
Через два мгновения в руках Гарри уже была банка с золотым (в покрове мало чем отличающимся от кроваво-красного) зельем, и, смочив в этом зелье палец, он слизал с него приносящую удачу жидкость. С виду не произошло ничего, но Гарри сразу понял, в чем дело, и велел Мариусу снять покров вокруг собственной мантии до самого верха так, чтобы был виден свет. И в этом свете Гарри увидел новую золотую стрелочку – она указывала совсем другое направление, вперед с поворотом на небольшой угол налево.
- Туда, Мариус. Сплошной покров. Звуконепроницаемый, - сказал Гарри, указывая товарищу новое направление.
И Мариус понесся в указанную сторону, намного быстрее, чем двигался раньше, когда вез своего хозяина к месту поединка с Малфоем. Гарри казалось, что единорог как-то чувствует, что к отряду Волан-де-Морта, посланному «найти и уничтожить Поттера», они могли доехать и не особо спеша, а по направлению новой стрелки им надо успеть как можно раньше.
Так наступило и прошло утро, прошел день, вечер, сумерки – в покрове все это время была одна и та же чернота – и только около полуночи Мариус начал медленно замедлять движение. Впрочем, часов в шесть вечера им пришлось сделать одну остановку – Гарри понадобилось принять новую порцию «Пентасенсис Максимус» (на этот раз он выпил довольно мало, чувствуя, что зелье пригодится очень скоро, но не на слишком длительное время) и сделать то, что приходилось делать после каждого приема этого зелья. Ни есть, ни пить воды, ни отдыхать ни единорогу, ни его всаднику не хотелось.
А когда Мариус начал замедлять движение, Гарри немедленно заметил причину этого. Впереди маленькой точкой виднелось какое-то явно волшебное строение, едва различимое среди окружающих его густых лесов, в которых они с Мариусом оказались, покинув равнину. Крыша его была такой же матово-серой, как чешуя василисков, а стены – такими же черно-расплывчатыми, как силуэт Малфоя.
- Мариус, сними покров. Если Реддл уже узнал, что потерял двадцать василисков, то новых присылать не будет, а попробует напасть на нас чем-нибудь другим – что, возможно, в покрове опаснее, чем без него. Если же он еще не узнал… тогда нам и скрываться незачем, потому что за нами слежка не идет.
Мариус снял покров. Гарри взглянул на часы – без покрова разглядеть по ним время можно было только под заклинанием Люмос – и увидел, что до полуночи осталось десять минут. Мариус, переходя на шаг, приближался к загадочному строению – скоро Гарри, под влиянием «Пентасенсис Максимус», заметил его целиком. Это был вполне обычный для волшебника трехэтажный белый домик круглой формы и с зеленой черепичной крышей, углы которой загибались вверх, в японском стиле. Зеленое, увитое виноградом изящное крыльцо расположилось с правой его стороны.
Мариус шел шагом, по-прежнему замедляя движение. Наконец он и вовсе остановился, не желая подходить к белому домику слишком близко. Впрочем, Гарри и так все видел, так же ясно, как если бы он стоял прямо на этом крыльце.
Пять минут черный единорог стоял на месте и ждал, не сводя темно-оранжевых глаз с крыльца. Туда же смотрели, не отрываясь, зеленые глаза его всадника.
А затем послышались тихие хлопки трансгрессии. Они были бы намного громче, ели бы их не приглушала неведомая магия. И на выложенной белыми шестиугольными плитками садовой дорожке перед крыльцом начали появляться люди в черных плащах с накинутыми капюшонами и в надетых на лица масках. Все они сжимали в правой руке волшебные палочки, в левой – магловские автоматы.
И Гарри сразу вспомнились рассказы Хагрида.
Никто из Пожирателей Смерти не смотрел в сторону Гарри. Может быть, они бы и не разглядели его с почти километрового расстояния за деревьями. Но колдуны не сводили глаз с крыльца. Хотя некоторые из них задирали головы, всматриваясь в темные окна домика.
«А там что, никого нет?» - подумал Гарри. – «Ни в одном окне нет света…»
Гарри посмотрел на часы – оставалось лишь несколько секунд до полуночи. Пять… четыре… три… две… одна… - МОРСМОРДРЕ!
Один из колдунов, голос которого Гарри вроде бы слышал и в Отделе Тайн Министерства Магии, и на кладбище в ночь возрождения Волан-де-Морта, и где-то.. где-то еще раньше… ну, где? неважно… выкрикнул хорошо известное гриффиндорцу заклинание, запускающее Черную Метку. И Метка – череп с выползающей из его рта змеей - повисла в воздухе, прямо над зеленой островерхой крышей домика, чуть-чуть не задевая змеей-языком ее макушки.
И в окне второго этажа, над крыльцом, загорелся свет. «Неужели крик разбудил хозяев?» - подумал Гарри. – «Наверно, это Реддл послал туда этих… Их так много, десятка два… Хозяева с ними не справятся… Пора действовать!» Он поднял меч Гриффиндора и свою волшебную палочку и громко крикнул:
- Мариус, вперед!
Пожиратели Смерти не услышали этого крика. Но и Мариус почему-то не сдвинулся с места.
- Мариус! – Гарри перевел взгляд с крыльца домика на голову черного единорога. – Ты что, не слышал?! Вперед!!!
И тут… Мариус мотнул головой из стороны в сторону. Впервые на памяти Гарри его верный товарищ отказывался его слушаться.
- Ты что, боишься?
Мариус повторил то же движение.
- Тогда вперед!
И снова «Нет».
- Но ведь там Пожиратели Смерти!
Мариус кивнул головой. «Да».
- Они – слуги Реддла! Они – наши враги! Нужно напасть на них, пока они не убили хозяев этого дома!
«Нет».
- Но ведь мы должны спасти тех, кто там живет!
«Нет».
- Да ведь они Черную Метку запустили…
«Да».
- …чтобы убийство в этом доме совершить!
«Нет».
- Что значит – нет?!
И тут Гарри вспомнилась еще одна надпись на надгробном камне: Он – очень умное животное, и ты вполне можешь доверять ему, когда он показывает головой «да» или «нет». Если только сам не знаешь больше него. Но уж если он не послушается тебя, тогда положись на него – это значит, он знает, как можно достичь лучшего результата.
- Мариус, так ты можешь придумать что-то лучше? И что же?
И сразу все вокруг почернело, плащи Пожирателей Смерти, входящих уже в дом, стали молочно-белыми, стволы деревьев вокруг – серебристыми… А из рога Мариуса выплыла стрелочка, огибающая дом и ведущая за его левую сторону.
- Туда? – заговорил Гарри шепотом, хотя он знал, что в защитном облаке его и так никто не услышит. - Хорошо. Быть по-твоему. А облако… какой оно длины?
Мариус ничего не ответил, но начал быстрым шагом продвигаться между деревьями к белому домику. «А как он мне скажет, какой оно длины? Он и системы мер-то нашей не знает…»
- Нет, Мариус, я это спросил для того, чтобы тебе сказать, что слишком большое облако быть не должно. Увидят, что темная туча на дом идет – будут волноваться, может быть, к Реддлу за «Пентасенсис Максимус» побегут. Чтобы увидеть, кто там и, если свой, почему не входит. Пусть облако скрывает тебя и меня – и вокруг нас радиус не больше, чем полметра.
Мариус кивнул.
Они обошли белый дом и со стороны, противоположной крыльцу, начали приближаться к нему. Впрочем, Гарри это понимал только по приближающейся крыше и чему-то матово-серому на стенах, остальное в покрове оставалось практически невидимым.
- Нет, Мариус, так не годится, - снова шепнул Гарри. – Под покровом я ничего не увижу. Сделай так, чтобы облако скрывало мое лицо, но открывало глаза.
«Нет».
- Ах да, тупая идея… Зеленые глаза на фоне черной тучи… Впрочем, радужку глаза им видеть незачем, а вот зрачки хотя бы ты мне открой. Покров черный, зрачки черные – они не разберутся.
И лес вокруг мгновенно стал обычным, то же самое случилось и с небом. А вот дом остался таким же, каким он был под покровом – с матово-серой крышей, черными расплывчатыми стенами…
- Мариус, что это значит?! Ах да, сам понял… Их покров! Они сами применили такое же защитное облако, как у нас, чтобы скрыть то, что в этом доме будет. Для мракоборцев, если они тут появятся, дом будет просто окутан черной тучей, а над ним будет Черная Метка висеть. Наверняка собрались тут не для быстрого убийства. И не для быстрого похищения. Пришли надолго.
Выйдя из леса на окружающую дом поляну, Мариус замедлил движение и приблизился к трем расположенным друг над другом окнам. Все три белели в защитном облаке, но, когда Мариус подошел к самой стене, белизна одного из них, самого верхнего, пропала. «Это что значит? Там зажегся свет?»
- Ну, а теперь же что?
И тут грива Мариуса снова сплелась в косу. Теперь уже не одной прядью, а минимум десятью – коса эта была намного толще. Она поднялась над головой Мариуса и на глазах Гарри начала удлиняться, расти, пока не оказалась на уровне подоконника окна третьего этажа. Подоконники были матово-серыми, как и крыша (что означало такой же зеленый цвет их в реальности). И у каждого подоконника два острых угла, как и у крыши, в японском стиле загибались вверх. Грива-веревка зацепилась за один из этих углов, затем, раздвоившись – за второй, и закрепленные на острых углах петли срослись с ней, как единое целое. По всей веревке тут же выросли более тонкие, но прочные петли, для того, чтобы в них можно было ставить руки и ноги. А из рога вылетела новая серая стрелочка – указывала она вверх, в направлении окна.
- Понял, Мариус. Молодец. Теперь слушай: малейшая опасность снизу – меня сразу вниз.
«Да».
- И поддержи меня там наверху.
«Да».
- Ну, я пошел. В смысле – полез.
Меч Гриффиндора Гарри оставил на спине Мариуса, палочку сунул в карман, чтобы руки остались свободными. После чего осторожно перелез на голову единорога и, цепляясь за петли, очень удобно и достаточно часто расположенные, полез вверх.
Оказавшись на уровне подоконника, он увидел странные белые фигуры, перемещающиеся в черноте. Но стоило ему просунуть голову сквозь чужой покров и в покрове Мариуса прижать лицо к оконному стеклу, как все вернулось на свои места – Гарри даже пришлось несколько раз зажмуриться, потому что в глаза ему ударил яркий свет минимум тридцати свечей. А затем он увидел ярко освещенную комнату, полную одетого в черные плащи народа, и с помощью «Пентасенсис Максимус» услышал их речь сквозь оконное стекло так ясно, как будто сам стоял внутри. В ту же секунду все его тело ниже пояса крепко, но удобно обхватила мягкая шерсть Мариуса. Ее черная сила держала его со всех сторон, надежно защищая от падения. И Гарри, не заметив в этой комнате никого знакомого, начал вслушиваться в речь черных магов, пытаясь разобрать слова.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
Молодец! Просто класс!!! Иногда даже забываешся, и кажется какбудто Роулинг читаешь. Тебе надо свою собственную книгу начать писат(только конечно 7-ю часть ГП незабуь дописать), глядишь мировым бестцеллером станет.
Спасибо за критику. Я не против таких сообщений и не обижаюсь на них, но и отвечать на них не буду. А буду продолжать - до самого конца.
ФанEm, свою собственную книгу я уже пишу... и не одну... и уже давно... только не на компьютере, а на бумаге. Вполне возможно, что ты еще успеешь ее прочитать... хотя, конечно, первым делом она появится во Владивостоке.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
В этой теме вы можете задавать вопросы, которые интересуют вас начиная с любой книги о Гарри Поттере и ответы на которые вы хотите видеть в "Надгробном камне".
На некоторые из них я отвечу сейчас.
Что является четвертым крестражем?
Перо Когтеврана. 4-я глава.
Куда кентавры утащили Амбридж?
4-я глава.
Заплатит ли Питер Петтигрю свой долг перед Гарри?
Да. 9-я глава.
Как Фоукс попал в Тайную Комнату?
Салазар Слизерин сделал 2 входа в Тайную Комнату, для василиска (открывается только змееустами) и для эльфов, которые по приказу самого Салазара Слизерина тысячу лет периодически спускались туда и кормили василиска, о чем абсолютно не знали другие основатели. Этим и объясняется появление в коридоре мышиных и прочих костей - василиск мышей не ловил, да в Тайной Комнате они и не водились - что им там делать, пищи-то нет... Мыши отлавливались в Хогвартсе и доставлялись через эльфийский вход. Вход для эльфов открывался только по приказу змееуста (и по приказу Салазара он открывался всю тысячу лет - периодически). Эльфийский вход автоматически открывался при открытии входа для василиска, и Фоукс пролез через него, когда Гарри открыл ТОТ вход, а Том Реддл, второй змееуст, закрывать его не стал. Как Фоукс нашел этот эльфийский вход? Феникс наблюдал за эльфами в год открытия Тайной Комнаты - тогда вход стал открываться независимо от периодов, и эльфы это заметили. Дамблдор узнал от Фоукса, где вход, но не имел понятия, как его открыть. Этим объясняется фраза "Дело не в том, КТО, а в том, КАК". Дамблдор знал, как умерла Миртл. Он видел и змейку на кране, но ничего не смог с ней сделать и потому не стал распространять эту информацию. Если бы он вызвал "специалистов", они бы на месте живо с ним расправились. Дамблдор мог придумать что-нибудь и получше, но он не всегда блещет умом.
Выживет ли Гарри?
15-я глава. Не раньше.
Выживет ли Реддл?
15-я глава.
Где находится настоящий медальон Слизерина?
11-я глава.
Связан ли "Гарри Поттер" с Мальтийским орденом?
Нет.
Что ожидает Снегга?
4-я глава, затем 12-я глава.
Кто еще умрет?
На Великой Отечественной войне погибли миллионы. Для того, чтобы жили другие. То же самое будет на Второй войне. Хагрид не умрет (его столько раз убивали в фанфиках после 4-й и 5-й части, что это всем уже надоело). Желание, загаданное Гарри, Мариус исполнит с абсолютной точностью - более того, это желание определит результат войны (15-я глава).
И, наконец... будет ли Гарри снова летать на метле?
15-я глава.
Последний раз редактировалось Князь Владимир 20 фев 2006 04:04, всего редактировалось 1 раз.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
Бе тоесть Мариус С Гарри не останется после победы на Волди, у как неприятно.
Злобный критик фииков, ну а в остальном довольно приятный чел.
О родственных связях не распростроняюсь кто тут сидит сам может выяснить ежли интересно
Сумашедшие проекты это ко мне
Новый стиль поиска бет http://newficpotter.******.ru/
Мариус не останется с Гарри после победы над Волан-де-Мортом?
Мариус сыграет свою роль - и уйдет со сцены после ее окончания. А что касается победы над Волан-де-Мортом... я не говорил, что она будет. (Это не значит, что вы можете думать уже сейчас, что Гарри будет побежден - когда вы прочитаете 15-ю главу, результат будет для любого из вас неожиданным).
Что Дамблдор видел в зеркале Еиналеж?
Желания менялись. Что он видел в тот год, когда Гарри его об этом спросил - 15-я глава.
Какой боггарт у Дамблдора, у Снегга и у Сириуса?
Боггарт Дамблдора превращается в Гриндельвальда. Потому что Дамблдора до конца жизни наизнанку выворачивало, когда он вспоминал, какой ценой досталась ему эта победа.
Боггарт Снегга превращается... нет, не в мыло и не в мочало, а если сомневаетесь - читайте всю тему сначала. Вы будет смеяться, но при виде Снегга боггарт превращается в свинью. Почему? 12-я глава.
Боггарт Сириуса - дементор, как и у многих выпущенных или бежавших из Азкабана.
Какой Патронус у Снегга, у Слизнорта и у Сириуса?
Патронус Снегга - длинная белая змея, которая обладает способностью вставать на хвост в виде буквы S - символа Слизерина.
Патронус Слизнорта - ОЧЕНЬ, ОЧЕНЬ большая собака.
Патронус Сириуса - существо очень хитрое и изменчивое. Он принимает новую форму с каждым новым вызовом, иногда самую непредсказуемую - зависит от того, что ему предстоит сделать.
Откуда у Волан-де-Морта его палочка (которой он убил Джеймса и Лили Поттеров и после этого исчез, а затем она оказалась у него в руках на кладбище, и ею же он велел убить Седрика Диггори?)
9-я глава.
Будет ли 4-я глава описывать только сбор Пожирателей Смерти?
Нет. Ее вторая половина будет описывать совсем другое.
Будут ли Гарри и Джинни снова вместе?
15-я глава содержит ответ на этот вопрос.
И, наконец... выживет ли Малфой?
Кровь единорога сделала свое дело. Нанесенные мечом и рогом единорога раны для его жизни опасности не представляют. Для чьей жизни они представляют опасность, вы узнаете в 5-й главе.
Пока все.
(Сегодня буду продолжать начало 4-й главы).
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
Прочитала с удовольствием. (в целом и в общем) На мой взгляд, получилось немного гм... - как это назвать-то? - пафосно, что ли? мне кажется, нужно или побольше юмора, или, если уж Вы решили писать что-то кровавое и ужасное (в общем, описывать войну), чтобы всё было немного "немногее" пафоснее. (заранее извиняюсь: сегодня мой русский помахал ручкой и пошёл прыгать по лужам - их у нас более чем достаточно). Но это искл. моё мнение. Мне и так нравится, думаю и все остальные переживут
Особых ляпов не заметила, НО (!) вчера пересматривала второго ГП. так вот там на мече Гриффиндора буквы были не красные, и далеко не мелкие. они шли по центру примерно до середины меча и были то ли вдавлены, то ли выдавлены, но цвета были того же, что и сам меч. (если уж Вы решили писать именно ПРОДОЛЖЕНИЕ с учётом всех уже вышедших книг, думаю следует это учесть). И опять же о моём мнении, хоть уже и поздно об этом говорить. Гарри всегда побеждал (ну, или хотя бы не проигрывал) не без помощи -и это ещё мягко сказано- друзей, поскольку в его выдающихся способностях я изрядно сомневаюсь. Последние битвы были "его, его и только его", но без друзей он до этих битв бы и не добрался. Да и побеждал он за счёт "любви, дружбы, храбрости и т.п.". Конечно, теперь есть Мариус, но старый друг лучше новых двух. чего уж говорить о двух старых и одном новом. Но, в любом случае, теперь уже поздно.
И здесь, кажется предлагались ответы на вопросы по книгам о ГП. после вчерашнего просмотра их появилось два. теперь и ещё один добавился.
1. Во первых, Реддл (когда он ещё был Реддлом) наверняка не стоял в туалете для девочек, которым тогда ещё пользовались вовсю, разговаривая с василиском. Значит он спускался в подземелье. Феникс его оттуда уж точно не выносил, а Поттер и иже с ним летели "далеко, глубоко и долго". Так как Реддл всё это время оттуда выбирался?
2. Во вторых, как он с его познаниями (а у него они даже в 16 лет были такими, что некоторым взрослым волшебникам и не снилось) не понял, что птица, прилетевшая к Гарри - феникс, а если понял то почему никак на это не отреагировал?! информация о фениксах наверняка была доступнее, чем о тех же василисках, крестражах (или как их там) и прочей мерзости. Реддл просто НЕ МОГ НЕ ЗНАТЬ о фениксах и их способностях.
3. тут уже вопрос по 4 книге. Все, кто приехал (у смысле приплыл и прилетел) из других школ- они что, целый год не учились? об этом ничего не говорилось. Но вместе с учениками Хогвартса они точно не занимались, а мне казалось, что все помещения, пригодные для постоянного посещения учениками, так или иначе использовались. Получается, они пропустили целый год? быть того не может.....
ну и опять к Вашему "продолжению" мне кажется, что стоит где-нибудь объяснить как Реддл узнал о входе в тайную комнату. я сильно сомневаюсь, что он целыми днями изучал женский туалет... хотя некоторые предположения у меня есть...
Особых ляпов не заметила, НО (!) вчера пересматривала второго ГП. так вот там на мече Гриффиндора...
Я пишу по книгам, а не по фильмам. По шести написанным книгам. Фильмы могут расходиться с книгами - я описывал надпись так, как во второй книге написано.
1. Во первых, Реддл (когда он ещё был Реддлом) наверняка не стоял в туалете для девочек, которым тогда ещё пользовались вовсю, разговаривая с василиском. Значит он спускался в подземелье. Феникс его оттуда уж точно не выносил, а Поттер и иже с ним летели "далеко, глубоко и долго". Так как Реддл всё это время оттуда выбирался?
См. мой фанфик "Обмен (смесь Роулинг и Фрай)". Там упоминается заклинание, с помощью которого Гарри оттуда выбрался без феникса. А еще шестикурсники проходили превращение человека, и Реддл мог превратиться, например, в летучую мышь. И вылететь через вход для эльфов (см. выше).
P.S. Я буду весьма признателен, если вы в "Обмене" найдете хоть какие-нибудь перлы или ляпы. А то если тему почитать, так творение безупречное...
2. Во вторых, как он с его познаниями (а у него они даже в 16 лет были такими, что некоторым взрослым волшебникам и не снилось) не понял, что птица, прилетевшая к Гарри - феникс, а если понял, то почему никак на это не отреагировал?! Информация о фениксах наверняка была доступнее, чем о тех же василисках, крестражах (или как их там) и прочей мерзости. Реддл просто НЕ МОГ НЕ ЗНАТЬ о фениксах и их способностях.
Знал. А когда говорил с Гарри, то ЗАБЫЛ. Он так и говорит. "Слезы феникса... Как я про них ЗАБЫЛ..." Тебе бы подарил папа что-нибудь ценой тысяч в пятьсот долларов, ты бы про мамин подарок спросила? А у Реддла эйфория была еще выше - цель так близка, злейший враг смертельно ранен, тут и не такое забудешь...
Тут уже вопрос по 4 книге. Все, кто приехал (в смысле приплыл и прилетел) из других школ - они что, целый год не учились? Об этом ничего не говорилось. Но вместе с учениками Хогвартса они точно не занимались, а мне казалось, что все помещения, пригодные для постоянного посещения учениками, так или иначе использовались. Получается, они пропустили целый год? Быть того не может...
Учились. У них была и теория, и практика, Максим и Каркаров взяли с собой копии учебных программ, оставив оригиналы своим заместителям. Учились внутри кареты или корабля, практиковались иногда на открытом воздухе. Занятия вели директора. Уход за магическими существами и травологию из них никто в качестве предмета на шестой/седьмой курс обучения не выбрал.
мне кажется, что стоит где-нибудь объяснить как Реддл узнал о входе в тайную комнату.
Стоит. Реддл знал о Тайной Комнате и знал, что он - наследник Слизерина. Узнал и о том, что Салазар Слизерин велел некоторым эльфам передавать из поколения в поколение некую секретную информацию по поводу его наследства. Реддл нашел этих эльфов на кухне (там они все собираются), отвел в укромный уголок и доказал, что он - наследник Слизерина. Поговорив в их присутствии с живой змеей и заставив ее исполнить приказ. Других змееустов, кроме Салазара Слизерина, эльфы не знали и потому ему поверили. И показали оба входа в Тайную Комнату. Эльфы не знали других змееустов, поэтому Реддл так и сказал Гарри: "И, возможно, только мы с тобой со времен великого Слизерина говорим на змеином языке".
Если есть еще вопросы... или комментарии... жду сильнее, чем вы - четвертой главы.
Единорог.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
Единорог, спасибо.
книгу я читала ой как давно, исходила из того что видела в фильме, поэтому полагаюсь на Ваше авторитетное мнение от и до
фанфик посмотрю, поищу ляпы. хотя, скорее всего, их там и в самом деле нет
зы: вот только ответ на последний вопрос выглядит не слишком убедительно. откуда Реддл -к слову сказать, наполовину маггл- узнал, что он наследник Слизерина
Единорог,
Как-то в самом начале темы автор предлагал сообщать ему о замеченных в его произведении ляпов/неточностей/и личностной оценки сего. Воспользовавшись этим, хочу поделиться с вами нижеследующими замечаниями, которые возникли после прочтения сего литературного труда. Прежде всего хочу сказать, скорее даже похвалить автора, т.к. сама бы не решилась вынести на суд столь обширной публики свое заслуживающее или не очень его достойное произведение (если бы даже и потрудилась написать!). МОЛОДЕЦЦ!! Но как и у каждого, заслуживающего внимания литератора, у вас будет и своя критика, которую не надо принимать близко к сердцу, ибо она только к сведению!
Итак, приступим:
ВЕЧНОЕ ПРОКЛЯТИЕ РУССКИМ - молодец , патриотов воспитывать надо!
В России, на секретной базе товарища Рыбина – без комментариев!
Но усердие Нимфадоры и заупокойные молитвы его бывших учеников, которые узнали о его смерти, сделали свое дело – и сейчас оба они среди нас. – Гениально!!! Особенно поразили заупокойные молитвы учеников! Мне с моим больным воображением такое читать опасно, спать плохо буду!
Мы атакуем разумом и уничтожаем силой – и это Гаррик-то разумом?! (не в обиду, конечно, но разумом он действует посредством Гермионы, а сам руководствуется исключительно чувствами и наитием (доказательства в эпопее, их слишком много, чтобы перечислять))
Дамб в аду – улет! (свежее решение)
Из его рога вылетели на этот раз два маленьких значка. Один – серая стрелочка, другой – знак вопроса. – конь обчитался комиксов!
В черной тьме он видел светло-серые могильные камни, дома, деревья, край обрыва… и спину с гривой Мариуса под собой, а также его кажущийся теперь белым рог, устремленный в небо. – сквозь сумрак пожаловали… и это было первой ассоциацией на эту тему.
- Мариус, ты можешь устроить мне что-нибудь музыкальное? – спросил Гарри. –Господа! Это ведь конь, а не черный бумер, который всегда с тобой…
Когда же Гарри нужно было сделать остановку по другой естественной причине, Мариус, прямо на месте остановки, делал то же самое. (Бедняжка!)
- Она примет форму стрелки. Мы – волшебные существа, и сделать подобное я в силах. И в этом свете Гарри увидел новую золотую стрелочку . А из рога Мариуса выплыла стрелочка – что-то слишком много стрелок…
В левой – магловские автоматы - это уже «Поттерица» получается (на научном языке гибрид матрицы и Поттера)
Что значит "ППКС"? "Полностью поддерживаю, красиво сказано?" Это вы, Тис, про критику ее или про похвалу?
Renmei, благодарю вас. Я давно ждал этого. Впрочем, то, что вы написали, я полностью могу объяснить.
1. Чем вас напугали заупокойные молитвы учеников, когда Люпин их вполне достоин и в каждом храме такие молитвы читаются постоянно?
2. Когда Гарри дал имя Мариусу, тогда он впервые ввел это кредо - как третий смысл его имени. Заметьте, что на личной войне Гарри приходится рассчитывать каждый свой шаг, причем самому. Без всякого посредства Гермионы.
3. А кто сказал, что Дамблдор в аду? Я этого не говорил. Впрочем,. верхние ли это этажи ада или нижние этажи рая - НИЗ (не имеет значения)
4. Во-первых, Мариус не конь, а во-вторых, читать он не умеет. Если бы умел, то из рога вылетела бы надпись "А куда едем-то?"
5. Не люблю "Ночной Дозор". Сумрак здесь ни при чем. Не случайно я называю то, что Мариус выпускает вокруг себя (причем в реальности), защитным облаком или Темным покровом.
6. Мариус не конь, а черные бумеры Гарри видел не слишком часто. Возможности Мариуса намного больше, чем у обычного коня.
7. Почему Мариус - бедняжка? Гарри не желает ему ничего невозможного. И кроме того, Мариусу всегда надо делать это прямо на месте, чтобы не сворачивать и не сбиваться с курса.
8. Стрелка - лучший способ указать направление. Слишком много стрелок - это если их много одновременно, а Гарри их видит по одной.
9. "Матрицу" не видел.
Ждите 4-ю главу и, если есть еще вопросы, задавайте, а если есть еще слова -комментируйте.
И все-таки... что такое ППКС?
9.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
Единорог, мне очень понравилось! Классно! Но больше всего мне нравится твой стиль. Очень похож на стиль Роулинг . Иногда кажется, что я просто седьмую книгу Роулинг с интернета скачала...
1 - ну да, читаются, не спорю…. Но вот заупокойные молитвы Учеников по Преподу-оборотню, ну как-то совсем уж кощунственно на мой взгляд… (звучат, примерно так: Господи, пошли моему преподу-оборотню Люпину по ЗОТИ всех благ в загробном мире, и пусть часы пребывания его в твоей обители будут длительными и счастливыми, и пусть встретится он там с мамой и папой Гарри, а так же со всеми его друзьями, я знаю он хороший и никого не сьел (зверушки там всякие большие и малые не считаются, так же не считается и то, чего он сам не помнит!!), надеюсь на взаимопонимание и поддержку, такой-то курс Хогвардс ) (надеюсь не оскорбила ничьих религиозных чувств, если все-таки их задела - извините)
2 - Гарри приходится рассчитывать каждый свой шаг, причем самому. Без всякого посредства Гермионы. Ну да, гермионы здесь нет, но самостоятельностью и не пахнет, прошу заметить, что волшебная зверушка гораздо умнее Гарьки, я даже подозреваю, что он ей обуза. Но если не обращать на это внимание, то разум у Гарри работает очень инертно, и зверушка справляется практически сама, за маленьким участием водителя…
3 - А кто сказал, что Дамблдор в аду? - да так, это мои личные наблюдения: на кладбищенском камешке папа пишет, что Дамба с ними нет, тем не менее, он знает о «новых поступлениях» виде Люпина, далее, было упомянуто, что он все-таки умер (а я уж понадеялась, что вы его воскресили… увы) – ну, где ж ему еще быть – в аду!
4 - Во-первых, Мариус не конь, а во-вторых, читать он не умеет. Если бы умел, то из рога вылетела бы надпись "А куда едем-то?" Ну да, не конь (сжальтесь – не выписывать же мне каждый раз Единорог – пальцы путаются – опечаток и так много… а в замечательном названии конь всего четыре буквы) ну, а на счет того умеет он читать или нет – вам виднее – вы ведь автор, хотя мне показалось, что умеет. Да на самом-то деле я не это имела ввиду, я имела ввиду то, что как-то уж очень дешево звучат все эти фразы про стрелочки и воскльцательно-вопросительные знаки (как будто из комиксов).
5 – хозяин-барин…. Что еще сказать?
6 – черный бумер – опять-таки используется для большей наглядности, а не в прямом смысле – читайте между строк внимательнее, так как если мне придется писать сугубо казенным языком – ивам и другим читать уж очень тяжко будет…
В этом пункте я имела ввиду, что средство Гарькиного передвижения включает в сепя систему поддержки всадника Без седла, музыкальный центр, компас и др.навигационные приборы, пожарную лестницу (ну, когда Гарику нужно до окна добраться), интеллект выше среднего и т.д. – не слишком ли? Может, лучше, если Гарик как-то сам, по-старинке – и жизненнее, и читать интереснее (а то, повторюсь все делает исключительно с подачи Мариуса (что ж с вами поделаешь «конь» не понравился … ох…))
7 - пункт бедняжка потому, что однажды вез он его дня 3, а остановку сделали только потом, вот и терпела скотинка до последнего… А на самом деле не очень-то эстетично: тут и едим, тут, извините, и … .
8 – по одной – не по одной, а в глаза бросается…
9 – а зачем им автоматы –то? Волшебникам-то? Палочки же есть – они лучше автоматов, надежнее…
Renmei, вы неправильно поняли. Когда Мариус вез Гарри в течение трех дней, они периодически делали остановки, и много раз - в начале третьей главы я об этом пишу. А то, что Мариус превосходит интеллектом Гарри, - это только кажется. В начале второй главы он едва не прикончил Хагрида, хотя Гарри ему такого не приказывал, и если бы Гарри не успел вмешаться... Во время исхода василисков Мариус действует по плану, намеченному Гарри - ничего лучше он не придумал, а создание портала было делом очень рискованным. Инферналы волшебные палочки использовать не могут - это магия живых, но не мертвых.
Вот ответы еще на несколько вопросов:
Как Дурсли покинули остров с хижиной старика, когда Хагрид с Гарри забрали у них лодку?
Старик заметил днем свою лодку возле берега, подумал, что гости уже уехали, и вернулся на лодке на остров. Оттуда он перевез их обратно.
На каком факультете и как учился Златопуст Локонс?
Локонс не учился в Хогвартсе. Он родился и учился в Соединенных Штатах Америки, а уже оттуда начал долгое путешествие в поисках чужой славы, которое завершилось в Англии всемирным позором.
Почему первые главы "Надгробного Камня" такие мрачные?
Это не значит, что вся книга будет такой. "Надгробный Камень" - это описание пути от Тьмы к Свету. Начинается все с Тьмы, поэтому обложка книги черная - ведь ее вы видите в первую очередь. А света в следующих главах будет предостаточно. Уже четвертая глава будет немного светлее.
Интересуют еще вопросы - задавайте. А я сейчас занимаюсь "Оборотневым Островом" и четвертой главой.
Простите меня все, кого я обидел. Примите мою благодарность все, кто общался со мной. Любите друг друга, живите по заповедям Господа. Прощайте.
сам лучше не напишу..
поэтому припоминаеца с трудом....последняя часть..мягко говоря произвела впечатление....может быть Поттер повзсрослел..или Роулинг на курсы литераторов сходила =)
Но как и у каждого, заслуживающего внимания литератора, у вас будет и своя критика, которую не надо принимать близко к сердцу, ибо она только к сведению!
