Второй шанс (PG-13) +14

[Холоми]

Ogin,
попытаемся

крепись-крепись-крепись

[Ogin]

Вот, выкладываю небольшое продолжение. Простите за столь долгую паузу, но у меня не было ни времени ни желания сочинять дальше. Теперь все-таки хочется довести дело до победного конца - осталось, в принципе, не так уж много .


По дороге я с интересом рассматривал ее. Лет двадцати на вид, высокая, крепкого телосложения девушка, с довольно-таки пышными формами. Только сейчас она выглядела ненормально худой, я бы даже сказал, изможденной. Длинный нос с чуть загнутым вниз кончиком, казалось, совершенно не подходил к изящному овалу лица, но, возможно, именно эта дисгармония притягивала взгляд. Длинные темные волосы были небрежно завязаны сзади в конский хвост. В общем и целом, миловидная, с нетипичной внешностью девушка. А уж если ее покормить хорошенько, нормально одеть и причесать, то совсем хороша будет.
Таксист, пожилой уже мужчина, с неменьшим любопытством разглядывал нас обоих, так что пришлось на скорую руку выдумать подходящую к ситуации сказочку о слегка тронутой сестре, которую бросил парень, а она сбежала из дому, чтобы найти его и попытаться «растопить его жестокое сердце».
- Как видите, - закончил я, - ничего из этого, конечно, не вышло, и она не нашла ничего лучше, чем выброситься из окна. Счастье, что это был только второй этаж. Думаю, отделается испугом. Но врача, конечно, сейчас же вызову, - заверил я водителя, которого, судя по всему, вполне удовлетворило мое вранье.
- Да, девушки, они такие – отчаянные, - согласился он и добавил, – но вы обязательно проверьте, не беременна ли она. А то знаем мы этих «ухажеров»! Воспитывай потом его ребеночка. Вот у меня дочка себе такого подыскала, что не приведи Господи...
И он завел бесконечную историю о своей непутевой дочери, о ее безголовом приятеле, о тяжкой доли одинокого вдовца. Да еще постоянно оглядывался на меня, проверяя, слушаю ли. Удивительно, как еще на дорогу успевал смотреть. Я же послушно кивал и усердно поддакивал, так что расстались мы вполне довольные друг другом. Правда, после поездки я нашел у себя пару седых волос, но это ведь сущие мелочи, не так ли?
Таксист даже помог занести все еще не пришедшую в себя незнакомку в подъезд, к лифту. Да, я специально искал дом с подъемником, помня мучения у Лидии. И теперь радовался своей предусмотрительности. Иначе мне было бы тяжеловато тащить спасенную на четвертый этаж. Проблема возникла только, когда я захотел открыть дверь – обе руки у меня были заняты. Пришлось прислонить девушку к стене и, придерживая левой рукой, правой вставлять ключ в замочную скважину.
Наконец мы оказались в квартире. Я уложил гостью на кровать и побежал в ванную за аптечкой, где у меня хранился небольшой запас лекрств, включая нашатырный спирт. Вернувшись, сел на стул рядом с постелью, сунул открытый флакон спасенной под нос и начал легонько похлопывать ее по щекам. Не знаю, что помогло больше, но через мгновение-другое девушка открыла глаза и начала осматриваться со смесью удивления и разочарования на лице. Затем, внимательно осмотрев меня, скорчила жалобную мину, отвернулась к стенке, уткнулась в подушку и начала рыдать.
Этого я как-то не ожидал, хотя, конечно, должен был догадаться, какой у нее стресс и что она чувствует после неудавшегося [Слово запрещено роскомнадзором]. Правда, как оказалось, все мной представленное находилось весьма далеко от истины. В любом случае, пока что я предпочел не сидеть столбом около постели, а сбегать на кухню за стаканом воды. И пожалел, что не купил ничего спиртного – оно было бы сейчас очень кстати, но я не решился оставить девушку, чтобы сходить в магазин.
Хорошенько выплакавшись, спасенная трясущимися руками взяла у меня стакан, не без труда выпила половину, а остальное преспокойно вылила на рукав сорочки. Потом протерла зареванное лицо мокрой тканью и даже попыталась улыбнуться. Не вышло. Тут наконец она заговорила.
- Ну и зачем ты меня спас? – вот что услышал я вместо благодарности. Голос у говорившей был таким же своеобразным, как и ее внешность – низким и глубоким; если не ошибаюсь, такой называется грудным. – Я ведь наконец-то смогла выбраться из палаты! Знал бы ты, каких усилий мне это стоило… Нет, обидно, честное слово! Когда тебя уже четырежды ловили целители, а в пятый – «спасает» вообще неведомый доброжелатель-прохожий. Откуда тебе знать, может, когда я умру, всем легче станет! Может, я опасная сумасшедшая или маньяк!
- Ни за что не поверю, что такая очаровательная девушка.., - галантно попытался вклиниться я, но явно выбрал для комплиментов крайне неудачный момент. Поскольку моя собеседница одним рывком вскочила с кровати, схватила меня за грудки и начала трясти с неженской силой, выкрикивая при этом нечто совсем уж невнятное и вновь захлебываясь рыданиями. Я никак не ожидал подобного нападения и в первые мгновения просто растерялся. К тому же, успокаивать истеричек никогда не умел.
Но она сама тут же отпустила меня и без сил села на постель. Слезы прошли так же быстро, как и появились.
- Что ж, выкладывай свои извинения, - как ни в чем не бывало продолжила девушка.
- Вы хотите, чтобы я просил прощения за спасение вашей жизни? – я не верил своим ушам.
- Именно так! И я еще не уверена, готова ли извинить тебя. В конце концов, я прекрасно могу распоряжаться и своей жизнью, и своей смертью – давно уже Хогвартс окончила. И за твое вмешательство могла бы подать на тебя в суд. Как тебе такая перспектива?
Похоже, что говорила она совершенно серьезно. Я уже успел проклясть ту минуту, когда решил ее спасти. Наверное, она действительно сбежала из желтого дома, на мою бедовую головушку. Еще и про какие-то свиные бородавки начала бредить. Нет, надо срочно выяснить телефон и адрес ее родственников, и пусть они с ней разбираются!
- Подождите секундочку, - взмолился я, - могу я хотя бы узнать, от чьего имени мне пришлют повестку?
- Элис Лейхардт, - так величественно и значительно произнесла сумасшедшая, что переплюнула, наверное, саму Королеву. Увидев по моему безучастному лицу, что ее имя ничего мне не говорит, девушка несколько раздраженно добавила, - певица. Та самая.
- Простите, - со всей серьезностью ответил я, - совершеннейшего профана в современной музыке. Я более-менее разбираюсь в группах 70-х и 80-х годов, но вы явно дебютировали позже.
- Хм... – недовольно протянула она. – Ладно, так и быть, прощаю. Хотя мне казалось, что о моем поразительном успехе говорили все, - добавила спасенная не без самодовольства. – Дело в том, что я после Хогвартса несколько лет изучала музыку магглов, выбирала самое лучшее и интересное...
Она рассказывала так увлеченно, что на время стала почти нормальной – если не считать странных словечек, показывающих, в каких фантазиях она витает.
- Нашла еще несколько сумасшедших, так же увлеченных маггловским миром: один из них изучал экономику, в частности, менеджмент, он занялся рекламой и раскруткой, - тут я невольно встрепенулся, - двое других помогали мне писать музыку, стихи я сочиняла на пару с подругой. К счастью, родители у меня достаточно богаты... – голос ее вдруг прервался, как будто от боли. Лицо исказилось, казалось, что она сейчас опять начнет рыдать. Но девушка взяла себя в руки и, опустив голову, глухо поинтересовалась:
- А где твоя палочка? Предусмотрительно спрятал? Ничего, наложить на себя руки прекрасно можно и так!
- Ну вот, опять двадцать пять, - искренне расстроился я. Ей бы к психологу, а то и назад к психиатору, я ведь абсолютно не годился ни на одну из этих ролей. Ладно, попробуем выспросить ее о случившемся – может, ей легче станет. Что-то же произошло, видно невооруженным глазом. – Вы хоть можете объяснить, с чего вы так казнитесь? Может быть, расскажите? Глядишь, я соглашусь и сам открою вам окно, да еще и ручкой помашу на прощание?
Собеседница подняла голову и с усмешкой пристально посмотрела на меня.
- Ну и шутник! – но прозвучало это скорее одобрительно. Мне сразу подумалось, что в нормальном состоянии она любит посмеяться и вообще – компанейский человек. Не лишенный тщеславия, к тому же. – Что ж, почему бы и нет. Занятно будет посмотреть, как ты переменишься в лице и убежишь от меня с криками ужаса.
Несомненная попытка пошутить и с ее стороны – ура! Я посчитал это хорошим знаком, а на само предупреждение не обратил особого внимания.

[Freezing Spell]

Надо же, вот приятная неожиданность - прордолжение . Здорово, здорово. Надеюсь, следующий фрагмент не будет отстоять от этого настолько же, насколько этот - от предыдущего.

[Ogin]

Еще один маленький кусочек .


- Дело в том, - тяжело вздохнув, начала рассказывать Элис, - что мой отец – друг Дамблдора. Точнее, был...
- А кто это такой? – с любопытством спросил я.
Девушка так удивилась, что даже временно забыла о своем горе:
- Ты не знаешь директора Хогвартса?! Но ты же явно англичанин... Да даже иностранцы знают его! Ничего не понимаю.
- Ты так говоришь, - я невольно тоже перешел на «ты», - как будто речь идет о Папе Римском.
- Куда там Папе, - пренебрежительно махнула она рукой. – Но.., ты же волшебник, не магл, как ты можешь не знать о Дамблдоре?
- Я – волшебник? – я не выдержал и начал смеяться, хотя и понимал, как опасно раздражать сумасшедших. – Нет, я всего лишь джинн из лампы Алладина.
- Во имя Мерлина, я уже вообще ничегошеньки не соображаю! – Элис рассерженно уставилась на меня. – И прекрати смеяться, дело очень серьезное. Как же ты спас меня, если не при помощи магии?
- Извини, извини, - поднял я обе руки, как бы сдаваясь. – Больше не буду. А как я тебя подхватил, я и сам не понимаю, честно говоря. Думал, может, у меня галлюцинации. – На всякий случай я тут же ущипнул себя за руку, чтобы проверить, не сон ли это. Было больно.
- Как интересно.., - протянула спасенная, внимательно наблюдая за мной. Казалось, она уже совсем пришла в себя. – Магл, у которого вдруг проснулись магические способности. Я о таком еще никогда не слышала. Надо сейчас же сообщить директору! У тебя совы не найдется?
- Совы? – в изумлении повторил я за ней.
- Ах да, забылась, извини. Конечно, откуда у тебя сова? И камина подключенного тоже, понятно, нет. Хоть в больницу возвращайся. Или прогуляться с тобой на Диагон-аллею, в «Котел»?
- Сегодня ты точно никуда не пойдешь, - решительно заявил я. – Но если ты дашь мне телефон или адрес родственников, я скажу им, где тебя найти. А то ведь они наверняка беспокоятся.
- У меня теперь никого нет. – Элис снова помрачнела. – Разве что седьмая вода на киселе, которой я до лампочки. Я обещала рассказать, что случилось, но ты же ничего не поймешь. Попробую вкратце изложить предысторию. – И она начала описывать магический мир. Объяснила, что такое Хогвартс, чем знаменит Дамблдор и с кем сейчас идет война. С последним пунктом возникли некоторые трудности: сначала девушка называла этого новоявленного фюрера «Тот-кого-нельзя-называть», но потом сделала над собой усилие и твердым голосом произнесла «Волдеморт». При этом у меня почему-то усилилось смутное чувство дежа-вю, которое, правда, очень слабо, проявилось еще при упоминании «свиных бородавок» (я же не знал, что так называется школа). Такое складывалось впечатление, что я когда-то слышал о магах, но вдруг весьма основательно забыл. Вспомнить, кроме внезапного склероза, мешало еще и то, что на ощущение дежа-вю накладывались какие-то сплетни и слухи о странных явлениях и событиях, происходящих время от времени. Я вдруг вспомнил, что у одного из моих знакомых ребенок учится в частной школе, но они поразительно мало говорят о ней. Обычно люди хвастаются престижными интернатами, но Ричардсоны, общительные во всех других отношениях, сразу же переводят разговор на другую тему. А однажды я углядел у них в доме сову! Видели бы вы, как они при этом замялись и сконфузились. Заставляет задуматься, правда?
- В общем, война началась. Тот-кого-нельзя-называть освободил своих ближайших помощников с помощью дементоров и других своих союзников. Мы готовились отбиваться. Но два с лишним месяца назад все затихло. Как будто Пожиратели захотели сделать паузу. Или случилось что-то еще, неизвестное нам. – Спасенная сидела на постели, поджав под себя левую ногу, и в задумчивости покачивала правой, свесив ее с кровати. Невольно я заинтересовался ее рассказом: может, она и придумала все это, но очень уж убежденно говорила. – А потом, через месяц бездействия, начались нападения. Пособники Того... Волдеморта посетили нескольких ближайших сторонников Дамблдора.
- И что с ними случилось? – вырвался у меня глупый вопрос, прежде чем я успел сообразить, что к чему.
- С кем? – саркастически переспросила Элис. – С Пожирателями – понятия не имею. А те, кого они навестили... В живых не осталось никого.
Наступило неловкое молчание. Я не знал, что сказать. Какие-либо слова казались неуместными.
- И вот, две недели назад, - медленно продолжила она, тяжело вздохнув, - они пришли к нам.
- Что?! – невольно воскликнул я, хотя уже был готов к чему-то такому. Не зря же она сказала: «мой отец – друг Дамблдора».
- Да, к нам. – Губы девушки задрожали, но она взяла себя в руки. – Мы как раз обедали. Отец, мать, моя младшая сестра и я. Через неделю я собиралась улететь на концерт в Европу. И тут... Они ворвались к нам, в масках, сразу же обездвижили всех. Потом в соседней комнате допрашивали родителей вместе с сестрой. Не знаю, о чем, хотя и пыталась подслушать. Все, что я смогла уловить, были крики. А затем...
Она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, собираясь с силами. Я же боялся дышать. Чувствовалось, что рассказ дается ей нелегко, она заново переживала происшедшее.
- Допрашивавшие вернулись в столовую, привели родителей и Барбару, обессилевших после многократного Круцио. Один из Пожирателей оглядел нас всех, рядком лежавших на полу и... И наслал на меня Империо! – ранее она уже упоминала о непростительных заклятьях, так что я немножко представлял, о чем речь. – Я – довольно слабая колдунья и в тот момент прокляла свою слабость! Я не смогла противостоять заклинанию.
Элис, до того внимательно рассматривавшая пол, подняла на меня взгляд. Он был полон такой муки, страдания и неизбывной горечи - я даже представить не мог, что глаза могут быть столь выразительными.
- Да, не смогла... И когда мне приказали взять палочку и направить ее на родителей, я подчинилась. И когда мне велели убить их, я... – дальше говорить она не могла, ее душили слезы. Я, наплевав на все правила приличия, сел возле нее и крепко обнял.
- Ничего, ничего, - шептал я, - держись, девочка. Все будет хорошо.
Это, может, был и не лучший вариант успокоительных речей, но ничего более подходящего мне тогда в голову не пришло. К тому же, Элис даже и не слушала, безутешно рыдая у меня на груди.

[[Lenore]]

М-м, наконец-то !
Хорошо, что дождались наконец.
Всё читается на едином дыхании... интересна будет реакция девушки, когда она узнает (если узнает), кто перед ней сидит ))...

[Ogin]

[Lenore], спасибо! Узнает-не узнает, пока сказать не могу . Вот еще маленькое продолженьице - у меня сейчас как раз экзаменационное время, поэтому раньше 20-го июля продолжения не будет.


Закончив плакать, она невольно зевнула, а глаза ее стали сами собой закрываться. Элис взяла и просто-напросто задремала у меня в объятиях. «Еще бы!» - подумал я. – «Пережить такой стресс: сначала побег из палаты, что, видимо, было нелегко, потом попытка убить себя, неудавшаяся из-за меня, потом несколько рыданий подряд, да еще и тяжелые воспоминания вдобавок». Так что я осторожно, чтобы не разбудить, уложил девушку на кровать и укрыл одеялом. Она не проснулась, только поворочалась, устраиваясь поудобнее. Себе я устроил постель на матраце на кухне, жалея, что не купил диванчик на случай приезда гостей. Но я ведь никого не ждал, так что теперь...
За всеми этими переживаниями я и не заметил, как стемнело. Выпив чашку чая и заглянув в спальню проведать мою подопечную, которая спала очень неспокойно, что-то шепча себе под нос и хмуря брови, я и сам решил ложиться. Утро вечера, знаете ли, мудренее. Глядишь, завтра она настолько придет в себя, что расскажет о каких-нибудь своих родственниках или друзьях, к кому я мог бы ее отправить.
Но, как это обычно и бывает, судьба распорядилась иначе. Проснулся я уже после восьми от настойчивого и продолжительного звонка в дверь. Пока я вставал, немножко приводил себя в порядок и подходил к двери, прошло не меньше полминуты, и звонившие явно потеряли терпение. Не успел я ахнуть, как дверь выбили, меня поставили к стенке: «Руки за голову! Лицом к стене!», и квартиру буквально заполонили полицейские. Тут же в коридорчик привели и Элис, выспавшуюся, но ужасно недовольную. Увидев выражение ее лица, я усмехнулся про себя: Лидия тоже терпеть не могла, когда ее заставали совершенно чужие люди в неодетом, непричесанном и ненакрашенном виде. Вчера спасенную внешность волновала куда меньше, из чего я сделал вывод, что сегодня она чувствует себя действительно намного бодрее.
К девушке подошел один из «гостей», одетый в штатское, наверное, офицер, и с беспокойством начал выспрашивать, как она себя чувствует и что я ей сделал. Элис мгновенно сориентировалась в ситуации и без промедления ответила, что с ней все замечательно, а я не причинил ей никакого вреда, наоборот, всячески помогал. Полицейский, тем не менее, отнесся к ее показаниям весьма недоверчиво и приказал надеть на меня наручники и препроводить в отделение. «Там разберемся», - добавил он.
Элис, как я успел заметить, прежде чем меня затолкали в фургончик с решетками на окнах, офицер бережно посадил в штатскую же машину и куда-то повез. Я только надеялся, что полиции удастся, а то и уже удалось, отыскать родных девушки. Тогда я был бы спокоен за певицу. Размышляя над этим по дороге, я удивился своему спокойствию и тому, насколько мало меня волнует собственная судьба. А ведь им проще простого выяснить, что никакого Джерри Дэвенпорта не существует. Или существует, но это вовсе не я. Конечно, перспектива тюремного заключения неизвестной длительности не радовала, но мне как-то вдруг стало все равно. В голове вертелась мрачная, но не лишенная определенной философской начинки мысль: «В жизни все нужно изведать».
Когда мы приехали в участок, в первую очередь пришлось заполнить анкету с личными данными, запачкать пальцы, чтобы полицейские смогли полюбоваться моими отпечатками (а главное – выяснить, не я ли тот маньяк с топориком, что однажды порубил в капусту невинную старушку?), отдать документы, вывернуть карманы и подвегнутся тщательному обыску. Все мои вещи переписали и дали прокол обыска на подпись, подтверждающую, что все перечислено правильно. После меня столь же бесцеременно, как ранее в машину, засунули в камеру предварительного заключения, сказав, что вызовут на допрос чуть позже. Я сел на скамью по соседству с парой личностей подозрительного вида, неприязненно оглядывавших меня, прислонился спиной к стене и покорился судьбе. Даже успел подремать немного, прежде чем очередной полицейский осторожно потряс меня за плечо, чтобы разбудить. Я сразу все вспомнил и мысленно представил себе, как я объясняю допрашивающему, что на самом деле я уже несколько месяцев как умер, а почему еще живой – сам не понимаю. Мда... Не тюрьма, так психушка мне гарантирована.
- Вы свободны, сэр, - вежливо сказал разбудивший меня фараон. Это прозвучало так неожиданно, что я не поверил ушам и вопросительно воззрился на него. – Ваши документы и прочие вещи у человека, что пришел за вами, - продолжал он, неправильно истолковав выражение моего лица.
- За мной, вы уверены? – удивился я уже вслух.
- Да, сэр. У него предписание о вашем освобождении. Пожалуйста, проследуйте вот сюда.
- А, да, конечно, - и я отправился за ним, все еще недоумевая, кто же мой спаситель. Может быть, друг Элис? Но как она смогла так быстро выцарапать меня из лап полиции? Ничего себе связи либо у нее, либо у друга – учитывая и поразительную скорость освобождения, и прямо-таки версальскую вежливость, что внезапно напала на полицейского.
Меня провели в один из кабинетов и предупредительно оставили наедине с освободившим меня человеком, что сидел на стуле для посетителей. Мы оба с интересом уставились друг на друга, не произнося ни слова. Краем глаза я успел углядеть на столе небольшую кучку из моих вещей, но в данный момент меня куда больше занимал незнакомец. «Да, - подумал я немедленно, - примечательный дяденька сидит сейчас передо мной, ничего не скажешь». Но тут я вспомнил, как сам выглядел каких-то пару месяцев назад, и усовестился. Ну, подумаешь, мой оппонент бледноват, черные волосы несколько дней.., нет, пожалуй, пару недель не мыты, нос крючком и одет во все черное – это же все ерунда, дело житейское! Мало ли чудаков на Земле.

[[Lenore]]

Мало ли чудаков на Земле.
Ага. Ходят тут всякие...
Знакомый тип, однако .

[Ogin]

Малюсенький кусочек продолжения. Простите, не было возможности работать над фанфиком.


Незнакомец первым нарушил воцарившееся было молчание:
- Северус Снейп, - представился он, едва заметно кивая мне головой и явно не собираясь вставать и снисходить до рукопожатия. – Профессор Зельеварения в Хогвартсе. Вы – Джерри Дэвенпорт?
- Какое у вас интересное имя! - с деланным удивлением воскликнул я, игнорируя его вопрос. Меня задела его невежливость и я решил ответить той же монетой. – И много отношений вы уже порвали?**
- Это не ваше дело, - мгновенно среагировал собеседник, его лицо, казалось, окаменело. Видимо, я невольно попал в больное место. Не могу сказать, что это меня огорчило – поразительно неприятный типчик попался... Со мной редко такое бывало, чтобы люди с первого же взгляда вызывали столь сильную антипатию. И еще я обратил внимание на странное чувство узнавания, то же дежа-вю, которое появилось при слове «Хогвартс». Только если школа почему-то ассоциировалась у меня с чем-то теплым и приятным, то сидевший передо мной человек – с чем-то холодным и противным, если не сказать - жутким. Я даже передернул плечами, сбрасывая непрошенный озноб, и нахально уселся в удобное кресло за столом.
- Итак, чего вы от меня хотите? – скучающим тоном поинтересовался я, не глядя на профессора и внимательно рассматривая фотографию, стоявшую на столе. Даже взял ее в руки, чтобы не упустить ни единой детали. На снимке красовались четверо: начинающий полнеть мужчина лет сорока, одной рукой обнимавший симпатичную даму на пару-тройку лет моложе, а другой – семнадцатилетнего юношу, за руку которого держалась девочка лет десяти. Я решил, вспомнив семейный портрет на моем собственном рабочем столе, что это полицеский с женой и детьми.
Судя по выражению лица мистера Снейпа, он также вовсе не возлюбил меня всем сердцем. Приятно, что в чем-то мы совпадаем. С очевидной неохотой он ответил, что директор Хогвартса, Альбус Дамблдор, желает видеть меня.
- Я должен проводить вас к нему, - закончил он разъяснение.
- Хм… А если я не жажду его видеть? – спросил я после того, как несколько секунд старательно изображал раздумье. Не то чтобы я был против – скорее, наоборот, уже не на шутку заинтересовался магическим миром, – но хотелось посмотреть на реакцию профессора. А то очень уж уверенным тоном он говорил, как будто не допускал и мысли, что я могу отказаться.
- Не жаждете?! – видели бы вы его изумление. Ну, прямо ребенок, оставшийся без подарка на Рождество, который при этом не столько обижен, сколько поражен подобной несправедливостью. Бееедненький…
- Ну да, - я с трудом сдерживал смех, - и что вы сделаете? Силой меня потащите?
- Вы пойдете со мной, - ответил Снейп спокойно, но с явственной угрозой в голосе. Он уже вернул себе маску совершенного самообладания и достал из недр мантии деревянную палочку. Направив ее на меня, он добавил: - Или мне придется доставить вам несколько неприятных минут.
- Ладно-ладно, уже бегу. Какой вы, однако… нервный, шуток совсем не понимаете, - я легонько повертел пальцем у виска, показывая, что хотел употребить несколько другое слово. Профессор, не ожидавший, что я так быстро сдамся, все еще держал меня на мушке, а мой жест, похоже, заставил его и вовсе остолбенеть. У несчастного даже щека начала подергиваться – нечасто он встречает подобное обращение, это точно. Ученики его, наверное, боятся до поросячьего визга, да только на меня такие штучки уже давным-давно не действуют, еще со школы.
Через несколько секунд Снейп пришел в себя, поколебавшись немного, спрятал палочку и пошел к двери. Открыв ее, обернулся и сухо произнес:
- Прошу.
Мне оставалось только следовать за ним. Я уже даже сделал первый шаг, как вспомнил о своих вещах. Вскричав: «Секундочку!», я поспешно вернулся к столу и, не разбирая, все вперемешку засунул в карманы. На лице моего спутника явно читалось раздражение из-за очередной задержки. Но он молча ждал, пока я закончу сборы.
Также в полном молчании мы покинули участок и дошли до безлюдного тупика между двумя домами. Там наконец Снейп заговорил:
- В Хогвартс, как вам, скорее всего, неизвестно, нельзя аппарировать.
- Нельзя что, простите? – не понял я.
- Аппарировать. Магически мгновенно перемещаться в нужное место, - старательно сохраняя спокойствие, пояснил зельевар, но не удержался от ядовитого тона, спрашивая: – Я могу продолжать?
- Да-да, конечно, очень интересно, - со скучающим видом разрешил я.
- Итак, мы сейчас перенесемся в ближайшее к школе место, куда уже можно аппарировать, - он в свою очередь заговорил сладеньким голосом, как будто объяснял полному идиоту. – Оттуда уже дойдем пешком. Вопросы есть?
- Ну, если не считать того, что я это ваше «пурировать» не умею, то все понятно, - ехидно откликнулся я.
- Я вам помогу, не беспокойтесь, - чересчур любезно ответил профессор, видимо, решивший не поддаваться на провокации. – Возьмите меня за руку и держите как можно крепче. Отпускать нельзя ни в коем случае. Иначе даже и не представляю, где вы окажетесь, - судя по его саркастической усмешке, подобная перспектива действительно не сулила ничего приятного. Хотя он наверняка был бы не против, если бы я испытал ее на своей шкуре.
Но меня, как несложно понять, вовсе не устраивало попасть неведомо куда, поэтому я не просто взял зельедела за руку, а крепко обнял. Представляю, что бы подумали прохожие, если бы видели нас в тот момент. Наверное, Снейпу тоже пришла в голову эта мысль, потому что беднягу всего аж перекосило. Хотя, возможно, ему просто не нравятся прикосновения чужих людей? Такое я могу понять, хотя для меня самого вовсе не проблема обнять кого-либо.
- Ну что, шеф, поехали? Пассажир готов к отправлению, - бодро отрапортовал я.
- Да-да, уже, - почему-то не разделяя моего хорошего настроения, прошипела жертва моих объятий.
Тут я почувствовал как моего спутника тянет куда-то и постарался еще крепче обнять его. Нас окружала темнота, которая с силой сжимала меня – неприятное ощущеньице, доложу я вам.

[Ogin]

Приземлились мы перед большими воротами, по обе стороны которых возвышались две колонны, увенчанные статуями крылатых кабанов. Дорога по ту сторону ограждения вела дальше в гору, к возвышающемуся на скале огромному средневековому замку. Чувство узнавания при виде его усилилось, на сердце потеплело, и я невольно заулыбался, сам не знаю почему. Даже тот факт, что со мной сию секунду произошло совершенно невероятное чудо – перемещение на неведомое расстояние – отошел на второй план. Мои размышления прервал язвительный голос профессора:
- И долго вы еще намерены меня держать?
- О, простите, - сказал я, отпуская Снейпа. И не выдержав, кокетливо добавил: - Так приятно было вас обнимать... Вы свободны сегодня вечером? Может, вместе поужинаем?
Видели бы вы, как несчастный зельевар от меня отшатнулся. Лицо его, и так отличающееся нездоровой бледностью, как будто он только что из темницы вылез, сначала побелело еще больше, затем пошло красными пятнами, потом желтыми, а под конец позеленело. С интересом наблюдая за живым «светофором», я примирительно поднял руки и успокаивающим тоном пояснил:
- Я же только пошутил! Не пугайтесь так, нормальная у меня [слово под вопросом РКН 12/2022], нормальная.
- В-в-ваши шутки!.. – только и промолвил Северус, слегка заикаясь и явно с трудом сдерживаясь, чтобы не вызвериться на меня. Н-да, нервы у бедняги ни к черту. Его поведение целиком и полностью подтверждало мою теорию о вредности преподавательского труда. Дети – это страшные существа, и если постоянно находиться рядом с ними, я уж не говорю о том, чтобы их еще и учить чему-то, то свихнуться можно запросто. Он явно к этому близок.
Немножко придя в себя, профессор подошел к воротам, достал палочку и что-то негромко сказал, при этом он все еще с опаской поглядывал на меня. Правая створка слегка приоткрылась: как раз чтобы пройти не слишком толстому человеку. Снейп любезно пропустил меня вперед, прошел за мной и тщательно закрыл ворота, опять помахав деревяшкой и побормотав нечто неразборчивое. И после мы отправились в путь.
- Сервис на высоте! – с трудом переводя дух, как можно более ядовито произнес я, когда мы были уже практически у входа в замок. – У вас что, даже лошадей не нашлось? Уж про машины я и не говорю...
- Ничего страшного, - почти радостно ответил зельевар, приподняв уголок рта, что, видимо, должно было обозначать улыбку, - ходьба полезна для здоровья.
- Без вас знаю! – довольно грубо откликнулся я, присаживаясь на ступеньку, чтобы дать отдых ногам. Конечно, я восстанавливаю свою прежнюю физическую форму, но пока что продвинулся не слишком далеко. С моим-то новым изможденным телом – сомневаюсь, что вы добились бы лучших результатов.
- Ну как, отдохнули? – подчеркнуто заботливо спросил Снейп спустя пару секунд. Я только злобно взглянул на него, жалея, что взгляды не умеют убивать или хотя бы затыкать рты всяким надоедливым спутникам.
- Скажите, пожалуйста, - подозрительно, но очень вежливо поинтересовался я, - куда мы сейчас пойдем?
- В кабинет Дамблдора, конечно же.
- Надеюсь, он находится на первом этаже? – с нескрываемой тревогой уточнил я.
- Нет, - ехидству профессора не было пределов.
- И лифтов у вас, само собой, не имеется. – Я не спрашивал, а с грустью констатировал факт.
- Откуда бы им здесь взяться? – с неподдельным любопытством спросил Северус.
- Мда.., - протянул я, вставая. – Ладно, раньше сядем, раньше выйдем! Поехали. Пойдемте, мой мучитель.
- Ну что вы, - Снейп приподнял и второй уголок рта – его улыбка даже стала отдаленно напоминать настоящую, - я вовсе не намеревался вас мучить. – Голос звучал так невинно, что хотелось ему поверить. Если бы не довольное выражение лица моего собеседника.
Мы вошли в замок. Я сжал зубы, морально готовясь к предстоящей «прогулке» - размеры здания внушали трепет. «Не удивлюсь, - мелькнула мысль, - если Северус, пользуясь моим незнанием местности, еще и прогонит меня дополнительно по паре этажей». Возможно, так оно и было, потому что прошагали мы порядочно.
В одном из коридоров нам навстречу попался паренек с растрепанными черными волосами и в очках. Ему было лет пятнадцать-шестнадцать на вид и он почему-то показался мне очень знакомым. Но где и когда я мог его видеть? Ученик торопливо шагал, не обращая ни на что внимания. В первое же мгновение, как я увидел его, то почувствовал приступ необъяснимой, безудержной ненависти. Сильно удивился и не без труда овладел своими чувствами. Через пару шагов парень негромко вскрикнул и схватился за лоб, после чего моментально застыл, как будто налетел на невидимую стену, и внимательно посмотрел на нас. Почти сразу его взгляд остановился на мне и на лице ученика отразилась целая гамма противоречивейших чувств. Самыми сильными были, пожалуй, подозрительность и изумление. А его поза напомнила мне стойку приговившегося к бою человека – так и виделось, как он достает из кармана пистолет и... То есть, что я говорю, это же маги! Палочку, конечно. И к этому парочку непростительных Круцио, например.
Похоже, я не так уж был далек от истины, потому что после пары секунд раздумий он действительно вытащил из кармана деревяшку. Но тут вмешался мой проводник. Профессор Снейп подошел к мальчишке и между ними завязался краткий, но яростный диалог.
- Мистер Поттер, что вы здесь делаете? – на удивление ядовито поинтересовался преподаватель.
- Иду в библиотеку, - напряженно ответил паренек и качнул головой в мою сторону. – Кто это такой?
- Не лезьте не в свое дело. Десять баллов с Гриффиндора за неуместное любопытство.
- Я только хотел.., - вспыхнул ученик, но тут же замолчал и прошел мимо. Оглянувшись, я увидел, что он вскоре остановился и теперь смотрит нам вслед. Точнее, мне. Его тяжелый взгляд буквально сверлил мне спину. Очень неприятное ощущение, знаете ли.
Несколько мгновений я ломал голову, почему фамилия «Поттер» кажется мне такой знакомой, пока не вспомнил: именно ее упоминала Элис, когда рассказывала об исчезновении Волдеморта и Мальчике-который-выжил. Ну да, точно – Гарри Поттер. Так это был тот самый знаменитый выживший? Нервный какой. Хотя это может объясняться его нелегкой жизнью, известность - тяжкий груз.
Поднявшись по еще одной лестнице и пройдя немного по очередному коридору, мы оказались около статуи некоего странного крылатого чудовища. «Кабаны тоже были с крыльями, - тут же пришло мне в голову, - строители замка явно страдали крылатоманией». Снейп прошептал монстру нечто непонятное и тут произошло чудо: статуя пошевелилась, шагнула в сторону, каменная стена за ней раздвинулась. За стеной я увидел спиралевидную лестницу, которая двигалась сама по себе. Профессор пригласительно взмахнул рукой и первый отправился вверх по ступеням. Я, преодолев некоторое оцепенение, неуверенно последовал за ним. Едва я сделал пару шагов по лестнице, мне почудилось движение сзади. Обернувшись, я с замешательством и не без страха наблюдал, как закрывается за нами стена. Пути назад не было.
Что ж, тогда надо принять свою судьбу, какой бы она не была. И я смело поспешил за зельеваром. Вскоре мы стояли перед массивной дверью, на которой висел медный молоток в форме какой-то птицы: то ли орла, то ли грифа – я не орнитолог, чтобы определять с первого взгляда.


P.S. Сорс, помнишь, ты говорил, что я часто вкладываю продолжение? Так вот, явно сглазил - уже третий год "Шанс" дописываю!

[MR.Freez]

Ogin, я (и, наверное, другие ПЧ) уже заждались

[Ogin]

MR.Freez, сомневаюсь, что, кроме Вас еще кто-нибудь читает . Нет, я никого не виню, только себя - чаще писать надо. К сожалению, у меня проблемы со временем, так что обещать ничего не могу. Но все же постараюсь закончить "Шанс"...

[Freezing Spell]

Огин, я читаю! =)

[Ogin]

Freezing Spell, что ж, значит, у меня целых два читателя. Обнадеживает .

[Rayen]

Что же, весьма интересно. Хороший сюжет, легко читается. Но насколько я заметил итервал с которым выкладывается данный фик очень и очень не маленький. А по сему многие могут просто утратить интерес к этому произведению. Если вы не хотите потерять тех читателей, которые еще остались, вам бы стоило выкладывать продолжение "чуть" по чаще. Впрочем, решать вам. В любом случае желаю вам удачи в дальнейшем вашем творчестве.

[Ogin]

Rayen, сама понимаю. Но я же не могу плюнуть на реальную жизнь и только сочинять фанфики! Я бы, конечно, с удовольствием...

[Rayen]

Но я же не могу плюнуть на реальную жизнь и только сочинять фанфики! Я бы, конечно, с удовольствием...

Нет определенно вам не стоит плевать на личную жизнь. Фики не настолько важны!!!
Просто не забывайте, что у вас есть читатели.