Интервью LA Times с Николосом Хупером (автором саунда шестой части)
«Легкий» стиль Николаса Хупера
(июль 2009, Николас Хупер (саундтрек), LA Times)
Сегодня наш обратный отсчёт до выхода «Принца-полукровки» в кинотеатрах по всему миру продолжается с беседой Дэниз Мартин с Николасом Хупером, человеком, создающем волшебство музыки.
«Гарри Поттер и Принц-полукровка» - это второе «поттеровское» объединение творческих сил Николаса Хупера и режиссёра Дэвида Йейтса (после «Ордена Феникса»). Но кроме этого, оба мастера работали вместе и над другими проектами Йейтса, начиная с его студенческих ТВ-фильмов «State of Play» и «The Young Visitors».
Хупер позвонил из Англии, чтобы рассказать нам, почему он оглядывался на оригинальный саундтрек Джона Уильямса в поисках вдохновения, чего мы не услышим в фильме и как музыкальная тема Драко может быть и зловещей, и печальной одновременно.
Вы знаете Дэвида Йейтса давно и работаете с ним последние 19 лет. Что вы ощущали, обсуждая такой большой и знаменитый проект, как Поттериана?
НХ: Я уже был фанатом после книг. И когда вышли первые фильмы, я просто должен был пойти посмотреть. И, конечно же, мне всегда хотелось написать музыку хотя бы к одному. Потом Дэвид вдруг сказал мне, что он собирается снимать одну из частей, я чуть в обморок не упал, потому что вообще этого не ожидал. Дэвид занимался в основном политическими триллерами и всем подобным. Поэтому такая работа – это нечто совсем другое.
Как вам удалось суметь вложить в музыку что-то своё, после выхода в свет четырёх фильмов с уже более или менее устоявшимся стилем звучания?
НХ: Я начал с прослушивания саундтреков Джона Уильямса, особенно к третьему фильму, «Узнику Азкабана». Я буквально влюбился в него и пытался создать что-то приближенное к нему, использовал некоторые темы, особенно тему Хедвиг. После этого мы решили, что лучше будет, если я пойду по собственному пути вместо попыток имитировать Джона Уильямса, что, кстати говоря, невозможно. Для «Принца-полукровки» я написал другой саундтрек, по-настоящему другой. Он легче, я пишу музыку легче.
Сразу ощущается разница, «Орден Феникса» - это больше триллер. В нём больше экшена.
НХ: Да, «Феникс» стал для меня чем-то новым в этом смысле. Я писал музыку для экшена и раньше, но делать это для такой атмосферы – это что-то.
Спорное утверждение, но можно сказать, что «Принц-полукровка» - самая мрачная из книг. Как вам удалось найти нужное настроение?
НХ: Мы начали работать с того момента, который должен быть в конце фильма, прямо перед убийством Дамблдора. Это был очень мрачный отрывок с хором и барабанами. Конечно же, этот момент был вырезан из фильма. Зато он послужил семенами для ростков того, что в итоге стало темой развития Дамблдора, которая приходит кульминации, когда Гарри и Дамблдор путешествуют в поисках Хоркруста [Крестража] в пещере. Это очень важный момент.
Для другого важного отрывка вдохновение пришло из «Ордена Феникса» - от темы одержимости в конце фильма, когда Волдеморт вселяется в Гарри, чтобы заставить его отвергнуть любовь. Эта музыка также проходит через весь фильм и находит свою кульминацию, когда Дамблдор умирает. Две этих темы играют очень важную роль в фильме. Кроме того, эта часть более эмоциональна, чем предыдущие. В ней гораздо больше рассказывается об отношении людей друг к другу. Отношения между Гарри и Дамблдором, романтические отношения между мальчиками и девочками. Мне кажется, в этом смысле все приобрели определённую глубину. Музыка отражает это.
Расскажите, на основе чего разрабатывалась оригинальная идея отрывка с хором и барабанами, который вы написали в самом начале?
НХ: Дэвид хотел снять школьный хор, школьный хор Хогвартса, его репетицию, когда всё это зло отходит на второй план. Это был бы промежуточный момент между событиями в пещере и прибытием Пожирателей Смерти в Хогвартс. Изначально был разрыв, который заполнился бы этим моментом, чтобы плавно привести сюжет от Драко к смерти. От этого отрывка почти веяло Гефсиманским садом. Но в окончательном варианте было решено, что сцена с хором затянет кульминацию. И теперь действие идёт сразу от пещеры к финалу, и я считаю, это правильно. Однако сама музыка всё же есть, её можно услышать в титрах, записана она и на саундтреке.
Драко также играет основную роль в фильме. У него есть своя тема?
НХ: Да, есть. Она следует за ним во время всех его визитов в Выручай-комнату. Настоящая тема Малфоя, да. Это странная смесь мрачности и грусти. Ну, не совсем грусти. Она такая, развивающаяся. Вот этот бедный мальчик, которого втянули во всё это. Всё говорит об этом парне, которого вытаскивают из его глубин.
У вас есть любимая тема из этого фильма?
НХ: Думаю, что мой любимый момент – это Гарри и Дамблдор в пещере, потому что он большой и тяжёлый. Пара человек, приходивших послушать эту тему, когда я её закончил, были в слезах после прослушивания, и я подумал: «О, это очень мило». Чувствую, что расшевелил людей. Должен заметить, что момент с Гарри и Джинни – ещё один из любимых.
Он отличается от того, что в книге, не так ли? [Спойлеры!!!]
НХ: Это немного странно. Они в Выручай-комнате, пытаются спрятать кое-что и даже натыкаются на секрет Малфоя, хотя не понимают этого. А потом поцелуй. Это трогательный, красивый момент. И нет никакой темы, которая бы шла через весь фильм, просто специальная мелодия в середине.
Источник
