День Сатурна (закончен)

[Князь Владимир]

Продолжаю дальше.



Рон вырвал с корнем длинный сухой стебель, вынул палочку и превратил его в большую подзорную трубу. Вдвоем с Дином они поднесли эту трубу к очкам Гарри.
- А теперь – видишь?
И Гарри на несколько секунд замер от удивления.
У загона столпились все двенадцать слизеринцев, Гарри узнал среди них Малфоя, а чуть поодаль, указывая рукой на торчащее из-за ограды загона дуло Ганлайка и явно что-то объясняя… стоял профессор Снегг.
- Это как понимать? – спросил сам себя Рон, переводя взгляд то на Снегга, который читал лекцию слизеринцам у загона, то на Снегга, который все еще спросил с Симусом у распиленного бревна.
- И там Свинец, и тут Свинец… - шепнула Парвати. – Или, если тут Свинец, то там – кто?
- И три урока одновременно вел Свинец… - побледнев от ужаса, прошептал Дин.
- Успокойтесь, - вдруг сказал Гарри: ему на ум пришла блестящая мысль. – Давайте отойдем вон туда, чтобы Свинец и Финниган не услышали…
Четыре гриффиндорца скрылись от Снегга за порослью гигантских сухихи стеблей травы, каждый из которых был ростом на четверть метра выше Рона. Там все они почти прижались друг к другу, и Гарри тихим-тихим шепотом начал рассказывать:
- Понимаете, я думаю, у него Маховик Времени.
- Маховик Времени? – удивленно спросила Парвати. – Это что такое?
Рон хлопнул себя по голове, как будто вспомнил что-то знакомое.
- Это такая штука, - начал рассказывать Гарри, - она выглядит как песочные часы на длинной цепи, и если надеть на себя цепь и повернуть песочные часы, как стрелки на нормальных часах, то можно переместиться вперед или назад во времени, на один или несколько часов. У нас так Гермиона делала, когда училась на третьем курсе – она решила ходить на все лекции каждый день, даже на те, которые идут в одно и то же время, и Мурка дала ей такой Маховик. Правда, потом она от этого отказалась – замучилась совсем с такими нагрузками.
- Да, и я об этом знаю, - сказал Рон.- Вот сейчас и у Свинца такая штука. Сегодня же День Сатурна, и все преподаватели заняты уборкой, жаркой, варкой, стиркой… А Свинец же сам сказал, что кто-то должен вести уроки. Вот поэтому все уроки сегодня ведет Свинец. Гермиона вертела свой Маховик Времени, чтобы учиться сразу на нескольких уроках, а Свинец сегодня весь день его вертит, чтобы сразу все уроки вести. Вот он сейчас прочитает до конца лекцию по защите нам, потом вернется на три часа назад и будет читать лекцию по защите слизеринцам. Но это будет на том месте, которое мы можем отсюда увидеть – вот мы отсюда его в будущем и видим.
- Класс! - не сдержала восхищения Парвати. – Если бы у меня такое было…
Но Парвати ничего не успела сказать – Дин дернул ее за плечо. Все гриффиндорцы испуганно замолчали – сухие стебли травы раздвинулись, из них появился Снегг.
- Перерыв окончен, все на занятия, - сказал он.
Круглое бревно, за которое Гарри снова пришлось сесть, показалось ему камерой пыток. Снегг заставил гриффиндорцев писать конспект еще полчаса, и в течение этого времени Гарри, хотя и не понимал того, что пишет, записывал внимательно и аккуратно, чтобы в любой момент суметь повторить последние слова Снегга. Но тот об этом догадался и больше уже от Гарри этого не требовал. Слева от Гарри, на левом краю бревна, сидел Рон – он, очевидно, тоже очень устал от письма, поскольку почерк его превратился уже в совершенные каракули. Справа сидела Лаванда – она уже старалась сокращать все слова, чтобы хоть как-то дать отдохнуть руке. А Симус, который сидел на правом краю бревна, записывал все полностью и аккуратно, но по выражению его лица было видно, что ему вовсе не по душе такие записи.
Наконец в замке прозвенел колокол. Снегг быстро довел лекцию до конца и закончил ее следующими словами:
- А теперь положите перья и сверните конспекты. И запомните, что в этом году они уже не пригодятся вам, но сохраните их для следующих лет. За сегодняшний урок всем ставлю пять, только вам, Патил, три – снижаю за интриги, и вам, Поттер, единицу – за оскорбление моего факультета. За практику общее добавление – двадцать пять очков Гриффиндору. Урок окончен.
Все гриффиндорцы встали.
- До свидания.
Гриффиндорцы положили в сумки перья, чернила и пергаменты, после чего начали быстро вставать с бревна и расходиться. Рон и Симус встали первыми, каждый со своего края бревна, и, даже не поднимая сумок на плечо, быстрым шагом подошли друг к другу и смело, с вызовом, посмотрели друг другу в глаза.
- Ну, пошли, - коротко и ясно сказал Рон.
- Пошли, - так же ответил Симус. – За углом сарая с каретами.
- Идет, - сказал Рон, и оба удалились в сторону, противоположную загону, дошли до стены замка и направились вдоль нее. Невилл, Дин и Лаванда, которым абсолютно не о чем было говорить друг с другом, не спеша и не глядя друг на друга, двинулись к главному входу Хогвартса.
Гарри печально обернулся. Они остались втроем – с Парвати и Снегом. Несколько минут Гарри и Парвати молча смотрели на Снегга, а тот стоял и молчал – и оба понимали, что профессор ждет, когда он же сам, в своем будущем, выведет из загона всех слизеринцев и оставит его пустым. Наконец профессор заговорил.
- Идите за мной, - сказал он и указал рукой в сторону загона. Снегг пошел первым, Гарри и Парвати двинулись следом. И Гарри вспомнил, что когда-то и Иисус призывал своих учеников этим жестом и этой фразой. Тем более что Снегг сказал это с тем же спокойствием.
Профессор зельеварения довел их до загона. Теперь соплохвостов в загоне не было, но оттуда по-прежнему слышался шум пламени и прыжки, которыми творения Хагрида пытались взлететь. Гарри в недоумении посмотрел в лицо Парвати, не зная, кто теперь может издавать такие звуки, но по ее лицу понял, что ей все понятно.
Снегг не стал заходить в загон, а прошел мимо. Оказалось, что за этим загоном стояло еще три, и у ворот одного из этих трех Снегг остановился.
- Вот ваша задача, Поттер и Патил, - начал он, но Гарри перебил его:
- А кто там, профессор?
- Огненные крабы, - ответил Снегг, опять взглянув на Гарри с отвращением.
«Ах да!» - вспомнил Гарри. – «Ведь соплохвосты – это же помесь мантикор с огненными крабами! А так, выходит, выглядят настоящие…»
- Что нам делать с огненными крабами, профессор? – спросила Парвати.
- Слушайте меня. В остальных трех загонах огненные крабы, они сыты, счастливы и здоровы. В этом загоне – все больные. Среди огненных крабов началась кишечная эпидемия, но ее удалось локализовать и всех крабов с больным кишечником собрать вон там, - Снегг указал на ворота загона. – Ваша задача, Поттер и Патил, - зайти туда и всех их вылечить. Абсолютно всех, чтобы ни один потом не заразился от другого.
- Профессор, - возразил Гарри, - мы не проходили, как лечить огненных крабов.
- Не врите, - ответил Снегг. – Вас учили по программе полных четырех курсов, в которую входили такие заклинания. И если вы их не выучили, Поттер – это полностью ваша вина, и вам самим придется отвечать за собственную лень.
- Профессор, но туда же нельзя заходить! Огненные крабы же очень агрессивны, они нападают на всех, кого видят, у них же огонь течет из-под хвоста! Как мы будем их лечить, ведь к ним подойти нельзя?!
- Ваши проблемы, - ехидно сказал Снегг. –По крайней мере, мадам Помфри еще не признала ни одного пациента, пострадавшего от огненных крабов, безнадежным. На всю эту процедуру даю двадцать минут. Через двадцать минут я вернусь и проверю, и только попробуйте не исполнить моего приказа. А теперь – приступайте. Немедленно.
Снегг повернулся к Гарри и Парвати спиной и свернул от ворот за угол загона. Гарри не выдержал и через десять секунд заглянул за этот угол – никаких следов Снегга там не было. Видно, профессор снова повернул свой Маховик Времени, чтобы вести еще у кого-то последний урок.
- Да, подкинул нам Свинец задачку… - безнадежным тоном обратился Гарри к Парвати, но получил совсем неожиданный ответ.
- Не беспокойся, Гарри. Справимся. Я знаю, что нужно делать.
- Ты – знаешь? – с удивлением спросил Гарри. – Но ведь ты учишься хуже меня…
- Зато я знаю одно заклинание, которое я много раз применяла дома. Его и попробуем.
- А разве тебе можно было колдовать на каникулах?
- Если честно – нет, - сказала Парвати. – Но мои родители оба волшебники, я чистокровная, поэтому следы моего волшебства невозможно отличить от следов их заклинаний. Рон ведь тоже на каникулах иногда колдует?
- Иногда, - сказал Гарри. – Не будем об этом говорить, давай лучше за работу.
- Переставь к стенке вон тот ящик, - Парвати указала на огромный ящик внутри другого загона, достаточно большой, чтобы в нем поместился соплохвост или огненный краб.
- А сама что же? – спросил Гарри. На самом деле он хотел этим скрыть, что плохо понял, чего Парвати конкретно от него хочет.
Парвати покорно направила палочку на ящик и произнесла:
-Вингардиум Левиоса!
Под действием потока энергии ящик начал медленно подниматься в воздух, но на двухметровой высоте Парвати его уронила, и ящик с грохотом шлепнулся обратно в загон. При этом оттуда послышался угрожающий рев – скорее всего, ящик угодил по спине одному из здоровых огненных крабов.
- Га-а-арри, - обиженно протянула Парвати. – Я ведь тебя просила…
Гарри навел палочку на тот же самый ящик и тоже сказал «Вингардиум Левиоса!» Ящик поднялся в воздух, и Гарри, продолжая держать его палочкой, оглянулся на Парвати, пытаясь понять: что делать дальше?
Парвати встала спиной к стенке загона, недалеко от ворот.
- А теперь опусти его туда, где я стою.
Гарри передвинул заклинанием ящик к загону, и тот оказался прямо над тем местом, где стояла Парвати, спинкой параллельно к стенке. При этом ящик оказался вверх дном, и нижняя его часть была открыта. Гарри остановил заклинание, и ящик устремился вниз, накрыв собой Парвати.
- Ты что же делаешь, дурак?! – послышался крик изнутри. – Вытаскивай теперь меня отсюда!
Гарри навел палочку на стенку ящика и крикнул: «Редукто!» Заклинание пробило в ящике дыру, через которую Парвати и выбралась наружу.
- У тебя мозгов совсем нет?! – закричала она,
- А ты сама отойти не догадалась?!
- Ладно, давай успокоимся. Оба. Время идет, - сказала Парвати и несколько секунд поглядела в дыру, из которой вылезла. Теперь в пустом ящике было темно – солнечные лучи в дыру не попадали.
- Большой очень. Ну, сейчас мы его уменьшим. С этим, Гарри, я сама справлюсь – ты меня на занятиях ОД очень хорошо научил.
Парвати направила палочку на ящик и сказала «Редуцио!» Ящик вместе с дырой уменьшился так, что теперь его высота составляла три четверти от высоты стенки загона.
- Еще надо, - сказал Парвати, и еще одно уменьшающее заклятие сделало ящик ниже стенки загона ровно наполовину. Рядом с ящиком оказался довольно большой камень, так что Гарри и Парвати теперь могли без проблем на этот ящик влезть. Именно это Парвати и сделала, Гарри последовал за ней. Теперь они стояли так, что край стенки загона закрывал их тела ниже груди, остальное все было на виду. На сердце у Гарри стало несколько жутковато, когда он увидел два десятка ползающих по загону здоровенных огненных крабов. Впрочем, эти крабы ползали гораздо медленнее обычных, их рев был больше похож на жалобные стоны, а из-под хвостов у них выходили либо тоненькие струйки огня, либо вовсе какие-то жалкие клочки дыма.
- Очень похоже на глинкувач, - сказала Парвати, словно опытный специалист по огненным крабам.
- На что-на что?
- Это такие вредные бактерии. У моего дедушки был огненный краб, так дедушка его от этого лечил. А узнал, что у него глинкувач, он вот так. – Парвати высунув руку за край стенки, направила палочку на одного из крабов и произнесла какое-то длинное заклинание на индийском языке. Из палочки вылетел туманный знак вопроса, влетел крабу под хвост и через некоторое время вылетел оттуда, превратившись в туманный плюс.
- Результат положительный. Что я и говорила. Делетриус! – сказала Парвати, и туманный плюс растаял. – Теперь слушай меня, Гарри. Я сейчас буду их лечить. Кто будет здоров, у того из-под хвоста полетит нормальный огонь – ты таких оглушай, чтобы отличить их от больных. Так мы вылечим всех. Только давай быстрее, времени у нас мало осталось.
- А если нормальный огонь полетит в нас?
- Пригнись, - сказала Парвати. – Стенку он не подожжет – загон хотя и деревянный, но защиту от огня явно имеет. Давай!
Она навела палочку на другого огненного краба и на этот раз тоже тихо прошептала что-то индийское. Но теперь из палочки вылетела копия ее девичьей руки, сотканная из белого тумана. Рука молнией метнулась под хвост огненному крабу и вошла внутрь, в кишечник. Через десять секунд она вылетела обратно – но запястье ее оставалось белым, а кисть сделалась черной, как сажа. Тогда рука на мгновение превратилась в огненный шар, а затем снова сделалась белой, очистившись огнем от налипших на нее бактерий. Гарри, смотря на туманную руку, совершенно забыл о крабе, но тут же вспомнил, когда краб, издав радостный рык, прыгнул вперед на четыре метра, а из-под хвоста у него вырвалась струя огня толщиной с василиска, которого Гарри когда-то убил в Тайной Комнате. Гарри тут же навел на него палочку и крикнул: «Окаменей!» Заклинание попало крабу в голову, оглушенный краб замер на месте. Тем временем рука вычистила кишечник второго краба, затем – через полминуты – третьего, затем – четвертого… Гарри едва успевал произносить оглушающие заклинания. Не прошло и пяти минут, как все огненные крабы были обездвижены. А туманная рука, поработавшая на славу, снова превратилась в огненный шар – и на этот раз, не возвращаясь к прежнему обличью, погасла.
- Оглушение снимать? – спросил Гарри, когда Парвати убрала палочку и повернулась к нему.
- Да ну на фиг, - ответила та. – А то сразу на нас нападут. Все теперь здоровы и полны сил на кого-нибудь напасть, так что оставим их так, а Свинец, если ему это надо, с них оглушение сам снимет. Слезай.
Оба слезли с ящика. Парвати расстегнула сумку и достала из нее перо и крошечный листок бумаги. Ей не понадобилось окунать перо в чернильницу – перо почернело от одного ее взгляда. Приложив листок к стенке ящика, Парвати начала писать записку:
«Профессор Снегг, мы закончили. Крабы здоровы. Все в загоне, оглушены. Мы пошли. Патил и Поттер».
Она приколола записку булавкой к воротам загона и снова повернулась к Гарри.
- Пошли.
- А разве мы не будем ждать Свинца? – спросил Гарри.
- Еще чего! Он придет, да к чему-нибудь прицепится, да начнет, что все не этак, все не так… Наказание мы отработали и теперь имеем полное право уйти. А он придет, увидит, что крабы все здоровы, и этого хватит с него. Пошли.
Парвати решительно направилась прочь от ворот загона, и Гарри пошел с ней рядом. Они шли молча, и только у дверей замка Гарри заговорил.

[Князь Владимир]

Парвати решительно направилась прочь от ворот загона, и Гарри пошел с ней рядом. Они шли молча, и только у дверей замка Гарри заговорил:
- Парвати, это же… класс! Супер-заклинание! Почему ты так хорошо его применяешь, а на занятиях ОД ни меня, ни других ему не научила?
- Это ведь не боевое заклинание, - ответила Парвати. – А мы на ОД учимся у тебя защите от темных искусств – и вот как раз этому нам и надо учиться.
- А этому ты меня научишь?
- Нет, Гарри, не могу, - произнесла Парвати без всякого сожаления. – Это заклинание применяют только девушки и женщины, парни его не применяют. Так же, как парни не танцуют танец живота.
- А ты умеешь танцевать танец живота? – спросил Гарри, хотя это его вовсе не интересовало.
- Отлично умею, - сказала Парвати. – Вот будет у нас праздник – Амбридж уволят, или СОВ сдадим, так и покажу…
- А разве сегодня у нас не праздник? – сказал Гарри и сам удивился собственным словам.
- А ты хочешь, чтобы я сегодня показала? – Парвати улыбнулась. – Ну, очень может быть… - Но тут ее указательные пальцы сами собой прижались к вискам, и Гарри снова услышал тихий свист и увидел вокруг ее глаз серебристое сияние. Парвати схватила Гарри за руку. На ее лице был испуг.
- Гарри… Гарри… - Похоже, Парвати от страха не могла подобрать нужные слова, поэтому все повторяла его имя. – Гарри… Гарри… там… Гарри…
- Что там? Где? – Гарри взял Парвати под руку, чтобы успокоить ее. – Ты скажи, что – я, может быть, с этим справлюсь.
- Да я даже… не могу понять что… только… - Гарри чувствовал, что сердце Парвати бьется сильнее, чем у него самого, когда он входил в зал суда Визенгамота. – Только… извини… не придется мне сегодня показывать танец живота, Гарри.
- А что случилось?
- Я не могу понять что… они от меня скрывают. – Парвати несколько раз глубоко вдохнула и успокоилась. – Не хотят, чтобы я пока об этом знала.
- Парвати, так я не понял… они скрывают что-то от тебя?
- Похоже, да. Но мы, как придем, все узнаем, не сомневайся. – Теперь Парвати говорила вполне уверенно, от ее страха не осталось и следа. – Ну пошли, а то че мы у дверей встали…
Гарри открыл правую дверь, пропустил вперед Парвати и вошел сам. И тут у обоих возникли в голове новые вопросы.
- Парвати, - спросил Гарри, - А чем твой дедушка лечил своего огненного краба, если то, чем ты лечила, как ты говоришь, не мужское заклинание?
- Ну, мало ли чем… Травами, зельями… Две недели лечил – но ведь вылечил. – Парвати немного подумала и задала свой вопрос.
- Гарри, а зачем ты написал «Анальное отверстие» над входом в подземелья Слизерина?
- Я этого не писал, - сказал Гарри. – Ты-то мне поверишь?
- Да ладно, я-то поверю… - Они поднялись по лестнице, ведущей из вестибюля, и направились длинными коридорами в родную башню Гриффиндора. Гарри обычно не обращал внимания на неподвижные предметы в коридорах, но в этот раз ему бросилось в глаза кое-что странное.
- Парвати, - спросил он на одной из лестниц, - ты заметила? Вот мы уже сколько прошли по дороге в нашу башню – ни одного портрета, все рамы пустые, ни одного рыцаря, ни одной статуи? Куда все подевались?
- Это же крабу огненному понятно, - ответила Парвати, входя вместе с Гарри в один из коридоров. – Собрались все вместе куда-нибудь и отмечают День Сатурна.
Но тут они прошли мимо большой ниши в коридоре, и Парвати, не выдержав изумления, воскликнула:
- А это что такое?! Вы здесь не стояли!
Гарри уже не раз проходил мимо этой ниши – обычно она была пустой, иногда в ней висел чей-нибудь портрет. Но теперь там расположились друг против друга две статуи, и обе он видел в первый раз. Одна из них изображала молодого мужчину, другая – полную женщину средних лет. Обе статуи были серыми, но их каменные мантии имели черный цвет, на обеих мантиях был цветной герб Хогвартса, и у статуи мужчины был красный галстук Гриффиндора, а у статуи женщины – зеленый галстук Слизерина. На лицах статуй застыло выражение ярости и гнева, в руках они сжимали каменные волшебные палочки, направив их друг другу в лицо.
- Да, точно они здесь не стояли… - сказал Гарри, обращаясь к Парвати. – А где же они стояли?
- А ты что, их не знаешь? Это же Марк Гриффиндорский и Молли Слизеринская! Они всегда стояли недалеко от башни Когтеврана, мне про них сестра рассказывала. И показывала, - Парвати улыбнулась. – Четыреста лет назад, аккурат в тысяча шестьсот четвертом году, они были деканами Гриффиндора и Слизерина. Однажды они поссорились и вызвали друг друга на поединок, назначили место именно там, где они теперь всегда стоят, недалеко от башни Когтеврана, выхватили палочки… И обратили друг друга в камень. С тех пор они там так и стоят, вот в такой вот позе. Однако, в отличие от прочих статуй, они сохранили способность разговаривать. Один раз в десять лет, в год, который оканчивается на четверку, они произносят по одной фразе – и всегда сначала Марк, потом Молли.
- А в этом году они уже говорили? – спросил Гарри. – Он ведь как раз оканчивается на четверку…
- Может, и говорили, - сказала Парвати. – А может, и нет – бывает, что они только в конце года разговаривают. Вот, в башне Когтеврана привидения каждую их фразу помнят – ученики им все рассказывают. Потому что, кроме когтевранцев, там никто не ходит, поэтому никто этих и не слышит…
Но тут обе статуи внезапно пришли в движение. Они опустили руки с палочками и повернули лица к Гарри и Парвати.
- А вот сейчас, похоже, мы их услышим, - сказал Гарри. Парвати от неожиданности замерла на месте.
Лицо Марка приобрело такое же выражение, которое Гарри видел на лице Дамблдора, когда тот беседовал с ним после очередной победы Гарри над темными силами. И Марк заговорил – голосом, очень низким, но вместе с тем похожим на голос Дамблдора:
- Не бойся слизеринцев – в худшем случае они могут тебя убить. Не бойся когтевранцев – в худшем случае они могут тебя предать. Бойся пуффендуйцев – они не убивают и не предают, но только с их молчаливого согласия существуют в Хогвартсе предательство и убийство.
Затем заговорила Молли – точно таким же, лишь чуть более высоким голосом:
- Скоро, очень скоро в Хогвартсе произойдут большие перемены, каких не было со дня его основания. И тогда гриффиндорцы перестанут грызться со слизеринцами, а когтевранцы – с пуффендуйцами. И на всей территории Хогвартса воцарится мир и согласие.
Статуи замолчали и начали поворачиваться друг к другу, готовясь опять направить друг на друга каменные палочки. Но тут заговорила Парвати:
- А может, хватит предостережений и предсказаний? Я вам сейчас тоже кое-что предскажу – сейчас вы прекратите пустую болтовню и глупый поединок и будете танцевать индийское диско!
Парвати коснулась указательным пальцем круглого белого камня на золотом перстне, что был у нее на другой руке, и камень внезапно начал переливаться всеми цветами радуги и отбрасывать во все стороны разноцветные тени. В то же время из него послышалась музыка – это была мелодия того самого танца, зажигательного и быстрого, на который Гарри не пригласил Парвати на Святочном балу на прошлое Рождество, после чего ей пришлось просидеть весь этот танец за столом, пока ее не пригласил ученик из Франции. Теперь Гарри точно понял, что в этом танце было нечто явно индийское, что мелодия была полна восточной экзотики. Парвати взмахнула палочкой, и из кончика палочки полетели разноцветным дождем сверкающие искры – они не погасли, но начали летать вокруг Марка и Молли, стали сгущаться вокруг них – и вскоре и Молли, и Марк оказались в блестящих индийских нарядах и с многочисленными украшениями (так, у Молли в ушах появились изумрудные серьги, а между глаз – цепь с овальным аквамарином, который в глазах Гарри отлично ее украсил). Марк и Молли не касались друг друга, но танцевали рядом, а Парвати, держа волшебную палочку как микрофон, что-то пела под мелодию танца на индийском языке – голос у нее был не слишком сильным, но его заметно усилила палочка. Среди разноцветных теней и искр, заполняющих коридор, музыка показалась Гарри еще зажигательнее той, под которую танцевали вейлы на чемпионате мира по квиддичу, и он внезапно поймал себя на том, что все его тело сгорает от желания двигаться под эту музыку. Не выдержав, Гарри, совершая незаметные движения в ритме индийского танца, подошел ближе к Парвати и тихо сказал:
- Может, присоединимся?
- С Когтевраном танцуй, - не прерывая ритма, ответила Парвати. - Он же лучше… - И с новой силой заиграла музыка, еще мелодичнее запела Парвати, а Марк и Молли уже танцевали с такой быстротой, что Гарри уже начал чувствовать к этому отвращение. Внезапно ему захотелось прервать всю эту чушь, и Гарри, подняв свою палочку, громко крикнул, разрывая ритм: «Фините Инкантатем!!!»
И сразу погасли все искры, рассеялся туманом блеск индийских нарядов и украшений, затихла мелодия танца, а Марк Гриффиндорский и Молли Слизеринская, снова в каменных мантиях Хогвартса, встали в прежнюю позу и на прежнее место и снова направили каменные палочки друг на друга.
Песня Парвати еще несколько секунд звучала в одиночестве, затем девушка сообразила, что ей более не для кого петь, и замолчала.
- Спасибо, Гарри, - обиженно сказала она.
- Знаешь что, Парвати – был бы я старостой, отнял бы у Гриффиндора из-за тебя десять очков. За насилие.
- Вот поэтому ты и не староста. – Эта фраза кольнула Гарри в душу острее шила. – По крайней мере, я доставила им удовольствие, а ты ничего другого не смог, как его оборвать. Ты заметил, какое у Марка лицо было довольное? Не то что у тебя, когда ты на Рождество танцевал со мной. И вообще, ты тогда, как полная скотина, меня бросил…
- Извини, - сказал Гарри, но Парвати отвернулась от него. И всю дорогу до башни Гриффиндора они шли, не глядя друг на друга. На лестнице, кривой-кривее-кривого, Гарри несколько раз слышал шепот в голове: «Возьми и подними ее опять на руки». «Сейчас подниму и через перила переброшу», - отвечал Гарри сам себе.
У портрета Полной Дамы Гарри и Парвати одновременно сказали ей пароль – каждый сам для себя. Полная Дама открыла проход обоим сразу. Но стоило Гарри и Парвати войти в проход…
Первое, что бросилось в глаза Гарри при входе в гостиную – висящая в воздухе огромная надпись, состоящая из сгустков горящего пламени. Огненные буквы возвещали: «СМЕРТЬ ПАТИЛ!!!»
А второе – висящая под потолком темно-серая веревка, скрученная в петлю. Изредка она мерцала голубоватым светом.
И третье – вокруг собралось не меньше трех десятков гриффиндорцев, со старших и с младших курсов. И взгляды их были устремлены на Парвати – и в них легко можно было прочитать гнев и злобу.
Гарри не успел повернуться к Парвати – он замер, услышав голос одного из гриффиндорцев.
- А, вот и наша красоточка явилась?! Явилась не зря – мы тебе подарочек приготовили…
- Да, веревочку на нежную шейку… - с издевкой произнес кто-то другой и захихикал еще хуже Малфоя, когда тот собирался сделать очередную пакость.
- Что это здесь происхо… - начал Гарри, но его голос утонул в оглушительном реве всех собравшихся гриффиндорцев:
- Смерть Патил! Смерть Патил! Смерть Патил!!!
А девчонки с младших курсов визжали:
- Вешай ведьму! Вешай ведьму!!!
Парвати, бледная, как мел, оглянулась назад на портрет, но кто-то уже успел закрыть выход из гостиной Гриффиндора огромным бревном. И между криками «Смерть Патил!!!» Гарри нашел время выкрикнуть: «Рон! Гермиона!» Но уже через секунду ему стало ясно, что старосты Гриффиндора отсюда очень далеко. А шестикурсники и семикурсники, в полном составе, продолжали кричать: «Смерть Патил! Смерть Патил!» И тут один из них сделал взмах рукой, и все затихли.
- Ой, а какое у нас хорошенькое личико… - улыбаясь, сказал один из них, держа в руках прозрачную колбу с надписью H2SO4. – А не плеснуть ли нам в него серной кислотой, чтоб не жалко было такое да на веревочку?
И все старшекурсники дружно заржали, как лошади.
- Ой, а какие у нас глазки… - сладким голосом начал второй, сжимая в руке вилку. – А не выколоть ли нам их вилочкой – я уж специально для этого и на огне ее накалил…
- А ушки лопоухие ей только мешают, - согласны, парни? – обратился, скосив глаза на однокурсников, третий. Те дружно кивнули. – Ничего, у меня с собой нож – сейчас мы их отрежем…
И все опять хором заревели:
- Смерть Патил! Смерть Патил! Смерть Патил!!!
И эти крики снова смешались с визгом малышни:
- Вешай ведьму! Вешай ведьму!!!
- Да ты не бойся, Патил, - вдруг мягко и вкрадчиво заговорил какой-то шестикурсник, сделав шаг вперед. – Это ведь не страшно. Поднимем тебя вверх, шейку в веревочку, раз – и все. А развязать или порвать ее и не думай – мы тут ее хорошо заколдовали…
- Стойте! – уже не своим голосом заорал Гарри – после увиденного и услышанного все казалось ему уже ночным кошмаром. – Вы кто?! Люди?! Или дикие звери?! Мы – один факультет, мы – Гриффиндор, и вы теперь хотите убить одну из нас?! Или вы все с ума сошли?! Что она вам сделала?!
- Брысь с дороги, Поттер! – рявкнул тот семикурсник, у кого в руке была серная кислота.
- Спрячься за меня, Парвати, - шепнул Гарри и заслонил Парвати собой. – Все назад! Кто дотронется до нее, будет иметь дело со мной.
Он выхватил палочку и направил ее на семикурсников.
- А. защитничек нашелся? Слыхали? – Семикурсник с серной кислотой показал на Гарри пальцем, и остальные семикурсники снова дружно заржали. – Что же нам с тобой делать, тупенький наш Поттер? Кислотой тебя облить?
- Глазки ему вилочкой выколоть? – предложил тот, который держал вилку.
- Или сразу нож в тощее пузо? – с хохотом продолжил третий.
Но вдруг за их спинами послышался голос:
- Отойдите все! Предоставьте его мне. Он – мой.
И, небрежно вертя в руках волшебную палочку, между гриффиндорцами протиснулась и выступила вперед Джинни Уизли.

[Князь Владимир]

И теперь... конец.


Но вдруг за их спинами послышался голос:
- Отойдите все! Предоставьте его мне. Он – мой.
И, небрежно вертя в руках волшебную палочку, между гриффиндорцами протиснулась и выступила вперед Джинни Уизли.
Сделав изящный жест правой рукой, она направила палочку на Гарри.
- Я тебя из Тайной Комнаты доставал, - сказал Гарри, - а ты…
- А я тебя сейчас еще глубже под землю отправлю, - невозмутимо ответила Джинни, на ее губах играла легкая улыбка.
- Ой, зря ты это, Джинни, - пытаясь скрыть то, что он чувствовал на самом деле, произнес Гарри. – Ой, зря…
Джинни только улыбалась в ответ. И гриффиндорцы за ее спиной больше не орали «Смерть Патил!!!» Они ждали того, что должно было сейчас случиться.
- Как благовоспитанная дама, я уступаю тебе право первому начать поединок, - сказала Джинни.
И Гарри немедленно воспользовался этим шансом. Он был уверен, что этот прием у него выйдет даже в состоянии тяжелого шока.
-Экспеллиармус! – крикнул он, и его палочка швырнула в Джинни темно-красный магический заряд, который со страшной силой ударил ее в грудь… и бессильной каплей лениво стек на пол.
-Экспеллиармус! – Еще один темно-красный заряд, в который теперь Гарри вкладывал и гнев с яростью – из-за того, что заклинание, которое защитило его от лорда Волан-де-Морта, теперь не сработало против четырнадцатилетней девчонки – вылетел из его палочки и врезался в грудь Джинни – и снова, как слеза бессилия, скатился по ее мантии на пол.
-Экспеллиармус! – На этот раз Гарри заставил себя заглушить эмоции. Он подумал, что заклинание подействует лишь при холодном расчете. И новый темно-красный заряд на огромной скорости нанес удар по груди Джинни. И новая ослабевшая темно-красная капля, скользнув по мантии, шлепнулась на пол.
- Да на, - Джинни, по-премжнему улыбаясь, протянула ему свою волшебную палочку прямо в левую руку. Очумев, Гарри схватил ее, но тут же пришел в себя и развернул ее так, что теперь обе палочки были направлены на Джинни. И Гарри начал готовиться к новому заклятию. Он перевел взгляд с палочек на лицо Джинни и ее фигуру.
- Теперь смотри. – Гарри взглянул ей прямо в глаза – и тут же почувствовал, что силы уходят из него, как текучая вода. Глаза его закрылись, держаться на ногах сил не осталось, и он, выронив обе палочки и безвольно опустив руки, грохнулся на живот у ног Джинни. Лицо его прижалось к полу, но Гарри не уже не знал, что под ним, и это его не интересовало – ему хотелось одного – лежать, отдыхать и спать, спать, спать…
И снова перед ним появилась запертая дверь в темном коридоре. Он быстрым шагом пошел к ней, но вдруг резко остановился. Его толкнула в голову мысль: «Как там ОНА? Мне нужно срочно вернуться, срочно вер…» И тут он понял, что опоздал. Тело его внезапно поднялось в воздух, шею сдавила темно-серая веревка, сердце бешено заколотилось, и все мысли были об одном – о воздухе…
И он получил его. Веревка внезапно исчезла, Гарри сделал глубокий вдох… и проснулся.
Он лежал на спине, в спальне парней пятого курса Гриффиндора, и под ним было застеленное одеяло. Но полог был поднят, и на соседней кровати Гарри увидел Рона – тот, уже в пижаме, лежал, накрывшись одеялом, но его лицо, плечи и руки были снаружи, а глаза смотрели на Гарри.
- Рон… - еле прошептал Гарри. – Рон… помоги… встать сил нету.
- А зачем тебе вставать? – с удивлением произнес Рон. – Раздевайся и ложись – полпервого ночи…
- Они… ее… повесили? – Гарри почувствовал, что шепот его стал громче – силы возвращались к нему.
- Кого? – Рон спросил это с явным недоумением. И Гарри недоумевал – как он может не знать?!
- Парвати… конечно. Парвати.
- Что?! – Рон сначала замер, потом улыбнулся. – Ах, это… Да нет, конечно. Это был розыгрыш.
- Они вели себя, как звери, - уже нормальным голосом сказал Гарри. – Как дикие звери.
- Прикалывались, - ответил Рон. – И ты на это повелся? Я бы не повелся.
- А Парвати с ума не сошла? Где она теперь?
- Как – где? Естественно, в спальне у девчонок! Сейчас ей наверняка Лаванда рассказывает, как они все это дело с веревкой устроили и кому это первому такая идея пришла в голову…
- А кому пришла? – Гарри чувствовал, что уже готов успокоиться.
- Ну, ты ведь слышал, как я ляпнул за обедом: «таким, как эта Патил, место на веревке»… Вот они это услышали и решили так вот ее разыграть.
- Ну и шуточки у них… - Однако в мыслях Гарри уже была другая тема – он заметил, что у Рона на лбу был большой темный синяк, и еще один синяк – под левой щекой. – Рон, что это у тебя?
- Да фигня, - ответил Рон. – Финнигану больше досталось. Я ему рога начистил там, за углом сарая с каретами. Больше, Гарри, он о тебе таких слов не вякнет – крепко получил и хорошо запомнил. Конечно, Гермиона бы устроила ему че-нибудь покруче, но я ее нашел только после того, как Финниган уполз раны зализывать…
- Так ты Гермиону нашел?! – В голосе Гарри впервые за сегодняшний день появилось не только удивление, но и радость.
- Ну да, нашел. Оказалось, зря я ее искал в нашей башне и в коридорах, а надо было на кужне, в прачечной и в Большом зале. Она, узнав про День Сатурна, первая вызвалась помочь преподавателям и весь день с ними готовила, стирала, убирала – в основном, конечно, она все им показывала, ведь они в этом деле ничего не соображают. Поэтому среди них она была первая, и команды эльфов выполняла первая – хотела показать преподавателям, как это жестоко, когда тобой командуют, а вышло наоборот – все очень неплохо повеселились. А эльфы сидели на ней верхом и доставали ее чтением моралей про права учеников Хогвартса и невыплату им зарплаты за успехи в обучении. И Добби даже в самом конце дал ей за работу золотой галеон. И она взяла – в обычный день, конечно, не взяла бы, так День Сатурна же…
- И как ты ее встретил?
- Я вернулся в башню вечером – в туалете долго пришлось промывать и смазывать то, что я от Финнигана получил, а потом я подошел к нашей Полной Даме – и она подошла.
- Ну и как, теперь она будет жалеть, что пропустила уроки?
- Жалеть не будет, ведь на прорицания она не ходит, про заклинание Совместимости еще год назад узнала, а насчет конспектов – про Ганлайков и Драконьих Улиток она уже давно все прочитала, а вот насчет Гелиопатов, конечно, сильно удивилась, когда я ей доказал, что они все-таки существуют. Вот это она нигде не читала, но завтра же выходные, я ей свой конспект дам, она перепишет.
Почему-то Гарри не хотелось больше говорить о Гермионе. Ему было стыдно за то, что он сегодня почти забыл о ней и не принимал участия в ее поисках. И он задал вопрос на другую тему:
- Послушай, Рон, а где же в День Сатурна был Филч?
Рон захихикал.
- Прикинь, какой прикол – Филч сегодня весь день гонялся за Пивзом и швырялся в него из мешка тухлыми карасями, а к вечеру догнал и надел ему на голову мусорную корзину. И ты, думаешь, пустую? Почти полную!
- А кошка Филча, миссис Норрис? Она где была?
- Сидела у него в мешке и подавала карасей.
Рон громко рассмеялся, но Гарри не было ни на чуточку смешно. Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, после чего сказал:
- Нет, Рон. Не нравится мне этот День Сатурна – не праздник это, а полный кошмар. Гермионы рядом нет. Все уроки ведет Свинец. А девушку, которую ты только что целовал и носил на руках, у тебя же на глазах хотят повесить… Что еще можно хуже придумать?
- Знаешь, Гарри, - Рон улыбнулся. – А мне понравилось. Амбридж на целый день свалила, и не пришлось слушать ее мурню, Трелони не доставала со своей лабудой… А что Свинец вел – так, во-первых, в первый раз насчет Темных Искусств кое-что толковое узнали, во-вторых, вдоволь смогли над ним поиздеваться – слышал ведь? Да и Мурка его классно подцепила, когда корыто с помоями ему принесла… И, в-третьих, рискнули порядочно – а для нас, гриффиндорцев, это дело благородное. И Драконью Улитку мы с шиком разделали. И Амбридж на портрете рожками украсили. И узнали, в кого у нас Свинец анимаг. И еще Свинца ждут от Амбридж большие неприятности – как ты так посмел проводить практику по защите от темных искусств, да еще на моей любимой кисе? Хорошо бы они друг другу по батарее надавали, как мы с Финниганом. А что насчет того, что Свинец у нас кучу очков сегодня отобрал – так мы их быстро наберем, баланс все равно наш будет. Это только Мурке нашей плевать на баланс, а остальные профессора нам выше крыши за неделю добавят. Все-таки хороший праздник День Сатурна – жалко, только раз в год он бывает, но ведь и в следующий год он будет, верно?
Гарри не нашел слов, которыми мог бы возразить Рону. И вместо того почувствовал, что ему уже по-настоящему хочется спать. Надевая пижаму, он вспомнил еще один важный момент.
- Слушай, Рон, - Рон, который уже положил голову на подушку, снова приподнялся. – Когда мы с Парвати зашли, и они хотели ее повесить, а я стал ее защищать, тут вышла твоя сестренка Джинни… - и далее Гарри рассказал все по порядку.
- Это все ерунда, - сказал Рон. – Видел бы ты, что она со мной выделывала. Поживи с ней под одной крышей, еще не то увидишь.
- А как же она обломала три моих Экспеллиармуса?
- Вот тебе, Гарри, добрый совет – не применяй ты на нее этого заклинания. Я его столько раз применял на нее дома, что у нее уже давно к этому иммунитет. У нее грудь стала, как чешуя у огненного краба – Оглушением не пробьешь.
- И по виду – тоже? – слегка улыбнувшись, спросил Гарри.
- По виду – не знаю, под лифчик не заглядывал, - сказал Рон.
- Послушай, а если применить на нее Экспеллиармус в голову? Или в спину?
- Гарри, ты что? Кто же в голову применяет Экспеллиармус, заклинание-то обезоруживающее? А в спину – как ты себе это представляешь, когда она с палочкой стоит к тебе лицом?
- Но как она меня взглядом повалила – этому я ее на ОД не учил…
- Послушай, Гарри, - теперь улыбнулся Рон. – не ты первый, не ты последний. От девчоночьего взгляда, бывает, парни толпами в обморок падают. Но девичьим чарам на занятиях, таких, как у нас ОД, научиться невозможно – Гермиона и та ими не владеет, а мы тем более…
- Но вот если использовать это против Волан-де-Морта…
- Гарри, - Рон соединил ладони. – Я тебя умоляю – ну чем девичий взгляд может помочь против Сам-Знаешь-Кого? Когда бы она могла с ним что-нибудь сделать, она бы им весь свой первый курс управляла, а не он ею. Даже с Пожирателями смерти, и то наверняка этот номер не пройдет. А теперь давай ляжем, Гарри. – Рон широко зевнул. – Дико спать хочу…
Гарри лег в кровать и занавесил ее пологом. Положил голову на подушку, он подумал: «И как хорошо, что День Сатурна бывает только один раз в году… И не будет больше у нас его…» Больше он ничего не успел подумать – закрыв глаза, он скоро снова увидел себя в коридоре, ведущем к закрытой двери, и во сне он снова быстрым шагом шел туда – но на этот раз он нес на руках Парвати, и когда закрытая дверь была благополучно распахнута пинком его ноги, за ней его встретила Амбридж – в неизменно розовой кофточке, только теперь исписанной черными чернилами, и голову ее украшали неизменные козьи рога.


КОНЕЦ

[Князь Владимир]

Поскольку "Рецензии на фанфики" - тема исключительно для рецензий, а не для обсуждения их, все, что вас зацепило или чему вы хотите дать ответ на вопросы рецензентов, пишите здесь. Начинаю я - с моего "Дня Сатурна".

Автор: Единорог
Название: ДЕНЬ САТУРНА

Рецензия на "День Сатурна":
Даже не знаю, что и сказать... Более странного фанфика я еще не встречала, это точно. Все время ожидала, что вот-вот Гарри проснется и все происходящее окажется просто кошмаром. Даже жаль, что мое предположение оказалось ошибочным, пусть это и банальный ход.
Пожалуй, начну с того, что нам показали все-таки не мир Роулинг. С чего вдруг в Хогвартсе ввели подобный «праздник»? Это никак абсолютно не объясняется, все его принимают как данность.
Потому что это – основа для сюжета. Праздник этот вполне мог быть в Хогвартсе не первый год.

К тому же, сразу возникает вопрос: почему профессора не могли воспользоваться магией? Эльфы ведь ее применяют для исполнения своих обязанностей. Также не могу себе представить, чтобы эльфы-рабы смогли хотя бы на один день превратиться в хозяев – они ведь так яростно отбрыкиваются от свободы, я уж не говорю о том, чтобы своими бывшими господами повелевать. Подозреваю, что от последней мысли они бы просто дружно в обморок попадали.
И если уж все меняются местами, тогда и занятия должны были вести ученики. А то изменения кажутся не доведенными до конца.
Ученики – не рабы учителей, да и ЧЕМУ они могут их научить?

Откуда вдруг взялось «серебристое сияние со свистом», мне также решительно непонятно. Влияние Дня Сатурна? И Гарри почему-то даже не задается подобным вопросом, как будто такие явления – обычная вещь. Только вот почему-то Роулинг о них забыла упомянуть.
Обычная вещь для ясновидящих – когда они видят не то, что рядом, то и сами выглядят иначе.

У слизеринцев, оказывается, имеется спортзал. Интересно, его еще Основатели создали или все же позже? И как это Роулинг такую важную деталь забыла, ай-яй-яй!
Роулинг начала. Где, по-вашему, Крэбб и Гойл в Хогвартсе мускулы накачивали?

Передернуло от сравнения Снейпа с Иисусом. Во-первых, отчего это Гарри так хорошо в подобных материях разбирается? Раньше я за ним интереса к религии не замечала. Причем звучат эти сравнения так, как если бы Поттер сам там был и все лично наблюдал. Хорошо он сохранился, ничего не скажешь! А мы-то думали, что он обычный несовершеннолетний волшебник.
Во-вторых, как бы ни было плохо зельевару, подобные сравнения звучат кощунственно. Несравнимо это: умирать на кресте, искупая грехи всего человечества, и преподавать всему Хогвартсу. Я верю, что второе очень утомительно, но что мешало Снейпу открутить время назад и устроить себе передышку, поспать несколько часов?
А вы представьте: просыпаетесь вы и тут же понимаете, что вам еще кучу уроков вести…

Кстати, Гарри с Роном что-то очень уж поздно догадались про Маховик. Читателю, конечно, приятно чувствовать себя настолько умнее героя, я понимаю .
Далее, откуда взялись прозвища «Мурка» и «Свинец»? Они присутствуют в официальном переводе? Просто я не припоминаю, чтобы Гарри и Ко в оригинале называли так преподавателей. Особенно мне неприятна и непонятна «Мурка» - ведь ученики очень уважают МакГонагал. И это типичное имя для русской кошки, но никак не английской!
Откуда произошли прозвища «Свинец» и «Мурка»?
МакГонагалл – во-первых, анимаг, причем в кошку (Мурка – кличка кошки), во-вторых, зовут ее Минерва (Мурка – производное).
Свинец – во-первых, характер очень тяжелый, во-вторых, сам он грязный и не моется, в-третьих, и ведет себя по-свински. Можно добавить, что он еще и в свинью анимаг.

И почему вдруг Гарри увлекся Парвати? Он же как раз переживал период влюбленности в Чжоу. На его чувства тоже День Сатурна повлиял?
Гарри был ей БЛАГОДАРЕН. А любил (или думал, что любил) он на самом деле Чжоу. Потому и сказал Парвати не «ты лучше» а «Когтевран лучше».

Что мне очень понравилось, так это название совмещенного предмета «Защита и Уход От Темных Магических Существ». Очень хорошо подмечено! Но вот сами существа... Роулинг ведь в основном пользуется мифологией, пусть и переделывает что-то для своих надобностей. А здесь автор взял и создал монстров. Фантазировать – это, конечно, хорошо, но все должно более-менее соответствовать стилю оригинала.
И соответствует.

А эти монстры слишком уж приближены к реальности, исключительно боевой. Неужели все Темные Магические Существа предназначены для убийства и ведения войны, при этом идеи их создатели черпали у магглов? Очень странно, учитывая отношение волшебников к обычным людям. И почему в Министерстве разрешено пользоваться «Темными» существами? Министерские работники, вроде бы, постоянно демонстрируют чрезвычайно негативное отношение ко всяким проявлениям темной магии. И от кого им приходится защищаться, используя огненных демонов? От Империуса или Авады они ведь не спасают.
Дементоры – тоже Темные Существа. А Ганлайки и Гелиопаты – надежная охрана (хотя бы от Пожирателей Смерти, которые собираются толпой). И они – всего лишь животные, которых можно приручить.

Еще мне непонятно, почему с Симусом вдруг произошла такая трансформация, что он чуть ли не слизеринцем стал. Раньше ведь нормальным парнем был. Ну да, он в пятой книге не поверил Поттеру, но так потом признал свою ошибку. А ошибиться каждый может, он ведь не ближайший друг Гарри, в отличие от Рона с Гермионой. И ведь главное – это выбор человека, а не факультет родителей. Уж кто-кто, а Гарри прекрасно об этом известно: его самого чуть в Слизерин не отправили.
Вы знаете, как относился Симус к Гарри до того, как вышел журнал «Придира» с интервью. Время действия – ДО того, как он признал свою ошибку.

Должна сказать, фанфик вызывает массу вопросов – я перечислила только часть, самые бросающиеся в глаза. Но это уже совсем не дело. Да, автору необязательно и даже не рекомендуется разжевывать все до мелочей, но такое количество непоняток и вопросов без ответа – недопустимо! У меня лично аж голова разболелась, когда я попыталась хоть как-то упорядочить и объяснить прочитанное.
А главный вопрос: зачем вообще все это было нужно, что хотел до нас донести автор – остается даже без намека на ответ!
С композицией тоже имеются проблемы: завязка ни к чему не ведет, толковой развязки с конфликтом мы не получаем, эпизод с Патил в конце оказывается шуткой.
Соответствие заявленному жанру «приключения» - не слишком велико. Собственно, на приключение тянут разве что уроки трансфигурации и защиты, да еще наказание. Но определить жанр я бы не взялась. Фанфик, на мой взгляд, ближе всего к фантасмагории, но для нее он слишком реалистичен, для ужаса – слишком мирный, для юмора – слишком серьезный.
Грамотность вполне приличная, хотя ошибок тридцать, в основном пунктуационных, мне попалось.
Пунктуационных ошибок я не делаю. Если где-то не там запятая или нет запятой – значит, это нужно для стиля и Роулинг написала бы так же.

Но на такой объем текста это еще нормально. Вот ляпов разного рода хватает.
«Вместо мантии на Парвати было зеленое платье с вырезом на спине, полностью открывающее плечи и руки. Ее губы были окрашены сиреневой помадой, а глаза сияли неизмеримой радостью.» То бишь, платье без рукавов. И каким образом можно измерить (или не измерить) радость? Проще надо быть: «глаза радостно сияли». И что за безвкусный макияж на ней: к зеленому платью сиреневая помада? И зачем она надевала платье, если потом все равно в мантию переоделась?
Это все для того, чтобы произвечти на парней ВПЕЧАТЛЕНИЕ в День Сатурна. Парвати добилась этого эффекта. А радость не бывает «измеримая», как источник «исчерпаемый» или шкаф «сгораемый».

«Рон постучал в дверь, и та сама открылась внутрь.» Какая разница, внутрь или наружу открывается дверь? Это никакой сюжетнообразующей или информационной роли не играет.
Вы еще можете спросить: какая разница, сколько огненных крабов было в загоне? Сколько было, столько и было. А то, что дверь открывается внутрь – для школы весьма своеобразно.

«крошечный класс, где было всего двенадцать парт. Однако в классе нашлось место и для учительского стола» Между нами говоря, в классе по умолчанию присутствуют и ученики, и учитель. Иначе это уже не класс, а группа учеников, которые занимаются самостоятельно. Так что фраза после «однако» смотрится очень странно.
Это намек на ОЧЕНЬ маленькие размеры класса. И ничто иное. У нас в ДВГУ есть аудитории, в которых нет стола для преподавателя, потому что для него нет места, и ему приходится сидеть за первой партой, лицом к народу.

«причем Рон сел у Гарри за спиной так, что его губы оказались на уровне уха Гарри.» Так и не смогла себе представить, как же это возмножно в действительности. Если у человека губы на уровне моего уха, значит, этот человек сидит лицом к моему боку, а вовсе не за моей спиной.
Рон сел так, чтобы с Гарри общаться, и вперед наклонился, так что лицо у него оказалось реально сбоку от Гарри.

«- Прорицание – это, несмотря на все заявления профессора Макгонагалл, которая училась в Гриффиндоре… (Профессор зельеварения произнес это с явным презрением). Все заявления о его некомпетентности и неточности, прорицание – это очень точная и полезная наука.» То, что написано в скобках, надо переделать в обычную фразу. Второе предложение Снейпа незакончено.
Закончено. Снегг имел в виду заявления профессора Макгонагалл о некомпетентности и неточности прорицания.

«- Нуль. – На этот раз все гриффиндорцы изумленно обратили взгляды к Парвати – она еще никогда не получала по прорицанию плохие оценки.» Они так удивляются, как будто не у Снейпа на уроке находятся. Не верю! (с)
У них Снегг еще никогда прорицания не вел. Они могли удивиться тому, что она его задание не смогла выполнить.

«Рон чуть повысил голос, но все же не допустил его слышимости изнутри.» Ууу... «допускать слышимость», да еще и «изнутри» - это сильно, да. Почему бы не написать проще? «Рон чуть повысил голос, но не настолько, чтобы его было слышно из кабинета».
Можно и так.

«- Понимаешь, - Гарри объяснял это уже по дороге в класс трансфигурации, - у меня такое тоже было. Когда я сильно злился или сильно переживал. У меня тогда выходило очень сильное волшебство, и даже без палочки.» И зачем он это объясняет? У всех волшебников дела обстоят точно так же. Еще до Хогвартса и покупки палочки дети магов могут колдовать, когда пугаются или злятся.
Рон никогда не говорил о том, чтобы такое с ним случалось.

«Снегг выглядел очень усталым и изнуренным, но, по своему прежнему стилю, оставался спокоен.» Словосочетание «по прежнему стилю» у меня в первую очередь ассоциируется с юлианским календарем, который был в России до революции. Если я правильно поняла, автор хотел сказать: «но, как и прежде».
Или «в своем прежнем стиле».

«Гарри быстро записал тему урока в тетрадь. Остальные сделали то же самое, но Гарри не видел этого – они с Роном сидели на первой парте.» Скажите, а зачем нужна вторая часть фразы, начиная со слова «но»? Она только все обессмысливает. Раз Гарри этого не видел, откуда ему знать, что делали остальные? Если это авторское замечание, к чему читателю знать, что видел или не видел Поттер, и по какой причине?
Гриффиндорцы – единый коллектив.

«что пора уже выходить из такого детского убеждения…» На мой взгляд, «выходить из убеждения» - совершенно не по-русски звучит. Лучше: «пора уже взрослеть» или что-то в таком же духе.
Вполне по-русски.

«Но пламя ярости внутри него сменилось холодным льдом» Из контекста получается, что «холодный лед» тоже к «ярости» относится. А я подозреваю, что речь все-таки об «отчаянии» или чем-то подобном идет.
Всем все ясно. Роулинг так же писала.

«Он сидел лицом к столу Снегга, уже бессмысленно ожидая того, что неминуемо произойдет.» Почему же «бессмысленно»?.. Не представляю себе, как можно чего-то «бессмысленно ожидать». «Без единой мысли в голове»? Хотя тоже не слишком хорошо выглядит. Возможно, «покорно/смирясь ожидая».
Что с того, что вы чего-то «себе не представляете»?

«- А чего это Гермиона не пришла на урок? – спросил Невилл.
- А зачем ей это заклинание Совместимости? – сказал Гарри. – Она на год вперед все заклинания знает. Тем более что Свинец бы и ее чем-нибудь достал. Наверняка она в башне, или в библиотеке…
- А вот если она пропустит урок Амбридж… - начал Рон, но, услышав последнее слово, Дин со страхом воскликнул «Амбридж!»»
Все три реплики подряд начинаются на «А». Несколько однообразно, лучше переделать.
И что с того? Все три реплики разные.

«Гарри снова прижал ее к себе руками.» Неужели он и ногами мог ее к себе прижать?
«Прижать руками» - вполне обычное русское выражение.

«- Гарри, а что, если на дороге попадется Когтевран?» Все же лучше: «по дороге».
Можно и так.

«После этого Парвати развернула лицо» Мда... «Отвернулась».
Объясняю в «Новых перлах».

«И когда Гарри нес ее по лестнице, кривой-кривее-кривого, она даже не показывала ему дорогу. Впрочем, Гарри за пять лет обучения и так отлично знал все изгибы и повороты этой лестницы.»
А зачем тогда дорогу показывать? Странная логика. Я бы вообще убрала этот кусок целиком.
Объясняю в «Новых перлах».

«- Кормить его надо лучше. До следующего праздника… - вставил Дин.
- В Хогсмиде полно нормальных свиней, чего нам жарить ненормальную? – возразил Гарри.»
Возможно, они шутили, но все равно жутковато получилось. Разве можно есть анимага? Ученики-людоеды.
Естественно, шутили.

«Симус держался посередине, положив обе руки на плечи девушкам.» Очень нужное уточнение . Ведь можно и одну руку на плечах двух девушек держать, и не только две руки у человека бывает.
К этому цепляться нечего. Это надо, чтобы показать, как он шел.

«Он вынул из кармана мантии почти пустой флакон с розовым зельем, выпил его, при этом оставив на дне еще несколько капель, и это явно придало ему бодрости.» Ему придало бодрости то, что на дне остались еще капли?
Нет, то, что он выпил.

«ползла она напролом, просто проламывая себе дорогу» Если она ползет напролом, то из этого автоматически следует, что она проламывает себе дорогу.
Не факт. Улитка могла ползти напролом и по ровному месту без кустов.

«по-прежнему слышался шум пламени и прыжки» И как же они слышатся?
Бум, бум, бум.

«Теперь в пустом ящике было темно – солнечные лучи в дыру не попадали.» А до того в пустом ящике было светло и туда попадали солнечные лучи?
А раньше пустой ящик вверх дном не стоял.

«край стенки загона закрывал их тела ниже груди, остальное все было на виду.» Как-то не так звучит... Во-первых, их все-таки не только край закрывал, но и вся стенка. Во-вторых, лучше это все совместить, например: «стенка загона закрывала их, оставляя на виду только головы и плечи».
Это нужно, чтобы знать, в какой мере они подвергались опасности. А закрывала их не вся стенка, вся стенка закрывала ящик с ними, а они за краем стенки на ящике стояли.

Крайне сложно оценить это произведение. С одной стороны, задумка неплоха и даже оригинальна. С другой стороны, её воплощение трепыхается где-то между извратом канона и махровой AU, с периодическими погружениями в пучину абсурда. Нестыковок, странностей и просто логических ляпов хватает. Пропустим непонятно откуда взявшийся "праздник",
Понятно откуда. Из мировой истории.

учившуюся в Гриффиндоре Трелони,
А где Роулинг говорит, что она училась не в Гриффиндоре?

"жирных белых баранов", влетающих в окно Хога (откуда в Хоге бараны?),
В Хогсмиде их разводили.

или же Специальное Чисто Женское Индийское Заклинание Для Лечения Запора У Огненных Крабов. Это все меркнет на фоне внезапной крутости Симуса (с каких пор он рубит в Прорицаниях?),
Гарри это все объясняет Рону (см.выше)

развязного поведения учеников на уроках и общей атмосферы бессмысленного сна. В тексте полно совершенно лишних деталей (или же это некие завязки, которые никуда не ведут), например, решение исключительно важного вопроса о количестве девушек на Гриффе, неудачная попытка Гарри посмотреть, как пишется трудное слово, "вампирская" сущность Парвати, танцы скульптур, а также непонятно кем сделанная надпись над кабинетом Снейпа. Перечислять можно долго. Сцена лечения огнекрабов - вообще верх фантастики. Пол-страницы описывается, как Гарри делает подставку из ящика, причем сначала он даже не может въехать в простую просьбу поставить ящик возле стены. Что же касается наиболее неправдоподобных моментов, то это финальная "шуточка" Гриффиндорцев (за такие шутки топят в сортире не спрашивая)
В Хогвартсе не топят, и там могли еще покруче разыгрывать…

и "размноженный" Снейп (простой подсчет показывает, что бедолаге пришлось провести как минимум 4*7*4*2 = 224 часа занятий, Учитывая, что на пределе возможностей он может работать по 12 часов в сутки, выходит почти 19 суток ударного преподавательства. Это чересчур жестоко даже по отношению к Снейпу).
Откуда такие вычисления? Уроки по некоторым предметам могли быть сдвоенными, а на шестом и седьмом курсе вообще все факультеты в одном классе учились. (Конечно, когда я это писал, шестая книга еще не вышла, но все равно времени Снегг потратил явно меньше, чем вы тут насчитали.

Теперь по поводу собственно текста. Стиль, в общем-то, довольно крепкий. Живые диалоги, динамичный текст, мало ошибок. Хотя когда на простой вопрос "кто лучше, я или Гермиона" Гарри заворачивает: "Когтевран лучше", я начинаю сомневаться в его психическом здравии. Или он уже всех Когтевранок перепробовал?
Гарри имеет в виду Чжоу, но он не собирается говорить Парвати, кого именно, и не собирается сравнивать ее с Гермионой.

А уточнение "Впрочем, Гарри за пять лет обучения и так отлично знал все изгибы и повороты этой лестницы" просто умиляет. Ещё бы он не знал. Это же всё-таки школа, а не приют детей-олигофренов.
Мог и не знать. Лестница, кривая-кривее-кривого, - не единственная лестница, по которой можно пройти в башню Гриффиндора.

1) приключения действительно есть
2) шесть ошибок и три явных опечатки
3) *
4) диалоги хороши, но окружающий мир явно потихоньку сходит с ума. К тому же "чисто английская" фраза Рона "Прикинь, какой прикол" почти тянет на перл.
Неправда. Фанфик написан на русском языке, поэтому его персонажи общаются по-русски. А в английском свои разговорные фразы, которые можно использовать при переводе этого на английский.
5) *

А все-таки, сколько за «День Сатурна» поставлено баллов? Я этого так и не узнал…

[Freezing Spell]

Ну что, Единорог vs Рецензенты, раунд какой-то?

*Потому что это – основа для сюжета. Праздник этот вполне мог быть в Хогвартсе не первый год*
Как всегда, виновата гадкая тетка Роулинг, бессовестно укрывающая важные факты.

*да и ЧЕМУ они могут их научить?*
Делать фейерверки из подручных средств ))

*Обычная вещь для ясновидящих – когда они видят не то, что рядом, то и сами выглядят иначе.*
Можно подумать, ты ясновидцев каждый день встречаешь. Я лично про связь "видят - выглядят" первый раз слышу.

*Роулинг начала. Где, по-вашему, Крэбб и Гойл в Хогвартсе мускулы накачивали?*
Я что-то не помню, где они указаны мускулистыми - может, давно не перечитывал сагу, забыл? Вроде бы они показаны просто амбалами. Ну а габариты наращивать нет нужды, спроси любого толстяка.

*А вы представьте: просыпаетесь вы и тут же понимаете, что вам еще кучу уроков вести…*
Если праздник был не впервые - как ты утверждаешь - то это явно не было для него неожиданностью

*МакГонагалл – во-первых, анимаг, причем в кошку (Мурка – кличка кошки), во-вторых, зовут ее Минерва (Мурка – производное).
Свинец – во-первых, характер очень тяжелый, во-вторых, сам он грязный и не моется, в-третьих, и ведет себя по-свински. Можно добавить, что он еще и в свинью анимаг.*
Не надо объяснять очевидные вещи. Другое дело - откуда ты все это взял. Так бы и сказал сразу: отсебятина. Да, и еще: "не мыться" и "не мыть голову" - разные понятия!

*И соответствует*
Эта-то пушка на ножках?

*Пунктуационных ошибок я не делаю. Если где-то не там запятая или нет запятой – значит, это нужно для стиля и Роулинг написала бы так же.*
Вот это меня умилило. Может, скажешь, что Ро пишет по-русски?

*Вы еще можете спросить: какая разница, сколько огненных крабов было в загоне? Сколько было, столько и было. А то, что дверь открывается внутрь – для школы весьма своеобразно.*
Это на что-то влияет? Это потом будет участвовать в сюжете? Нет? Ну а на кой, собственно, оно тут?

*У них Снегг еще никогда прорицания не вел. Они могли удивиться тому, что она его задание не смогла выполнить.*
Вряд ли. Уж Парвати в прорицаниях всяко не лучше Гермионы во всем остальном. А Снейп и у Герми баллы снимал.

*«Рон чуть повысил голос, но все же не допустил его слышимости изнутри.» Ууу... «допускать слышимость», да еще и «изнутри» - это сильно, да. Почему бы не написать проще? «Рон чуть повысил голос, но не настолько, чтобы его было слышно из кабинета».
Можно и так. *
Типичный образчик канцелярита. От этого надо избавляться.

*Рон никогда не говорил о том, чтобы такое с ним случалось. *
А еще он никогда не говорил, что ходит в туалет. И что, ему следует объяснять, что люди делают в комнатке с белым другом?

*Она только все обессмысливает. Раз Гарри этого не видел, откуда ему знать, что делали остальные? Если это авторское замечание, к чему читателю знать, что видел или не видел Поттер, и по какой причине?
Гриффиндорцы – единый коллектив. *
Ах да. Значит, Гарри теперь отслеживает все действия своих товарищей на уроке. Ну-ну.

*«что пора уже выходить из такого детского убеждения…» На мой взгляд, «выходить из убеждения» - совершенно не по-русски звучит. Лучше: «пора уже взрослеть» или что-то в таком же духе.
Вполне по-русски. *
У нас, похоже, разный русский.

*Что с того, что вы чего-то «себе не представляете»? *
А с того критика, низкие баллы на конкурсе и отрицательные отзывы.

*Все три реплики подряд начинаются на «А». Несколько однообразно, лучше переделать.
И что с того? Все три реплики разные. *
Ну надо же! Какая редкость - все три реплики разные! А как насчет общего лит. стиля?

*«После этого Парвати развернула лицо» Мда... «Отвернулась».
Объясняю в «Новых перлах». *
Отвечаю на объяснение в «Новых перлах»

*Ему придало бодрости то, что на дне остались еще капли?
Нет, то, что он выпил. *
Ох, спасибо, что разъяснил! А то мы бы не поняли - соображаем туговато.

*«ползла она напролом, просто проламывая себе дорогу» Если она ползет напролом, то из этого автоматически следует, что она проламывает себе дорогу.
Не факт. Улитка могла ползти напролом и по ровному месту без кустов. *
А что она тогда будет пролламывать? И как тебе тавтология "напролом - проламывая"? Хотя у нас все-таки действительно разно представление о русском...

*«Теперь в пустом ящике было темно – солнечные лучи в дыру не попадали.» А до того в пустом ящике было светло и туда попадали солнечные лучи?
А раньше пустой ящик вверх дном не стоял. *
Слив засчитан. Объяснение не принимается.

*Понятно откуда. Из мировой истории. *
А откуда она в Хоге?

*А где Роулинг говорит, что она училась не в Гриффиндоре? *
А где говорит обратное?

*В Хогсмиде их разводили. *
Ну да, еще скажи он с Кавказа летел.

*В Хогвартсе не топят, и там могли еще покруче разыгрывать… *
Не верю!

*Откуда такие вычисления? Уроки по некоторым предметам могли быть сдвоенными, а на шестом и седьмом курсе вообще все факультеты в одном классе учились. (Конечно, когда я это писал, шестая книга еще не вышла, но все равно времени Снегг потратил явно меньше, чем вы тут насчитали. *
Ну 150 часов, предположим. Всё равно - жесть.

*Мог и не знать. Лестница, кривая-кривее-кривого, - не единственная лестница, по которой можно пройти в башню Гриффиндора. *
Это в башню-то? Сомневаюсь, что там был десяток лестниц в одну башню.

*Неправда. Фанфик написан на русском языке, поэтому его персонажи общаются по-русски. А в английском свои разговорные фразы, которые можно использовать при переводе этого на английский. *
НЕ звучит она по-английски. "Знаешь, какой прикол?" - еще куда ни шло.

[Ogin]

Фриз, я тебя обожаю!
Единорог, зачем Вы просите критику, если она вам вовсе не нужна? Даже если бы я и собиралась рецензировать другие Ваши фики, теперь всякое желание пропало бы - после подобного ответа на мои исправления.
Любое замечание по делу Вы встречаете в штыки. Вы явно считаете, что имеете право нести любую отсебятину, да еще и осмеливаетесъ утверждать, что Роулинг написала бы так же! Не объясните, как Вы с ней все детали Ваших фанфиков обговариваете: по телефону или, может, е-мейлом?
Разъяснятъ Ваши ошибки повторно я не намерена. Рецензия есть, а воспользутесь Вы моей помощью или нет, меня не касается.
Всего хорошего!

[Freezing Spell]

Ogin, взаимно

[Stella-Z]

Князь Владимир, Огин права. Вы дали добровольное участие в конкурсе, а потом на критику с обидой.
Если хотите, я вам пришлю в приват ваши оценки и среднее арифметическое.

[Князь Владимир]

Stella-Z, послушайте, во-первых, я не обижаюсь на критику, справедливые замечания я признаю, а странные следует объяснить. На рецензию Огин я вовсе не обиделся и даже не понимаю, с чего вы это взяли. По ответу на рецензию не видно, чтобы я ее встречал "в штыки", как говорит Огин, тем более что рецензию в целом я не ругал. Если вы можете прислать мне мои баллы, то пришлите, пожалуйста, - и сделайте то же самое тем участникам конкурса, которые не заняли, подобно мне, никакого места и ждут не дождутся собственных результатов: что им?

Freezing Spell, я вижу, у вас ОГРОМНАЯ куча свободного времени, так может быть, прокомментируете так же "Гарри Поттера и Марию-Сьюзен"? (Если кто еще не понял, она СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ЭТОГО написана).

[Grim Papa]

Князь Владимир, позволь(-те), я отвечу за Фриза? Я на днях украл добрую часть его свободного времени Но зачем "МС"-то комментировать? Это грамотно выдержанный фанфик с чёткой стилизацией. А тут и в самом деле полно речевых ошибок...

[Freezing Spell]

Князь Владимир, на самом деле, свободного времени не так уж много; этот пост я набрал за 20 минут, а то и меньше. Но это так, для справки. Развернутый отзыв я пишу ОЧЕНЬ редко - тут просто пришлось: раз уж вписался в конкурс, так и рецензии подавай солидные.
Насчет "ГП и МС": я НЕ выискиваю специально фики определенных авторов, чтобы над ними (авторами) постебаться или опустить ниже плинтуса. Может быть, руки дойдут до "МС". А может, и нет. Пока что отзывы других читателей меня не вдохновляют на прочтение сего опуса. Тем более что пародий на МС скоро будет больше, чем самих фиков с МС; в последнее время только ленивый не брался обсасывать эту тему. И лишь у единиц это получается хорошо.

[Stella-Z]

Князь Владимир, а вы правила конкурса вообще читали, прежде чем участвовать в нем, можно мне поинтересоваться?... Там было ясно написано, что баллы всех участников не будут выставляться - только среднеарифмитечское.

[Santana]

Каюсь, фанфик сам не читала, но от души смеялась над некоторыми фразами из него. Особенно порадовало вот это:

«по-прежнему слышался шум пламени и прыжки»

Да, да. А за окном шёл дождь и рота красногвардейцев. (с)
Всё-таки не очень дружите вы с русским языком.