Глава 14
Рождественское настроение
Три недели до Рождества прошли спокойно. Конфликтов не было не только у Севостьяна и Джеймса, но и вообще у всех студентов Гриффиндора и Слизерина. Несколько недель напряженной учебы сменились для нашего героя чередой спокойных дней каникул.
Сочельник был морозным и солнечным, как раз от теплого луча Севостьян и проснулся. Он с наслаждением потянулся, протер глаза и сел на кровати, раздумывая вставать или поваляться еще.
- Может я еще не опоздал на завтрак? – подбодрил себя мальчик.
Он схватил джинсы, привезенные Гермионой, футболку и свитер, быстро оделся, застегнул пряжки на ботинках. Севостьян вышел из комнаты и остановился на лестнице, ведущей вниз, в гостиную Слизерина.
В креслах около горевшего камина сидели Миранда и Дик. Девочка увидела его первой.
- Сев! Спускайся скорее, мы здесь чай пьем, а то кто-то завтрак проспал! – улыбаясь, воскликнула она.
Севостьян слетел с лестницы через три ступеньки. У него ведь никогда не было такого завтрака с друзьями, спокойного, без присутствия Джеймса и Гарри Поттеров, но, правда, и без мамы.
- Пирожные обалденные! – облизывая пальцы, заявил Дик.
- Я вообще-то их не люблю, но… - Севостьян схватил желированные фрукты и с явным наслаждением принялся их поедать.
- Старосты уже сделали объявление, что праздничный ужин будет в восемь, правда нам можно оставаться только до полуночи, а пока полная свобода! – с наслаждением потянулась Миранда.
- Может пойдем к озеру? – предложил Дик. – Ребята хотели там турнир по снежкам устроить, наши старшекурсники против рейвенкловских.
- Неплохая затея, у меня только история магии не сделана, - признался Севостьян, - но, если Мира…
- Даже не думай, - оборвала его девочка, - проект индивидуальный, а ты еще тему у Биннса не взял.
- Брр, Сев, Мира, ну куда я попал? У нас КАНИКУЛЫ! – взмолился Дик. – На озеро, марш!
Ребята надели мантии и, подшучивая друг над другом и смеясь, побежали наперегонки на озеро.
На легком морозце было приятно, вскоре раскрасневшиеся Сев, Дик и Мира присоединились к дружеской потасовке, которую устроили все студенты, оставшиеся в Хогвартсе. Липучий снег легко слипался в круглые увесистые снежки, которыми так весело было кидаться. Желтые, красные, зеленые и синие шарфы были перемешаны в одну кучу-малу, и никто не задумывался о принадлежности к тому или иному факультету.
Севостьян с растрепанными волосами, которые рассыпались по его лицу, запустил рыхлым рассыпающимся снежком в Миранду. Промахнулся, и попал в дерево, рядом с которым стояла девочка. Снег легкой дымкой осел на ее светлых волосах, и она, запустив туда пальцы, попыталась сбить его. От ее вида, несколько растерянного и такого родного, привычного за эти четыре месяца, у Севостьяна как-то странно закололо сердце. Он подошел к Миранде.
- Прости, - просто сказал Севостьян и принялся отряхивать тонкие светлые пряди, которые уже изрядно намокли.
Миранда застеснялась и покраснела, затем схватила мальчика за руку и отвела его в сторону от веселящихся студентов. Деревья полностью скрыли их и, помедлив мгновение, девочка стала на цыпочки и чмокнула теплыми губами Севостьяна в щеку, потом развернулась и побежала к играющим. Мальчик стоял несколько ошалевший от снегопада, яркого солнца и этого неожиданного поцелуя.
- Будем надеяться, это у нее рождественское настроение, - сказал сам себе со знанием дела Севостьян.
В тот же момент он ощутил довольно-таки неприятное типичное чувство, что снег забился за шиворот. Он оглянулся и увидел лукаво улыбающегося Дика. Сев тут же сам зачерпнул снегу и помчался за однокурсником…
В гостиную слизеринцы ввалился без пятнадцати восемь, мокрые и голодные. Оставшееся время до ужина ушло на переодевание и причесывание, развешивание на просушку носков и футболок, мантий и брюк. Севостьян влез во все чистое и в который раз мысленно поблагодарил маму: теперь его гардероб существенно расширился, и даже такая прогулка не могла стать крахом для праздничного ужина. Друзья осмотрели друг друга и, в общем, остались довольны. На выходе из спальни их встретил Тед Забини и Лиз Нотт. А Миранды с ними не было.
Девочка отыскалась в Большом зале. Она уже сидела за столом. В честь того, что в школе осталось только четырнадцать человек, столы факультетов были убраны, и студентам предстояло праздновать Рождество за большим круглым столом вместе с преподавателями. Севостьян и Дик сели рядом с Мирандой с двух сторон. При виде Сева девочка зарделась и сразу отвела взгляд, он сделал вид, что не обратил на это никакого внимания.
Тед и Дик вовсю обсуждали лучшые метлы для квиддича, когда двери распахнулись и в зал вошли учителя. Они расселись по свободным местам, и даже грозный Снейп не сказал ничего по поводу того, как сели ученики. Ведь скоро Рождество! Профессор Дамблдор встал и откашлялся: всеобщая болтовня сменилась тишиной. Все внимательно слушали.
- Вот уже и Рождество! В этом году мы решили не рассаживать вас за этим столом по факультетам. Сейчас многие из вас сидят рядом с профессорами – не стесняйтесь! Мы одна большая семья, а Хогвартс наш дом! Я знаю, что для многих из вас он единственный дом. Так пусть же рождественское настроение ничто не омрачает – да начнется пир!
Дамблдор развел руками, и на столе появились различные кушанья. Миранда положила себе на тарелку куриную ножку, а Севостьян кусок запеченного мяса. Отложив вилку, он внимательно посмотрел на светловолосую девочку, сидевшую рядом, она уставилась в тарелку, как будто ее там что-то заинтересовало.
- Миранда, послушай, мы ведь друзья? – тихонько спросил Севостьян.
Девочка подняла на него глаза, казалось, что она вот-вот заплачет.
- Да, ты не сердишься? – так же шепотом ответила она.
- Нет, - улыбнулся мальчик.
Вечер обещал быть замечательным, и Сев был счастлив.
Утреннее пробуждение у младшекурсников ничем не было омрачено: усладэль и тыквенный сок ведь не вызывают похмелья (старшекурсники обильно заправились огневиски после двенадцати). Севостьян спустился в гостиную, к елке. Миранда и Дик снова проснулись раньше.
- Я становлюсь соней! – констатировал факт Сев. – Если так пойдет и дальше, то учиться уже не смогу, буду просыпать!
- Все про учебу… - притворно грустно вздохнул Дик.
- Да ладно вам! Сев, иди, смотри свои подарки, кстати, спасибо за книгу «Падение Волдеморта» - это моя любимая тема из истории! – включилась в разговор Миранда.
- Спасибо за «Квиддичную тактику». Я давно хотел эти схемы. Может в следующем году буду в команде… - мечтательно потянул Дик.
Севостьян был уже внизу и срывал бумагу с чего-то прямоугольного и тяжелого.
Книга… «Лечебные зелья».
- Ребята, спасибо, это просто… просто… - Сев был ошарашен.
- Это не мы, - сказала Миранда. – Вот мой подарок.
Это оказался набор колб и пробирок в удобном деревянном держателе.
- А вот мой, - улыбнулся Дик, - самопишущее перо. А из дома – вон лежит.
Севостьян был удивлен, кто-то, пожелавший остаться неизвестным, подарил ему дорогой и достаточно редкий трактат. Кто же?
Глава 15
Проект по истории магии
- …тогда Ровена Рейвенкло, Годрик Гриффиндор, Хельга Хаффлпафф и…
- Салазар Слизерин… - скучающим тоном продолжил Севостьян монотонную речь Биннса.
- Тихо! – шикнула на него Миранда. – Ты видишь, я вообще-то записываю.
- Мир, ну это все знают, про основание Хогвартса, - лениво потянулся Дик, сидящий рядом. – Сдохнуть от скуки можно! – заключил он.
Миранда возмущенно фыркнула.
- Ладно, Дик. У тебя проект почти доделан. А Сев даже не брался…
- Мира, я даже не знаю, какую тему взять. По-моему, они все скучнющие и глупые. Вот из всего списка только «Династии Упивающихся Смертью» более-менее. Кстати, ты не против, если я про твою семью писать буду?
- Пиши, а то так без аттестации останешься, - серьезно заявила Мира, покусывая кончик пера.
После пары Севостьян подошел к профессору Биннсу.
- Профессор, я выбрал тему для проекта, буду писать про роль Люциуса и Драко Малфоев в деятельности Волдеморта. Мне необходимо разрешение в Запретную секцию.
Заклинанием приведение подписало пергамент. Обрадованный Севостьян свернул его трубочкой и, закинув в сумку, просто побежал в библиотеку. Мальчик снова прогулял занятия по полетам, заменив их общением с книгами.
«Все равно никакой пользы», - думалось Севостьяну. Да уж, с метлой он не дружил, единственный предмет – полеты – который ему не давался совершенно и, следовательно, совершенно не нравился.
Мальчик гордо положил разрешение на стол библиотекаря – миссис Пинс. Она с неодобрением глянула на мальчишку, ведь в прошлый раз столько книг из-за него пострадало. Севостьян отобрал для себя огромные фолианты о генеалогии чистокровных семей с XVIII века и современные книги, похожие оформлением на маггловские, о победе над Волдемортом.
Мальчик открыл фолиант, положил перед собой чистый пергамент и глубоко задумался. Он абсолютно не знал, что писать дальше, и именно это ему принципиально не нравилось. Вот, возьмем зельеварение или, на худой конец, трансфигурацию, как не крути, а там все ясно, делаешь так, так и так. А эта история – чего писать, не поймешь.
Севостьян пробежал глазами несколько страниц, пока не наткнулся на подходящий текст.
«Джулиус Гербиус Малфой (1916-1945 гг.) – единственный сын Гербиуса Деймоса Малфоя, волшебник с уникальнейшими способностями. Учился в Хогвартсе, факультет Слизерин в период с 1927 по 1934 годы, высшие баллы по ТРИТОНам по трансфигурации, заклинаниям и рунологии. В период с 1934 года путешествовал по континентальной Европе, с 1941 г. вернулся в Великобританию, связь с Гриндевальдом не подтверждена, но вполне вероятна. Был найден мертвым в собственном поместье Малфой-менор 14 мая 1945 года.
Мелинда Октавия Малфой (урожденная Забини) (1927 – 1965 гг.) – жена Джулиуса Гербиуса Малфоя. Обучалась дома частными учителями. В 1944 г. вышла замуж, через год осталась вдовой, в январе 1946 года родила сына Люциуса Теодора Малфоя, и до его совершеннолетия успешно управляла всеми делами семьи Малфоев.
Люциус Теодор Малфой (1946 – 1998 гг.) – учился в Хогвартсе, факультет Слизерин в период с 1957 по 1964 годы, продолжил образование в Высшей академии магии, изучал теорию магии и высшие заклинания. В 1970 году (предположительно) вступил в ряды Упивающихся смертью, был приближенным Волдеморта. В 1975 году женился на Нарциссе Блэк, в 1980 году родился сын – Драко Джулиус Малфой. После падения Волдеморта в 1981 году вел жизнь состоятельного аристократа, после его возрождения в 1995 года снова вернулся к хозяину, совершенно не боясь тогдашнего министерства, которое попустительствовало преступлениям. Участник так называемой Последней битве, при попытке захватить Хогвартс в июне 1998 года, приговорен к поцелую дементора. Приказ был приведен в исполнение в декабре того же года.
Нарцисса Корнелия Малфой (урожденная Блэк) (1954 – 2000 гг.) – училась в Хогвартсе, факультет Слизерин в период с 1965 по 1972 годы. Связь с Волдемортом не подтверждена, была приговорена к заключению в Азкабане, где и умерла.
Драко Джулиус Малфой (1980 – 1999 гг.) – учился в Хогвартсе, факультет Слизерин в период с 1991 по 1998 годы. Староста школы в период с 1997 по 1998 годы. Вероятно, в 1997 году пополнил ряды Упивающихся Смертью. Участник Последней битвы, приговорен к поцелую дементора. Уже в тюрьме дал свою фамилию дочери Патрисии Эмилии Паркинсон – Миранде Октавии Малфой, рожденной вне брака. Приговор приведен в исполнение в феврале 1999 года.
На нем род Малфоев обрывается, так как Драко Джулиус Малфой не оставил наследника, все имущество конфисковано в пользу министерства».
Севостьян перевернул страницу: на развороте было изображено семейное древо Малфоев. На него глядели из глубины веков портреты представителей этой династии.
«Неужели Драко Малфой – мой отец?» - сомневался мальчик.
Ему было до ужаса жалко этого юношу, да что там почти мальчика, который был на шесть лет старше его самого, когда ему пришлось столкнуться с войной, жестокой, кровавой и несправедливой с обеих сторон. Войны не бывают справедливыми!
На портрете Драко улыбался с выражением явного превосходства на лице, но почему-то у Севостьяна не возникло аналогий с усмешкой, Это была именно улыбка – улыбка молодого, богатого, талантливого аристократа, счастливого и влюбленного. Драко на портрете пригладил волосы и прекратил улыбаться, когда увидел, что его так пристально рассматривают.
Нарцисса – на портрете еще молодая, с равнодушным взглядом, все еще очень красивая.
Люциус смотрел с презрением, длинные светлые волосы свободно спускались на черный бархат мантии.
А Мелинда изображена совсем еще юной девушкой, а в едь такой она и была, когда осталась вдовой с ребенком на руках. Тонкие черты, которые она передала сыну и внуку, большие глаза, оттененные ресницами и наивный взгляд…
Севостьян с силой захлопнул книгу. Он убедился: Малфой, хоть Драко, хоть Люциус, не мог быть его отцом. Иначе в кого он такой: некрасивый, черноволосый, нескладный. Надо было продолжать поиски.
Мальчик открыл тонкую брошюрку о Последней битвы. Основные факты он знал еще с детства: Упивающиеся напали на Хогвартс, предварительно взяв в заложницы семикурсницу. Параллельно тайный агент спасал девушку, и отряды авроров и студентов защищали школу. В книге были приведены фотографии: на них Сев узнал Римуса Люпина и своего отчима Гарри рядом с Хогвартсом после битвы, на другой колдографии ветер трепал мантии погибших студентов.
Мальчик нетерпеливо пролистал несколько страниц. На последней помолодевший профессор Снейп поддерживал девчонку лет семнадцати с растрепанными волосами и пустыми от пережитого ужаса глазами. Надпись гласила «Спасенная заложница доставлена на территорию своей школы». Севостьян сглотнул, он все понял (постоянное чтение сделало свое дело), девушкой на колдографии была его мать, Гермиона Грейнджер. А если она была заложницей, то… его отцом мог быть любой упивающийся, надругавшейся над ней, пока она была в плену.
Мальчик положил неожиданно потяжелевшую голову на скрещенные над книгой руки.
Первый год в Хогвартсе (нмп, нмп, СС, ГГ, джен, G, макси)
...я читала с сайта Дети Хогвартса)
Глава 16
Зал основателей
- Мистер Грейнджер, просыпайтесь! Уже пора библиотеку закрывать, а Вы здесь… - раздался над ухом Севостьяна голос, который мешал ему спать, стуча в голове, которая и так болела.
Мальчик нехотя разлепил глаза и сонно протер их кулаками. На него смотрела с неодобрением мисси Пинс.
- Десять вечера, мистер Грейнджер, и библиотека создана для того, чтобы заниматься, а не спать! – заявила она, указывая на пустой пергамент.
Сев молча забрал со стола свои вещи и явно нехотя направился к выходу из зала.
Миссис Пинс собрала книги, разложенные на стола и фыркнула, выказывая полное непонимание современной молодежи, проспал восемь часов, занимая драгоценное место (кстати, заметим, что в библиотеке никого не было), а до этого жестоко подрался, пострадали редкие и дорогие книги, но этим мальчишкам не дано понимать.
Севостьяну же, медленно бредущему вниз, в гостиную Слизерина, было ужасно, лучше сказать, он никогда не испытывал такого опустошения, унижения и злости. Намного лучше бы было, если мальчик не понимал всего с такой уничтожающей надежду отчетливостью. Даже, когда Люпин сказал, что его отец был приговорен к поцелую дементора, он не ощутил даже четверти того ада, с которым соприкоснулся сейчас. Одно дело знать, что отец был военным преступником и сподвижником Темного лорда, совсем другое – осознавать, что маму, тогда совсем девчонку, насиловали и унижали все приближенные Волдеморта.
В мозгу у мальчика с силой, в гармонии с пульсом, билась одна мысль: спросить у Миранды имена всех упивающихся и выяснить, узнать, кто из них. Но не сегодня, потом.
Ноги сами завели Севостьяна в коридор, в котором он никогда раньше не был и которого, он мог поклясться, самого здесь раньше не было. Мальчик смело пошел вперед, рассматривая богато изукрашенные стены и потолок: на него смотрели диковинные животные и птицы с росписей, мозаик и гобеленов. Он растерянно потрогал один из гобеленов: было похоже, что его покрывает вековая пыль. Мальчик растер ее между пальцами и решительно двинулся вперед, словно забыв про свою осторожность. Неизведанное влекло его. Через несколько поворотов неожиданно сузившегося коридора показалась огромная деревянная дверь.
Севостьян толкнул ее, и неожиданно легко дверь распахнулась, словно приглашая его войти, что он собственно и сделал. Он очутился в огромном темном зале, стены которого сходились наверху в нависающий свод, невольно заставлявший нагибаться. Впереди была разложена ковровая дорожка, на которой были изображены сцены охоты и войны, королевского приема и сбора урожая. От созерцания Севостьяна отвлек мелодичный женский голос.
- Здравствуй, Севостьян Маркус Грейнджер! Рада тебя видеть!
Сев поднял голову, перед ним стояла приветливая улыбающаяся женщина со светлыми волосами, убранными небольшой диадемой. Она протянула мальчику руку, и он, вместо того, чтобы поцеловать ее, лишь смущенно пожал ее ладошку, которую всю он мог обхватить длинными пальцами.
Женщина рассмеялась, смех ее был похож на радостный звон первого весеннего дождя или на перезвон капели.
- Что ж твой отец был более воспитанным в твои годы! – сказала она, закрывая рот ладошкой.
- Хельга, его отец был настоящим слизеринцем, а он полукровка! – язвительно заметил высокий мужчина в черном, появившийся словно неоткуда из дальнего конца зала, которого Севостьяну было не видно, он был затянут сероватой дымкой.
Говоривший был высок и строен, облачен в черную бархатную мантию с серебряными застежками, его черные волосы аккуратно спускались до плеч.
- Салли, не надо! Мальчик и так боится! – воскликнула женщина, всплеснув руками.
- Слизерин, отойди от нашего гостя, и так сюда одни слизеринцы в расстроенных чувствах приходят, плакаться своему великому Салли! – вмешался еще один мужской голос, принадлежавший молодому и красивому шатену.
- Слизеринцы никогда не плачутся! – резко ответил Севостьян, повернувшись на звук.
- О, еще один! – издевательским тоном продолжил мужчина. – Салли, новый Темный лорд снова появится на твоем факультете.
- Я НЕ БУДУ ТЕМНЫМ ЛОРДОМ, МИСТЕР ГРИФФИНДОР! – закричал Севостьян.
- Догадливый мальчик! И умненький! – сказала новая участница разговора, высокая темноволосая дама в красивой синей с шитьем мантии. – Как ты только на Рейвенкло не попал, именно там твое место, лучше бы всего тебе было!
- Спасибо, госпожа Рейвенкло! – поклонился расхрабрившийся Сев. – Мне очень лестно, что я говорю с вами, со всеми… - Годрик хмыкнул, - но я совершенно не понимаю, как это возможно.
Хельга приобняла мальчика за плечи.
- Севостьян, это наши воспоминания, такими мы были в то время, когда основали Хогвартс, а ты забрел сюда потому, что так должно было произойти. Такова судьба, именно ты смог пройти сюда…
- Видимо, это ваша семейная черта, - произнес Салазар, подойдя к мальчику и взяв его за подбородок, заглянул в глаза, - та же порода!
- Может хотя бы вы, основатели, скажете, кто мой отец? – четко и ясно сказал Севостьян. Голос его раздался неожиданным эхом и забился, пойманный в тиски зала.
- Ты не знаешь? – искренне удивился Салазар, залившись непонятным и оскорбительным для мальчишки смехом. – Я думал, ты сообразительней…
Лица основателей побежали перед темнеющим взглядом Севостьяна, как будто они сидели на маггловской карусели, он попытался остаться на ногах, ухватится за что-нибудь, чтобы обрести опору, но каменный пол упорно уходил из-под ног…
Маленький слизеринец пришел в себя на холодном полу подземелья, он поднялся и отряхнул порядком запылившуюся мантию. От изумления Севостьян опешил, он мог бы поклясться, что это не приснилось и привиделось ему, но никакой двери не было.
Глава 17
На слабо
Севостьян вошел в слизеринскую гостиную и не удивился тому, что она была пуста, только на диване, свернувшись в клубок и накрывшись мантией по уши, спала маленькая фигурка.
- Миранда! – тихонько позвал мальчик.
- Сев! – сонно ответила верная подруга. – А я тебя ждала и… уснула. Как проект? – привычно оживилась она при мысли об учебе.
- Отлично, - соврал Сев, не поморщившись. – Я узнал много нового, думаю, что завтра мне понадобиться твоя помощь… как знатока истории, разумеется.
- Угу, -снова проваливаясь в сон сказала Миранда. Сопротивляясь дремоте, она встала и побрела в спальню.
Севостьян же не спал всю ночь, сидя в кресле у камина. Видеть тоже никого не хотелось, так вот значит какая тайна у его мамы.
Утро наступило неожиданно быстро, Севостьян стоял у окна и смотрел, как занимается заря. Воздух был еще прохладным, но все обещало теплый, возможно даже не по-весеннему, денек.
- Сев! Доброе утро! – сказал заспанный до невозможности Дик, сладко потягиваясь. – Тут что ли сидел?
- Ага, обдумывал свой проект по истории, - ответил Севостьян.
- Пойдем на завтрак? А то первый урок зелья, нехорошо опаздывать.
Сев кивнул. В этот же момент из спальни девочек появилась Миранда, и трое друзей вместе пошли в Главный зал.
Над головами привычно захлопало – совиная почта! Было письмо и для Севостьяна, разумеется, от мамы. Мальчик разорвал конверт, пробежал глазами по ровным строчкам. Соскучилась… новый эксперимент … беспокоится за него. Ничего не изменилось, ровным счетом ничего. Он вдруг отчетливо, до ясности, до боли осознал, мама-то не виновата, а значит и он не виноват, и мама не ненавидит его, а скорее даже любит.
И обычно крепкие нервы Сева не выдержали, он закрыл лицо руками и беззвучно заплакал. Миранда, Дик и какие-то старшекурсники (он не обратил внимания) пытались его успокоить, спрашивали все ли в порядке. Мальчик же заметил другое, то, что к столу своего факультета подошел самый лучший декан в мире и сейчас, пробежав глазами по строчкам упавшего письма, сухо сказал:
- Мистер Грейнджер, все в порядке, возвращайтесь к завтраку.
Истерика волшебным образом прекратилась, и мальчику снова стало горько, что он так подвел и Снейпа, и факультет, устроив этакое за завтраком.
В кабинет зельеварения наша троица пришла задолго до начала занятия, ребята расселись за привычные парты, и Севостьян принялся рассказывать о результатах своего проекта. Разумеется, мальчик и словом не обмолвился, зачем он выбрал эту тему и что узнал.
- Так значит тебя интересует второй состав Упивающихся смертью: Малфои, Нотты, Паркинсон, Кребб, Гойл, короче все фамилии с нашего факультета, - развела руками Миранда.
- И только они были приближенными Волдеморта? – спросил Дик.
- Нет, не только. Лестранги, Эйвери, Забини, Петтегрю, ну, и еще Снейп – он был шпионом ордена Феникса.
- Итого десять, десять… У тебя есть их колдографии в книгах? – взволнованно спросил мальчик. Значит, всего десять человек могли стать его отцом, разумеется, за исключением Паркинсон – матери Миры и шпиона Снейпа.
- Да, конечно есть. Я рада, что тебя заинтересовала история, к тому же недавняя и очень драматичная, - с чувством сказал Миранда.
Дик поморщился.
- История, говоришь? – раздался еще один голос, до боли знакомый Севу.
- Джеймс Поттер, лучше свали отсюда по-хорошему! – сказал Севостьян, вставая.
- Севви, Севви, чего ты сегодня за завтраком устроил. Идиот, хорошо, что папа тебя не усыновил, а то за фамилию стыдно бы было.
- Я бы не за что не стал Поттером, лучше бы Малфоем или Эйвери…
- Да у тебя вообще фамилии нет, потому что ты ублюдок…
Обычную эскападу ругательств он произнести не успел, потому что Севостьян прыгнул на него и, придавив собственным весом к полу, принялся мутузить кулаками. Джим тоже не отставал.
- Мистер Поттер, Мистер Грейнджер, разойтись! – над самым ухом раздался голос Снейпа, человека, которого оба дерущихся мальчика сейчас хотели видеть меньше всего. – Минус десять с Гриффиндора, минус пять со Слизерина!
Мальчики нехотя разошлись. Урок зелий прошел более-менее спокойно, только Севостьян сидел, нахмурив лоб, что-то обдумывая. План был готов.
После уроков Грейнджер остановил Джима на выходе из лаборатории.
- Поттер, вот ты считаешь себя таким смелым, а поспорим, что я знаю такой тайник в замке, о котором ты, юный мародер, не подозреваешь.
- Поспорим, только, когда ты его успел найти, ты же правил не нарушаешь, недотрога!
- Тебе и правда не дам дотронуться, - криво усмехнулся Сев. – А когда нашел, это мое дело. Условия таковы: сегодня, в одиннадцать, встречаемся в коридоре третьего этажа. И лучше для тебя, если ты никому не скажешь.
Глава 18.
Этого не может быть!
- Эй, ты! Севви, ну, что паук слизеринский, что ты мне хотел показать? – прошептал Джим, скидывая мантию-невидимку на пол.
- Я так и думал, что у тебя такая есть, когда вы на нас напали, ну ты помнишь, перед тем случаем с вкусным тыквенным соком, - хмыкнул Севостьян.
- И как тебя из школы не выкинули, придурка! Ну, что ты мне хотел показать?! Может, просто дуэль устроим?
- С твоей стороны большая глупость предлагать мне такое, у меня с заклинаниями лучше, - спокойно ответил Сев. – Пошли!
Джим нехотя принялся поднимать мантию, когда из-за угла раздались шаркающие шаги. Севостьян шикнул на Джима, по коридору прошествовал ободранный черный кот.
- Мефистофель, кто там? Опять студенты? Я иду! – раздался дребезжащий голос Филча.
- Бегом! – Севостьян схватил Джима за руку и со всех ног помчался к лестнице.
- Мантия, придурок! – прошипел Поттер, пытаясь освободиться от ладони Сева.
Тот не остановился, с грохотом они практически свалились с лестницы и бегом припустили в коридоры подземелья. Севостьян увидел гобелены.
- Вот оно! – победно вскричал Севостьян.
Мальчики остановились перед деревянной дверью. Джим с нетерпением толкнул дверь, раздался скрип, и мальчики вошли в тот самый зал, где прошлым вечером был Севостьян. И стены, и ковровая дорожка были покрыты вековой пылью.
- И зачем ты притащил меня в этот сарай? – сморщив нос, спросил Джим. – Удивить решил?
- Сарай, молодой человек? – раздался незнакомый мужской голос, и из глубины зала появился Салазар Слизерин.
Зал преображался: вместо заброшенного много лет, заросшего пылью и паутиной он стал снова таким же, как и много лет назад, таким, каким его увидел Севостьян.
- Сарай? – повторил мужчина, на губах его играла усмешка, которая не предвещала ничего хорошего. – Значит Вы, мистер Поттер, так отзываетесь о зале Основателей?
- Основателей… Хогвартса, что ли? – испуганно шепнул Джим на ухо Севу. – Нет, мистер, я так не думаю, тут даже очень неплохо…
- Севостьян, ты мог бы догадаться, что мы не хотим видеть здесь непонятно кого, - короткий кивок в сторону Джима, - в прошлый раз тебя мы пригласили, чтобы побеседовать, а ты стал задавать глупые вопросы, а теперь еще поспорил и братца своего сюда притащил, а ты знаешь, - вдруг Салазар оказался совсем рядом с мальчиками, и его холодное дыхание обожгло щеку маленького слизеринца, - что я могу сделать с тобой?
- Что? – дерзко ответил Джим, выступая вперед.
- Поттер, а тебя никто не спрашивал… Индукто Портис!
Джим пропал, просто испарился на глазах. Сев сделал шаг вперед.
- Мистер Слизерин, что Вы сделали с моим братом? - впервые Грейнджер назвал Джеймса братом, и даже сам удивился своим словам.
- То, что и надо было сделать с нахальным и вредным мальчишкой. Ты ведь рад, не правда ли? Не зря же ты его терпел на протяжении стольких лет?
- Нет, верните его сейчас же, - сказал Севостьян, сам удивляясь своей дерзости. – Госпожа Рейвенкло, госпожа Хаффлпафф! – крикнул он в темноту зала.
- Никто не придет, они же не покровители твоего факультета, зачем им с тобой говорить, если ты так глуп и невыдержан на язык, я и так делаю тебе огромное одолжение, ты все-таки маг во втором поколении, нечистокровный, хотя, если бы не мать, твой род сравнился бы по древности с Малфоями или Блеками. Но, если ты еще ничего не понял, то твоя кровь не имеет на тебя влияния, а все твоя мать, поганая грязнокровка…
Севостьян вытащил палочку.
- Ступпефай!
В ответ раздался лишь громкий смех:
- Индукто Портис!
Это было последнее, что услышал Севостьян.
- Профессор Снейп! Профессор Снейп! – кричала маленькая белокурая слизеринка, колотя по двери кулаками.
Дверь открылась: на пороге стоял Северус Снейп собственной персоной, профессор был одет все в ту же мантию, в которой был на занятиях, в руке он держал огромный фолиант, который, видимо, и читал до того, как девочка начала колотить дверь.
- Мисс Малфой, что произошло? – устало произнес Снейп.
- Севостьян сегодня вызвал Поттера на дуэль, и сейчас его в комнате нет, их надо найти!
- Почему Вы не сказали этого превентивно? – прошипел зельевар.
Миранда вжала голову и, зажмурившись от страха, пролепетала, всхлипывая.
- Я не думала, что это так серьезно, по-настоящему.
Снейп порывисто вышел из комнаты с намереньем сообщить профессору МакГонагалл и Дамблдору, если они еще не знали о случившемся.
Они знали: Северус и Миранда встретили обоих седовласого директора и обеспокоенную Минерву.
Как же хорошо Снейп понимал ее беспокойство за каждого ученика, о которых они обязаны были заботиться. Если бы сейчас Северус увидел Грейнджера или Поттера, он не мог бы ручаться за себе, вероятнее всего, влетело бы обоим мальчишкам.
- Мисс Малфой, вы знаете что-нибудь? – спросил Дамблдор. – С чего началась ссора?
- Как всегда… Джеймс сказал Севостьяну что-то нехорошее про его маму, а Севостьян накинулся на него с кулаками, а после… - Мира всхлипнула, - урока он сказал Поттеру, что знает такой тайник, о котором тот не подозревает.
- Что это может быть, Альбус, - озадаченно нахмурила лоб Макгонаггл.
- Да что угодно, в замке тысяча тайников и тысяча ловушек.
Северус неожиданно спросил:
- Мисс Малфой, что недавно делал Севостьян такого, что на него не похоже?
- Ну… занялся уроками, историей, стал писать доклад о роли Малфоев в войне с Волдемортом, вообще, о пожирателях смерти.
- Он все знает, Альбус, - сказал Снейп, - о своем рождении. И я практически уверен, что знаю, ГДЕ он. Они.
- Где же?
- К сожалению, в зале Основателей. И боюсь, что это могло нехорошо закончиться.
Минерва охнула.
- Северус, неужели? – спросила она, взволнованно глядя на декана противоборствующего факультета.
Сейчас все это забылось, оказалось отброшенным за своей ненужностью. Пропали же не двое студентов, слизеринец и гриффиндорец, ненавидящие друг друга, на самом деле исчезли два одиннадцатилетних мальчика, которые сейчас, очевидно, были напуганы… испуг, хорошо все бы ограничилось только этим.
- Надо вызвать Гермиону и Гарри, - решил директор.
Они вышли из камина пятнадцать минут спустя. Оба ужасно бледные и взволнованные.
- Я знал, что все этим закончиться! – сокрушался Гарри. – Я виноват, я слишком плохо относился к Севостьяну и слишком попустительствовал баловству Джима, я знал, что в Хогвартсе будет только хуже… я виноват!
- Прекратите истерику, мистер Поттер! Миссис Грейнджер, мне надо задать Вам несколько вопросов насчет рождения Севостьяна, и боюсь, что они Вам не слишком понравиться… - уверенно сказал Снейп. Тон его был приказным и не терпящим возражений.
- Это-то тут при чем? – вспыхнул Поттер. – Зачем обсуждать нашу семью?
- Все присутствующие здесь знают, что Сев не твой сын, - неожиданно прервала его Гермиона. – Мистер Снейп, несомненно, знает, что говорит.
- Севостьян был зачат во время оргии Упивающихся смертью? – напрямую спросил Северус. Он был бледен более, чем обычно, и внимательный наблюдатель заметил бы, что он очень волнуется. Глаза его сузились, это был единственный шанс.
- Да, - твердо сказала Гермиона, не опуская глаз.
- Так… с учетом всего… прирожденное умение зельевара… внешность, смягченная матерью… Вероятность есть…
- Говори так, чтоб всем было понятно! – напряженно сказал Поттер, делая шаг вперед. Всем было заметно, как он злился.
- Если Вам, мистер Поттер, что-то непонятно, то это вопрос не ко мне. Генетика – наука суровая… Профессор Дамблдор, профессор МакГонагалл, миссис Грейнджер, у Севостьяна сейчас на ногах ботинки, которые были заколдованы моим отцом для меня, чтобы всегда можно было найти наследника Снейпов, - Северус грустно усмехнулся. Как вы поняли, шанс есть. Я попробую воспользоваться окклюменцией, чтобы помочь Севостьяну со спасением Поттера-младшего. Но если моя теория неверна, то…
- Герми, это он отец твоего Сева? – с нескрываемым презрением произнес Гарри.
- Мистер Поттер, не могли бы вы помолчать? – тем же тоном ответил Снейп.
Тем временем, неизвестно где…
- Ну и где мы? – с дрожанием в голосе спросил Джим, вставая с земли.
Севостьян приземлился удачнее.
- Я не знаю, Поттер, - проронил он, - либо это какой-то подземный ход, либо… не знаю. Пошли! – приказал он.
Джим сначала пытался возражать, но через мгновение смирился и, насупленный, затопал вслед за Севом. Шли они довольно долго, причем нечего в окружающем пространстве не менялось. Внезапно последний остановился и, словно бы, напряженно прислушался. В его голову словно кто-то записывал слова.
«Севостьян, сосредоточься. Подойди к Поттеру и возьми его за руку. Я попробую вас вытащить.»
- Джим, подойди сюда, - серьезно сказал Сев, делая шаг назад.
- Что? – Недоумевающе спросил его брат.
Кабинет директора Хогвартса.
- Эморио Севостьян Маркус Снейп! – крикнул Снейп и взмахнул палочкой.
- Держись! – в то же время завопил Сев, хватая Джима за мантию. Он почувствовал, что ботинки сжимаются на ногах, взлетают и что он летит увлекаемый ими вверх.
- Помогите! – в ужасе закричал Джеймс.
Следующее, что запомнил Севостьян удар об пол, и несколько пар ног, некоторые из которых обступили его. Потом наступила темнота.
Глава 19
Рассказ Гермионы
- Сев! Эй, Сев! – очнулся Севостьян от голоса, который ему хотелось бы слышать менее всего. Перед глазами все расплывалось, а в голове глухо булькало. Он попытался сфокусировать взгляд и рассмотреть владельца этого голоса. Точно, Джим…
- Да, где мы? – не дожидаясь ответа, Севостьян сам ответил на свой вопрос. – В Хогвартсе, это больничное крыло! – обрадовано произнес он. – Джим, мы выбрались!
- Не мы. Нас вытащили! – Джим хихикнул. – Твой отец.
Удар кулака оказался для него неожиданным.
- Ты же знаешь, что мой отец был казнен в Азкабане, он был упивающимся!
- Между прочем, твой отец – герой войны с Вольдемортом. А я помириться хотел, а ты меня кулаком! – Джим всхлипнул и вышел из комнаты.
«Герой», - хмыкнул Сев. Тогда что ж всему его расследованию грош цена Малфои, Нотт, Паркинсон, Кребб, Гойл, Лестранг, Эйвери, Забини, Петтегрю и… Снейп. Мог ли профессор быть его отцом?
Сев задумался. Если он был шпионом, то он вынужден был работать под прикрытием, значит, он участвовал в оргии и затем он спас маму. Мог ли он стать моим отцом? Мог… Севостьян не знал плакать ему и радоваться.
Мысли роились у него в голове, сплетаясь в самые неожиданные сочетания, голова несколько болела, и больше всего хотелось закрыть глаза и уснуть, но как раз последнего не получалось. Стоило только прикрыться одеялом от хоть и приглушенного, но все равно бьющего в глаза и отвлекающего света, и под закрытыми веками начинали прыгать разноцветные круги, которые расплывались в произвольные фигуры и часто меняли цвет.
Стоило мальчику немного успокоиться и задремать, как в палате раздались легкие, осторожные шаги, разумеется, Сев узнал их – она, мама.
Шаги стихли, видимо, она стояла в центре комната и, думаю, что пострадавший спит. Сев не хотел, чтобы мама ушла – слишком многое стоит обсудить – он подпрыгнул на кровати. Движение было чересчур резким, потревоженный мозг колыхнулся, и мальчику снова стало нехорошо, но мама была уже рядом.
- Сев, дурашка, что ты так прыгаешь? У тебя сотрясение мозга, но легкое, хотя если ты так же будешь выражать свои чувства, тете придется подлечиться у мадам Помфри.
- Это вас всех надо подлечить! Тебя, твоего Поттера, придурка Джима и остальных! – завопил Севостьян, приподнимаясь на локтях. – Кто мой отец?!
- Начнем с того, что я не позволяю тебе кричать на себя, еще одна фраза в таком тоне, и я уйду, во-вторых, что тебе известно об отце, раз у эта тема так разволновала тебя, - строго и спокойно заявила Гермиона, садясь на стул рядом с кроватью мальчика.
- Мой первый вопрос: что и от кого ты уже знаешь? - тем же тоном продолжила Гермиона.
Действительно, это очень волновало ее и, если кто-нибудь хотел прочитать ее мысли, то, возможно, этот человек испугался бы того, что она обдумывала. Сейчас ей хотелось просто убить тех, кто нарушил спокойствие ее сына, нарушил их взаимопонимание, которым она гордилась.
- Ну, этот вопрос волновал меня давно, - растягивая слова, начал Севостьян, - первым сказал что-то определенное профессор Люпин, он сказал, что мой отец чистокровный, и я могу попасть в Слизерин и еще, - мальчик выдержал паузу, -что его поцеловал дементор.
Гермиона попыталась что-то сказать.
- Спокойно, мам, так я понял, что мой отец был пожирателем. Затем профессор МакГонагалл случайно проговорилась, что мой отец Малфой, думаю, потому что Малфой-старший был правой рукой Лорда, и его именем она символизировала вообще всех темных магов-приспешников Волдеморта.
- Это не так, теперь я знаю точно, - тихо ответила Гермиона. По ее щекам текли слезу.
Сев прервался и крепко обнял маму. От него пахло больничными зельями и почему-то молоком.
- Мам, я, конечно, понимаю всю сентиментальность момента, - хмыкнул Сев, - но можно я сначала выложу свои логические выводы, а потом мы вместе поплачем, конечно, можно было бы пригласить и папу, но не думаю, что он вместе с нами будет размазывать розовые сопли. И так, следующим этапом моих размышлений стал мой проект про семейство Малфоев, в библиотеке я посмотрел портреты трех поколений, и четырех, если считать Миранду. Я решил, что ни Драко, ни Люциус не могут быть моим отцом. И потом я нашел то, что искал – вечеринка или вернее оргия Упивающихся. Так?
Гермиона кивнула.
- Я узнал фамилии тех, кто был там, пока навскидку, конечно. А сейчас я знаю все… Джим сказал. Снейп, да?
Мама привлекла мальчика к себе , глядя в его карие глаза, нежно запустила пальцы в его лохматые и длинные волосы.
- У тебе так отросли волосы, надо будет подстричься. Ты стал очень похож на него, если раньше я сомневалась, то теперь знаю точно, это профессор Снейп спас вас с Джимом, ты не поверишь, благодаря ботинкам, которые он подарил тебе, они заколдованные, чтобы наследника Снейпов всегда можно было вызвать.
Она говорила и говорила. От мягкого тона и теплых слов Сев совсем расслабился и не фырчал, как дикий котенок. Он заснул с удовлетворенным выражением на лице, он добился того, чего хотел, и это была его первая победа.
Гермиона еще долго сидела, поглощенная воспоминаниями. Боже, как это было давно двенадцать с половиной лет назад. Тогда она еще училась…
на седьмом курсе Гриффиндора. Этот день она запомнила очень хорошо, на всю жизнь, она возвращалась из библиотеки, как вдруг путь ей преградил Малфой с верными телохранителями. Серебристые глаза, в которых плескалось презрение. Неуместная дуэль: одна против троих, они победили ее силой. Гойл схватил ее в охапку, и это ненавистное портальное перемещение.
Их было много, очень много, пахло потными телами или же дорогими духами, что было еще противней, пахло животной страстью. И он, черные глаза, Слова, которые он шептал ей на ухо, так, чтобы другим не было слышно. Про то, что он ее любит, и спрашивал, любит ли она его. Она кивала головой, мыслей не было, это беспомощное состояние бессознательности посещало ее и потом, все девять месяцев, что она ждала ребенка. Ни разу не захотелось ей убить его, избавиться. «На половину он мой!», - убеждала она себя. И сейчас ее сын спал, пристроив растрепанную голову у нее на коленях. И это было счастьем…
Глава 20.
Прощание с Хогвартсом
Севостьяна выписали через неделю. Он сразу погрузился в учебу, к тому же Миранде не давали покоя лавры первой ученицы, поэтому она не только усиленно занималась сама, но и подстегивала ленивого Дика и скучающего Сева. Друзьям он ничего не сказал, а вот почему…
После разговора с мамой он спал до позднего вечера. Боль в голове несколько уменьшилась, и мальчик испытал желание поесть. Только он хотел щелкнуть пальцами, чтобы позвать домового эльфа, как вдруг на пороге палаты появилась высокая черная фигура. Отец.
- Профессор Снейп? – окликнул Сев. – Это вы?
- Да, Севостьян. Это я. Миссис Грейнджер, твоя мать, рассказала тебе про меня?
- Да, я знаю, что Вы мой отец.
Оба не знали, что говорить дальше: мальчик, который никогда не говорил слово «отец», а тем более «папа» и мужчина, которого так не называли. Они сидели напротив друг друга: оба темноволосые, бледные и несчастные. Первым шаг навстречу сделал, как ни странно, Северус.
- Я взял на кухне у домовиков овсяное печенье и тыквенный сок. Ведь ты, наверное, хочешь перекусить?
- Да, - с восторгом ответил Севостьян. – именно это я и хотел. Спасибо, профессор.
Пока мальчик уплетал печенье, Северус готовился задать какой-то важный вопрос, которого он немного опасался.
- Севостьян, а как ты относишься к тому, что узнал?
- Нормально, - со стаканом в руке ответил мальчик. – Я давно хотел узнать, кто мой отец и то, что я узнал мне понравилось. Во-первых, вы не станете завышать мне оценки, а, во-вторых, я давно восхищался Вами.
Снейп изумился:
-Восхищался?
- Да, Вашей выдержке, воспитанию, уму и таланту, сэр.
Северуса резануло по живому. Холодное «сэр», которым он обязан был называть отца на протяжении своего детства. Ему пять, и он с удовольствием называет так отца, он не знает, что возможно по-другому. Ему семь, и он запоем читает книги из семенной библиотеки, теперь он знает о нормальных семьях из книг и считает себя ничтожеством, если отец и мать не хотят общаться с им. Ему одиннадцать, и он уже привык…
- Севостьян, а что ты думаешь насчет того, что мы перейдем на ты, когда мы одни, и не называй меня «сэр», можешь попробовать называть меня по имени.
- А можно называть тебя «папой»? – тихонько спросил Сев, вжимая голову в плечи и ожидая потока проклятий, который строгий декан обрушит на его любопытную голову.
Снейп коротко кивнул.
- Папа, я так долго ждал тебя, обещай, что ты будешь всегда со мной! – обняв отца за шею, Севостьян уткнулся лицом ему в плечо и зарыдал.
Если бы кто-нибудь мог заглянуть в окно четвертого этажа замка Хогвартс, то бы увидели странную картину: мальчик по имени Севостьян Грейнджер мирно спит на одной из кроватей больничного крыла, а самый страшный профессор этой школы по имени Северус Снейп подтыкает ему одеяло. Перед тем, как выйти из палаты профессор внимательно посмотрел на мальчика, и в этом взгляде чувствовалось многое, да, многого они были лишены…
В ту ночь они договорились по инициативе Сева, что отец не даст ему свою фамилию и школу он закончит под фамилией Грейнджер, что бы никто ни смог придраться.
Изменились севостьяновы отношения и с Джимом, нет, крепкой дружбы у них не возникло (и, наверное, не возникнет никогда), но теперь уже не было взаимного унижения и драк.
Наступила пора экзаменов. Всю ночь перед первым Сев не спал, Миранда не дала. Они втроем сидели в гостиной Слизерина и доучивали трансфигурацию.
В день, когда объявляли результаты, Северус вызвал Севостьяна свой кабинет.
- Ты знаешь, я правда не знаю, какие у тебя планы на лето, но я был бы рад, если бы ты приехал в августе ко мне в поместье.
- Правда? Спасибо, папа! – глаза Сева загорелись, он был по-настоящему счастлив.
Когда после этого короткого, но важного разговора мальчик вернулся в гостиную факультета, то там уже были все слизеринцы со своими чемоданами. Сегодня был отъезд.
- Сев, - Мира помахала какой-то бумажкой, - твои экзамены.
Севостьян открыл свернутый лист пергамента.
Результаты экзаменов Севостьяна Маркуса Грейнджера
Студента 1 курса факультета Слизерин
Зотс – превосходно
Зелья – превосходно
Травология - выше ожидаемого
Чары – превосходно
Трансфигурация – выше ожидаемого
Уход за волшебными тварями – превосходно
Астрономия – выше ожидаемого
Полеты – удлетворительно.
- О, Сев, у тебя есть «удлетворительно», у нас с Диком нет ни одного, у меня вообще только «превосходно», все потому что ты мало уделяешь…
- Мир, ты иногда так похожа на мою маму, что прям удивительно…
- Кстати, Сев, Дик приезжает ко мне через неделю, приезжай тоже. Дядя Рем разрешил, как хорошо, что учеба закончилась, и мне больше не надо звать его профессором, - Мира хихикнула.
Когда студенты уже ехали в Хогвартс-экспрессе Севостьян все думал о том, как он счастлив: у него появились друзья, он помирился с мамой, наладил отношения с братом («Пусть будет так», - решил мальчик) и главное – он нашел отца.
На платформе 9 и ¾ их с Джимом встречал Гарри.
- Привет, ребята! – улыбаясь, поздоровался он.
- Здравствуйте, мистер Поттер, - улыбнулся Сев.
Джим уже висел у отца на шее.
- А почему вы с Гермионой с нами не остались? – спросил он.
- Во первых, в Хогвартсе нельзя находиться родителям за исключением всяческих происшествий, которые вы любите устраивать, а, во-вторых, у нас есть работа. Как экзамены?
- Чудесно, пап. У меня одно «удлетворительно».
- По зельям? – усмехаясь, спросил Гарри.
- Нет, по астрономии.
- А у меня по полетам, - вздохнул Сев.
- Ничего, ребят, и такое бывает.
Джим уже был в машине, пока Гарри накладывал заклинания невидимости и быстрого полета. Похлопав по сидению рядом, мальчишка улыбнулся.
- Севостьян, хочешь я покажу тебе мою любимую книгу по квиддичу.
- Покажи, - второй мальчик тут же оказался рядом. Склонив две темноволосые головы, они принялись что-то обсуждать. Вернее, Джеймс объяснял, а Сев возмущенно фыркал.
- Какая чушь! – он вытащил свою книгу и, возмущенный, погрузился в чтение.
Машина взлетела, платформа оставалась внизу, Севостьян посмотрел вниз, вспоминая учебный год в самой лучшей школе на свете, потом он опустил взгляд на ноги, и ему показалось, что змейка на начищенном до блеска черном ботинке, подмигнула ему изумрудным глазиком.
Конец.
Зал основателей
- Мистер Грейнджер, просыпайтесь! Уже пора библиотеку закрывать, а Вы здесь… - раздался над ухом Севостьяна голос, который мешал ему спать, стуча в голове, которая и так болела.
Мальчик нехотя разлепил глаза и сонно протер их кулаками. На него смотрела с неодобрением мисси Пинс.
- Десять вечера, мистер Грейнджер, и библиотека создана для того, чтобы заниматься, а не спать! – заявила она, указывая на пустой пергамент.
Сев молча забрал со стола свои вещи и явно нехотя направился к выходу из зала.
Миссис Пинс собрала книги, разложенные на стола и фыркнула, выказывая полное непонимание современной молодежи, проспал восемь часов, занимая драгоценное место (кстати, заметим, что в библиотеке никого не было), а до этого жестоко подрался, пострадали редкие и дорогие книги, но этим мальчишкам не дано понимать.
Севостьяну же, медленно бредущему вниз, в гостиную Слизерина, было ужасно, лучше сказать, он никогда не испытывал такого опустошения, унижения и злости. Намного лучше бы было, если мальчик не понимал всего с такой уничтожающей надежду отчетливостью. Даже, когда Люпин сказал, что его отец был приговорен к поцелую дементора, он не ощутил даже четверти того ада, с которым соприкоснулся сейчас. Одно дело знать, что отец был военным преступником и сподвижником Темного лорда, совсем другое – осознавать, что маму, тогда совсем девчонку, насиловали и унижали все приближенные Волдеморта.
В мозгу у мальчика с силой, в гармонии с пульсом, билась одна мысль: спросить у Миранды имена всех упивающихся и выяснить, узнать, кто из них. Но не сегодня, потом.
Ноги сами завели Севостьяна в коридор, в котором он никогда раньше не был и которого, он мог поклясться, самого здесь раньше не было. Мальчик смело пошел вперед, рассматривая богато изукрашенные стены и потолок: на него смотрели диковинные животные и птицы с росписей, мозаик и гобеленов. Он растерянно потрогал один из гобеленов: было похоже, что его покрывает вековая пыль. Мальчик растер ее между пальцами и решительно двинулся вперед, словно забыв про свою осторожность. Неизведанное влекло его. Через несколько поворотов неожиданно сузившегося коридора показалась огромная деревянная дверь.
Севостьян толкнул ее, и неожиданно легко дверь распахнулась, словно приглашая его войти, что он собственно и сделал. Он очутился в огромном темном зале, стены которого сходились наверху в нависающий свод, невольно заставлявший нагибаться. Впереди была разложена ковровая дорожка, на которой были изображены сцены охоты и войны, королевского приема и сбора урожая. От созерцания Севостьяна отвлек мелодичный женский голос.
- Здравствуй, Севостьян Маркус Грейнджер! Рада тебя видеть!
Сев поднял голову, перед ним стояла приветливая улыбающаяся женщина со светлыми волосами, убранными небольшой диадемой. Она протянула мальчику руку, и он, вместо того, чтобы поцеловать ее, лишь смущенно пожал ее ладошку, которую всю он мог обхватить длинными пальцами.
Женщина рассмеялась, смех ее был похож на радостный звон первого весеннего дождя или на перезвон капели.
- Что ж твой отец был более воспитанным в твои годы! – сказала она, закрывая рот ладошкой.
- Хельга, его отец был настоящим слизеринцем, а он полукровка! – язвительно заметил высокий мужчина в черном, появившийся словно неоткуда из дальнего конца зала, которого Севостьяну было не видно, он был затянут сероватой дымкой.
Говоривший был высок и строен, облачен в черную бархатную мантию с серебряными застежками, его черные волосы аккуратно спускались до плеч.
- Салли, не надо! Мальчик и так боится! – воскликнула женщина, всплеснув руками.
- Слизерин, отойди от нашего гостя, и так сюда одни слизеринцы в расстроенных чувствах приходят, плакаться своему великому Салли! – вмешался еще один мужской голос, принадлежавший молодому и красивому шатену.
- Слизеринцы никогда не плачутся! – резко ответил Севостьян, повернувшись на звук.
- О, еще один! – издевательским тоном продолжил мужчина. – Салли, новый Темный лорд снова появится на твоем факультете.
- Я НЕ БУДУ ТЕМНЫМ ЛОРДОМ, МИСТЕР ГРИФФИНДОР! – закричал Севостьян.
- Догадливый мальчик! И умненький! – сказала новая участница разговора, высокая темноволосая дама в красивой синей с шитьем мантии. – Как ты только на Рейвенкло не попал, именно там твое место, лучше бы всего тебе было!
- Спасибо, госпожа Рейвенкло! – поклонился расхрабрившийся Сев. – Мне очень лестно, что я говорю с вами, со всеми… - Годрик хмыкнул, - но я совершенно не понимаю, как это возможно.
Хельга приобняла мальчика за плечи.
- Севостьян, это наши воспоминания, такими мы были в то время, когда основали Хогвартс, а ты забрел сюда потому, что так должно было произойти. Такова судьба, именно ты смог пройти сюда…
- Видимо, это ваша семейная черта, - произнес Салазар, подойдя к мальчику и взяв его за подбородок, заглянул в глаза, - та же порода!
- Может хотя бы вы, основатели, скажете, кто мой отец? – четко и ясно сказал Севостьян. Голос его раздался неожиданным эхом и забился, пойманный в тиски зала.
- Ты не знаешь? – искренне удивился Салазар, залившись непонятным и оскорбительным для мальчишки смехом. – Я думал, ты сообразительней…
Лица основателей побежали перед темнеющим взглядом Севостьяна, как будто они сидели на маггловской карусели, он попытался остаться на ногах, ухватится за что-нибудь, чтобы обрести опору, но каменный пол упорно уходил из-под ног…
Маленький слизеринец пришел в себя на холодном полу подземелья, он поднялся и отряхнул порядком запылившуюся мантию. От изумления Севостьян опешил, он мог бы поклясться, что это не приснилось и привиделось ему, но никакой двери не было.
Глава 17
На слабо
Севостьян вошел в слизеринскую гостиную и не удивился тому, что она была пуста, только на диване, свернувшись в клубок и накрывшись мантией по уши, спала маленькая фигурка.
- Миранда! – тихонько позвал мальчик.
- Сев! – сонно ответила верная подруга. – А я тебя ждала и… уснула. Как проект? – привычно оживилась она при мысли об учебе.
- Отлично, - соврал Сев, не поморщившись. – Я узнал много нового, думаю, что завтра мне понадобиться твоя помощь… как знатока истории, разумеется.
- Угу, -снова проваливаясь в сон сказала Миранда. Сопротивляясь дремоте, она встала и побрела в спальню.
Севостьян же не спал всю ночь, сидя в кресле у камина. Видеть тоже никого не хотелось, так вот значит какая тайна у его мамы.
Утро наступило неожиданно быстро, Севостьян стоял у окна и смотрел, как занимается заря. Воздух был еще прохладным, но все обещало теплый, возможно даже не по-весеннему, денек.
- Сев! Доброе утро! – сказал заспанный до невозможности Дик, сладко потягиваясь. – Тут что ли сидел?
- Ага, обдумывал свой проект по истории, - ответил Севостьян.
- Пойдем на завтрак? А то первый урок зелья, нехорошо опаздывать.
Сев кивнул. В этот же момент из спальни девочек появилась Миранда, и трое друзей вместе пошли в Главный зал.
Над головами привычно захлопало – совиная почта! Было письмо и для Севостьяна, разумеется, от мамы. Мальчик разорвал конверт, пробежал глазами по ровным строчкам. Соскучилась… новый эксперимент … беспокоится за него. Ничего не изменилось, ровным счетом ничего. Он вдруг отчетливо, до ясности, до боли осознал, мама-то не виновата, а значит и он не виноват, и мама не ненавидит его, а скорее даже любит.
И обычно крепкие нервы Сева не выдержали, он закрыл лицо руками и беззвучно заплакал. Миранда, Дик и какие-то старшекурсники (он не обратил внимания) пытались его успокоить, спрашивали все ли в порядке. Мальчик же заметил другое, то, что к столу своего факультета подошел самый лучший декан в мире и сейчас, пробежав глазами по строчкам упавшего письма, сухо сказал:
- Мистер Грейнджер, все в порядке, возвращайтесь к завтраку.
Истерика волшебным образом прекратилась, и мальчику снова стало горько, что он так подвел и Снейпа, и факультет, устроив этакое за завтраком.
В кабинет зельеварения наша троица пришла задолго до начала занятия, ребята расселись за привычные парты, и Севостьян принялся рассказывать о результатах своего проекта. Разумеется, мальчик и словом не обмолвился, зачем он выбрал эту тему и что узнал.
- Так значит тебя интересует второй состав Упивающихся смертью: Малфои, Нотты, Паркинсон, Кребб, Гойл, короче все фамилии с нашего факультета, - развела руками Миранда.
- И только они были приближенными Волдеморта? – спросил Дик.
- Нет, не только. Лестранги, Эйвери, Забини, Петтегрю, ну, и еще Снейп – он был шпионом ордена Феникса.
- Итого десять, десять… У тебя есть их колдографии в книгах? – взволнованно спросил мальчик. Значит, всего десять человек могли стать его отцом, разумеется, за исключением Паркинсон – матери Миры и шпиона Снейпа.
- Да, конечно есть. Я рада, что тебя заинтересовала история, к тому же недавняя и очень драматичная, - с чувством сказал Миранда.
Дик поморщился.
- История, говоришь? – раздался еще один голос, до боли знакомый Севу.
- Джеймс Поттер, лучше свали отсюда по-хорошему! – сказал Севостьян, вставая.
- Севви, Севви, чего ты сегодня за завтраком устроил. Идиот, хорошо, что папа тебя не усыновил, а то за фамилию стыдно бы было.
- Я бы не за что не стал Поттером, лучше бы Малфоем или Эйвери…
- Да у тебя вообще фамилии нет, потому что ты ублюдок…
Обычную эскападу ругательств он произнести не успел, потому что Севостьян прыгнул на него и, придавив собственным весом к полу, принялся мутузить кулаками. Джим тоже не отставал.
- Мистер Поттер, Мистер Грейнджер, разойтись! – над самым ухом раздался голос Снейпа, человека, которого оба дерущихся мальчика сейчас хотели видеть меньше всего. – Минус десять с Гриффиндора, минус пять со Слизерина!
Мальчики нехотя разошлись. Урок зелий прошел более-менее спокойно, только Севостьян сидел, нахмурив лоб, что-то обдумывая. План был готов.
После уроков Грейнджер остановил Джима на выходе из лаборатории.
- Поттер, вот ты считаешь себя таким смелым, а поспорим, что я знаю такой тайник в замке, о котором ты, юный мародер, не подозреваешь.
- Поспорим, только, когда ты его успел найти, ты же правил не нарушаешь, недотрога!
- Тебе и правда не дам дотронуться, - криво усмехнулся Сев. – А когда нашел, это мое дело. Условия таковы: сегодня, в одиннадцать, встречаемся в коридоре третьего этажа. И лучше для тебя, если ты никому не скажешь.
Глава 18.
Этого не может быть!
- Эй, ты! Севви, ну, что паук слизеринский, что ты мне хотел показать? – прошептал Джим, скидывая мантию-невидимку на пол.
- Я так и думал, что у тебя такая есть, когда вы на нас напали, ну ты помнишь, перед тем случаем с вкусным тыквенным соком, - хмыкнул Севостьян.
- И как тебя из школы не выкинули, придурка! Ну, что ты мне хотел показать?! Может, просто дуэль устроим?
- С твоей стороны большая глупость предлагать мне такое, у меня с заклинаниями лучше, - спокойно ответил Сев. – Пошли!
Джим нехотя принялся поднимать мантию, когда из-за угла раздались шаркающие шаги. Севостьян шикнул на Джима, по коридору прошествовал ободранный черный кот.
- Мефистофель, кто там? Опять студенты? Я иду! – раздался дребезжащий голос Филча.
- Бегом! – Севостьян схватил Джима за руку и со всех ног помчался к лестнице.
- Мантия, придурок! – прошипел Поттер, пытаясь освободиться от ладони Сева.
Тот не остановился, с грохотом они практически свалились с лестницы и бегом припустили в коридоры подземелья. Севостьян увидел гобелены.
- Вот оно! – победно вскричал Севостьян.
Мальчики остановились перед деревянной дверью. Джим с нетерпением толкнул дверь, раздался скрип, и мальчики вошли в тот самый зал, где прошлым вечером был Севостьян. И стены, и ковровая дорожка были покрыты вековой пылью.
- И зачем ты притащил меня в этот сарай? – сморщив нос, спросил Джим. – Удивить решил?
- Сарай, молодой человек? – раздался незнакомый мужской голос, и из глубины зала появился Салазар Слизерин.
Зал преображался: вместо заброшенного много лет, заросшего пылью и паутиной он стал снова таким же, как и много лет назад, таким, каким его увидел Севостьян.
- Сарай? – повторил мужчина, на губах его играла усмешка, которая не предвещала ничего хорошего. – Значит Вы, мистер Поттер, так отзываетесь о зале Основателей?
- Основателей… Хогвартса, что ли? – испуганно шепнул Джим на ухо Севу. – Нет, мистер, я так не думаю, тут даже очень неплохо…
- Севостьян, ты мог бы догадаться, что мы не хотим видеть здесь непонятно кого, - короткий кивок в сторону Джима, - в прошлый раз тебя мы пригласили, чтобы побеседовать, а ты стал задавать глупые вопросы, а теперь еще поспорил и братца своего сюда притащил, а ты знаешь, - вдруг Салазар оказался совсем рядом с мальчиками, и его холодное дыхание обожгло щеку маленького слизеринца, - что я могу сделать с тобой?
- Что? – дерзко ответил Джим, выступая вперед.
- Поттер, а тебя никто не спрашивал… Индукто Портис!
Джим пропал, просто испарился на глазах. Сев сделал шаг вперед.
- Мистер Слизерин, что Вы сделали с моим братом? - впервые Грейнджер назвал Джеймса братом, и даже сам удивился своим словам.
- То, что и надо было сделать с нахальным и вредным мальчишкой. Ты ведь рад, не правда ли? Не зря же ты его терпел на протяжении стольких лет?
- Нет, верните его сейчас же, - сказал Севостьян, сам удивляясь своей дерзости. – Госпожа Рейвенкло, госпожа Хаффлпафф! – крикнул он в темноту зала.
- Никто не придет, они же не покровители твоего факультета, зачем им с тобой говорить, если ты так глуп и невыдержан на язык, я и так делаю тебе огромное одолжение, ты все-таки маг во втором поколении, нечистокровный, хотя, если бы не мать, твой род сравнился бы по древности с Малфоями или Блеками. Но, если ты еще ничего не понял, то твоя кровь не имеет на тебя влияния, а все твоя мать, поганая грязнокровка…
Севостьян вытащил палочку.
- Ступпефай!
В ответ раздался лишь громкий смех:
- Индукто Портис!
Это было последнее, что услышал Севостьян.
- Профессор Снейп! Профессор Снейп! – кричала маленькая белокурая слизеринка, колотя по двери кулаками.
Дверь открылась: на пороге стоял Северус Снейп собственной персоной, профессор был одет все в ту же мантию, в которой был на занятиях, в руке он держал огромный фолиант, который, видимо, и читал до того, как девочка начала колотить дверь.
- Мисс Малфой, что произошло? – устало произнес Снейп.
- Севостьян сегодня вызвал Поттера на дуэль, и сейчас его в комнате нет, их надо найти!
- Почему Вы не сказали этого превентивно? – прошипел зельевар.
Миранда вжала голову и, зажмурившись от страха, пролепетала, всхлипывая.
- Я не думала, что это так серьезно, по-настоящему.
Снейп порывисто вышел из комнаты с намереньем сообщить профессору МакГонагалл и Дамблдору, если они еще не знали о случившемся.
Они знали: Северус и Миранда встретили обоих седовласого директора и обеспокоенную Минерву.
Как же хорошо Снейп понимал ее беспокойство за каждого ученика, о которых они обязаны были заботиться. Если бы сейчас Северус увидел Грейнджера или Поттера, он не мог бы ручаться за себе, вероятнее всего, влетело бы обоим мальчишкам.
- Мисс Малфой, вы знаете что-нибудь? – спросил Дамблдор. – С чего началась ссора?
- Как всегда… Джеймс сказал Севостьяну что-то нехорошее про его маму, а Севостьян накинулся на него с кулаками, а после… - Мира всхлипнула, - урока он сказал Поттеру, что знает такой тайник, о котором тот не подозревает.
- Что это может быть, Альбус, - озадаченно нахмурила лоб Макгонаггл.
- Да что угодно, в замке тысяча тайников и тысяча ловушек.
Северус неожиданно спросил:
- Мисс Малфой, что недавно делал Севостьян такого, что на него не похоже?
- Ну… занялся уроками, историей, стал писать доклад о роли Малфоев в войне с Волдемортом, вообще, о пожирателях смерти.
- Он все знает, Альбус, - сказал Снейп, - о своем рождении. И я практически уверен, что знаю, ГДЕ он. Они.
- Где же?
- К сожалению, в зале Основателей. И боюсь, что это могло нехорошо закончиться.
Минерва охнула.
- Северус, неужели? – спросила она, взволнованно глядя на декана противоборствующего факультета.
Сейчас все это забылось, оказалось отброшенным за своей ненужностью. Пропали же не двое студентов, слизеринец и гриффиндорец, ненавидящие друг друга, на самом деле исчезли два одиннадцатилетних мальчика, которые сейчас, очевидно, были напуганы… испуг, хорошо все бы ограничилось только этим.
- Надо вызвать Гермиону и Гарри, - решил директор.
Они вышли из камина пятнадцать минут спустя. Оба ужасно бледные и взволнованные.
- Я знал, что все этим закончиться! – сокрушался Гарри. – Я виноват, я слишком плохо относился к Севостьяну и слишком попустительствовал баловству Джима, я знал, что в Хогвартсе будет только хуже… я виноват!
- Прекратите истерику, мистер Поттер! Миссис Грейнджер, мне надо задать Вам несколько вопросов насчет рождения Севостьяна, и боюсь, что они Вам не слишком понравиться… - уверенно сказал Снейп. Тон его был приказным и не терпящим возражений.
- Это-то тут при чем? – вспыхнул Поттер. – Зачем обсуждать нашу семью?
- Все присутствующие здесь знают, что Сев не твой сын, - неожиданно прервала его Гермиона. – Мистер Снейп, несомненно, знает, что говорит.
- Севостьян был зачат во время оргии Упивающихся смертью? – напрямую спросил Северус. Он был бледен более, чем обычно, и внимательный наблюдатель заметил бы, что он очень волнуется. Глаза его сузились, это был единственный шанс.
- Да, - твердо сказала Гермиона, не опуская глаз.
- Так… с учетом всего… прирожденное умение зельевара… внешность, смягченная матерью… Вероятность есть…
- Говори так, чтоб всем было понятно! – напряженно сказал Поттер, делая шаг вперед. Всем было заметно, как он злился.
- Если Вам, мистер Поттер, что-то непонятно, то это вопрос не ко мне. Генетика – наука суровая… Профессор Дамблдор, профессор МакГонагалл, миссис Грейнджер, у Севостьяна сейчас на ногах ботинки, которые были заколдованы моим отцом для меня, чтобы всегда можно было найти наследника Снейпов, - Северус грустно усмехнулся. Как вы поняли, шанс есть. Я попробую воспользоваться окклюменцией, чтобы помочь Севостьяну со спасением Поттера-младшего. Но если моя теория неверна, то…
- Герми, это он отец твоего Сева? – с нескрываемым презрением произнес Гарри.
- Мистер Поттер, не могли бы вы помолчать? – тем же тоном ответил Снейп.
Тем временем, неизвестно где…
- Ну и где мы? – с дрожанием в голосе спросил Джим, вставая с земли.
Севостьян приземлился удачнее.
- Я не знаю, Поттер, - проронил он, - либо это какой-то подземный ход, либо… не знаю. Пошли! – приказал он.
Джим сначала пытался возражать, но через мгновение смирился и, насупленный, затопал вслед за Севом. Шли они довольно долго, причем нечего в окружающем пространстве не менялось. Внезапно последний остановился и, словно бы, напряженно прислушался. В его голову словно кто-то записывал слова.
«Севостьян, сосредоточься. Подойди к Поттеру и возьми его за руку. Я попробую вас вытащить.»
- Джим, подойди сюда, - серьезно сказал Сев, делая шаг назад.
- Что? – Недоумевающе спросил его брат.
Кабинет директора Хогвартса.
- Эморио Севостьян Маркус Снейп! – крикнул Снейп и взмахнул палочкой.
- Держись! – в то же время завопил Сев, хватая Джима за мантию. Он почувствовал, что ботинки сжимаются на ногах, взлетают и что он летит увлекаемый ими вверх.
- Помогите! – в ужасе закричал Джеймс.
Следующее, что запомнил Севостьян удар об пол, и несколько пар ног, некоторые из которых обступили его. Потом наступила темнота.
Глава 19
Рассказ Гермионы
- Сев! Эй, Сев! – очнулся Севостьян от голоса, который ему хотелось бы слышать менее всего. Перед глазами все расплывалось, а в голове глухо булькало. Он попытался сфокусировать взгляд и рассмотреть владельца этого голоса. Точно, Джим…
- Да, где мы? – не дожидаясь ответа, Севостьян сам ответил на свой вопрос. – В Хогвартсе, это больничное крыло! – обрадовано произнес он. – Джим, мы выбрались!
- Не мы. Нас вытащили! – Джим хихикнул. – Твой отец.
Удар кулака оказался для него неожиданным.
- Ты же знаешь, что мой отец был казнен в Азкабане, он был упивающимся!
- Между прочем, твой отец – герой войны с Вольдемортом. А я помириться хотел, а ты меня кулаком! – Джим всхлипнул и вышел из комнаты.
«Герой», - хмыкнул Сев. Тогда что ж всему его расследованию грош цена Малфои, Нотт, Паркинсон, Кребб, Гойл, Лестранг, Эйвери, Забини, Петтегрю и… Снейп. Мог ли профессор быть его отцом?
Сев задумался. Если он был шпионом, то он вынужден был работать под прикрытием, значит, он участвовал в оргии и затем он спас маму. Мог ли он стать моим отцом? Мог… Севостьян не знал плакать ему и радоваться.
Мысли роились у него в голове, сплетаясь в самые неожиданные сочетания, голова несколько болела, и больше всего хотелось закрыть глаза и уснуть, но как раз последнего не получалось. Стоило только прикрыться одеялом от хоть и приглушенного, но все равно бьющего в глаза и отвлекающего света, и под закрытыми веками начинали прыгать разноцветные круги, которые расплывались в произвольные фигуры и часто меняли цвет.
Стоило мальчику немного успокоиться и задремать, как в палате раздались легкие, осторожные шаги, разумеется, Сев узнал их – она, мама.
Шаги стихли, видимо, она стояла в центре комната и, думаю, что пострадавший спит. Сев не хотел, чтобы мама ушла – слишком многое стоит обсудить – он подпрыгнул на кровати. Движение было чересчур резким, потревоженный мозг колыхнулся, и мальчику снова стало нехорошо, но мама была уже рядом.
- Сев, дурашка, что ты так прыгаешь? У тебя сотрясение мозга, но легкое, хотя если ты так же будешь выражать свои чувства, тете придется подлечиться у мадам Помфри.
- Это вас всех надо подлечить! Тебя, твоего Поттера, придурка Джима и остальных! – завопил Севостьян, приподнимаясь на локтях. – Кто мой отец?!
- Начнем с того, что я не позволяю тебе кричать на себя, еще одна фраза в таком тоне, и я уйду, во-вторых, что тебе известно об отце, раз у эта тема так разволновала тебя, - строго и спокойно заявила Гермиона, садясь на стул рядом с кроватью мальчика.
- Мой первый вопрос: что и от кого ты уже знаешь? - тем же тоном продолжила Гермиона.
Действительно, это очень волновало ее и, если кто-нибудь хотел прочитать ее мысли, то, возможно, этот человек испугался бы того, что она обдумывала. Сейчас ей хотелось просто убить тех, кто нарушил спокойствие ее сына, нарушил их взаимопонимание, которым она гордилась.
- Ну, этот вопрос волновал меня давно, - растягивая слова, начал Севостьян, - первым сказал что-то определенное профессор Люпин, он сказал, что мой отец чистокровный, и я могу попасть в Слизерин и еще, - мальчик выдержал паузу, -что его поцеловал дементор.
Гермиона попыталась что-то сказать.
- Спокойно, мам, так я понял, что мой отец был пожирателем. Затем профессор МакГонагалл случайно проговорилась, что мой отец Малфой, думаю, потому что Малфой-старший был правой рукой Лорда, и его именем она символизировала вообще всех темных магов-приспешников Волдеморта.
- Это не так, теперь я знаю точно, - тихо ответила Гермиона. По ее щекам текли слезу.
Сев прервался и крепко обнял маму. От него пахло больничными зельями и почему-то молоком.
- Мам, я, конечно, понимаю всю сентиментальность момента, - хмыкнул Сев, - но можно я сначала выложу свои логические выводы, а потом мы вместе поплачем, конечно, можно было бы пригласить и папу, но не думаю, что он вместе с нами будет размазывать розовые сопли. И так, следующим этапом моих размышлений стал мой проект про семейство Малфоев, в библиотеке я посмотрел портреты трех поколений, и четырех, если считать Миранду. Я решил, что ни Драко, ни Люциус не могут быть моим отцом. И потом я нашел то, что искал – вечеринка или вернее оргия Упивающихся. Так?
Гермиона кивнула.
- Я узнал фамилии тех, кто был там, пока навскидку, конечно. А сейчас я знаю все… Джим сказал. Снейп, да?
Мама привлекла мальчика к себе , глядя в его карие глаза, нежно запустила пальцы в его лохматые и длинные волосы.
- У тебе так отросли волосы, надо будет подстричься. Ты стал очень похож на него, если раньше я сомневалась, то теперь знаю точно, это профессор Снейп спас вас с Джимом, ты не поверишь, благодаря ботинкам, которые он подарил тебе, они заколдованные, чтобы наследника Снейпов всегда можно было вызвать.
Она говорила и говорила. От мягкого тона и теплых слов Сев совсем расслабился и не фырчал, как дикий котенок. Он заснул с удовлетворенным выражением на лице, он добился того, чего хотел, и это была его первая победа.
Гермиона еще долго сидела, поглощенная воспоминаниями. Боже, как это было давно двенадцать с половиной лет назад. Тогда она еще училась…
на седьмом курсе Гриффиндора. Этот день она запомнила очень хорошо, на всю жизнь, она возвращалась из библиотеки, как вдруг путь ей преградил Малфой с верными телохранителями. Серебристые глаза, в которых плескалось презрение. Неуместная дуэль: одна против троих, они победили ее силой. Гойл схватил ее в охапку, и это ненавистное портальное перемещение.
Их было много, очень много, пахло потными телами или же дорогими духами, что было еще противней, пахло животной страстью. И он, черные глаза, Слова, которые он шептал ей на ухо, так, чтобы другим не было слышно. Про то, что он ее любит, и спрашивал, любит ли она его. Она кивала головой, мыслей не было, это беспомощное состояние бессознательности посещало ее и потом, все девять месяцев, что она ждала ребенка. Ни разу не захотелось ей убить его, избавиться. «На половину он мой!», - убеждала она себя. И сейчас ее сын спал, пристроив растрепанную голову у нее на коленях. И это было счастьем…
Глава 20.
Прощание с Хогвартсом
Севостьяна выписали через неделю. Он сразу погрузился в учебу, к тому же Миранде не давали покоя лавры первой ученицы, поэтому она не только усиленно занималась сама, но и подстегивала ленивого Дика и скучающего Сева. Друзьям он ничего не сказал, а вот почему…
После разговора с мамой он спал до позднего вечера. Боль в голове несколько уменьшилась, и мальчик испытал желание поесть. Только он хотел щелкнуть пальцами, чтобы позвать домового эльфа, как вдруг на пороге палаты появилась высокая черная фигура. Отец.
- Профессор Снейп? – окликнул Сев. – Это вы?
- Да, Севостьян. Это я. Миссис Грейнджер, твоя мать, рассказала тебе про меня?
- Да, я знаю, что Вы мой отец.
Оба не знали, что говорить дальше: мальчик, который никогда не говорил слово «отец», а тем более «папа» и мужчина, которого так не называли. Они сидели напротив друг друга: оба темноволосые, бледные и несчастные. Первым шаг навстречу сделал, как ни странно, Северус.
- Я взял на кухне у домовиков овсяное печенье и тыквенный сок. Ведь ты, наверное, хочешь перекусить?
- Да, - с восторгом ответил Севостьян. – именно это я и хотел. Спасибо, профессор.
Пока мальчик уплетал печенье, Северус готовился задать какой-то важный вопрос, которого он немного опасался.
- Севостьян, а как ты относишься к тому, что узнал?
- Нормально, - со стаканом в руке ответил мальчик. – Я давно хотел узнать, кто мой отец и то, что я узнал мне понравилось. Во-первых, вы не станете завышать мне оценки, а, во-вторых, я давно восхищался Вами.
Снейп изумился:
-Восхищался?
- Да, Вашей выдержке, воспитанию, уму и таланту, сэр.
Северуса резануло по живому. Холодное «сэр», которым он обязан был называть отца на протяжении своего детства. Ему пять, и он с удовольствием называет так отца, он не знает, что возможно по-другому. Ему семь, и он запоем читает книги из семенной библиотеки, теперь он знает о нормальных семьях из книг и считает себя ничтожеством, если отец и мать не хотят общаться с им. Ему одиннадцать, и он уже привык…
- Севостьян, а что ты думаешь насчет того, что мы перейдем на ты, когда мы одни, и не называй меня «сэр», можешь попробовать называть меня по имени.
- А можно называть тебя «папой»? – тихонько спросил Сев, вжимая голову в плечи и ожидая потока проклятий, который строгий декан обрушит на его любопытную голову.
Снейп коротко кивнул.
- Папа, я так долго ждал тебя, обещай, что ты будешь всегда со мной! – обняв отца за шею, Севостьян уткнулся лицом ему в плечо и зарыдал.
Если бы кто-нибудь мог заглянуть в окно четвертого этажа замка Хогвартс, то бы увидели странную картину: мальчик по имени Севостьян Грейнджер мирно спит на одной из кроватей больничного крыла, а самый страшный профессор этой школы по имени Северус Снейп подтыкает ему одеяло. Перед тем, как выйти из палаты профессор внимательно посмотрел на мальчика, и в этом взгляде чувствовалось многое, да, многого они были лишены…
В ту ночь они договорились по инициативе Сева, что отец не даст ему свою фамилию и школу он закончит под фамилией Грейнджер, что бы никто ни смог придраться.
Изменились севостьяновы отношения и с Джимом, нет, крепкой дружбы у них не возникло (и, наверное, не возникнет никогда), но теперь уже не было взаимного унижения и драк.
Наступила пора экзаменов. Всю ночь перед первым Сев не спал, Миранда не дала. Они втроем сидели в гостиной Слизерина и доучивали трансфигурацию.
В день, когда объявляли результаты, Северус вызвал Севостьяна свой кабинет.
- Ты знаешь, я правда не знаю, какие у тебя планы на лето, но я был бы рад, если бы ты приехал в августе ко мне в поместье.
- Правда? Спасибо, папа! – глаза Сева загорелись, он был по-настоящему счастлив.
Когда после этого короткого, но важного разговора мальчик вернулся в гостиную факультета, то там уже были все слизеринцы со своими чемоданами. Сегодня был отъезд.
- Сев, - Мира помахала какой-то бумажкой, - твои экзамены.
Севостьян открыл свернутый лист пергамента.
Результаты экзаменов Севостьяна Маркуса Грейнджера
Студента 1 курса факультета Слизерин
Зотс – превосходно
Зелья – превосходно
Травология - выше ожидаемого
Чары – превосходно
Трансфигурация – выше ожидаемого
Уход за волшебными тварями – превосходно
Астрономия – выше ожидаемого
Полеты – удлетворительно.
- О, Сев, у тебя есть «удлетворительно», у нас с Диком нет ни одного, у меня вообще только «превосходно», все потому что ты мало уделяешь…
- Мир, ты иногда так похожа на мою маму, что прям удивительно…
- Кстати, Сев, Дик приезжает ко мне через неделю, приезжай тоже. Дядя Рем разрешил, как хорошо, что учеба закончилась, и мне больше не надо звать его профессором, - Мира хихикнула.
Когда студенты уже ехали в Хогвартс-экспрессе Севостьян все думал о том, как он счастлив: у него появились друзья, он помирился с мамой, наладил отношения с братом («Пусть будет так», - решил мальчик) и главное – он нашел отца.
На платформе 9 и ¾ их с Джимом встречал Гарри.
- Привет, ребята! – улыбаясь, поздоровался он.
- Здравствуйте, мистер Поттер, - улыбнулся Сев.
Джим уже висел у отца на шее.
- А почему вы с Гермионой с нами не остались? – спросил он.
- Во первых, в Хогвартсе нельзя находиться родителям за исключением всяческих происшествий, которые вы любите устраивать, а, во-вторых, у нас есть работа. Как экзамены?
- Чудесно, пап. У меня одно «удлетворительно».
- По зельям? – усмехаясь, спросил Гарри.
- Нет, по астрономии.
- А у меня по полетам, - вздохнул Сев.
- Ничего, ребят, и такое бывает.
Джим уже был в машине, пока Гарри накладывал заклинания невидимости и быстрого полета. Похлопав по сидению рядом, мальчишка улыбнулся.
- Севостьян, хочешь я покажу тебе мою любимую книгу по квиддичу.
- Покажи, - второй мальчик тут же оказался рядом. Склонив две темноволосые головы, они принялись что-то обсуждать. Вернее, Джеймс объяснял, а Сев возмущенно фыркал.
- Какая чушь! – он вытащил свою книгу и, возмущенный, погрузился в чтение.
Машина взлетела, платформа оставалась внизу, Севостьян посмотрел вниз, вспоминая учебный год в самой лучшей школе на свете, потом он опустил взгляд на ноги, и ему показалось, что змейка на начищенном до блеска черном ботинке, подмигнула ему изумрудным глазиком.
Конец.
Только мне не очень, что Сев заплакал в конце, а так все здорово.-
Миранда
- Администратор чата
- Сообщения: 383
- Зарегистрирован: 31 дек 2004 18:33
- Псевдоним: Winky
- Пол: женский
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
Фиола, чудесный фик... вы не могли бы кинуть ссылку на продолжение?
и... надеюсь там есть чудная мисс Малфой? у меня к ней любовь с первого взгляда))
и... надеюсь там есть чудная мисс Малфой? у меня к ней любовь с первого взгляда))
Чем больше объективных причин что-то не сделать, тем очевиднее, что все это - поводы...
не этично перебанивать чужие баны и перекляпывать чужие кляпы (с) Marciz
не этично перебанивать чужие баны и перекляпывать чужие кляпы (с) Marciz
Преданная фанатка Actani
