Вспомним, что Лорд Волдеморт - это возвеличивающее прозвище, которое Том Реддл сам себе придумал. Типа Наполеон темной магии. Все, с кем ему довелось пересечься на празднике жизни, все поголовно признавали его величайшим злодеем, боялись упоминать его имя. Реддл не рдел самодовольной юношеской краской от грубой лести - принимал всеобщее признание как должное. Только Дамб по своим основаниям и Гарри со своими выделялись из серой массы. Попробовали бы назвать его Земляным Червяком! И разбудить кровную обиду - для него это было вызовом, за которым следовала расплата. Он из категории тех субчиков, у которых при предупреждающем знаке Осторожно!Убьет! заливаются глаза, и выделяется желчь. Без страха Том поубивал своих предков и расщепил нечто, называемое у Ро душою. Почему-то Реддлу не дали возможности испытать кайф от достигнутого, и закрадывается подозрение, достиг ли Том чего-то своим самоотверженным наскоком? Долголетие вообще у Роулинг не в чести. И этот гуманитарный беспредел остался унавоженным. Есть что-то хуже смерти?
По канону, смертный предел, жизненный удел довели Тома Редла до психической несостыковочки с бескомпромиссными желаниями достичь абсолютного признания, и он сменил имя, расколотил душу, модифицировал тело, использовав магический потенциал. Трансмутант, ГМО. И по-козлиному, рогами вперед, бросается на тех, кто "равен ему по могуществу" - он изведал самые темнейшие глубины магии! Ласты-то он в итоге склеил, ниасилил, и, значит, Земляной Червяк и есть. Но какова была попытка! По заверениям мистера Олливандера, великие дела! но грязные штаны. Великие! Том Реддл постепенно, шаг за шагом, подбирался к вокзальной лавке.
Проблема человеческого страха перед конечностью жизненного цикла возникла очень давно и родила множество стратегий минимизирования последствий, целые культуры живут и кормятся вокруг нее. Поттериана проблему не решила, предложив гуманную тактику сожительства, схожую с распространенным среди маглов культом искупления грехов, по которой ласты лучше бы склеивать, а потом получать профит. ".. пока чары (ее самопожертвования) живы, жив ты и жива последняя надежда Волан-де-Морта на спасение." (ГПиДС. Дамб из Лимбо-бо)
Дамб выражался образно: есть вещи, которые сильнее смерти, но Волдеморту они чужды, намекая на любовный потенциал. Смерть все равно не отвратима - потом послесмертие))
К поттериане присовокупили малюсенький довесок в виде пиески, в которой Волдеморт оставляет по себе живое наследие не только в виде женского персонажа, но и в голове Гарри. Волдеморту нечего было бояться, кроме деклараций феминанистов: он всего достиг, его вынуждают вступать в женские спальни, хотя одного мановения руки достаточно, чтобы сказку сделать былью. Бессмертие доступно не только для бестелесных сущностей, еда/воздух в избытке, соплеменники отзывчивы. Голосистая тень Волдеморта бродит по подмосткам в разных странах, сколько наследн(иков)иц наречется его именем, родом - не предугадать. Любовь не является определяющей силой в борьбе с идеями, в борьбе со злом)) (пусть женщины этого не знают)
По первой книжке, Волдеморт наведывается к младенцу, чтобы обезопасить себя в будущем. Что это: страх перед неведомым или прагматичный расчет затрат - до сих пор нет однозначного определения, ведь на момент поттерианы Волд уже бессмертен и его не должны были интересовать заморочки смердов. После театральной сказки (это какой-то позор..) выяснилось, что и по романтике межличностных отношений лишенца Волдеморта недооценили: Беллочка понесла от злонамеренного убийцы младенцев и матерей с отцами; да еще и Астории, и еще невесть кому надул на будущее. Страха у него точно уже не было. Или наоборот - со страха? "Драконихи обычно намного злее" (ГПиДС гл7) После приписываемых ему похождений он пошел и разрушил Хогвардс.
Изменчивость канонной линии придает свойство относительности любому суждению или определениям, даже высказываемым самой правообладательницей. Когда-то о Волдеморте говорили, что он самый-самый, а теперь выясняется, что Гриндевальд Кое-Кого кое-в-чем превосходит, то есть, превосходил.. Может, и со страхом та же песня: когда-то уже отбоялись и нашли средства. Все пройдет - и это тоже (протоеврейская мудрость). Даже смерть в поттериане - относительное понятие: она фигурирует как создатель Даров и как обозначение конца телесного присутствия каждой твари - в первую очередь людей. То есть смерть есть как субьект, как понятие, и как фигура речи. Волдеморту не довелось лично встретиться с физическим воплощением и испугаться до чертиков - только с последствиями: с детским травмирующим одиночеством. И сам стал тем самым воплощением, которое увидят в последний раз, как выразились на недолгопрофункционировавшей радиостанции. Но Волдеморт не думал о последствиях - о личном в века закладывающемся образе: Кощей Бессмертный же не думал ни о будущем, ни об образе: он был могущественен и похищал баб. О них сложили сказки.. Якобы и они смертны. Что же это за бессмертие, которое имеет свои пределы?
Однако, надо и канонной метафизической трактовке уделить место. Волдеморт - воплощенное Зло, смерти не подвластное, где-то под лавкой скрючившееся. Ему нечего бояться, кроме уреживающегося количества пришествий. Когда-нить колесо его сансары остановится, и он достигнет нирваны - избавления от всяческих иллюзий, страхов и воплощений. Что-то похожее пытался выразить Дамб, типа смерть всего лишь приключение, но безосновательно: выбора ему не предоставлено, хоть он и профессор сверхъестественных наук - книжки перепрятал из запретной секции подальше от любопытных. Почему-то время отмеривается человеческими жизнями с каминг-аутами, хотя в поттериане описываются волшебники с безграничными возможностями, а Воплощенное Зло и подавно не имеет (не должно иметь))) предрассудков о конечности своего бытия: меняется форма, как телесная оболочка для Тома Реддла.
Дамб по отношению к ученикам и Реддлу изначально занимает менторскую позицию: он обременен трудовыми обязанностятами, включая насаждение связывающих социальных ценностей и идеологий согласно административной директорской и судейской Визенгамотской должностей и, надо признать, делал это мастерски и усердно, получал удовольствие - нашел свое призвание. Плюс чугунное обременение в виде воплощения миссии автора в книге - Роулинг вещает и творит через этого перса, а это стоило ему жизни и образа, заключенного в Портрет. На страховой случай Ро упокоила в могильнике с телом Дамблдора ту самую, самую могущественную, похоронив магический смертельный подарок.
