ГП и змея-предсказательница, R, 28 глава, продолжение, 14.04
-
Йеннифэр
- Сами-Знаете-Кто
- Сообщения: 1324
- Зарегистрирован: 03 авг 2004 21:20
- Пол: женский
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
Гарри чувствовал, что это не тот ответ, который хотел услышать Моуди, и приготовился услышать, как тот проревет "Неверно, Финниган!". Но как ни странно, этого не случилось. Сегодня Моуди был очень подавленным. Он довольно долго молча стоял и смотрел на Симуса, пока тот ерзал на месте, в ожидании, скорее всего, презрительного высказывания. Но профессор ответил спокойно.
- Смерть, - пробормотал Хмури, встряхнув головой. - Никакого воображения… Ты ведь наверняка еще и считаешь, что умереть хуже, чем получить поцелуй дементора? - Симус заерзал еще больше. – Я бы сказал, - продолжил Хмури, - что это: быть покалеченным, в зависимости от тяжести увечья; затем выжить без единой царапины; и, в последнюю очередь, умереть. Вот так-то.
Лаванда выглядела раздосадованной, бесцельно чиркая пером по бумаге. Она смотрела на Рона и Парвати, которая все еще плакала на его плече, а тот гладил ее по спине, бормотал что-то на ушко, и в его глазах тоже стояли слезы. Казалось, эти двое сейчас далеко отсюда, в своем маленьком мире, куда нет доступа посторонним.
Внезапно Хмури проревел, обращаясь к ней "А ГДЕ БЫЛИ ВЫ?", и весь класс снова подскочил от неожиданности. Лаванда вскинула голову и, побледнев, прошептала:
- Я… Я не ходила в деревню в субботу.
Хмури кивнул.
- И теперь вы, наверное, думаете, что пропустили всю забаву. Типично. Но когда я говорю "выживание", я имею в виду, что вы были там, и не были ранены. Если вы получили ранение - это хорошо, вы получили урок. Вы должны лечиться, или, - он указал на свой глаз и ногу, - получить "сменные части". - Он проклацал назад к столу. - Но если вы были там, и тот, кто был справа от вас мертв, а тот, кто был слева - находится в больнице без половины головы, а вы целы и невредимы, то вам предстоит узнать, что такое - чувствовать вину за то что вы остались в живых. Почему он умер, а я жив? Почему ей предстоит прожить остаток жизни с одной рукой, а у меня есть две? И, наконец, главный вопрос: почему я жив? - Он облокотился на стол. - Впереди темные времена. Вы окажитесь лицом к лицу со злом, и вам предстоит сделать выбор. Вы должны будете преодолеть чувство вины оставшегося в живых и страх смерти и увечий для того, чтобы просто прожить очередной день. Это будет не легко. Но вы есть друг у друга, - сказал он, подходя к Рону и кладя руку ему на плечо. - Это самое мощное оружие, которое у вас есть. Конечно, на уроках я заставлял вас нападать друг на друга с помощью темных проклятий и злых чар, но после этого вы ведь все равно остаетесь друзьями, так? И вы все – ученики одного факультета. - Он подошел и встал перед Гарри. - Этот маленький мальчик, Флитвик, стоит того чтобы обратить на него внимание, не так ли, Поттер? – Гарри посмотрел на профессора и кивнул, у него пересохло в горле. – По моему скромному мнению, он стоит больше, чем все Пожиратели смерти вместе взятые. – Раньше ученики удивлялись его манере говорить, но за прошедший учебный год успели привыкнуть к его замысловатым речевым оборотам. Он был совершенно не похож на всех остальных учителей… Даже на Крауча, когда тот притворялся Моуди.
- Он не побоялся высказать свое мнение и поддержать того, кто был ложно обвинен. Мы нуждаемся в людях, демонстрирующих такую силу характера в данный момент. Мы должны быть сильными все вместе. У нас будут потери, будет и паника, я уверен. И вы будете там друг для друга, помогая друг другу, когда будет тяжело. Но не позвольте страху парализовать вас – тогда вы проиграете. А самое главное, боритесь с темнотой внутри себя, и это - самое важное. – Потом его голос стал тише, но более убежденным. – Это важно. – Он снова вернулся на свое место перед классом, все еще вращая своим волшебным глазом. Он сказал это очень тихо. Но в кабинете стояла мертвая тишина.
- Важно лишь это.
***
- Смерть, - пробормотал Хмури, встряхнув головой. - Никакого воображения… Ты ведь наверняка еще и считаешь, что умереть хуже, чем получить поцелуй дементора? - Симус заерзал еще больше. – Я бы сказал, - продолжил Хмури, - что это: быть покалеченным, в зависимости от тяжести увечья; затем выжить без единой царапины; и, в последнюю очередь, умереть. Вот так-то.
Лаванда выглядела раздосадованной, бесцельно чиркая пером по бумаге. Она смотрела на Рона и Парвати, которая все еще плакала на его плече, а тот гладил ее по спине, бормотал что-то на ушко, и в его глазах тоже стояли слезы. Казалось, эти двое сейчас далеко отсюда, в своем маленьком мире, куда нет доступа посторонним.
Внезапно Хмури проревел, обращаясь к ней "А ГДЕ БЫЛИ ВЫ?", и весь класс снова подскочил от неожиданности. Лаванда вскинула голову и, побледнев, прошептала:
- Я… Я не ходила в деревню в субботу.
Хмури кивнул.
- И теперь вы, наверное, думаете, что пропустили всю забаву. Типично. Но когда я говорю "выживание", я имею в виду, что вы были там, и не были ранены. Если вы получили ранение - это хорошо, вы получили урок. Вы должны лечиться, или, - он указал на свой глаз и ногу, - получить "сменные части". - Он проклацал назад к столу. - Но если вы были там, и тот, кто был справа от вас мертв, а тот, кто был слева - находится в больнице без половины головы, а вы целы и невредимы, то вам предстоит узнать, что такое - чувствовать вину за то что вы остались в живых. Почему он умер, а я жив? Почему ей предстоит прожить остаток жизни с одной рукой, а у меня есть две? И, наконец, главный вопрос: почему я жив? - Он облокотился на стол. - Впереди темные времена. Вы окажитесь лицом к лицу со злом, и вам предстоит сделать выбор. Вы должны будете преодолеть чувство вины оставшегося в живых и страх смерти и увечий для того, чтобы просто прожить очередной день. Это будет не легко. Но вы есть друг у друга, - сказал он, подходя к Рону и кладя руку ему на плечо. - Это самое мощное оружие, которое у вас есть. Конечно, на уроках я заставлял вас нападать друг на друга с помощью темных проклятий и злых чар, но после этого вы ведь все равно остаетесь друзьями, так? И вы все – ученики одного факультета. - Он подошел и встал перед Гарри. - Этот маленький мальчик, Флитвик, стоит того чтобы обратить на него внимание, не так ли, Поттер? – Гарри посмотрел на профессора и кивнул, у него пересохло в горле. – По моему скромному мнению, он стоит больше, чем все Пожиратели смерти вместе взятые. – Раньше ученики удивлялись его манере говорить, но за прошедший учебный год успели привыкнуть к его замысловатым речевым оборотам. Он был совершенно не похож на всех остальных учителей… Даже на Крауча, когда тот притворялся Моуди.
- Он не побоялся высказать свое мнение и поддержать того, кто был ложно обвинен. Мы нуждаемся в людях, демонстрирующих такую силу характера в данный момент. Мы должны быть сильными все вместе. У нас будут потери, будет и паника, я уверен. И вы будете там друг для друга, помогая друг другу, когда будет тяжело. Но не позвольте страху парализовать вас – тогда вы проиграете. А самое главное, боритесь с темнотой внутри себя, и это - самое важное. – Потом его голос стал тише, но более убежденным. – Это важно. – Он снова вернулся на свое место перед классом, все еще вращая своим волшебным глазом. Он сказал это очень тихо. Но в кабинете стояла мертвая тишина.
- Важно лишь это.
***
Существует два мнения - мое и неправильное.
Королева в восхищении!
Королева в восхищении!
-
Йеннифэр
- Сами-Знаете-Кто
- Сообщения: 1324
- Зарегистрирован: 03 авг 2004 21:20
- Пол: женский
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
Дальше перевод уже мой.
***
Наступили пасхальные каникулы. Из первокурсников остались целых пятеро: Энди и Эми Донегал, Уилл Флитвик, Жюль Куинн, и Джиллиан Локли. Соседки Джинни остались все, но Джинни и Рон уезжали домой. Фред и Джордж решили остаться, наконец-то серьезно отнесясь к своим экзаменам Н.О.Ч.И., Анжелина и Алисия оставались по той же причине, Симус и Невилл тоже подумывали остаться, так же, как Колин и Кэти. Естественно, Гарри и Гермиона оставались, но Парвати и Лаванда уехали. Гарри услышал, как Рон и Парвати договаривались встретиться во время каникул. Он надеялся, что больше не случиться ничего даже близко похожего на происшествие в Хогсмиде. Гарри знал, что Малфой тоже уехал домой, и думал, не собираются ли они с Джинни встретиться где-нибудь в деревне, возле дома Уизли…
В середине недели каникул Гарри зачитался допоздна у камина в общей гостиной, Гермиона трудилась над эссе по зельям за дальним столом, в то время как Невилл и Симус играли в подрывного дурака, а Джордж и Фред обсуждали насколько трудно придется на экзаменах. В комнате стоял негромкий гул разговоров, перемежающийся взрывами раздающимися от стола Невилла и Симуса. Невилл как-то сказал Гарри, что дал себе неделю отдыха от занятий по зельям и теперь не посещал подземелья, чтобы хоть немного расслабиться на каникулах. Не то чтобы Симус очень хотел играть именно с Невиллом, но Дин уехал и они стали играть вдвоем. Невилл никогда не играл раньше (никто никогда и не приглашал его), поэтому он выглядел неуверенным, и довольно сильно нервничал. Что то не то было в цвете его лица и глаз…
Гарри задремал над книгой, рождественским подарком Рона, и когда поднял голову, в комнате уже никого не осталось. Он посмотрел на часы, было почти два часа ночи. «Почему же Гермиона меня даже разбудила, чтобы отправить в спальню»? - удивился Гарри. Он зевнул и потянулся, подбирая книгу, упавшую на пол, в спине что-то хрустнуло, и он нахмурился. Не шибко-то это и хорошо.
Он услышал шаги на лестнице, ведущей в спальни девочек, и посмотрел наверх. Гермиона спустилась в гостиную.
-Гарри? Ты еще не спишь?
- Уснул, пока читал, - он показал ей книгу. Она подошла и изучила ее, тоже хмурясь.
- Ммм, спина хрустит, - промурлыкала она - это нехорошо. Гарри улыбнулся. Иногда он думал, что она может читать мысли. Он смотрел на нее, стоящую в ночной рубашке, надеясь, что она не узнает, о чем он думает… Неожиданно она улыбнулась и забралась к нему на колени. «Ну, это говорит о том что она все же не читает мысли», - подумал Гарри, в то время как она наклонилась к нему и страстно поцеловала. Счастливый стон вырвался из его груди. У них стало больше возможностей быть вместе во время каникул, но пока все в школе бодрствовали, всегда имелся риск быть пойманными в компрометирующей ситуации.
Он прижал ее к себе так сильно как только мог, чувствуя ее руку на своем бедре, и припомнил руку Джинни на ноге Малфоя. Он скользнул губами вниз, и она помогала ему, расстегивая верхние пуговицы своей ночной рубашки. Гарри судорожно вздохнул, ее руки теперь были в его волосах, она прерывисто дышала ему в ухо, пока его губы двигались все ниже.
- Гарри? - сказала она тихо. Он не ответил ничего членораздельного, он был занят исследуя губами ее тело, все что он смог сделать это вопросительно промычать. Ей было достаточно даже немного внимания, и она продолжила: - Знаешь, о чем я скучаю? О том, как мы спали с тобой в одной постели…
Он поднял на нее глаза, гадая, что именно она имела в виду. Он сглотнул, вспоминая канун Нового Года перед тем, как Сириус помешал им. Мог бы он опять это сделать без того, чтобы не сойти с ума?
Его сердце гулко, почти с болью колотилось в груди.
- Это… Это было бы прекрасно… Только вот мне ведь не одни здесь. Невилл и Симус спят наверху.
Она робко улыбнулась и погладила его по щеке.
- Но я-то в своей спальне одна…
Гарри об этом не подумал. Сердце, казалось, сейчас выскочит из груди… Он почувствовал шум в ушах, и снова сглотнул.
- Но… если кто-нибудь увидит, как я выхожу оттуда утром?
Она пожала плечами.
- Почему бы тебе не пойти к себе в спальню и не взять свою мантию-невидимку?
«Ну конечно»! - Подумал он, чувствуя себя так, как будто его мозг отключился на мгновение. – «Как она может быть такой спокойной? Ну конечно! Она действительно имеет в виду лишь то, что хочет просто спать с ним в одной постели! Вот в чем все дело. Это то что она сказала, и все, чего она хочет, это уютное объятие. Гарри чувствовал, что нужно возразить, настоять, что лучше ему спать в своей собственной кровати. Он не хотел провести всю ночь, мучаясь от разочарования (хотя нет никакой гарантии, что он не будет мучаться от разочарования всю ночь и в собственной постели).
Но он не смог заставить себя отказать ей. Он кивнул, в горле пересохло.
- Я встречу тебя наверху через несколько минут. - Она улыбнулась, поцеловала его в щеку и встала, застегивая пуговицы и одергивая рубашку. Она не оглядываясь поднялась по лестнице, ведущей в спальни девочек. Гарри раздумывал о том, чтобы сбежать через дыру за портретом, вниз по лестнице, вон из замка, превратиться в грифона и улететь вон отсюда, через озеро, через лес…
Но вместо этого он на негнущихся ногах поднялся в свою спальню и переоделся в пижаму, накинул сверху халат и босиком вернулся к лестнице, неся мантию в руке. Тем не менее, перед тем как подняться в спальню девочек, ему пришла в голову одна мысль. Он вытащил Сэнди из рукава и поднес ее поближе, чтобы поговорить:
- Сэнди?
- Да, Гарри Поттер?
- Слушай, я сегодня буду спать без тебя. Тебе не будет холодно, я положу тебя в тепле, у огня.
- Почему?
- Ну… Я просто сделаю так, хорошо? Ты не будешь возражать, правда?
- Мне просто интересно знать, почему?
- Извини, Сэнди.
Он опустил змею на коврик перед камином. Если бы он этого не сделал… Но он прогнал эту мысль из головы. Каким то образом то, что он оставлял Сэнди, делало всю ситуацию преднамеренной, как убийство. Он снова сглотнул и встал, надел мантию и пошел наверх.
***
Наступили пасхальные каникулы. Из первокурсников остались целых пятеро: Энди и Эми Донегал, Уилл Флитвик, Жюль Куинн, и Джиллиан Локли. Соседки Джинни остались все, но Джинни и Рон уезжали домой. Фред и Джордж решили остаться, наконец-то серьезно отнесясь к своим экзаменам Н.О.Ч.И., Анжелина и Алисия оставались по той же причине, Симус и Невилл тоже подумывали остаться, так же, как Колин и Кэти. Естественно, Гарри и Гермиона оставались, но Парвати и Лаванда уехали. Гарри услышал, как Рон и Парвати договаривались встретиться во время каникул. Он надеялся, что больше не случиться ничего даже близко похожего на происшествие в Хогсмиде. Гарри знал, что Малфой тоже уехал домой, и думал, не собираются ли они с Джинни встретиться где-нибудь в деревне, возле дома Уизли…
В середине недели каникул Гарри зачитался допоздна у камина в общей гостиной, Гермиона трудилась над эссе по зельям за дальним столом, в то время как Невилл и Симус играли в подрывного дурака, а Джордж и Фред обсуждали насколько трудно придется на экзаменах. В комнате стоял негромкий гул разговоров, перемежающийся взрывами раздающимися от стола Невилла и Симуса. Невилл как-то сказал Гарри, что дал себе неделю отдыха от занятий по зельям и теперь не посещал подземелья, чтобы хоть немного расслабиться на каникулах. Не то чтобы Симус очень хотел играть именно с Невиллом, но Дин уехал и они стали играть вдвоем. Невилл никогда не играл раньше (никто никогда и не приглашал его), поэтому он выглядел неуверенным, и довольно сильно нервничал. Что то не то было в цвете его лица и глаз…
Гарри задремал над книгой, рождественским подарком Рона, и когда поднял голову, в комнате уже никого не осталось. Он посмотрел на часы, было почти два часа ночи. «Почему же Гермиона меня даже разбудила, чтобы отправить в спальню»? - удивился Гарри. Он зевнул и потянулся, подбирая книгу, упавшую на пол, в спине что-то хрустнуло, и он нахмурился. Не шибко-то это и хорошо.
Он услышал шаги на лестнице, ведущей в спальни девочек, и посмотрел наверх. Гермиона спустилась в гостиную.
-Гарри? Ты еще не спишь?
- Уснул, пока читал, - он показал ей книгу. Она подошла и изучила ее, тоже хмурясь.
- Ммм, спина хрустит, - промурлыкала она - это нехорошо. Гарри улыбнулся. Иногда он думал, что она может читать мысли. Он смотрел на нее, стоящую в ночной рубашке, надеясь, что она не узнает, о чем он думает… Неожиданно она улыбнулась и забралась к нему на колени. «Ну, это говорит о том что она все же не читает мысли», - подумал Гарри, в то время как она наклонилась к нему и страстно поцеловала. Счастливый стон вырвался из его груди. У них стало больше возможностей быть вместе во время каникул, но пока все в школе бодрствовали, всегда имелся риск быть пойманными в компрометирующей ситуации.
Он прижал ее к себе так сильно как только мог, чувствуя ее руку на своем бедре, и припомнил руку Джинни на ноге Малфоя. Он скользнул губами вниз, и она помогала ему, расстегивая верхние пуговицы своей ночной рубашки. Гарри судорожно вздохнул, ее руки теперь были в его волосах, она прерывисто дышала ему в ухо, пока его губы двигались все ниже.
- Гарри? - сказала она тихо. Он не ответил ничего членораздельного, он был занят исследуя губами ее тело, все что он смог сделать это вопросительно промычать. Ей было достаточно даже немного внимания, и она продолжила: - Знаешь, о чем я скучаю? О том, как мы спали с тобой в одной постели…
Он поднял на нее глаза, гадая, что именно она имела в виду. Он сглотнул, вспоминая канун Нового Года перед тем, как Сириус помешал им. Мог бы он опять это сделать без того, чтобы не сойти с ума?
Его сердце гулко, почти с болью колотилось в груди.
- Это… Это было бы прекрасно… Только вот мне ведь не одни здесь. Невилл и Симус спят наверху.
Она робко улыбнулась и погладила его по щеке.
- Но я-то в своей спальне одна…
Гарри об этом не подумал. Сердце, казалось, сейчас выскочит из груди… Он почувствовал шум в ушах, и снова сглотнул.
- Но… если кто-нибудь увидит, как я выхожу оттуда утром?
Она пожала плечами.
- Почему бы тебе не пойти к себе в спальню и не взять свою мантию-невидимку?
«Ну конечно»! - Подумал он, чувствуя себя так, как будто его мозг отключился на мгновение. – «Как она может быть такой спокойной? Ну конечно! Она действительно имеет в виду лишь то, что хочет просто спать с ним в одной постели! Вот в чем все дело. Это то что она сказала, и все, чего она хочет, это уютное объятие. Гарри чувствовал, что нужно возразить, настоять, что лучше ему спать в своей собственной кровати. Он не хотел провести всю ночь, мучаясь от разочарования (хотя нет никакой гарантии, что он не будет мучаться от разочарования всю ночь и в собственной постели).
Но он не смог заставить себя отказать ей. Он кивнул, в горле пересохло.
- Я встречу тебя наверху через несколько минут. - Она улыбнулась, поцеловала его в щеку и встала, застегивая пуговицы и одергивая рубашку. Она не оглядываясь поднялась по лестнице, ведущей в спальни девочек. Гарри раздумывал о том, чтобы сбежать через дыру за портретом, вниз по лестнице, вон из замка, превратиться в грифона и улететь вон отсюда, через озеро, через лес…
Но вместо этого он на негнущихся ногах поднялся в свою спальню и переоделся в пижаму, накинул сверху халат и босиком вернулся к лестнице, неся мантию в руке. Тем не менее, перед тем как подняться в спальню девочек, ему пришла в голову одна мысль. Он вытащил Сэнди из рукава и поднес ее поближе, чтобы поговорить:
- Сэнди?
- Да, Гарри Поттер?
- Слушай, я сегодня буду спать без тебя. Тебе не будет холодно, я положу тебя в тепле, у огня.
- Почему?
- Ну… Я просто сделаю так, хорошо? Ты не будешь возражать, правда?
- Мне просто интересно знать, почему?
- Извини, Сэнди.
Он опустил змею на коврик перед камином. Если бы он этого не сделал… Но он прогнал эту мысль из головы. Каким то образом то, что он оставлял Сэнди, делало всю ситуацию преднамеренной, как убийство. Он снова сглотнул и встал, надел мантию и пошел наверх.
Существует два мнения - мое и неправильное.
Королева в восхищении!
Королева в восхищении!
-
Йеннифэр
- Сами-Знаете-Кто
- Сообщения: 1324
- Зарегистрирован: 03 авг 2004 21:20
- Пол: женский
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
всегда пожалста;) мы тоже вам рады;)
Когда Гарри подошел к двери спальни девочек пятого курса, он подумал, что никогда раньше здесь не был. Он осторожно приоткрыл дверь. Гермиона потушила свечи, но была почти полная луна, и комната была достаточно ярко освещена. Гарри снял мантию и присел на единственную расстеленную кровать, остальные были пусты и нетронуты. Он никогда в жизни не нервничал сильнее, чем в эти секунды. «Где же Гермиона?» - подумал он.
Дверь открылась, и она вошла в комнату, видимо, была в ванной. Гермиона повернулась и взяла палочку, тихо произнесла что-то (Гарри так и не расслышал, но, наверное, запирающие чары), взмахнув ею в сторону двери. Гермиона убрала палочку и обернулась к юноше, все еще стоя возле двери. Было заметно, что она тоже нервничает. Гермиона испытующе посмотрела на него, и Гарри улыбнулся. Это была та Гермиона, которую он всегда знал. Она улыбнулась в ответ, все еще немного натянуто. Может быть, им не следовало так изводить себя, может быть, стоило просто лечь и уснуть, может быть…
Гермиона распустила завязки своей мантии и дала ей упасть. Больше на ней ничего не было, и у Гарри от неожиданности перехватило дыхание, он смотрел и не мог поверить глазам. Она была очень красива. Мысль о том, чтобы просто заснуть вдвоем, выветрилась у него из головы. Он много раз пытался представить себе ее, с тех самых пор, как Дадли рассматривал фотографию, которую ему Гермиона прислала на каникулах. Он много раз представлял себе, как бикини исчезает… Но это было совсем по другому. Это было по-настоящему. Она была настоящая. Она стояла перед ним в ожидании, и выглядела, как будто заплачет, если он так и будет сидеть как пень, и это выражение на ее лице заставило его, наконец, подойти к ней. Он прижал ее к себе, нашел ее губы и накрыл их своими…
Ее руки дрожали, когда пальцы скользнули за пояс его брюк, потянув их вниз. Он, наконец, оторвался от ее рта и перешел к шее, отшвырнув ногой брюки в сторону. Холодный воздух коснулся коже его ног. Его руки и губы исследовали каждый дюйм ее тела, ее руки бродили по его торсу, она откинула голову назад, из груди ее вырывались тихие стоны. Гарри подумал, что это самые прекрасные звуки, какие он когда-либо слышал.
Так они стояли довольно долго, лаская друг друга, их сердца часто бились в унисон… Вдруг Гермиона посмотрела на него, и ее глаза немного расширились.
- Гарри, - прошептала она. Казалось, сейчас можно было разговаривать лишь шепотом. - Я хочу, чтобы ты снял еще кое-что.
Он слегка улыбнулся.
- Извини, я должен был об этом подумать, - сказал он, снимая очки и кладя их на столик.
Он снова повернулся к ней, но она сказала:
- Нет, я не это имела в виду. Гарри… Сними василиска.
Он остановился и посмотрел на амулет на своей груди, потом снова на нее. Ее кудри растрепались, тело маняще сверкало в лунном свете и казалось волшебным. И он сглотнул, понимая, что несмотря на то, что она вот так стояла перед ним, и он был совершенно беззащитен перед ней, каким то образом она все еще была не до конца уверена в том, что он хотел ее, только ее и именно ее.
Гарри снял цепочку через голову и, не торопясь, положил ее на столик рядом с очками, затем подошел к постели, протягивая к ней руки. Она подошла и снова обняла его.
Теперь все казалось таким правильным. Гарри был рад, что они смогли дождаться этого. Но как только он снова прикоснулся к Гермионе, то не смог понять, как они могли так долго ждать? Почему они не делали этого раньше, почему он не покрыл раньше поцелуями ее ноги, ее бедра, ее грудь, шею? Как им удалось сдержаться и не сорвать друг с друга одежду, не сделать этого в коридорах замка, в классах или большом зале? Откуда у них было столько выдержки?
Казалось, время то замедляется, то ускоряется. Гарри чувствовал, что он никогда не устанет исследовать ее руками и губами, играя на ней, как на музыкальном инструменте, чувствуя ее руки и губы на себе, без конца удивляясь…
Через какое-то время Гермиона откинула голову назад и выгнулась дугой, но он потянулся, и снова нашел ее губы, она тяжело дышала и постанывала. Она прошептала:
- О, Гарри, это… То есть… Моя голова…
Он улыбнулся, желая ее еще более чем прежде.
- Мы еще не закончили, - мягко сказал он, целуя ее подбородок. Она медленно кивнула.
- Я знаю… Я только хотела сказать… Моя голова… сейчас взорвется, - она с трудом ловила воздух.
- В хорошем смысле, я надеюсь.
Она ухмыльнулась и снова впилась ртом в его губы. Потом прервала поцелуй, глядя на него.
- Ты знаешь, ты ведешь себя так, как будто ты делал это раньше, - произнесла она лукаво. - Ты не хочешь мне ничего рассказать?
Теперь уже он хитро посмотрел на нее.
- Но мне нечего сказать. Разве что только…
- Что???
- Я делал это раньше, с тобой. В мечтах. Где-то миллион раз…
- Всего-то? Мне казалось, что юноши думают об этом постоянно…
- Ага, а девушки нет?
Ее взгляд был затуманен страстью, она опустилась на него, и нежно обвила руки вокруг его тела, заставляя его застонать.
- Всего лишь около миллиона раз…
Он снова слился с ней в поцелуе, чувствуя ее язык. Она стала нежно обвиваться вокруг него, сомкнула ноги на его спине и внезапно он оказался в ней, его глаза широко раскрылись. Он никогда не чувствовал себя таким уязвимым - и одновременно таким защищенным…
Гарри вспомнил, как на Рождественском балу увидел красивую девочку, идущую с Виктором Крамом, и только потом понял, что это была Гермиона. Он тогда осознал, что до этого никогда не думал, что она так красива. И ее поцелуй на платформе, когда они разъезжались на каникулы этим летом… Определенно она не находилась под влиянием каких-либо чар. И тогда она не поцеловала Рона. Другие образы возникли в его голове: Гермиона бежит с ним по парку в Суррее, Гермиона работает в саду на Прайвет-драйв вместе с ним, пятна земли на ее щеках, пот сбегает по шее...
Гарри хотел ее этим летом, он хотел ее весь этот год, и теперь они, наконец, вместе, действительно вместе, и он чувствовал, как будто этому было предназначено случиться, хотя он практически не замечал ее в течение четырех лет.
Время потеряло свое значение. Он закричал, заглушив свой крик поцелуем, и она простонала в ответ, содрогаясь всем телом, и моментом позже, он вздрогнул в изнеможении, покрывая поцелуями ее плечи, шею, лицо… Это было нечто совершенно противоположное проклятию Круциатус. Он знал, как боль охватывает все существо, теперь он знал, что значит ощущать абсолютное блаженство каждой клеточкой своего тела.
Губы Гермионы прижимались к его плечу, он чувствовал ее теплое посапывание. Он приподнялся, чтобы посмотреть на нее, потом лег рядом, разглядывая ее лицо. Она счастливо улыбалась ему. Гарри не мог вспомнить, когда он был счастливее, чем сейчас, ему казалось он никогда не перестанет улыбаться.
- Как твоя голова? - спросил он лукаво.
- Летает где-то над Запретным лесом, - мягко ответила она, и громко рассмеялась; настоящий смех, не какое-нибудь хихиканье. Он осознал, что она смеется смехом женщины, не девочки. Слушая ее глубокий хрипловатый смех, он снова почувствовал желание.
- Ты так прекрасна, - прошептал он. Он удивился, увидев, что она нахмурилась.
- Гарри, ты не должен говорить это только потому что...
- Гермиона, прекрати. Ты прекрасна. Если ты будешь спорить, мы больше не будем этим заниматься, - поддразнил он ее. Очевидная ложь.
Теперь она улыбалась.
- Уже угрожаешь мне? Дать мне попробовать Гарри Поттера и отобрать? - Она хитро посмотрела на него. - Я всегда считала, что это женщины часто используют секс в качестве оружия?
Он рассмеялся, глядя на нее.
- Никаких угроз. Никаких игр. Только двое счастливых людей, очень, очень везучих.
Она согласилась с ним, и устроилась у него на груди, забросила на него ногу и обняла. Он смотрел на нее, на то, как она закрыла глаза, на мирное выражение ее лица. Он зажмурился и так и лежал, наслаждаясь прикосновением ее кожи, думая о том, как все было прекрасно, просто совершенно прекрасно.
Когда Гарри подошел к двери спальни девочек пятого курса, он подумал, что никогда раньше здесь не был. Он осторожно приоткрыл дверь. Гермиона потушила свечи, но была почти полная луна, и комната была достаточно ярко освещена. Гарри снял мантию и присел на единственную расстеленную кровать, остальные были пусты и нетронуты. Он никогда в жизни не нервничал сильнее, чем в эти секунды. «Где же Гермиона?» - подумал он.
Дверь открылась, и она вошла в комнату, видимо, была в ванной. Гермиона повернулась и взяла палочку, тихо произнесла что-то (Гарри так и не расслышал, но, наверное, запирающие чары), взмахнув ею в сторону двери. Гермиона убрала палочку и обернулась к юноше, все еще стоя возле двери. Было заметно, что она тоже нервничает. Гермиона испытующе посмотрела на него, и Гарри улыбнулся. Это была та Гермиона, которую он всегда знал. Она улыбнулась в ответ, все еще немного натянуто. Может быть, им не следовало так изводить себя, может быть, стоило просто лечь и уснуть, может быть…
Гермиона распустила завязки своей мантии и дала ей упасть. Больше на ней ничего не было, и у Гарри от неожиданности перехватило дыхание, он смотрел и не мог поверить глазам. Она была очень красива. Мысль о том, чтобы просто заснуть вдвоем, выветрилась у него из головы. Он много раз пытался представить себе ее, с тех самых пор, как Дадли рассматривал фотографию, которую ему Гермиона прислала на каникулах. Он много раз представлял себе, как бикини исчезает… Но это было совсем по другому. Это было по-настоящему. Она была настоящая. Она стояла перед ним в ожидании, и выглядела, как будто заплачет, если он так и будет сидеть как пень, и это выражение на ее лице заставило его, наконец, подойти к ней. Он прижал ее к себе, нашел ее губы и накрыл их своими…
Ее руки дрожали, когда пальцы скользнули за пояс его брюк, потянув их вниз. Он, наконец, оторвался от ее рта и перешел к шее, отшвырнув ногой брюки в сторону. Холодный воздух коснулся коже его ног. Его руки и губы исследовали каждый дюйм ее тела, ее руки бродили по его торсу, она откинула голову назад, из груди ее вырывались тихие стоны. Гарри подумал, что это самые прекрасные звуки, какие он когда-либо слышал.
Так они стояли довольно долго, лаская друг друга, их сердца часто бились в унисон… Вдруг Гермиона посмотрела на него, и ее глаза немного расширились.
- Гарри, - прошептала она. Казалось, сейчас можно было разговаривать лишь шепотом. - Я хочу, чтобы ты снял еще кое-что.
Он слегка улыбнулся.
- Извини, я должен был об этом подумать, - сказал он, снимая очки и кладя их на столик.
Он снова повернулся к ней, но она сказала:
- Нет, я не это имела в виду. Гарри… Сними василиска.
Он остановился и посмотрел на амулет на своей груди, потом снова на нее. Ее кудри растрепались, тело маняще сверкало в лунном свете и казалось волшебным. И он сглотнул, понимая, что несмотря на то, что она вот так стояла перед ним, и он был совершенно беззащитен перед ней, каким то образом она все еще была не до конца уверена в том, что он хотел ее, только ее и именно ее.
Гарри снял цепочку через голову и, не торопясь, положил ее на столик рядом с очками, затем подошел к постели, протягивая к ней руки. Она подошла и снова обняла его.
Теперь все казалось таким правильным. Гарри был рад, что они смогли дождаться этого. Но как только он снова прикоснулся к Гермионе, то не смог понять, как они могли так долго ждать? Почему они не делали этого раньше, почему он не покрыл раньше поцелуями ее ноги, ее бедра, ее грудь, шею? Как им удалось сдержаться и не сорвать друг с друга одежду, не сделать этого в коридорах замка, в классах или большом зале? Откуда у них было столько выдержки?
Казалось, время то замедляется, то ускоряется. Гарри чувствовал, что он никогда не устанет исследовать ее руками и губами, играя на ней, как на музыкальном инструменте, чувствуя ее руки и губы на себе, без конца удивляясь…
Через какое-то время Гермиона откинула голову назад и выгнулась дугой, но он потянулся, и снова нашел ее губы, она тяжело дышала и постанывала. Она прошептала:
- О, Гарри, это… То есть… Моя голова…
Он улыбнулся, желая ее еще более чем прежде.
- Мы еще не закончили, - мягко сказал он, целуя ее подбородок. Она медленно кивнула.
- Я знаю… Я только хотела сказать… Моя голова… сейчас взорвется, - она с трудом ловила воздух.
- В хорошем смысле, я надеюсь.
Она ухмыльнулась и снова впилась ртом в его губы. Потом прервала поцелуй, глядя на него.
- Ты знаешь, ты ведешь себя так, как будто ты делал это раньше, - произнесла она лукаво. - Ты не хочешь мне ничего рассказать?
Теперь уже он хитро посмотрел на нее.
- Но мне нечего сказать. Разве что только…
- Что???
- Я делал это раньше, с тобой. В мечтах. Где-то миллион раз…
- Всего-то? Мне казалось, что юноши думают об этом постоянно…
- Ага, а девушки нет?
Ее взгляд был затуманен страстью, она опустилась на него, и нежно обвила руки вокруг его тела, заставляя его застонать.
- Всего лишь около миллиона раз…
Он снова слился с ней в поцелуе, чувствуя ее язык. Она стала нежно обвиваться вокруг него, сомкнула ноги на его спине и внезапно он оказался в ней, его глаза широко раскрылись. Он никогда не чувствовал себя таким уязвимым - и одновременно таким защищенным…
Гарри вспомнил, как на Рождественском балу увидел красивую девочку, идущую с Виктором Крамом, и только потом понял, что это была Гермиона. Он тогда осознал, что до этого никогда не думал, что она так красива. И ее поцелуй на платформе, когда они разъезжались на каникулы этим летом… Определенно она не находилась под влиянием каких-либо чар. И тогда она не поцеловала Рона. Другие образы возникли в его голове: Гермиона бежит с ним по парку в Суррее, Гермиона работает в саду на Прайвет-драйв вместе с ним, пятна земли на ее щеках, пот сбегает по шее...
Гарри хотел ее этим летом, он хотел ее весь этот год, и теперь они, наконец, вместе, действительно вместе, и он чувствовал, как будто этому было предназначено случиться, хотя он практически не замечал ее в течение четырех лет.
Время потеряло свое значение. Он закричал, заглушив свой крик поцелуем, и она простонала в ответ, содрогаясь всем телом, и моментом позже, он вздрогнул в изнеможении, покрывая поцелуями ее плечи, шею, лицо… Это было нечто совершенно противоположное проклятию Круциатус. Он знал, как боль охватывает все существо, теперь он знал, что значит ощущать абсолютное блаженство каждой клеточкой своего тела.
Губы Гермионы прижимались к его плечу, он чувствовал ее теплое посапывание. Он приподнялся, чтобы посмотреть на нее, потом лег рядом, разглядывая ее лицо. Она счастливо улыбалась ему. Гарри не мог вспомнить, когда он был счастливее, чем сейчас, ему казалось он никогда не перестанет улыбаться.
- Как твоя голова? - спросил он лукаво.
- Летает где-то над Запретным лесом, - мягко ответила она, и громко рассмеялась; настоящий смех, не какое-нибудь хихиканье. Он осознал, что она смеется смехом женщины, не девочки. Слушая ее глубокий хрипловатый смех, он снова почувствовал желание.
- Ты так прекрасна, - прошептал он. Он удивился, увидев, что она нахмурилась.
- Гарри, ты не должен говорить это только потому что...
- Гермиона, прекрати. Ты прекрасна. Если ты будешь спорить, мы больше не будем этим заниматься, - поддразнил он ее. Очевидная ложь.
Теперь она улыбалась.
- Уже угрожаешь мне? Дать мне попробовать Гарри Поттера и отобрать? - Она хитро посмотрела на него. - Я всегда считала, что это женщины часто используют секс в качестве оружия?
Он рассмеялся, глядя на нее.
- Никаких угроз. Никаких игр. Только двое счастливых людей, очень, очень везучих.
Она согласилась с ним, и устроилась у него на груди, забросила на него ногу и обняла. Он смотрел на нее, на то, как она закрыла глаза, на мирное выражение ее лица. Он зажмурился и так и лежал, наслаждаясь прикосновением ее кожи, думая о том, как все было прекрасно, просто совершенно прекрасно.
Существует два мнения - мое и неправильное.
Королева в восхищении!
Королева в восхищении!
-
Sima
- Ученик
- Сообщения: 261
- Зарегистрирован: 11 авг 2004 11:50
- Откуда: из Питера
- Контактная информация:
Холодный воздух коснулся кожЕ его ног
это из последнего кусочка.
чувствовать вину за то что вы остались в живых
это -2 кусочка
Он очень хотел спросить директора о том, ЧТО уже спрашивал Снейпа
по-моему, лучше о чем, но это только по-моему
а Волдеморт был зените своего величия.
затронет ли оно тебя лично или можно не думать об этом
Шнырять вокруг, ВЗОРВАТЬ здания над головами невинных людей - это кажется мне очередной трусливой гнусностью.
не будет ли учше "взрывать"?
вооруженные нашими же стразами
это из самого начала главы
Если она не будет вместе с Малфоем, ЧТО план, как засадить Люциуса в Азкабан, сорвется?
а не "то"?
О быстро коснулся ее кожи.
наверно, должно быть "он"
Ужи пришло время ужина
а это еще -1 кусочек
это из последнего кусочка.
чувствовать вину за то что вы остались в живых
это -2 кусочка
Он очень хотел спросить директора о том, ЧТО уже спрашивал Снейпа
по-моему, лучше о чем, но это только по-моему
а Волдеморт был зените своего величия.
затронет ли оно тебя лично или можно не думать об этом
Шнырять вокруг, ВЗОРВАТЬ здания над головами невинных людей - это кажется мне очередной трусливой гнусностью.
не будет ли учше "взрывать"?
вооруженные нашими же стразами
это из самого начала главы
Если она не будет вместе с Малфоем, ЧТО план, как засадить Люциуса в Азкабан, сорвется?
а не "то"?
О быстро коснулся ее кожи.
наверно, должно быть "он"
Ужи пришло время ужина
а это еще -1 кусочек
а я студентка дневного отделения экфака СПбГУ!!!
"Цепи" - THE BEST OF THE BESTb
"Цепи" - THE BEST OF THE BESTb
-
Йеннифэр
- Сами-Знаете-Кто
- Сообщения: 1324
- Зарегистрирован: 03 авг 2004 21:20
- Пол: женский
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
***
Гарри проснулся незадолго до рассвета. Бледный свет пробивался в комнату. Он поискал глазами свою одежду, осторожно освободился от объятий Гермионы и оделся. Последним был медальон с василиском. Подобрав плащ-невидимку, Гарри присел на краешек кровати, глядя, как она спит. Он и раньше видел ее спящей, но в этот раз все было по-другому. Это было намного больше, чем поцелуи в кабинете заклинаний или поздно вечером перед камином, больше, чем совместный сон накануне Рождественских каникул. Намного больше.
Он прикоснулся к ее руке, затем нежно погладил, шепча ее имя. Наконец, она пошевелилась, посмотрела сначала туда, где он спал, и только потом поняла, что он сидит напротив. Гермиона приподнялась, пытаясь держать глаза открытыми. Одеяло соскользнуло ей на талию, и Гарри резко втянул в себя воздух.
- Гермиона, я хотел тебе сказать, что мне пора идти, но… Это не так-то легко, когда ты сидишь… вот так…
Она улыбнулась, и потянулась, чтобы поцеловать его.
- Я думаю, что слово, которое ты пытаешься вспомнить - обнажена. Вообще то я собираюсь надеть ночную рубашку и поспать еще немного.
Она встала и совершенно непринужденно направилась за своей рубашкой, в то время, как Гарри боролся с желанием снова раздеться.
Гермиона натянула длинную футболку и села рядом, прикасаясь пальцами к его ладони.
- Я бы предложила встретиться в семь для пробежки, но мы уже достаточно поработали сегодня, как ты думаешь? - Гарри ухмыльнулся. - Но не уходи завтракать без меня, ладно? Я хочу быть с тобой столько, сколько возможно, пока еще у нас каникулы.
Он легонько поцеловал ее, все еще улыбаясь.
- Конечно. Мне бы и не пришло в голову есть без тебя. - Он запнулся, думая как бы спросить ее еще кое-что. - Гермиона, я хотел бы… Только пара вопросов… ты не спрашивала у мадам Помфри…
-Да. Два месяца назад. – Спокойно ответила она.
- Два! месяца назад!?
Она хитро улыбнулась.
- Не хотелось нервничать вчера ночью, заранее. Но даже так… Мне это не удалось. Я ждала, что в любой момент ты можешь с криками выскочить из комнаты, убежать от меня…
Он погладил ее по волосам.
- О, Гермиона… Этого никогда бы не произошло.
Она посмотрела на него, глаза блестели.
- А какой второй вопрос ты хотел мне задать?
Гарри не был уверен, что сейчас подходящее время. Это значило - показать полное отсутствие доверия. Но… он должен был знать.
- Гермиона, ты не чувствуешь… Ты не думаешь, что можешь быть под воздействием какого-то волшебства?
Она запустила пальцы в его волосы и притянула его губы к своим. После долгого, глубокого поцелуя она посмотрела ему в глаза:
- Только волшебство Гарри Поттера, - сказала она твердо.
Он сглотнул и посмотрел на нее.
- Ты и правда не даешь мне уйти просто так…
Она усмехнулась.
- Ладно. Более того, тебе действительно лучше уйти, пока Невилл и Симус не проснулись.
- Я знаю. - Он встал и надел мантию-невидимку. Гермиона взяла палочку и пошла к двери, снимая запирающее заклинание, которое наложила накануне. Она приоткрыла дверь и осмотрелась.
- Никого. Иди.
Перед тем как выйти, он вытянул руку и дотронулся до пальцев девушки, а затем быстро выскользнул за дверь. Гермиона вздрогнула, когда Гарри ее коснулся, затем рассмеялась.
- Коснуться человека-невидимки, - сказала она мечтательно. - Странно.
Гарри улыбнулся под плащом, стараясь не рассмеяться в голос. Он чувствовал приятное головокружение. Юноша медленно спустился вниз и пошел к лестнице, ведущей в спальни мальчиков, надеясь, что Невилл и Симус не проснулись и не заметили, что его нет в постели. И не искали его в гостиной. Он надеялся на многое.
Но когда Гарри вошел в спальню, оба еще храпели, каждый за своим пологом. Он снял мантию и аккуратно убрал ее в сундук, потом разделся и упал на постель. Без нее кровать выглядела несообразно большой и одинокой. Гарри натянул одеяло до подбородка, вспоминая прошедшую ночь. Но через несколько секунд он уже спал, а на его лице застыла широкая улыбка.
***
Гарри проснулся незадолго до рассвета. Бледный свет пробивался в комнату. Он поискал глазами свою одежду, осторожно освободился от объятий Гермионы и оделся. Последним был медальон с василиском. Подобрав плащ-невидимку, Гарри присел на краешек кровати, глядя, как она спит. Он и раньше видел ее спящей, но в этот раз все было по-другому. Это было намного больше, чем поцелуи в кабинете заклинаний или поздно вечером перед камином, больше, чем совместный сон накануне Рождественских каникул. Намного больше.
Он прикоснулся к ее руке, затем нежно погладил, шепча ее имя. Наконец, она пошевелилась, посмотрела сначала туда, где он спал, и только потом поняла, что он сидит напротив. Гермиона приподнялась, пытаясь держать глаза открытыми. Одеяло соскользнуло ей на талию, и Гарри резко втянул в себя воздух.
- Гермиона, я хотел тебе сказать, что мне пора идти, но… Это не так-то легко, когда ты сидишь… вот так…
Она улыбнулась, и потянулась, чтобы поцеловать его.
- Я думаю, что слово, которое ты пытаешься вспомнить - обнажена. Вообще то я собираюсь надеть ночную рубашку и поспать еще немного.
Она встала и совершенно непринужденно направилась за своей рубашкой, в то время, как Гарри боролся с желанием снова раздеться.
Гермиона натянула длинную футболку и села рядом, прикасаясь пальцами к его ладони.
- Я бы предложила встретиться в семь для пробежки, но мы уже достаточно поработали сегодня, как ты думаешь? - Гарри ухмыльнулся. - Но не уходи завтракать без меня, ладно? Я хочу быть с тобой столько, сколько возможно, пока еще у нас каникулы.
Он легонько поцеловал ее, все еще улыбаясь.
- Конечно. Мне бы и не пришло в голову есть без тебя. - Он запнулся, думая как бы спросить ее еще кое-что. - Гермиона, я хотел бы… Только пара вопросов… ты не спрашивала у мадам Помфри…
-Да. Два месяца назад. – Спокойно ответила она.
- Два! месяца назад!?
Она хитро улыбнулась.
- Не хотелось нервничать вчера ночью, заранее. Но даже так… Мне это не удалось. Я ждала, что в любой момент ты можешь с криками выскочить из комнаты, убежать от меня…
Он погладил ее по волосам.
- О, Гермиона… Этого никогда бы не произошло.
Она посмотрела на него, глаза блестели.
- А какой второй вопрос ты хотел мне задать?
Гарри не был уверен, что сейчас подходящее время. Это значило - показать полное отсутствие доверия. Но… он должен был знать.
- Гермиона, ты не чувствуешь… Ты не думаешь, что можешь быть под воздействием какого-то волшебства?
Она запустила пальцы в его волосы и притянула его губы к своим. После долгого, глубокого поцелуя она посмотрела ему в глаза:
- Только волшебство Гарри Поттера, - сказала она твердо.
Он сглотнул и посмотрел на нее.
- Ты и правда не даешь мне уйти просто так…
Она усмехнулась.
- Ладно. Более того, тебе действительно лучше уйти, пока Невилл и Симус не проснулись.
- Я знаю. - Он встал и надел мантию-невидимку. Гермиона взяла палочку и пошла к двери, снимая запирающее заклинание, которое наложила накануне. Она приоткрыла дверь и осмотрелась.
- Никого. Иди.
Перед тем как выйти, он вытянул руку и дотронулся до пальцев девушки, а затем быстро выскользнул за дверь. Гермиона вздрогнула, когда Гарри ее коснулся, затем рассмеялась.
- Коснуться человека-невидимки, - сказала она мечтательно. - Странно.
Гарри улыбнулся под плащом, стараясь не рассмеяться в голос. Он чувствовал приятное головокружение. Юноша медленно спустился вниз и пошел к лестнице, ведущей в спальни мальчиков, надеясь, что Невилл и Симус не проснулись и не заметили, что его нет в постели. И не искали его в гостиной. Он надеялся на многое.
Но когда Гарри вошел в спальню, оба еще храпели, каждый за своим пологом. Он снял мантию и аккуратно убрал ее в сундук, потом разделся и упал на постель. Без нее кровать выглядела несообразно большой и одинокой. Гарри натянул одеяло до подбородка, вспоминая прошедшую ночь. Но через несколько секунд он уже спал, а на его лице застыла широкая улыбка.
***
Существует два мнения - мое и неправильное.
Королева в восхищении!
Королева в восхищении!
-
Йеннифэр
- Сами-Знаете-Кто
- Сообщения: 1324
- Зарегистрирован: 03 авг 2004 21:20
- Пол: женский
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
***
Гарри снова проснулся около восьми утра. Он откинул полог кровати и увидел Симуса, одетого и собирающегося выходить.
- О, доброе утро, Гарри! Думал ты еще спишь. Ты вчера ведь оставался внизу допоздна?
- Уснул за книгой, - кивнул Гарри. - Но я уже выспался. - Он встал пошел к шкафу за одеждой. Симус ушел. Одеваясь, Гарри слушал мирное посапывание Невилла. «Возможно ли то, что Джинни собирается расстаться с Малфоем»? - гадал он. Может быть, она считала, что Невилл будет менее настойчивым в смысле физических отношений? Гарри казалось, что она могла так думать. Он не мог представить себе Невилла щупающим девушку. «Продержись еще немного, Джинни, - подумал он. - Пока папаша Малфой не окажется в Азкабане…»
Но тут его мысли перескочили с Джинни на Гермиону, которая была всего на семь месяцев старше Джинни. И она не просто была готова, она практически дирижировала всей сценой. И она думала, что он с криками убежит от нее! Но потом, он вспомнил, как прятался от нее во время рождественских каникул. Он тоже боялся.
Гарри оставил Невилла храпеть, и спустился в общую гостиную. Он подошел к камину и взял Сэнди. Подняв ее, он радостно поприветствовал змею:
- Доброе утро, Сэнди!
- Доброе утро, Гарри Поттер. Почему ты ушел один прошлой ночью?
– Ну… Знаешь, Сэнди, я провел ночь с Гермионой, и нам было лучше остаться только вдвоем…
- Но ты уже проводил с ней ночь, и я спала у тебя на руке. Почему же ты ушел один прошлой ночью?
- Это было по-другому.
- Как это - было по-другому?
Он нахмурился.
- Просто иначе. Не уверен, что смогу объяснить тебе… И сможет ли мое объяснение понять змея… - Он посмотрел вверх и увидел Гермиону на лестнице, ведущей в спальни девушек. На ее мантии, как и на его, виднелся значок старосты. Она была особенно румяной, и это заставило его задуматься. ”Конечно, хоть кто-то что-то заметит…»
- У меня уши горят, - сказала она.
- Что? Ты не понимаешь…
- Нет. Это мне просто кажется. Но я в любом случае чувствовала, о чем вы говорите.
- Я не… Я имею в виду…
Она улыбнулась ему, а потом и вовсе расхохоталась.
- Гарри, теперь-то хоть не бойся меня! Я только шучу. – Он улыбнулся в ответ, снова оборачивая Сэнди вокруг предплечья. “Никто ни с чем не спутает этот жар, - подумал он. – Все заметят…”
Но никто не обратил внимания. Они сели напротив друг друга за Гриффиндорским столом и начали завтракать. Гарри пытался не слишком часто ловить ее взгляд.
Он благодарно хмыкнул, когда она передала ему пару страниц ее Ежедневного Пророка. Не то, чтобы он очень хотел его почитать, но вдруг заметил рубрику «Ваша Ежедневная прибыль», которую раньше не замечал. Он пробежал глазами заметки о волшебном бизнесе, о банкротстве (одно из издательств было близко к развалу, о чем и сообщалось). «Надо попросить Сириуса вложить куда-то часть моих денег, - подумал он. – Это лучше, чем они будут просто лежать в хранилище».
Ему захотелось полетать на Всполохе, но Гарри понял, что Гермиона не захочет просто сидеть и следить за его полетами. Но вдруг она захочет полетать с ним? Он подумал об их коротком совместном полете, когда они спасались из кабинета Заклинаний через окно. Конечно, он летал после того раза, чтобы показать МакГонагалл, что у него получается. Однажды вечером после ужина они дошли до самой кромки Запретного леса, Гарри преобразовался, расправил крылья и устремился в небо, выше и выше. Он летел над лесом, едва различая верхушки деревьев.
Он практически вернулся в свой человеческий облик и чуть не свалился вниз, когда увидел в лесу большую прогалину там, где жили гиганты. Он несколько минут кружил вокруг, рассматривая их лагерь. Вокруг большого костра в центре сидело несколько гигантов, наверное, готовили пищу, а по периферии пара человек сидели в засаде, Гарри даже думать не хотел о том, за какими животными они охотились. Они не замечали его в воздухе, чему несказанно радовался, хотя повода для волнения у него не было – Гарри летел слишком высоко для того, чтобы они смогли его достать. Он вернулся к МакГонагалл и преобразовался, но ничего ей не рассказал из того, что видел. Он знал, что преподаватели были в курсе того, что гиганты скрываются в лесу, но предполагались, что студенты этого не знают.
Это было великолепно. Он чувствовал, что это стоит той боли, которая разрывала его кости после превращения. Он вспомнил, как он впервые оседлал метлу, как он ощутил, что в воздухе он, как дома. Теперь он знал, почему. Он был рожден для этого. Для того, чтобы парить на восходящих потоках, чтобы ловить крылом теплый ветер и взмывать в небо, чтобы камнем падать вниз, тщательно выверяя каждое движение…
После завтрака Гарри и Гермиона бок о бок (но не касаясь друг друга) прошли через холл. Краем глаза он смотрел на нее, видел, как она оглядывается, и не смог сдержать улыбки, которая сама появлялась у него на губах. Гермиона, казалось, тоже еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться вовсю. Он приблизился к дверям и вышел наружу, спиной чувствуя ее дыхание, зная, что она идет следом. Больше никого на улице не было. Гарри скользнул в кусты у выхода, прячась за раскидистым деревцем, остриженным в форме гиппогрифа. В какой-то степени это было весьма символично. Через секунду появилась Гермиона. Он притянул ее к себе, она обняла его, закинув руки на шею, касаясь его спины пальцами. Поцелуй становился все более страстным, Гарри глухо застонал. Он немного отодвинулся от нее и улыбнулся, Гермиона все еще обнимала его за шею.
- Мисс Грейнджер, - поддразнил он ее. – Вы пытаетесь меня скомпрометировать?
- Уже сделано, - напомнила она, целуя его в ямочку возле ключицы. – Во всяком случае, в последнее время я пыталась сдерживаться и не касаться тебя в… определенных местах… но теперь-то мне больше не нужно об этом беспокоиться, правда?
Гарри выразил свое согласие тем, что наклонился и вернул ей поцелуй, его руки скользнули на «запрещенную» территорию. Через минуту Гермиона отстранилась, чтобы отдышаться, и проговорила:
- Не то, чтобы мне это не нравилось, но мы что, собираемся провести все каникулы, обнимаясь и целуясь в кустах? Ведь есть куча более комфортных мест, где мы можем… ммм… зайти немного дальше… - Она покрывала его шею поцелуями и нежно поглаживала рукой.
- Конечно, - сказал он, пытаясь совсем не слететь с катушек от ее действий. – На самом деле, я хотел спросить, может, ты хочешь полетать?
Она отступила на шаг и, кажется, задумалась.
- Хммм. Это неплохая идея. Должна же я когда-нибудь справиться со своей акрофобией! Рано или поздно я смогу аппарировать, но пока что мне стоит научиться получше обращаться с метлой.
- Ну… Я не метлы имел в виду.
Она нахмурилась, глядя на него, а потом, когда поняла, о чем он говорил, в ужасе распахнула глаза.
- О, нет. Только не это, Гарри Поттер! Я не собираюсь испытывать это снова!
- Гермиона, у меня хорошо получается…
- Ага, а потом ты как выжатый лимон! Я если ты перенапряжешься и преобразуешься, когда будешь лететь в сотне футов над землей? Ты же погибнешь! Я уж молчу про пассажира. Кроме того, с тобой ведь Сэнди, да?
- Я летал выше двухсот футов, Гермиона, и МакГонагалл подтвердила, что я в норме. Ну, давай же. Все будет в порядке. Я могу оставить Сэнди где-нибудь здесь, так что мы ее не потревожим.
Гермиона сжала губы.
- Мне жаль, Гарри. Я просто… Может быть, пока мы попробуем на метле? – Он вздохнул и поцеловал ее в лоб.
- Конечно. Я не собираюсь на тебя давить.
Она прижалась к его груди и задумчиво посмотрела на него.
- Нет, - сказала Гермиона. – Ты никогда этого не делал. Именно поэтому мне пришлось тебя совратить. – Она рассмеялась в той новой, замечательной, гортанной манере, которую он запомнил с ночи. И он нежно поцеловал ее перед тем, как выбраться из-за живой изгороди. Ее пальцы переплелись с его. Они направились в Гриффиндорскую башню: Гарри должен был взять Всполох и собирался попросить Фреда или Джорджа одолжить метлу для Гермионы, чтобы она не мучилась со школьным старьем. Эти убогие метлы хранились для того, чтобы на уроке полетов могли заниматься все ученики, даже те, у кого не было своей метлы. Но как только Гарри вошел в спальню, его отвлек странный звук. Казалось, что он доносился с кровати Невилла. Нахмурившись, он подошел, отдернул полог и отступил, шокированный увиденным.
Гарри снова проснулся около восьми утра. Он откинул полог кровати и увидел Симуса, одетого и собирающегося выходить.
- О, доброе утро, Гарри! Думал ты еще спишь. Ты вчера ведь оставался внизу допоздна?
- Уснул за книгой, - кивнул Гарри. - Но я уже выспался. - Он встал пошел к шкафу за одеждой. Симус ушел. Одеваясь, Гарри слушал мирное посапывание Невилла. «Возможно ли то, что Джинни собирается расстаться с Малфоем»? - гадал он. Может быть, она считала, что Невилл будет менее настойчивым в смысле физических отношений? Гарри казалось, что она могла так думать. Он не мог представить себе Невилла щупающим девушку. «Продержись еще немного, Джинни, - подумал он. - Пока папаша Малфой не окажется в Азкабане…»
Но тут его мысли перескочили с Джинни на Гермиону, которая была всего на семь месяцев старше Джинни. И она не просто была готова, она практически дирижировала всей сценой. И она думала, что он с криками убежит от нее! Но потом, он вспомнил, как прятался от нее во время рождественских каникул. Он тоже боялся.
Гарри оставил Невилла храпеть, и спустился в общую гостиную. Он подошел к камину и взял Сэнди. Подняв ее, он радостно поприветствовал змею:
- Доброе утро, Сэнди!
- Доброе утро, Гарри Поттер. Почему ты ушел один прошлой ночью?
– Ну… Знаешь, Сэнди, я провел ночь с Гермионой, и нам было лучше остаться только вдвоем…
- Но ты уже проводил с ней ночь, и я спала у тебя на руке. Почему же ты ушел один прошлой ночью?
- Это было по-другому.
- Как это - было по-другому?
Он нахмурился.
- Просто иначе. Не уверен, что смогу объяснить тебе… И сможет ли мое объяснение понять змея… - Он посмотрел вверх и увидел Гермиону на лестнице, ведущей в спальни девушек. На ее мантии, как и на его, виднелся значок старосты. Она была особенно румяной, и это заставило его задуматься. ”Конечно, хоть кто-то что-то заметит…»
- У меня уши горят, - сказала она.
- Что? Ты не понимаешь…
- Нет. Это мне просто кажется. Но я в любом случае чувствовала, о чем вы говорите.
- Я не… Я имею в виду…
Она улыбнулась ему, а потом и вовсе расхохоталась.
- Гарри, теперь-то хоть не бойся меня! Я только шучу. – Он улыбнулся в ответ, снова оборачивая Сэнди вокруг предплечья. “Никто ни с чем не спутает этот жар, - подумал он. – Все заметят…”
Но никто не обратил внимания. Они сели напротив друг друга за Гриффиндорским столом и начали завтракать. Гарри пытался не слишком часто ловить ее взгляд.
Он благодарно хмыкнул, когда она передала ему пару страниц ее Ежедневного Пророка. Не то, чтобы он очень хотел его почитать, но вдруг заметил рубрику «Ваша Ежедневная прибыль», которую раньше не замечал. Он пробежал глазами заметки о волшебном бизнесе, о банкротстве (одно из издательств было близко к развалу, о чем и сообщалось). «Надо попросить Сириуса вложить куда-то часть моих денег, - подумал он. – Это лучше, чем они будут просто лежать в хранилище».
Ему захотелось полетать на Всполохе, но Гарри понял, что Гермиона не захочет просто сидеть и следить за его полетами. Но вдруг она захочет полетать с ним? Он подумал об их коротком совместном полете, когда они спасались из кабинета Заклинаний через окно. Конечно, он летал после того раза, чтобы показать МакГонагалл, что у него получается. Однажды вечером после ужина они дошли до самой кромки Запретного леса, Гарри преобразовался, расправил крылья и устремился в небо, выше и выше. Он летел над лесом, едва различая верхушки деревьев.
Он практически вернулся в свой человеческий облик и чуть не свалился вниз, когда увидел в лесу большую прогалину там, где жили гиганты. Он несколько минут кружил вокруг, рассматривая их лагерь. Вокруг большого костра в центре сидело несколько гигантов, наверное, готовили пищу, а по периферии пара человек сидели в засаде, Гарри даже думать не хотел о том, за какими животными они охотились. Они не замечали его в воздухе, чему несказанно радовался, хотя повода для волнения у него не было – Гарри летел слишком высоко для того, чтобы они смогли его достать. Он вернулся к МакГонагалл и преобразовался, но ничего ей не рассказал из того, что видел. Он знал, что преподаватели были в курсе того, что гиганты скрываются в лесу, но предполагались, что студенты этого не знают.
Это было великолепно. Он чувствовал, что это стоит той боли, которая разрывала его кости после превращения. Он вспомнил, как он впервые оседлал метлу, как он ощутил, что в воздухе он, как дома. Теперь он знал, почему. Он был рожден для этого. Для того, чтобы парить на восходящих потоках, чтобы ловить крылом теплый ветер и взмывать в небо, чтобы камнем падать вниз, тщательно выверяя каждое движение…
После завтрака Гарри и Гермиона бок о бок (но не касаясь друг друга) прошли через холл. Краем глаза он смотрел на нее, видел, как она оглядывается, и не смог сдержать улыбки, которая сама появлялась у него на губах. Гермиона, казалось, тоже еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться вовсю. Он приблизился к дверям и вышел наружу, спиной чувствуя ее дыхание, зная, что она идет следом. Больше никого на улице не было. Гарри скользнул в кусты у выхода, прячась за раскидистым деревцем, остриженным в форме гиппогрифа. В какой-то степени это было весьма символично. Через секунду появилась Гермиона. Он притянул ее к себе, она обняла его, закинув руки на шею, касаясь его спины пальцами. Поцелуй становился все более страстным, Гарри глухо застонал. Он немного отодвинулся от нее и улыбнулся, Гермиона все еще обнимала его за шею.
- Мисс Грейнджер, - поддразнил он ее. – Вы пытаетесь меня скомпрометировать?
- Уже сделано, - напомнила она, целуя его в ямочку возле ключицы. – Во всяком случае, в последнее время я пыталась сдерживаться и не касаться тебя в… определенных местах… но теперь-то мне больше не нужно об этом беспокоиться, правда?
Гарри выразил свое согласие тем, что наклонился и вернул ей поцелуй, его руки скользнули на «запрещенную» территорию. Через минуту Гермиона отстранилась, чтобы отдышаться, и проговорила:
- Не то, чтобы мне это не нравилось, но мы что, собираемся провести все каникулы, обнимаясь и целуясь в кустах? Ведь есть куча более комфортных мест, где мы можем… ммм… зайти немного дальше… - Она покрывала его шею поцелуями и нежно поглаживала рукой.
- Конечно, - сказал он, пытаясь совсем не слететь с катушек от ее действий. – На самом деле, я хотел спросить, может, ты хочешь полетать?
Она отступила на шаг и, кажется, задумалась.
- Хммм. Это неплохая идея. Должна же я когда-нибудь справиться со своей акрофобией! Рано или поздно я смогу аппарировать, но пока что мне стоит научиться получше обращаться с метлой.
- Ну… Я не метлы имел в виду.
Она нахмурилась, глядя на него, а потом, когда поняла, о чем он говорил, в ужасе распахнула глаза.
- О, нет. Только не это, Гарри Поттер! Я не собираюсь испытывать это снова!
- Гермиона, у меня хорошо получается…
- Ага, а потом ты как выжатый лимон! Я если ты перенапряжешься и преобразуешься, когда будешь лететь в сотне футов над землей? Ты же погибнешь! Я уж молчу про пассажира. Кроме того, с тобой ведь Сэнди, да?
- Я летал выше двухсот футов, Гермиона, и МакГонагалл подтвердила, что я в норме. Ну, давай же. Все будет в порядке. Я могу оставить Сэнди где-нибудь здесь, так что мы ее не потревожим.
Гермиона сжала губы.
- Мне жаль, Гарри. Я просто… Может быть, пока мы попробуем на метле? – Он вздохнул и поцеловал ее в лоб.
- Конечно. Я не собираюсь на тебя давить.
Она прижалась к его груди и задумчиво посмотрела на него.
- Нет, - сказала Гермиона. – Ты никогда этого не делал. Именно поэтому мне пришлось тебя совратить. – Она рассмеялась в той новой, замечательной, гортанной манере, которую он запомнил с ночи. И он нежно поцеловал ее перед тем, как выбраться из-за живой изгороди. Ее пальцы переплелись с его. Они направились в Гриффиндорскую башню: Гарри должен был взять Всполох и собирался попросить Фреда или Джорджа одолжить метлу для Гермионы, чтобы она не мучилась со школьным старьем. Эти убогие метлы хранились для того, чтобы на уроке полетов могли заниматься все ученики, даже те, у кого не было своей метлы. Но как только Гарри вошел в спальню, его отвлек странный звук. Казалось, что он доносился с кровати Невилла. Нахмурившись, он подошел, отдернул полог и отступил, шокированный увиденным.
Существует два мнения - мое и неправильное.
Королева в восхищении!
Королева в восхищении!
-
Йеннифэр
- Сами-Знаете-Кто
- Сообщения: 1324
- Зарегистрирован: 03 авг 2004 21:20
- Пол: женский
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
Невилла бил озноб и покрывала испарина, он был тошнотворно зеленого цвета, а глаза были жуткого желтого цвета. Гарри внезапно осознал, что он не помнил, какого цвета у Невилла глаза, но уж точно не желтого. Но нем была синяя хлопковая пижама, пропитанная потом. Он смотрел прямо перед собой, рот был открыт в беззвучном крике. Он все еще дрожал и потел.
Гарри запаниковал, он сделал единственное, о чем успел подумать - подскочил к двери и проревел в сторону лестницы:
- Гермиона!
Он вернулся к кровати Невилла – того били судороги. Это было похоже на какой-то приступ. Гарри боялся прикоснуться к нему или что-то сказать. Он был просто парализован. Все, что он мог сделать, это стоять и смотреть на страдания мальчика, которого он знал уже пять лет.
Он услышал шаги Гермионы на лестнице, услышал панические нотки в ее голосе, когда она крикнула:
- Гарри! С тобой все нормально?
Ну конечно, она подумала, что это ему так плохо, понял Гарри. Но когда она вбежала в комнату и увидела, что он стоит на ногах, то подскочила к кровати Невилла.
- Невилл! – воскликнула она, опускаясь на коленки. Она сразу же положила руку ему на лоб, а потом проверила пульс на шее. – У него нерегулярный пульс. Он бьется часто-часто, потом сбивается, потом снова ускоряется. – Сказала Гермиона, подержав руку у него на шее около минуты. Гарри поразился тому, что она не побоялась прямо сражу подбежать к Невиллу, дотронуться, тогда как он сам был порядком напуган. Не за себя. Он боялся, что может как-то навредить Невиллу. Дотронемся до кубка вместе… Он помнил эти слова…
- Ему нужно в больничное крыло, - торопливо сказала она. Гарри задумался.
- А что, если мы оглушим его? Он может погрузиться во что-то вроде… - Он нахмурился, подбирая подходящее слово.
- Парализовать. Неплохая идея. А потом мы сможем использовать Мобиликорпус, чтобы перенести его. – Что они и сделали. Когда они появились в гостиной с телом Невилла все, кто находился в комнате, удивленно обернулись. Алисия с Анжелиной сидели за столом, готовились к Н.О.Ч.И. Алисия подбежала к ним, как только увидела. Близнецы сидели у камина, тоже занимались, тоже забеспокоились при появлении этой процессии. Насколько они знали, Невилл ближе всех подобрался к статусу бойфренда их сестры.
- Мы оглушили его, чтобы перенести в больничное крыло, - провозгласила Гермиона.
- Когда я вошел в нашу спальню, - хрипло заговорил Гарри, - он издавал такие странные звуки, потел и дрожал, и… выглядел примерно так… - Он указал не его зеленоватое лицо и желтые, все еще широко распахнутые, глаза.
- Мы идем с вами, - сказали близнецы. За их спинами замаячили Алисия и Анжелина. Они вшестером сопровождали тело Невилла в больничное крыло. Гарри провел все это время наедине со своими кошмарными мыслями.
«Нас здесь шестеро, - пронеслось у него в голове. – Ровно столько, сколько нужно, чтобы нести гроб». С Невиллом все будет хорошо, - донесся другой голос. – И не думай о гробах и похоронах. «Разве он выглядит нормально», - снова первый. Гарри чувствовал, что его голова разделилась надвое. Шрам был не при чем. Как и Волдеморт. Он чувствовал, что не знает, как это перенести. Невилл был последним из всех людей, кто должен был бы оказаться жертвой… Жертвой чего? Что с ним произошло, и кто это сделал? У него так пересохло в горле, что не было возможности даже сглотнуть.
Когда они добрались до больничного крыла, Джордж придержал дверь, и Гарри с Гермионой внесли Невилла вовнутрь. Гарри побежал в кабинет за мадам Помфри, но ее там не было. Ему показалось, что из лаборатории донесся какой-то шум, и Гарри распахнул дверь туда, даже не постучавшись.
Вместо мадам Помфри там находился Снейп, который раскупоривал склянку с надписью «Порошок злобочервя». ЕЕ содержимое он, видимо, собирался всыпать в варево, пузырившееся в котле, от которого валил фиолетовый пар.
- Ох! – С облегчением воскликнул Гарри, как только увидел профессора. – Я так рад, что это вы! Быстрее. Там Невилл.
Снейп с грохотом опустил склянку на стол и, не моргнув, пронесся через кабинет мадам Помфри в палату. Гермиона положила Невилла на одну из кроватей и сняла с него перемещающие и обездвиживающие чары. Сейчас он лежал так же, как и в своей кровати парой минут раньше: покрытый испариной, дрожащий. Бледность зеленоватой кожи компенсировалась яркостью желтых глаз. Снейп склонился над ним, приложил ухо к груди, а пальцами нащупал пульс на шее. Так же, как раньше делала Гермиона. Он посмотрел Невиллу в глаза, на его кожу, на рот. Язык мальчика отвратительно распух. Удивительно, что это не поразило его.
- Лонгботтом! – Крикнул Снейп прямо в лицо Невиллу, придерживая его голову возле ушей. Он посмотрел ему в глаза: они медленно двигались. – Что ты видишь, Лонгботтом? – Спросил он свистящим шепотом.
Невилл открыл рот: металлический скрип и хриплый скрежет, вот и все, что они услышали. А потом он заговорил.
- Скорпионы. Жуки. Я весь покрыт ими. Ими покрыты все стены… - Он резко замолчал, его рот начал как бы втягиваться внутрь, и забился в конвульсиях. Гарри стиснул зубы. Он не мог стерпеть этого зрелища. Голос Невилла звучал ужасно… Это был совершенно чужой голос.
Снейп вытащил палочку и прошептал: «Редукто», проведя ей возле губ Невилла. Заворачивание прекратилось, но судороги не исчезли. Снейп глянул на Алисию, которая смотрела на это, зажав рот рукой.
- Профессор МакГонагалл в курсе? – Неожиданно спросил он у нее. Девушка покачала головой. Он указал на Анжелину. – Ты. Иди и скажи ей. Ты… - он снова ткнул пальцем в Алисию. – Ты же староста школы… Помнишь пароль от кабинета директора? – Она кивнула. – Иди и приведи его. Быстро.
Девушки мгновенно исчезли. Неподалеку все еще маячили Фред и Джордж, более серьезные, чем когда либо.
- И вы двое! – Рявкнул Снейп. – Хоть раз сделайте что-то полезное – найдите Помфри, черт бы ее побрал!
- Я посмотрю в теплицах, сказал Фред и выскочил за дверь.
- А я в библиотеке, - через плечо бросил убегающий Джордж.
- Только найдите ее! – Проревел профессор им в спины. Гермиона сидела напротив Снейпа, стойко стискивая руку Невилла, бормоча какую-то успокаивающую бессмыслицу. Невилл перестал биться в судорогах, и Снейп снова нащупал пульс. Гарри заметил, как осторожно и заботливо тот это сделал. Может временами он и бывал излишне жесток с Невиллом, но наверняка по той же причине, по которой Сириус был строг с Гарри – чтобы ужесточить его.
«Но все-таки что произошло? – Задумался Гарри. – Что с ним случилось»?
- Что с ним случилось? – Тихо спросил Гари. Он думал, что не сможет проговорить эти слова. Снейп не смотрел на него. Все его внимание было обращено на Невилла.
- Ломка. Не знаю уж, к чему он пристрастился, но я совершенно уверен, что это ломка. У меня есть несколько предположений, но если бы мы узнали, что он принимал…
- Я знаю, кто может помочь, - неожиданно вмешался Гарри. Снейп вопросительно вскинул брови. – Джинни Уизли и Драко Малфой обычно работали в подземелье одновременно с Невиллом. Они могли заметить.
Снейп кивнул.
- Можете использовать мой кабинет, - сказал он, снова склоняясь над Невиллом. Гарри быстро вышел из палаты, по коридору он уже бежал, скатился вниз по мраморной лестнице, сквозь холл и большой зал, через потайную дверь, вниз, в кабинет Снейпа. Он почувствовал, почему он побежал. Помочь другу в беде.
На секунду он занервничал, когда не сразу нашел нужный камень на стене, но потом ему это удалось, и он протиснулся в комнату.
- Инсендио! – Воскликнул он, направляя палочку на камин. Его чувства неслись со скоростью экспресса. Он уменьшил пламя до разумного предела, потом трясущейся рукой взял немного порошка из сосуда на каминной полке, швырнул его в огонь, который стал зеленым. Гарри наклонился к пламени и громко произнес: - Нора.
Через несколько секунд в камине появилось лицо миссис Уизли.
- Гарри! – Воскликнула она. – Как я рада тебя видеть! Как твои кани…
- Миссис Уизли! Мне неудобно перебивать вас, но мне очень нужно поговорить с Джинни! Это срочно!
Миссис Уизли, казалось, была расстроена его поведением, ведь обычно он был с ней непререкаемо вежлив.
- Конечно, - тихо сказала она и позвала Джинни. Голова миссис Уизли исчезла из камина, и вместо нее появилась ее дочь. Рыжие волосы Джинни были собраны в растрепанный хвостик.
- Гарри, что…
- Это Невилл. Он в больничном крыле с симптомами ломки. Снейп хочет знать, что он принимал, потому как, что бы это ни было, он пристрастился, а потом перестал это принимать. И теперь он… Ох, Джинни, он как труп выглядит… - почти прошептал Гарри. Джинни побледнела.
- Ну, - дрожащим голосом начала она, - Он всегда варил два зелья. Первое называлось как-то похоже на Фарос, фарс…
- Зелье Эуфарсос?
- Да, оно. Я не знаю, что это за зелье. А второе – что-то для улучшения памяти. Мне бы вниз… как-то созвучно…
- Мнемонис?
- Да! Точно! Я уверена, что оно. Ой, Гарри, а это очень плохо? С ним все будет в порядке?
- Я не знаю. Мне нужно передать Снейпу. Спасибо, Джинни.
Ее лицо исчезло из пламени камина, и Гарри уже собрался было погасить огонь, но тут ему неожиданно пришла в голову одна мысль. Он бросил на угли еще щепотку порошка и произнес:
- Аластор Моуди. – Через пару секунд в камине появилось лицо аврора.
- Да, Поттер? – Сказал он почти ласково (если с ним такое бывало?), увидев, кто его побеспокоил.
- Профессор, пожалуйста, зайдите в больничное крыло. Это Невилл Лонгботтом.
Моуди ничего не ответил, исчезая из камина. Гарри знал, что тот уловил смысл в их короткой беседе.
«Хорошо, - подумал Гарри, - Он прибудет быстро». Потом он задумался, насколько быстро. «Интересно, как далеко кабинет Моуди находится от больничного крыла? У него же деревянная нога, он, наверное, не быстро ходит… Ну, - подвел итог Гарри, - Может, поэтому он так быстро договорил».
Гарри погасил камин и снова выбрался на лестницу, вернув стену на место. Неожиданно он понял, что всех можно было бы найти намного проще – с помощью его карты. Почему же он не подумал о ней? Или Фред? Или Джордж? Все они впали в какое-то оцепенение в связи с этими событиями. Гарри казалось, что мозга у него нет вовсе – одни животные инстинкты.
Он на спринтерской скорости пролетел все лестницы, добравшись, наконец, до больничного крыла. Когда он толкнул дверь палаты, то увидел, что мадам Помфри уже пришла. По обе стороны от нее стояли Дамблдор и МакГонагалл, Снейп маячил неподалеку, пока она осматривала Невилла. Гермиона с близнецами вжались в угол возле двери в кладовку с лекарствами, к ним присоединились Алисия и Анжелина. Фред незаметно впихнул Гарри в ладонь свернутый пергамент; он глянул на него перед тем, как запихнуть в карман. Карта. Итак, они все-таки додумались использовать ее. Он кивнул Фреду. Не многие считают близнецов разумными. Просто за всеми их шутками привычно не замечаешь настоящего таланта. Гермиона повернулась к Гарри. Она была измучена ожиданием. Он нахмурился и шагнул к взрослым, сгрудившимся у кровати Невилла.
- Это два зелья, - сообщил он. – Эуфарсос и Мнемонис.
Снейп побледнел.
- Зелье Эуфарсос приводит к привыканию, если употреблять его слишком много или слишком часто. А основной ингредиент зелья Мнемонис – гинкго билоба, он нарушает свертываемость крови. Там есть и другие антикоагулянты. И если человек примет слишком много…
- То что? – Спросил Гарри.
- То его кровь вообще утратит способность сворачиваться. Хуже гемофилии.
- А оба зелья вместе?
Снейп отвернулся и снова посмотрел на Невилла.
- А вот этого мы не знаем.
Гарри запаниковал, он сделал единственное, о чем успел подумать - подскочил к двери и проревел в сторону лестницы:
- Гермиона!
Он вернулся к кровати Невилла – того били судороги. Это было похоже на какой-то приступ. Гарри боялся прикоснуться к нему или что-то сказать. Он был просто парализован. Все, что он мог сделать, это стоять и смотреть на страдания мальчика, которого он знал уже пять лет.
Он услышал шаги Гермионы на лестнице, услышал панические нотки в ее голосе, когда она крикнула:
- Гарри! С тобой все нормально?
Ну конечно, она подумала, что это ему так плохо, понял Гарри. Но когда она вбежала в комнату и увидела, что он стоит на ногах, то подскочила к кровати Невилла.
- Невилл! – воскликнула она, опускаясь на коленки. Она сразу же положила руку ему на лоб, а потом проверила пульс на шее. – У него нерегулярный пульс. Он бьется часто-часто, потом сбивается, потом снова ускоряется. – Сказала Гермиона, подержав руку у него на шее около минуты. Гарри поразился тому, что она не побоялась прямо сражу подбежать к Невиллу, дотронуться, тогда как он сам был порядком напуган. Не за себя. Он боялся, что может как-то навредить Невиллу. Дотронемся до кубка вместе… Он помнил эти слова…
- Ему нужно в больничное крыло, - торопливо сказала она. Гарри задумался.
- А что, если мы оглушим его? Он может погрузиться во что-то вроде… - Он нахмурился, подбирая подходящее слово.
- Парализовать. Неплохая идея. А потом мы сможем использовать Мобиликорпус, чтобы перенести его. – Что они и сделали. Когда они появились в гостиной с телом Невилла все, кто находился в комнате, удивленно обернулись. Алисия с Анжелиной сидели за столом, готовились к Н.О.Ч.И. Алисия подбежала к ним, как только увидела. Близнецы сидели у камина, тоже занимались, тоже забеспокоились при появлении этой процессии. Насколько они знали, Невилл ближе всех подобрался к статусу бойфренда их сестры.
- Мы оглушили его, чтобы перенести в больничное крыло, - провозгласила Гермиона.
- Когда я вошел в нашу спальню, - хрипло заговорил Гарри, - он издавал такие странные звуки, потел и дрожал, и… выглядел примерно так… - Он указал не его зеленоватое лицо и желтые, все еще широко распахнутые, глаза.
- Мы идем с вами, - сказали близнецы. За их спинами замаячили Алисия и Анжелина. Они вшестером сопровождали тело Невилла в больничное крыло. Гарри провел все это время наедине со своими кошмарными мыслями.
«Нас здесь шестеро, - пронеслось у него в голове. – Ровно столько, сколько нужно, чтобы нести гроб». С Невиллом все будет хорошо, - донесся другой голос. – И не думай о гробах и похоронах. «Разве он выглядит нормально», - снова первый. Гарри чувствовал, что его голова разделилась надвое. Шрам был не при чем. Как и Волдеморт. Он чувствовал, что не знает, как это перенести. Невилл был последним из всех людей, кто должен был бы оказаться жертвой… Жертвой чего? Что с ним произошло, и кто это сделал? У него так пересохло в горле, что не было возможности даже сглотнуть.
Когда они добрались до больничного крыла, Джордж придержал дверь, и Гарри с Гермионой внесли Невилла вовнутрь. Гарри побежал в кабинет за мадам Помфри, но ее там не было. Ему показалось, что из лаборатории донесся какой-то шум, и Гарри распахнул дверь туда, даже не постучавшись.
Вместо мадам Помфри там находился Снейп, который раскупоривал склянку с надписью «Порошок злобочервя». ЕЕ содержимое он, видимо, собирался всыпать в варево, пузырившееся в котле, от которого валил фиолетовый пар.
- Ох! – С облегчением воскликнул Гарри, как только увидел профессора. – Я так рад, что это вы! Быстрее. Там Невилл.
Снейп с грохотом опустил склянку на стол и, не моргнув, пронесся через кабинет мадам Помфри в палату. Гермиона положила Невилла на одну из кроватей и сняла с него перемещающие и обездвиживающие чары. Сейчас он лежал так же, как и в своей кровати парой минут раньше: покрытый испариной, дрожащий. Бледность зеленоватой кожи компенсировалась яркостью желтых глаз. Снейп склонился над ним, приложил ухо к груди, а пальцами нащупал пульс на шее. Так же, как раньше делала Гермиона. Он посмотрел Невиллу в глаза, на его кожу, на рот. Язык мальчика отвратительно распух. Удивительно, что это не поразило его.
- Лонгботтом! – Крикнул Снейп прямо в лицо Невиллу, придерживая его голову возле ушей. Он посмотрел ему в глаза: они медленно двигались. – Что ты видишь, Лонгботтом? – Спросил он свистящим шепотом.
Невилл открыл рот: металлический скрип и хриплый скрежет, вот и все, что они услышали. А потом он заговорил.
- Скорпионы. Жуки. Я весь покрыт ими. Ими покрыты все стены… - Он резко замолчал, его рот начал как бы втягиваться внутрь, и забился в конвульсиях. Гарри стиснул зубы. Он не мог стерпеть этого зрелища. Голос Невилла звучал ужасно… Это был совершенно чужой голос.
Снейп вытащил палочку и прошептал: «Редукто», проведя ей возле губ Невилла. Заворачивание прекратилось, но судороги не исчезли. Снейп глянул на Алисию, которая смотрела на это, зажав рот рукой.
- Профессор МакГонагалл в курсе? – Неожиданно спросил он у нее. Девушка покачала головой. Он указал на Анжелину. – Ты. Иди и скажи ей. Ты… - он снова ткнул пальцем в Алисию. – Ты же староста школы… Помнишь пароль от кабинета директора? – Она кивнула. – Иди и приведи его. Быстро.
Девушки мгновенно исчезли. Неподалеку все еще маячили Фред и Джордж, более серьезные, чем когда либо.
- И вы двое! – Рявкнул Снейп. – Хоть раз сделайте что-то полезное – найдите Помфри, черт бы ее побрал!
- Я посмотрю в теплицах, сказал Фред и выскочил за дверь.
- А я в библиотеке, - через плечо бросил убегающий Джордж.
- Только найдите ее! – Проревел профессор им в спины. Гермиона сидела напротив Снейпа, стойко стискивая руку Невилла, бормоча какую-то успокаивающую бессмыслицу. Невилл перестал биться в судорогах, и Снейп снова нащупал пульс. Гарри заметил, как осторожно и заботливо тот это сделал. Может временами он и бывал излишне жесток с Невиллом, но наверняка по той же причине, по которой Сириус был строг с Гарри – чтобы ужесточить его.
«Но все-таки что произошло? – Задумался Гарри. – Что с ним случилось»?
- Что с ним случилось? – Тихо спросил Гари. Он думал, что не сможет проговорить эти слова. Снейп не смотрел на него. Все его внимание было обращено на Невилла.
- Ломка. Не знаю уж, к чему он пристрастился, но я совершенно уверен, что это ломка. У меня есть несколько предположений, но если бы мы узнали, что он принимал…
- Я знаю, кто может помочь, - неожиданно вмешался Гарри. Снейп вопросительно вскинул брови. – Джинни Уизли и Драко Малфой обычно работали в подземелье одновременно с Невиллом. Они могли заметить.
Снейп кивнул.
- Можете использовать мой кабинет, - сказал он, снова склоняясь над Невиллом. Гарри быстро вышел из палаты, по коридору он уже бежал, скатился вниз по мраморной лестнице, сквозь холл и большой зал, через потайную дверь, вниз, в кабинет Снейпа. Он почувствовал, почему он побежал. Помочь другу в беде.
На секунду он занервничал, когда не сразу нашел нужный камень на стене, но потом ему это удалось, и он протиснулся в комнату.
- Инсендио! – Воскликнул он, направляя палочку на камин. Его чувства неслись со скоростью экспресса. Он уменьшил пламя до разумного предела, потом трясущейся рукой взял немного порошка из сосуда на каминной полке, швырнул его в огонь, который стал зеленым. Гарри наклонился к пламени и громко произнес: - Нора.
Через несколько секунд в камине появилось лицо миссис Уизли.
- Гарри! – Воскликнула она. – Как я рада тебя видеть! Как твои кани…
- Миссис Уизли! Мне неудобно перебивать вас, но мне очень нужно поговорить с Джинни! Это срочно!
Миссис Уизли, казалось, была расстроена его поведением, ведь обычно он был с ней непререкаемо вежлив.
- Конечно, - тихо сказала она и позвала Джинни. Голова миссис Уизли исчезла из камина, и вместо нее появилась ее дочь. Рыжие волосы Джинни были собраны в растрепанный хвостик.
- Гарри, что…
- Это Невилл. Он в больничном крыле с симптомами ломки. Снейп хочет знать, что он принимал, потому как, что бы это ни было, он пристрастился, а потом перестал это принимать. И теперь он… Ох, Джинни, он как труп выглядит… - почти прошептал Гарри. Джинни побледнела.
- Ну, - дрожащим голосом начала она, - Он всегда варил два зелья. Первое называлось как-то похоже на Фарос, фарс…
- Зелье Эуфарсос?
- Да, оно. Я не знаю, что это за зелье. А второе – что-то для улучшения памяти. Мне бы вниз… как-то созвучно…
- Мнемонис?
- Да! Точно! Я уверена, что оно. Ой, Гарри, а это очень плохо? С ним все будет в порядке?
- Я не знаю. Мне нужно передать Снейпу. Спасибо, Джинни.
Ее лицо исчезло из пламени камина, и Гарри уже собрался было погасить огонь, но тут ему неожиданно пришла в голову одна мысль. Он бросил на угли еще щепотку порошка и произнес:
- Аластор Моуди. – Через пару секунд в камине появилось лицо аврора.
- Да, Поттер? – Сказал он почти ласково (если с ним такое бывало?), увидев, кто его побеспокоил.
- Профессор, пожалуйста, зайдите в больничное крыло. Это Невилл Лонгботтом.
Моуди ничего не ответил, исчезая из камина. Гарри знал, что тот уловил смысл в их короткой беседе.
«Хорошо, - подумал Гарри, - Он прибудет быстро». Потом он задумался, насколько быстро. «Интересно, как далеко кабинет Моуди находится от больничного крыла? У него же деревянная нога, он, наверное, не быстро ходит… Ну, - подвел итог Гарри, - Может, поэтому он так быстро договорил».
Гарри погасил камин и снова выбрался на лестницу, вернув стену на место. Неожиданно он понял, что всех можно было бы найти намного проще – с помощью его карты. Почему же он не подумал о ней? Или Фред? Или Джордж? Все они впали в какое-то оцепенение в связи с этими событиями. Гарри казалось, что мозга у него нет вовсе – одни животные инстинкты.
Он на спринтерской скорости пролетел все лестницы, добравшись, наконец, до больничного крыла. Когда он толкнул дверь палаты, то увидел, что мадам Помфри уже пришла. По обе стороны от нее стояли Дамблдор и МакГонагалл, Снейп маячил неподалеку, пока она осматривала Невилла. Гермиона с близнецами вжались в угол возле двери в кладовку с лекарствами, к ним присоединились Алисия и Анжелина. Фред незаметно впихнул Гарри в ладонь свернутый пергамент; он глянул на него перед тем, как запихнуть в карман. Карта. Итак, они все-таки додумались использовать ее. Он кивнул Фреду. Не многие считают близнецов разумными. Просто за всеми их шутками привычно не замечаешь настоящего таланта. Гермиона повернулась к Гарри. Она была измучена ожиданием. Он нахмурился и шагнул к взрослым, сгрудившимся у кровати Невилла.
- Это два зелья, - сообщил он. – Эуфарсос и Мнемонис.
Снейп побледнел.
- Зелье Эуфарсос приводит к привыканию, если употреблять его слишком много или слишком часто. А основной ингредиент зелья Мнемонис – гинкго билоба, он нарушает свертываемость крови. Там есть и другие антикоагулянты. И если человек примет слишком много…
- То что? – Спросил Гарри.
- То его кровь вообще утратит способность сворачиваться. Хуже гемофилии.
- А оба зелья вместе?
Снейп отвернулся и снова посмотрел на Невилла.
- А вот этого мы не знаем.
Существует два мнения - мое и неправильное.
Королева в восхищении!
Королева в восхищении!
-
Ern
- Староста
- Сообщения: 593
- Зарегистрирован: 17 ноя 2004 23:09
- Откуда: London
- Контактная информация:
Вот это ДА 
Класный фик, хоть и не понятно кто будет с кем.
Люблю фики с таким закрученным сюжетом
Конечнобыли и опечатки и ошибки, например кое-где написанно Гарри с одной "р"
, но наибольшее количество в начале (на первой странице)
ЗЫ: можно сылочку на оригинал
ЗЫЫ: продолжайте с переводом и ВАС не забудут
Класный фик, хоть и не понятно кто будет с кем.
Люблю фики с таким закрученным сюжетом
Конечнобыли и опечатки и ошибки, например кое-где написанно Гарри с одной "р"
, но наибольшее количество в начале (на первой странице)ЗЫ: можно сылочку на оригинал
ЗЫЫ: продолжайте с переводом и ВАС не забудут
Я рожден был ночью
В час молитвы волчьей
В темном логове зверей
Люблю Чертовку, жену свою, хоть убейте
В час молитвы волчьей
В темном логове зверей
Люблю Чертовку, жену свою, хоть убейте
