Добавлено: 19 ноя 2004 21:39
Ну что, вот и оно - прода! ^^
Глава 16. Untitled
Гарри осторожно ступал по затхлым каменным коридорам замка в сопровождении Ордена Феникса. Рядом с ним шагали Сириус и Рон. Гарри даже удивился, насколько спокоен он был. Юноша всем своим нутром чувствовал, как сила Жизни наполняет каждую клеточку его тела решительностью и отвагой.
«Впереди тебя ждёт битва, Гарри. Ты сразишься с заклятым врагом, но не забудь, что без друзей ты не победишь»
Гарри слегка улыбнулся, услышав голос Константы.
«Это просто... волшебно! Я уверен в своей силе, Константа. Никогда я не чувствовал себя таким свободным. Я знаю, что могу сделать все, что захочу! Ничто меня не остановит!»
«Осторожнее, Гарри Поттер, – с легким беспокойством ответила волшебница, – в тебе звучит Глас Силы. Все союзники Трикетры услышат его, но у каждой силы он разный. Не слишком увлекайся Гласом, иначе ты полностью лишишься страха»
«Но что плохого в том, что я не буду бояться?» – возразил Гарри.
«Абсолютное бесстрашие может быть ещё хуже, чем страх. Ты забудешь о всякой осторожности, станешь поступать безрассудно и, быть может, поставишь под удар жизни тех, кого любишь».
Константа замолчала, и Гарри остался наедине со своими мыслями. Юноша взглянул на Сириуса. Тот поинтересовался:
— Она разговаривала с тобой, да?
Гарри кивнул.
— Константа предупредила меня о Гласе Силы. Ты слышишь его?
Сириус отрицательно покачал головой.
— Пока нет. И, надеюсь, не услышу. Не хочется, чтобы мной управляла какая-то третья сила.
— Осторожно! – внезапно вскрикнула Тонкс.
Из-за угла высыпали около полста слуг Вольдеморта в масках. Воздух взорвался разноцветными лучами заклинаний.
— Авада Кедавра! – два голоса Пожирателей слились в один, и у Старгиса не было шанса избежать проклятья. Артур Уизли крикнул: «О нет!» и в сердцах ответил красной вспышкой Экспеллиармус Ацербус.
— Круцио! – прохрипел женский голос.
— Ступефай! – резкий взмах палочки Чарли послал заклинание в противницу. Та увернулась, но маска спала с её лица.
Сириус, увернувшись от очередного проклятья, увидел лицо этой женщины. Той, которая отправила его в путешествие за Арку. Беллатрикс.
— Ты-ы-ы... – протянула она, застыв на месте от удивления и ужаса.
— Я, – с ненавистью подтвердил Сириус и выбросил вперёд руку: – Перкуссура!
Беллатрикс с силой впечатало в стену. Она рухнула на пол без сознания.
— Теперь мы рассчитаемся, – проговорил Сириус, став над ней...
Гарри только успевал посылать заклинания налево-направо. Петрификус Тоталус, Импендимента, Ступефай... Почти рядом с ним Дамблдор взял под защиту раненую Эммелину Вэнс, возведя над нею молочно-белый защитный экран. Юноша услышал низкий голос позади себя:
— Авада Кедавра!
Гарри молниеносно оглянулся и увидел, как прямо в него летит зеленый луч...
Рон рывком оттолкнул Гарри и выставил руки в жесте, похожем на крылья птицы. Заклинание отразилось прямо в Пожирателя.
— Спасибо, – пробормотал Гарри.
— Не за что, – отозвался Рон, помогая Гарри подняться.
— Зря я в последнее время забросил Магию Жеста, – пробормотал Гарри.
Вскоре нападавшие были нейтрализованы.
— Это только начало, – переводя дух, сказал Сириус. – Чёрт бы их всех побрал! Уложили Старгиса...
— Интересно, как там Эстель и Рэм? – вздохнула Тонкс, вытирая кровь со лба. Чарли приблизился к ней.
— Может, мне залечить твою рану?
Тонкс махнула рукой.
— Пустяки, это просто царапина. Не трать силы. Если останется шрам, я даже буду рада. Будет память о боевых подвигах, – девушка пожала плечами. – Во всяком случае, я в любой момент могу его убрать.
— Я чувствую её зов о помощи, – тихо сообщил Сириус крестнику.
— Тогда иди к ним! – воскликнул юноша.
— А как же вы...
— Мы справимся, скорей! – поторопил крестного Гарри.
Сириус нахмурился, но быстрым шагом направился в сторону подземелий.
***
— Рэмус, – оскалился Червехвост.
— Питер, – с недоброй улыбкой произнёс Рэм. Он вцепился в палочку, приковав взгляд к Петтигрю. Видно было, что на вольных хлебах у Вольдеморта Хвост вновь приобрёл солидную фигуру.
— А это, как я полагаю, сама Смерть, – издевательски произнёс Червехвост. – Я уже чувствую её холодящее дыхание...
С этими словами он медленно приближался к паре. Люпин не сводил глаз с Петтигрю, следя за каждым его движением и просчитывая возможные варианты событий. Здесь его волчьи инстинкты были как нельзя кстати. А Питер продолжал:
— До чего глупы были эти колдуны – чтобы жалкая маггла победила великого Лорда!
Эстель вспыхнула и вышла из-за спины Рэма.
— Не называй меня так, ничтожество! Я всё знаю – ты мерзкий червь, убил стольких людей!..
— Флиппиндо! – с раздражением произнёс Петтигрю. Девушку откинуло в сторону. Приземлившись на пол, она застонала от боли.
— Ступефай! – решил напасть Люпин.
— Экспеллиармус! – отозвался Питер, и палочка Рэма уплыла по воздуху в руки к Хвосту. – Обидно, да?
Люпин лихорадочно соображал, что ему предпринять. Смерть от руки Питера не входила в его планы. И в полумраке Люпин даже не различил – скорее почувствовал движение серебряной руки Червехвоста. Он схватил Рэма за горло и приподнял над землёй. Кожу Рэма обожгло прикосновение смертоносного металла. Люпин начал задыхаться от удушья и боли.
Эстель, как дикая кошка, с криком прыгнула на спину толстяка. Тот опустил Рэма, который бессильно съехал на пол, судорожно откашливаясь.
— Авада Кедавра! – разозлённо выкрикнул Петтигрю, но его голос слился с другим, полным ненависти:
— Ступефай!
Стремительное Оглушающее заклинание настигло Червехвоста со спины, и он упал ничком на холодный пол. Однако его заклинание достигло цели.
— Эстель! – прохрипел Рэм и бросился к девушке, распластавшейся на полу. Появившийся Сириус мгновенно оценил ситуацию и вмиг оказался возле девушки. Рэм в отчаянии припал к её груди. Сердце не билось. Люпин встретился взглядом с Сириусом.
— Она не умерла, – прошептал он с диким взглядом. – Не умерла... – Люпин вскочил на ноги, отрицательно качая головой.
— Рэм... – Сириус закусил губу и перевёл взгляд на Эстель.
— Она мертва! Почему? За что, Господи?!
— Рэм, – нахмурившись, позвал Сириус.
— Всё из-за меня, виноват только я...
— Да Рэм, послушай, в конце концов! – потрясенно крикнул Сириус. – Она же дышит!
— Как?.. – только и смог выдохнуть Рэм. Сириус достал палочку:
— Энервейт!
Эстель поморщилась и открыла глаза.
— Что случилось?
— В тебя попала Авада Кедавра, – ошеломленно сообщил Люпин.
Эстель побледнела.
— Но ведь после него смерть неизбежна!
— Наверное, – предположил Блэк, – тебя нельзя убить. Ты сама – Смерть. Смерть никогда не прекратит своего существования.
Эстель молча выслушала Сириуса и с его помощью поднялась на ноги.
— Мы должны найти Гарри, – напомнил Люпин.
— Он назвал меня жалкой магглой! – возмущенно процедила Эстель. – Во мне сила, которая во сто крат больше его магических способностей!
— Успокойся, девочка моя, всё хорошо, – на автомате ответил Люпин, всё ещё в шоке от нового открытия.
— А этого... – с отвращением произнёс Сириус, взглянув на Червехвоста, – мы оставим вот здесь.
С этими словами Блэк — на всякий пожарный – наложил на Петтигрю штуки три Связывающих заклинаний и запер в одной из темниц, опечатав её Анти-Аппарационным заклинанием.
— Указуй! – произнёс Люпин, и они втроём двинулись на поиски остальных.
***
Гарри вела неведомая сила. Коридоры замка сменялись узкими винтовыми лестницами, стены их были покрыты влажной плесенью, а по бокам виднелись десятки наглухо закрытых дубовых дверей, но Гарри упорно шёл в непонятном направлении в полной уверенности, что скоро он достигнет своей цели.
На их пути не появилось ни одного Пожирателя Смерти. Перед очередной лестницей Гарри остановился и твёрдо произнёс:
— Дальше я пойду один. Не идите за мной.
— Но Гарри...
— Нет, Рон, – не поворачиваясь, покачал головой Гарри, – это моя битва.
— Мы ведь пришли, чтобы помочь тебе...
— Я знаю, Тонкс, но теперь я должен идти один.
— Это опасно, сынок! Мы прикроем тебя...
— Миссис Уизли, спасибо вам за заботу, – с искренней благодарностью отвечал Гарри, – но...
— Ступай, Гарри, – спокойно произнёс Дамблдор. – Теперь наши судьбы в твоих руках. Только будь осторожен, пока рядом нет союзников – ты не всесилен.
— Спасибо, – юноша обернулся и улыбнулся на прощание. Рон крепко обнял друга на прощание, и Гарри начал подниматься по темной лестнице.
Ступеньки вывели его к огромному холлу – Гарри скорее назвал бы его залом. Шрам Гарри ныл с самого полёта на драконе, а сейчас он просто пылал огнём. Гарри остановился перед громадными дверьми. «Встречай своего врага», – прошептала Константа и покинула разум юноши.
— Алохомора, – робко произнёс Гарри.
Двери со скрипом, разрезавшим звенящую тишину, отворились. Гарри, вскинув голову, осторожно прошёл внутрь.
Если холл показался Гарри огромным, то зала была раз в пять больше. На огромные окна были задвинуты тяжёлые черные шторы, стены были увешаны старыми картинами, краска с которых стёрлась, везде стояли громоздкие канделябры с десятками свечей. На огромном кресле восседал Лорд Вольдеморт.
— Гарри Поттер, – почти приветливо произнёс Вольдеморт, – ты до отвращения предсказуем. Летишь, как мотылёк на огонь, – Лорд слегка взмахнул палочкой, и двери залы закрылись аккурат перед носом Сириуса. Гарри исподлобья взглянул на Вольдеморта. Несколько лет назад Гарри дрожал бы от страха, оказавшись с ним один на один, но сейчас такая встреча казалась юноше чем-то самим собой разумеющимся. Больше не было страха за себя и за других. Только шальная мысль пронеслась в его голове: «Жаль, если я вдруг умру и больше не увижу Гермиону». Глас Жизни в душе Гарри слился воедино со сладкой мыслью о мести Вольдеморту.
Лорд поднялся с кресла, но Гарри не отшатнулся ни на шаг.
— Ты такой же, как твой отец. Мнил из себя спасителя, непобедимого героя, – Лорд расхохотался высоким и зловещим смехом. – Ты полагаешь, что ваш союз сможет уничтожить меня?
— Добро всегда побеждает зло, – ответил Гарри.
— Добро... Зло... что вбил тебе в голову Дамблдор? Нет добра и зла, Гарри. Есть Сила. На чьей стороне Сила, тот и прав. Я не добро, но и не зло. Я – Сила. Власть. Могущество. Я поступаю так, как хочу. Мои интересы лежат за рамками добра и зла. Но, впрочем, я заговорился. Круцио.
Гарри только и ждал этого момента.
— Протего!
Как и два года назад, между палочками-близнецами возникла светящаяся нить. Вольдеморт досадливо выдохнул.
— Брось, у тебя всё равно ничего не выйдет! – смело крикнул Гарри, изо всех сил стараясь приблизить яркий шарик к палочке Вольдеморта.
— Ты мальчишка, молокосос!
— Нет, – покачал головой Гарри, – я Жизнь.
Сосредоточенно сдвинув брови, Гарри выбросил вперед руку, и золотой шар ударил в Вольдеморта. Тот не удержал равновесия и упал на пол.
Гарри встал над ним.
— Я – Жизнь. Я лишаю тебя силы, – не своим, глубоким голосом произнёс Гарри, раскинув руки в стороны и запрокинув голову. Из его тела вырвалось золотое сияние, наполнившее комнату... В нём растворился истошный вопль Вольдеморта...
***
Люпина с Блэками Орден встретил с большой радостью. Эстель сдержанно улыбалась в ответ на приветствия и молчала. Рэм был немного озадачен столь нехарактерным для неё поведением, но списал это на потрясение от мнимой гибели.
С ухода Гарри прошло уже около полчаса, и многие начали волноваться.
— Мы не хотели его отпускать, – взволнованно пожимала плечами Молли. – Но он говорил таким тоном, что никто не смог возразить.
— Это Глас Силы, – сказал Сириус, – ему невозможно перечить. Гарри самый сильный из Трикетры, поэтому он настолько могуществен.
— А что этот Глас шепчет тебе? – поинтересовался Люпин.
Сириус пожал плечами.
— У меня есть догадка... возможно, мой Глас – это связь с Эстель и Гарри, – он притих и будто прислушался. – Сейчас я чувствую, что Гарри в порядке. Но, думаю, нам лучше последовать за ним. Я поведу.
Сириус пошептался с Дамблдором, и Орден сдвинулся с места, следуя за Блэком.
Рэм с беспокойством поглядывал на Эстель. На её личике было совершенно несвойственное ей выражение: слегка нахмуренные брови, сжатые губы и холодный взгляд, которое то и дело сменялось на озадаченное и испуганное. Рэм лишь поморщился и продолжил идти. «Не каждый день узнаёшь, что ты бессмертен», – рассудил он.
Орденисты поднялись по лестнице и собрались в холле. Боковые двери, которые не заметил Гарри, казались незапертыми.
— Давайте проверим двери, – предложил Кингсли и подошёл к самым большим. – Заперто.
— Там Гарри, – сообщил Сириус. – Нужно открыть...
Блэк не договорил, так как из боковых дверей появились Пожиратели Смерти. Воздух снова наполнился магией, но его целостность разрывали только зелёные вспышки и выкрики «Авада Кедавра». Рэм привычно загородил Эстель, но она лишь расхохоталась, и у Люпина по коже прошел мороз. В этом смехе не было ни радости, ни удовольствия – только холодное ликование. Она пошла прямо на Пожирателей, которые направили свои палочки на неё. Но Убийственные проклятья лишь ударяли в неё, словно теннисные мячики. Пожиратели с недоумением переводили взгляды со своих палочек на девушку и обратно. Их замешательством воспользовались маги, направляя нейтрализующие заклинания.
Близнецы Уизли с ошеломлением и трепетом взирали на Эстель. Джордж торжественно прошептал:
— Эстель Блэк, Побеждающая Смерть!
Эстель безразлично взглянула на Джорджа и, заправив за ухо прядь волос, повернулась к Сириусу.
— Я упиваюсь своим бессмертием, – с насмешкой пояснила она. – К тому же, – добавила она с переменой в голосе, – нужно было отвлечь внимание от вас.
— Конечно, – растерянно кивнул Люпин, пристально вглядываясь в глаза Эстель. Что-то в ней было не так, он это чувствовал.
— Скорее, мы должны выполнить своё предназначение, – произнесла Эстель и, потянув кузена за рукав, двинулась к дверям огромной залы.
— Что-то ты чересчур рьяно относишься к миссии, – шутливо-подозрительно произнёс Сириус, отражая летящие в него заклинания.
— Многие сильные побеждены бывают немощными, – певуче ответила Эстель, взглянув Сириусу в глаза. – Мы свергнем зло с его трона.
Люпин, последовавший за ними обменялся недоумевающим взглядом с Блэком и пошел вслед за Эстель.
Перед дверьми залы встала шеренга Пожирателей. Элита. Рэм узнал братьев Лестранг, Нотта, Эйвери и МакНейра.
— Мой Лорд рассказал о вашем союзе, – словно выплюнул Рудольфус. – Надо же, не зря Гойл кокнул ту человекоптичку.
Эстель побледнела и задрожала.
— Я отомщу!.. Меня вам не убить, – прошипела Эстель и вытянула руку. Сириус содрогнулся от ощущения липкого ужаса, окатившего его тело. Словно рядом был дементор, даже хуже. А Люпин испуганно наблюдал за тем, как от руки Эстель исходит густая дымка, дыхание смерти...
— Нет! – Рэм рывком опустил её руку, а Сириус вместе с близнецами уложили Пожирателей.
Эстель гневно взглянула в глаза Рэму. Мужчина невольно отступил назад. Это была не его Эстель, это была... Несущая Смерть. Она вырвала руку и изо всех сил толкнула тяжёлые двери, которые не поддались. Сириус, поморщившись, попробовал наложить Алохомору.
Из-за открывшейся двери вырвалось ослепительное сияние, заставившее всех зажмуриться или отвести глаза.
Когда свечение потухло, орденисты смогли различить скорчившуюся на полу фигуру Вольдеморта. По всему телу его словно связывали веревки из золотого света.
Оставшиеся в живых Пожиратели бросились на защиту Лорда, но не могли совладать со слаженной работой Ордена Феникса.
Сириус вытащил меч и, оценив ситуацию, подбежал к Гарри. Эстель на удивление не ринулась за ним, а застыла на пороге. Люпин, уворачиваясь от заклинаний, оказался далеко от девушки. Она нерешительно приблизилась к Сириусу и Гарри. Юноша повернулся к Сириусу:
— Теперь ваш черёд. Он скован, но в любой момент может вырваться.
— Ну же, Эстель! – дёрнул её за руку Сириус, но девушка стала отбиваться. Блэк взглянул в её глаза и понял, что Глас Смерти, завладевший её рассудком и подпитываемый желанием мести магам, отступил. Но почему, Сириус мог только гадать.
— Я не могу, Сириус! Ты не понимаешь! Я читала тетрадь... Если я кого-нибудь убью, то проклятье вырвется и следующей жертвой будет тот, кого я люблю!
— Что за глупость?! – в сердцах выкрикнул Гарри.
— Рэм... – не отводя глаз от Сириуса, выдохнула Эстель со слезами на глазах. Блэк понял всё, что она хотела сказать одним именем. Она не хочет его потерять. И Сириус тоже не хочет потерять единственного друга. Гарри тем временем снова крикнул:
— Что вы там лясы точите! Я же не могу целую вечность его удерживать!
Сириус быстро взглянул на Вольдеморта и обратно на Эстель. Та застыла перед ним в нерешительности. Эстель всегда можно было читать, как открытую книгу, и Сириус видел, что его кузину на части разрывает предстоящее решение. Сириус схватил её за плечи.
— Эсти, милая, у нас нет выбора! Это единственный шанс уничтожить Вольдеморта. Пойми, мы спасем миллионы жизней! И его жизнь тоже. Мы что-нибудь придумаем, чтобы обойти это проклятье. Клянусь, – девушка уже не сдерживала слёз, но сдавленно кивнула. Сириус почувствовал, как её дрожащие пальцы накрыли его руку, сжимающую рукоять меча, и они вместе подошли к Вольдеморту.
- Licet tu non caperebto renati, num tu cadebto in aetatis! — с каждым словом Сириуса меч поднимался всё выше и выше. Клинок слабо засветился золотым светом. Но когда вступил дрожащий, но решительный голос Эстель, клинок будто взорвался ослепительным синим сиянием:
- Mors tuus fortuna est, tuus fatum est! – и они обрушили удар прямо в сердце Вольдеморта.
Синяя молния прошла через все тело Вольдеморта, разделяясь на отдельные веточки. Свечение ударило в глаза Трикетре. Все волшебники остановились. Казалось, время замерло, даже бушевавшая гроза стихла. Синева накрыла Вольдеморта плотным панцирем, который тут же взорвался и рассеялся неизвестно откуда взявшимся ветром.
Вольдеморт сгинул в небытие.
Многие Пожиратели в неверии и ужасе упали на колени, но другие ещё ожесточеннее набросились на орденистов. Эстель отшатнулась от места, где несколько секунд назад лежал один из величайших чёрных магов в истории. Её глаза, полные слёз, встретились с глазами Рэма, который подбежал к ней. Люпин взял её за руку, но она боязливо откинула её и побежала прочь из тронного зала.
— Эстель! – крикнул вслед Люпин и обратился к Сириусу: – В чём дело? Мы же победили!
Сириус уже открыл рот, но в воздухе появился призрачный силуэт Константы.
— Ты прав, Сменобраз. Зло ушло. Трикетра свободна.
Орденисты, справившиеся с Пожирателями, с благоговением глядели на колдунью. Та продолжала:
— Каждого из вас ждёт награда. Исполнится то, о чём вы мечтаете в самом глубоком уголке вашего сердца, – она тепло улыбнулась. – Частица силы Жизни всегда будет с тобой, Гарри Поттер. Это твой дар. А ты, Сириус Блэк, сохранишь в себе Глас, связывающий тебя с самыми дорогими людьми.
— Но Эстель убежала, – сказал Люпин. – Что же будет с ней?
— Она несчастна, – произнесла Константа. – Никому нельзя желать её нынешней участи. Ей нужна поддержка и солнце, которое сможет осветить её мрачную душу. Иди... – многозначительно сказала она Рэму.
— Теперь я могу отправиться к предкам. Прощайте, мои потомки! Пусть ваши деяния переживут славу о подвигах Древних Дней!
Константа медленно растворилась в воздухе, а Рэм под радостные возгласы и смех ринулся искать Эстель.
***
Deep in the dark, you'll surrender your heart
Don't you know, don't you know that you
Can't fight the moonlight
It's gonna get to your heart
Внезапная яркая вспышка молнии заставила Люпина на мгновение зажмуриться. Раскаты грома раскраивали черное небо напополам, а сквозь пелену ливня почти ничего не было видно. Черный трансильванский лес клонился к земле нещадным ветром. Рэм поставил руку козырьком к лицу и зашагал, вглядываясь во мглу. Сердце его учащённо билось. Наконец, возле обрыва он увидел Эстель, сжавшуюся в комочек. Рэм поспешил к ней.
Она стояла, не двигаясь и обняв себя руками. Рэм присел рядом. Девушка не отреагировала. По её лицу текли капли, но Рэм был уверен, что это не слёзы, а всего лишь дождь. Молнии освещали её бледное лицо.
— Эстель... – негромко произнёс он и положил руку на её спину, пытаясь успокоить.
— Я всегда плачу, когда мне плохо. А теперь не хочу. И не могу. Конечно, было бы хорошо снова уткнуться тебе в плечо и рассказать обо всех своих проблемах, но, боюсь, в этот раз я утешения не найду.
Кто я, Рэм? Всю жизнь я искала ответ на этот вопрос. Хваталась за каждую ниточку, пыталась вытрясти из родителей любую подробность. А теперь я нашла свои корни. Моими предками были тёмные волшебники, которые были на стороне Вольдеморта. Но, более того, я оказалась права, что несу всем только смерть. Сначала мои родители...
— Эстель, ты не можешь винить себя...
— Но виновата я! Только я! – Эстель вскочила со скамейки и закрыла лицо руками. – Я ведь Несущая Смерть!
— Но это не значит, что ты...
— Я прочитала тетрадь, в которой было написано про Проклятого Смертью. Он принесет смерть тому, кого любит. Я не хочу быть такой. Я бессмертна. Я буду видеть, как умирают мои близкие, и более того, я буду причиной их смерти. Лучше я сама умру. Я не хочу, чтобы погиб кто-то ещё. Только не ты, – прошептала она и с этими словами бросилась к пропасти.
Сердце Рэма ухнуло и упало куда-то в район пяток. Волна страха и ужаса обдала его тело. Он рывком подался вслед за девушкой и, схватив её за руку, грубо потянул назад. Он не рассчитал силу, и она врезалась в него и инстинктивно ухватилась за его мокрую рубашку, чтобы не упасть.
— Ты с ума сошла, Эстель?! – Рэм встряхнул её за плечи.
Девушка не ответила, а как-то странно взглянула на Рэма. Теперь в её взгляде не было прежнего холода. В её глазах были капелька удивления, искорка недоверия и испуг. Она боялась не его — она боялась себя. Её тёплое дыхание было прерывистым и обжигало холодную кожу Рэма. Эстель была так близко, что Рэм мог разглядеть каждую черточку её лица, его взгляд растворялся в её глазах: они манили своей глубиной, таили в себе неизведанную опасность и безмерное отчаяние. Она была проклята судьбой, также как и он сам. Всё стало на свои места, все кусочки мозаики сложились в цельную картинку... Рэм забыл о том, что они всё ещё стоят у обрыва, не думал о том, что их ищет Сириус, не вспоминал о том, сколько лет разделяют их, и что они стоят под проливным дождём. Вечная война разума с чувствами в его душе на этот раз не увенчалась успехом: разум свернул свои знамёна и вытащил белый флаг. Каждый удар его сердца будто отбойными молотками отдавался в его ушах, горячая волна разлилась по всему телу... Для него в этом мире осталась лишь девушка, которую он сжимал в объятьях. Рэм медленно наклонился к ней и поцеловал в мокрые губы.
Перед его закрытыми глазами вспыхнули мириады ярких звёздочек, страсть, спящая в его душе до настоящего времени, вспыхнула ярким пламенем и вылилась в прикосновение губ. В один миг Рэм подумал, что она может испугаться и оттолкнуть его, дерзкого оборотня, посмевшего сорвать поцелуй с её невинных уст. Но когда Рэм почувствовал, как её руки нерешительно двинулись по его плечам, как она осторожно прикоснулась пальцами к его щеке и робко ответила на поцелуй, его руки двинулись вниз по её спине, ещё крепче прижимая её к себе.
Мгновение показалось Рэму вечностью, наполненной лишь её слабыми вздохами и невероятным чувством, наполняющим каждую клеточку его тела – любовью. Измученная душа Рэма наконец нашла себе приют и покой. Она запела, и песня её была прекрасней, чем голос феникса. Даже волк в его душе, казалось, превратился в ручного щенка. Потому что он нашёл её. На краю пропасти, под проливным дождём. Слова Сириуса были пророческими – двое лунатиков отыскали друг друга.
Глава 16. Untitled
Гарри осторожно ступал по затхлым каменным коридорам замка в сопровождении Ордена Феникса. Рядом с ним шагали Сириус и Рон. Гарри даже удивился, насколько спокоен он был. Юноша всем своим нутром чувствовал, как сила Жизни наполняет каждую клеточку его тела решительностью и отвагой.
«Впереди тебя ждёт битва, Гарри. Ты сразишься с заклятым врагом, но не забудь, что без друзей ты не победишь»
Гарри слегка улыбнулся, услышав голос Константы.
«Это просто... волшебно! Я уверен в своей силе, Константа. Никогда я не чувствовал себя таким свободным. Я знаю, что могу сделать все, что захочу! Ничто меня не остановит!»
«Осторожнее, Гарри Поттер, – с легким беспокойством ответила волшебница, – в тебе звучит Глас Силы. Все союзники Трикетры услышат его, но у каждой силы он разный. Не слишком увлекайся Гласом, иначе ты полностью лишишься страха»
«Но что плохого в том, что я не буду бояться?» – возразил Гарри.
«Абсолютное бесстрашие может быть ещё хуже, чем страх. Ты забудешь о всякой осторожности, станешь поступать безрассудно и, быть может, поставишь под удар жизни тех, кого любишь».
Константа замолчала, и Гарри остался наедине со своими мыслями. Юноша взглянул на Сириуса. Тот поинтересовался:
— Она разговаривала с тобой, да?
Гарри кивнул.
— Константа предупредила меня о Гласе Силы. Ты слышишь его?
Сириус отрицательно покачал головой.
— Пока нет. И, надеюсь, не услышу. Не хочется, чтобы мной управляла какая-то третья сила.
— Осторожно! – внезапно вскрикнула Тонкс.
Из-за угла высыпали около полста слуг Вольдеморта в масках. Воздух взорвался разноцветными лучами заклинаний.
— Авада Кедавра! – два голоса Пожирателей слились в один, и у Старгиса не было шанса избежать проклятья. Артур Уизли крикнул: «О нет!» и в сердцах ответил красной вспышкой Экспеллиармус Ацербус.
— Круцио! – прохрипел женский голос.
— Ступефай! – резкий взмах палочки Чарли послал заклинание в противницу. Та увернулась, но маска спала с её лица.
Сириус, увернувшись от очередного проклятья, увидел лицо этой женщины. Той, которая отправила его в путешествие за Арку. Беллатрикс.
— Ты-ы-ы... – протянула она, застыв на месте от удивления и ужаса.
— Я, – с ненавистью подтвердил Сириус и выбросил вперёд руку: – Перкуссура!
Беллатрикс с силой впечатало в стену. Она рухнула на пол без сознания.
— Теперь мы рассчитаемся, – проговорил Сириус, став над ней...
Гарри только успевал посылать заклинания налево-направо. Петрификус Тоталус, Импендимента, Ступефай... Почти рядом с ним Дамблдор взял под защиту раненую Эммелину Вэнс, возведя над нею молочно-белый защитный экран. Юноша услышал низкий голос позади себя:
— Авада Кедавра!
Гарри молниеносно оглянулся и увидел, как прямо в него летит зеленый луч...
Рон рывком оттолкнул Гарри и выставил руки в жесте, похожем на крылья птицы. Заклинание отразилось прямо в Пожирателя.
— Спасибо, – пробормотал Гарри.
— Не за что, – отозвался Рон, помогая Гарри подняться.
— Зря я в последнее время забросил Магию Жеста, – пробормотал Гарри.
Вскоре нападавшие были нейтрализованы.
— Это только начало, – переводя дух, сказал Сириус. – Чёрт бы их всех побрал! Уложили Старгиса...
— Интересно, как там Эстель и Рэм? – вздохнула Тонкс, вытирая кровь со лба. Чарли приблизился к ней.
— Может, мне залечить твою рану?
Тонкс махнула рукой.
— Пустяки, это просто царапина. Не трать силы. Если останется шрам, я даже буду рада. Будет память о боевых подвигах, – девушка пожала плечами. – Во всяком случае, я в любой момент могу его убрать.
— Я чувствую её зов о помощи, – тихо сообщил Сириус крестнику.
— Тогда иди к ним! – воскликнул юноша.
— А как же вы...
— Мы справимся, скорей! – поторопил крестного Гарри.
Сириус нахмурился, но быстрым шагом направился в сторону подземелий.
***
— Рэмус, – оскалился Червехвост.
— Питер, – с недоброй улыбкой произнёс Рэм. Он вцепился в палочку, приковав взгляд к Петтигрю. Видно было, что на вольных хлебах у Вольдеморта Хвост вновь приобрёл солидную фигуру.
— А это, как я полагаю, сама Смерть, – издевательски произнёс Червехвост. – Я уже чувствую её холодящее дыхание...
С этими словами он медленно приближался к паре. Люпин не сводил глаз с Петтигрю, следя за каждым его движением и просчитывая возможные варианты событий. Здесь его волчьи инстинкты были как нельзя кстати. А Питер продолжал:
— До чего глупы были эти колдуны – чтобы жалкая маггла победила великого Лорда!
Эстель вспыхнула и вышла из-за спины Рэма.
— Не называй меня так, ничтожество! Я всё знаю – ты мерзкий червь, убил стольких людей!..
— Флиппиндо! – с раздражением произнёс Петтигрю. Девушку откинуло в сторону. Приземлившись на пол, она застонала от боли.
— Ступефай! – решил напасть Люпин.
— Экспеллиармус! – отозвался Питер, и палочка Рэма уплыла по воздуху в руки к Хвосту. – Обидно, да?
Люпин лихорадочно соображал, что ему предпринять. Смерть от руки Питера не входила в его планы. И в полумраке Люпин даже не различил – скорее почувствовал движение серебряной руки Червехвоста. Он схватил Рэма за горло и приподнял над землёй. Кожу Рэма обожгло прикосновение смертоносного металла. Люпин начал задыхаться от удушья и боли.
Эстель, как дикая кошка, с криком прыгнула на спину толстяка. Тот опустил Рэма, который бессильно съехал на пол, судорожно откашливаясь.
— Авада Кедавра! – разозлённо выкрикнул Петтигрю, но его голос слился с другим, полным ненависти:
— Ступефай!
Стремительное Оглушающее заклинание настигло Червехвоста со спины, и он упал ничком на холодный пол. Однако его заклинание достигло цели.
— Эстель! – прохрипел Рэм и бросился к девушке, распластавшейся на полу. Появившийся Сириус мгновенно оценил ситуацию и вмиг оказался возле девушки. Рэм в отчаянии припал к её груди. Сердце не билось. Люпин встретился взглядом с Сириусом.
— Она не умерла, – прошептал он с диким взглядом. – Не умерла... – Люпин вскочил на ноги, отрицательно качая головой.
— Рэм... – Сириус закусил губу и перевёл взгляд на Эстель.
— Она мертва! Почему? За что, Господи?!
— Рэм, – нахмурившись, позвал Сириус.
— Всё из-за меня, виноват только я...
— Да Рэм, послушай, в конце концов! – потрясенно крикнул Сириус. – Она же дышит!
— Как?.. – только и смог выдохнуть Рэм. Сириус достал палочку:
— Энервейт!
Эстель поморщилась и открыла глаза.
— Что случилось?
— В тебя попала Авада Кедавра, – ошеломленно сообщил Люпин.
Эстель побледнела.
— Но ведь после него смерть неизбежна!
— Наверное, – предположил Блэк, – тебя нельзя убить. Ты сама – Смерть. Смерть никогда не прекратит своего существования.
Эстель молча выслушала Сириуса и с его помощью поднялась на ноги.
— Мы должны найти Гарри, – напомнил Люпин.
— Он назвал меня жалкой магглой! – возмущенно процедила Эстель. – Во мне сила, которая во сто крат больше его магических способностей!
— Успокойся, девочка моя, всё хорошо, – на автомате ответил Люпин, всё ещё в шоке от нового открытия.
— А этого... – с отвращением произнёс Сириус, взглянув на Червехвоста, – мы оставим вот здесь.
С этими словами Блэк — на всякий пожарный – наложил на Петтигрю штуки три Связывающих заклинаний и запер в одной из темниц, опечатав её Анти-Аппарационным заклинанием.
— Указуй! – произнёс Люпин, и они втроём двинулись на поиски остальных.
***
Гарри вела неведомая сила. Коридоры замка сменялись узкими винтовыми лестницами, стены их были покрыты влажной плесенью, а по бокам виднелись десятки наглухо закрытых дубовых дверей, но Гарри упорно шёл в непонятном направлении в полной уверенности, что скоро он достигнет своей цели.
На их пути не появилось ни одного Пожирателя Смерти. Перед очередной лестницей Гарри остановился и твёрдо произнёс:
— Дальше я пойду один. Не идите за мной.
— Но Гарри...
— Нет, Рон, – не поворачиваясь, покачал головой Гарри, – это моя битва.
— Мы ведь пришли, чтобы помочь тебе...
— Я знаю, Тонкс, но теперь я должен идти один.
— Это опасно, сынок! Мы прикроем тебя...
— Миссис Уизли, спасибо вам за заботу, – с искренней благодарностью отвечал Гарри, – но...
— Ступай, Гарри, – спокойно произнёс Дамблдор. – Теперь наши судьбы в твоих руках. Только будь осторожен, пока рядом нет союзников – ты не всесилен.
— Спасибо, – юноша обернулся и улыбнулся на прощание. Рон крепко обнял друга на прощание, и Гарри начал подниматься по темной лестнице.
Ступеньки вывели его к огромному холлу – Гарри скорее назвал бы его залом. Шрам Гарри ныл с самого полёта на драконе, а сейчас он просто пылал огнём. Гарри остановился перед громадными дверьми. «Встречай своего врага», – прошептала Константа и покинула разум юноши.
— Алохомора, – робко произнёс Гарри.
Двери со скрипом, разрезавшим звенящую тишину, отворились. Гарри, вскинув голову, осторожно прошёл внутрь.
Если холл показался Гарри огромным, то зала была раз в пять больше. На огромные окна были задвинуты тяжёлые черные шторы, стены были увешаны старыми картинами, краска с которых стёрлась, везде стояли громоздкие канделябры с десятками свечей. На огромном кресле восседал Лорд Вольдеморт.
— Гарри Поттер, – почти приветливо произнёс Вольдеморт, – ты до отвращения предсказуем. Летишь, как мотылёк на огонь, – Лорд слегка взмахнул палочкой, и двери залы закрылись аккурат перед носом Сириуса. Гарри исподлобья взглянул на Вольдеморта. Несколько лет назад Гарри дрожал бы от страха, оказавшись с ним один на один, но сейчас такая встреча казалась юноше чем-то самим собой разумеющимся. Больше не было страха за себя и за других. Только шальная мысль пронеслась в его голове: «Жаль, если я вдруг умру и больше не увижу Гермиону». Глас Жизни в душе Гарри слился воедино со сладкой мыслью о мести Вольдеморту.
Лорд поднялся с кресла, но Гарри не отшатнулся ни на шаг.
— Ты такой же, как твой отец. Мнил из себя спасителя, непобедимого героя, – Лорд расхохотался высоким и зловещим смехом. – Ты полагаешь, что ваш союз сможет уничтожить меня?
— Добро всегда побеждает зло, – ответил Гарри.
— Добро... Зло... что вбил тебе в голову Дамблдор? Нет добра и зла, Гарри. Есть Сила. На чьей стороне Сила, тот и прав. Я не добро, но и не зло. Я – Сила. Власть. Могущество. Я поступаю так, как хочу. Мои интересы лежат за рамками добра и зла. Но, впрочем, я заговорился. Круцио.
Гарри только и ждал этого момента.
— Протего!
Как и два года назад, между палочками-близнецами возникла светящаяся нить. Вольдеморт досадливо выдохнул.
— Брось, у тебя всё равно ничего не выйдет! – смело крикнул Гарри, изо всех сил стараясь приблизить яркий шарик к палочке Вольдеморта.
— Ты мальчишка, молокосос!
— Нет, – покачал головой Гарри, – я Жизнь.
Сосредоточенно сдвинув брови, Гарри выбросил вперед руку, и золотой шар ударил в Вольдеморта. Тот не удержал равновесия и упал на пол.
Гарри встал над ним.
— Я – Жизнь. Я лишаю тебя силы, – не своим, глубоким голосом произнёс Гарри, раскинув руки в стороны и запрокинув голову. Из его тела вырвалось золотое сияние, наполнившее комнату... В нём растворился истошный вопль Вольдеморта...
***
Люпина с Блэками Орден встретил с большой радостью. Эстель сдержанно улыбалась в ответ на приветствия и молчала. Рэм был немного озадачен столь нехарактерным для неё поведением, но списал это на потрясение от мнимой гибели.
С ухода Гарри прошло уже около полчаса, и многие начали волноваться.
— Мы не хотели его отпускать, – взволнованно пожимала плечами Молли. – Но он говорил таким тоном, что никто не смог возразить.
— Это Глас Силы, – сказал Сириус, – ему невозможно перечить. Гарри самый сильный из Трикетры, поэтому он настолько могуществен.
— А что этот Глас шепчет тебе? – поинтересовался Люпин.
Сириус пожал плечами.
— У меня есть догадка... возможно, мой Глас – это связь с Эстель и Гарри, – он притих и будто прислушался. – Сейчас я чувствую, что Гарри в порядке. Но, думаю, нам лучше последовать за ним. Я поведу.
Сириус пошептался с Дамблдором, и Орден сдвинулся с места, следуя за Блэком.
Рэм с беспокойством поглядывал на Эстель. На её личике было совершенно несвойственное ей выражение: слегка нахмуренные брови, сжатые губы и холодный взгляд, которое то и дело сменялось на озадаченное и испуганное. Рэм лишь поморщился и продолжил идти. «Не каждый день узнаёшь, что ты бессмертен», – рассудил он.
Орденисты поднялись по лестнице и собрались в холле. Боковые двери, которые не заметил Гарри, казались незапертыми.
— Давайте проверим двери, – предложил Кингсли и подошёл к самым большим. – Заперто.
— Там Гарри, – сообщил Сириус. – Нужно открыть...
Блэк не договорил, так как из боковых дверей появились Пожиратели Смерти. Воздух снова наполнился магией, но его целостность разрывали только зелёные вспышки и выкрики «Авада Кедавра». Рэм привычно загородил Эстель, но она лишь расхохоталась, и у Люпина по коже прошел мороз. В этом смехе не было ни радости, ни удовольствия – только холодное ликование. Она пошла прямо на Пожирателей, которые направили свои палочки на неё. Но Убийственные проклятья лишь ударяли в неё, словно теннисные мячики. Пожиратели с недоумением переводили взгляды со своих палочек на девушку и обратно. Их замешательством воспользовались маги, направляя нейтрализующие заклинания.
Близнецы Уизли с ошеломлением и трепетом взирали на Эстель. Джордж торжественно прошептал:
— Эстель Блэк, Побеждающая Смерть!
Эстель безразлично взглянула на Джорджа и, заправив за ухо прядь волос, повернулась к Сириусу.
— Я упиваюсь своим бессмертием, – с насмешкой пояснила она. – К тому же, – добавила она с переменой в голосе, – нужно было отвлечь внимание от вас.
— Конечно, – растерянно кивнул Люпин, пристально вглядываясь в глаза Эстель. Что-то в ней было не так, он это чувствовал.
— Скорее, мы должны выполнить своё предназначение, – произнесла Эстель и, потянув кузена за рукав, двинулась к дверям огромной залы.
— Что-то ты чересчур рьяно относишься к миссии, – шутливо-подозрительно произнёс Сириус, отражая летящие в него заклинания.
— Многие сильные побеждены бывают немощными, – певуче ответила Эстель, взглянув Сириусу в глаза. – Мы свергнем зло с его трона.
Люпин, последовавший за ними обменялся недоумевающим взглядом с Блэком и пошел вслед за Эстель.
Перед дверьми залы встала шеренга Пожирателей. Элита. Рэм узнал братьев Лестранг, Нотта, Эйвери и МакНейра.
— Мой Лорд рассказал о вашем союзе, – словно выплюнул Рудольфус. – Надо же, не зря Гойл кокнул ту человекоптичку.
Эстель побледнела и задрожала.
— Я отомщу!.. Меня вам не убить, – прошипела Эстель и вытянула руку. Сириус содрогнулся от ощущения липкого ужаса, окатившего его тело. Словно рядом был дементор, даже хуже. А Люпин испуганно наблюдал за тем, как от руки Эстель исходит густая дымка, дыхание смерти...
— Нет! – Рэм рывком опустил её руку, а Сириус вместе с близнецами уложили Пожирателей.
Эстель гневно взглянула в глаза Рэму. Мужчина невольно отступил назад. Это была не его Эстель, это была... Несущая Смерть. Она вырвала руку и изо всех сил толкнула тяжёлые двери, которые не поддались. Сириус, поморщившись, попробовал наложить Алохомору.
Из-за открывшейся двери вырвалось ослепительное сияние, заставившее всех зажмуриться или отвести глаза.
Когда свечение потухло, орденисты смогли различить скорчившуюся на полу фигуру Вольдеморта. По всему телу его словно связывали веревки из золотого света.
Оставшиеся в живых Пожиратели бросились на защиту Лорда, но не могли совладать со слаженной работой Ордена Феникса.
Сириус вытащил меч и, оценив ситуацию, подбежал к Гарри. Эстель на удивление не ринулась за ним, а застыла на пороге. Люпин, уворачиваясь от заклинаний, оказался далеко от девушки. Она нерешительно приблизилась к Сириусу и Гарри. Юноша повернулся к Сириусу:
— Теперь ваш черёд. Он скован, но в любой момент может вырваться.
— Ну же, Эстель! – дёрнул её за руку Сириус, но девушка стала отбиваться. Блэк взглянул в её глаза и понял, что Глас Смерти, завладевший её рассудком и подпитываемый желанием мести магам, отступил. Но почему, Сириус мог только гадать.
— Я не могу, Сириус! Ты не понимаешь! Я читала тетрадь... Если я кого-нибудь убью, то проклятье вырвется и следующей жертвой будет тот, кого я люблю!
— Что за глупость?! – в сердцах выкрикнул Гарри.
— Рэм... – не отводя глаз от Сириуса, выдохнула Эстель со слезами на глазах. Блэк понял всё, что она хотела сказать одним именем. Она не хочет его потерять. И Сириус тоже не хочет потерять единственного друга. Гарри тем временем снова крикнул:
— Что вы там лясы точите! Я же не могу целую вечность его удерживать!
Сириус быстро взглянул на Вольдеморта и обратно на Эстель. Та застыла перед ним в нерешительности. Эстель всегда можно было читать, как открытую книгу, и Сириус видел, что его кузину на части разрывает предстоящее решение. Сириус схватил её за плечи.
— Эсти, милая, у нас нет выбора! Это единственный шанс уничтожить Вольдеморта. Пойми, мы спасем миллионы жизней! И его жизнь тоже. Мы что-нибудь придумаем, чтобы обойти это проклятье. Клянусь, – девушка уже не сдерживала слёз, но сдавленно кивнула. Сириус почувствовал, как её дрожащие пальцы накрыли его руку, сжимающую рукоять меча, и они вместе подошли к Вольдеморту.
- Licet tu non caperebto renati, num tu cadebto in aetatis! — с каждым словом Сириуса меч поднимался всё выше и выше. Клинок слабо засветился золотым светом. Но когда вступил дрожащий, но решительный голос Эстель, клинок будто взорвался ослепительным синим сиянием:
- Mors tuus fortuna est, tuus fatum est! – и они обрушили удар прямо в сердце Вольдеморта.
Синяя молния прошла через все тело Вольдеморта, разделяясь на отдельные веточки. Свечение ударило в глаза Трикетре. Все волшебники остановились. Казалось, время замерло, даже бушевавшая гроза стихла. Синева накрыла Вольдеморта плотным панцирем, который тут же взорвался и рассеялся неизвестно откуда взявшимся ветром.
Вольдеморт сгинул в небытие.
Многие Пожиратели в неверии и ужасе упали на колени, но другие ещё ожесточеннее набросились на орденистов. Эстель отшатнулась от места, где несколько секунд назад лежал один из величайших чёрных магов в истории. Её глаза, полные слёз, встретились с глазами Рэма, который подбежал к ней. Люпин взял её за руку, но она боязливо откинула её и побежала прочь из тронного зала.
— Эстель! – крикнул вслед Люпин и обратился к Сириусу: – В чём дело? Мы же победили!
Сириус уже открыл рот, но в воздухе появился призрачный силуэт Константы.
— Ты прав, Сменобраз. Зло ушло. Трикетра свободна.
Орденисты, справившиеся с Пожирателями, с благоговением глядели на колдунью. Та продолжала:
— Каждого из вас ждёт награда. Исполнится то, о чём вы мечтаете в самом глубоком уголке вашего сердца, – она тепло улыбнулась. – Частица силы Жизни всегда будет с тобой, Гарри Поттер. Это твой дар. А ты, Сириус Блэк, сохранишь в себе Глас, связывающий тебя с самыми дорогими людьми.
— Но Эстель убежала, – сказал Люпин. – Что же будет с ней?
— Она несчастна, – произнесла Константа. – Никому нельзя желать её нынешней участи. Ей нужна поддержка и солнце, которое сможет осветить её мрачную душу. Иди... – многозначительно сказала она Рэму.
— Теперь я могу отправиться к предкам. Прощайте, мои потомки! Пусть ваши деяния переживут славу о подвигах Древних Дней!
Константа медленно растворилась в воздухе, а Рэм под радостные возгласы и смех ринулся искать Эстель.
***
Deep in the dark, you'll surrender your heart
Don't you know, don't you know that you
Can't fight the moonlight
It's gonna get to your heart
Внезапная яркая вспышка молнии заставила Люпина на мгновение зажмуриться. Раскаты грома раскраивали черное небо напополам, а сквозь пелену ливня почти ничего не было видно. Черный трансильванский лес клонился к земле нещадным ветром. Рэм поставил руку козырьком к лицу и зашагал, вглядываясь во мглу. Сердце его учащённо билось. Наконец, возле обрыва он увидел Эстель, сжавшуюся в комочек. Рэм поспешил к ней.
Она стояла, не двигаясь и обняв себя руками. Рэм присел рядом. Девушка не отреагировала. По её лицу текли капли, но Рэм был уверен, что это не слёзы, а всего лишь дождь. Молнии освещали её бледное лицо.
— Эстель... – негромко произнёс он и положил руку на её спину, пытаясь успокоить.
— Я всегда плачу, когда мне плохо. А теперь не хочу. И не могу. Конечно, было бы хорошо снова уткнуться тебе в плечо и рассказать обо всех своих проблемах, но, боюсь, в этот раз я утешения не найду.
Кто я, Рэм? Всю жизнь я искала ответ на этот вопрос. Хваталась за каждую ниточку, пыталась вытрясти из родителей любую подробность. А теперь я нашла свои корни. Моими предками были тёмные волшебники, которые были на стороне Вольдеморта. Но, более того, я оказалась права, что несу всем только смерть. Сначала мои родители...
— Эстель, ты не можешь винить себя...
— Но виновата я! Только я! – Эстель вскочила со скамейки и закрыла лицо руками. – Я ведь Несущая Смерть!
— Но это не значит, что ты...
— Я прочитала тетрадь, в которой было написано про Проклятого Смертью. Он принесет смерть тому, кого любит. Я не хочу быть такой. Я бессмертна. Я буду видеть, как умирают мои близкие, и более того, я буду причиной их смерти. Лучше я сама умру. Я не хочу, чтобы погиб кто-то ещё. Только не ты, – прошептала она и с этими словами бросилась к пропасти.
Сердце Рэма ухнуло и упало куда-то в район пяток. Волна страха и ужаса обдала его тело. Он рывком подался вслед за девушкой и, схватив её за руку, грубо потянул назад. Он не рассчитал силу, и она врезалась в него и инстинктивно ухватилась за его мокрую рубашку, чтобы не упасть.
— Ты с ума сошла, Эстель?! – Рэм встряхнул её за плечи.
Девушка не ответила, а как-то странно взглянула на Рэма. Теперь в её взгляде не было прежнего холода. В её глазах были капелька удивления, искорка недоверия и испуг. Она боялась не его — она боялась себя. Её тёплое дыхание было прерывистым и обжигало холодную кожу Рэма. Эстель была так близко, что Рэм мог разглядеть каждую черточку её лица, его взгляд растворялся в её глазах: они манили своей глубиной, таили в себе неизведанную опасность и безмерное отчаяние. Она была проклята судьбой, также как и он сам. Всё стало на свои места, все кусочки мозаики сложились в цельную картинку... Рэм забыл о том, что они всё ещё стоят у обрыва, не думал о том, что их ищет Сириус, не вспоминал о том, сколько лет разделяют их, и что они стоят под проливным дождём. Вечная война разума с чувствами в его душе на этот раз не увенчалась успехом: разум свернул свои знамёна и вытащил белый флаг. Каждый удар его сердца будто отбойными молотками отдавался в его ушах, горячая волна разлилась по всему телу... Для него в этом мире осталась лишь девушка, которую он сжимал в объятьях. Рэм медленно наклонился к ней и поцеловал в мокрые губы.
Перед его закрытыми глазами вспыхнули мириады ярких звёздочек, страсть, спящая в его душе до настоящего времени, вспыхнула ярким пламенем и вылилась в прикосновение губ. В один миг Рэм подумал, что она может испугаться и оттолкнуть его, дерзкого оборотня, посмевшего сорвать поцелуй с её невинных уст. Но когда Рэм почувствовал, как её руки нерешительно двинулись по его плечам, как она осторожно прикоснулась пальцами к его щеке и робко ответила на поцелуй, его руки двинулись вниз по её спине, ещё крепче прижимая её к себе.
Мгновение показалось Рэму вечностью, наполненной лишь её слабыми вздохами и невероятным чувством, наполняющим каждую клеточку его тела – любовью. Измученная душа Рэма наконец нашла себе приют и покой. Она запела, и песня её была прекрасней, чем голос феникса. Даже волк в его душе, казалось, превратился в ручного щенка. Потому что он нашёл её. На краю пропасти, под проливным дождём. Слова Сириуса были пророческими – двое лунатиков отыскали друг друга.
Главы мы обзовем, не волнуйся.