Ангелы с кровью на губах.

[del]

Из тьмы древности моего бытия я достаю этот недописанный рассказ и даже думаю его продолжать... Dofin просто сошел с ума... Итак, написано оно больше полутора лет назад... От того, как оно написано меня тошнит. Но я же сошел с ума! Значит будем вешать. Хекх. =)

Условно первая глава.

Кто он был? Я не знаю, чем он был на самом деле. Нет, я знаю. Он тот, ради которого я приняла главное решение в своей жизни. И теперь я другая…

Я такая, как и все девушки, как отталкивающе и банально это бы не звучало… Вернее стараюсь казаться типичной, но на самом деле - другая. В этом обществе нельзя не лицемерить, быть собой: приходиться ходить на дискотеки, намазывать лицо вульгарным слоем косметики, курить и вообще, вести себя как потаскуха. Бороться с этим невозможно, как и плыть против течения. Иначе останешься совсем одна, выпадешь из этого пропитанного грязью общества. А я боюсь оставаться одна, это нервное, тоскливое чувство. Кажется, будто все бросили, отказались от тебя. И ты снова сидишь посреди своей мрачной комнаты на полу и представляешь, будто вокруг кружатся стеклянные, разноцветные бабочки, осыпают тебя мелкими, мерцающими во тьме искрами. Но всё это лишь мираж, созданный твоим воображением, сознанием, старающимся бороться с действительностью. Но я редко бываю одна. Лучше с ними, с бестолковыми подругами проводить время в клубах и на вечеринках, где к тебе постоянно клеятся какие-то однотипные парни с одинаковыми рожами, над которыми в детстве усердно работали кирпичом. Таков наш город. Без права на индивидуальность. Везде – ГОСТ и порядок. И иначе никак.
И в то утро всё началось как обычно. Встала, сползла с кровати. Очень хотелось спать. Где одежда? А, в углу. Точно!
Нехотя одевшись, я пошла на кухню, надеясь получить там завтрак, а получила, как всегда глухие упрёки мамы, что, типа, ложиться надо раньше. А что если я не сплю? Не хочу спать. Что если тёмными ночами я лежу в своей кровати и думаю, отдыхаю от этого всего, что мне осточертело? Мечтаю. Мечтаю о том, что, возможно когда–нибудь, в будущем, встречу хоть одного человека, который в душе так –же одинок, который поймёт меня. И… Полюбит. И мы будем жить с ним без забот долго и счастливо, и всё будет прекрасно. ОН будет дарить мне цветы и игрушки. Цветы Калы, он будет дарить белоснежные Калы, мои любимые. Этот человек будет любить меня и подарит плюшевого медвежонка. Такого же теплого, как и он. А ещё будет писать мне стихи, и делать всё только для меня. Жаль, это всего- лишь призрачная мечта. Мечта, которой не суждено сбыться.
Думаю, о прекрасном принце в душе мечтает каждая, но… Жизнь нам не друг, она кидает и бросает и, врятли ты когда – нибудь найдёшь в ней настоящее счастье. Тем более мне это не суждено. Иногда кажется, что я лучше их, других. Но если бы была лучше, они принимали меня как лучшую. Напротив, если я откроюсь им… Выпаду как кривой зуб.
Сегодня, в тот самый день, посуливший началом переворота всей жизни, так и случилось… Кое – как поев, я пошла в школу, отучилась там ещё один типовой день и, наполненная подавленным настроением, поплелась домой. По дороге, на краю дома меня подловили подружки и потащили к кому-то в гости. Делать было нечего, всё равно дома – одна скукота. Не задумываясь, пошла с ними. Шли недолго, Марина, у которой намечался праздник по какому-то там символическому случаю, жила в конце улицы. Собственно, Марину эту я даже и не знала. Стараясь смеяться под тупые и пошлые шутки подружек, я поднялась с ними на девятый этаж и завалилась в просторную двухкомнатную квартиру, где уже бушевало веселье. Кто – то дрыгался под дребедень, которую сложно было назвать музыкой, кто – то сидел за столом и хлестал вино. Парни в углу глушили водку. Здесь, как на всех вечеринках было шумно и, стало понятно, что долго я не выдержу. Усадили за стол, налили бокал, навалили в тарелку малосъедобного салату и начали втягивать в какой-то туповатый разговор. Мне ничего не оставалось, как поддакивать. Через пару часов парни начали курить какую-то дурь и какой-то подвыпивший хмырь начал ко мне клеиться, правда я сумела его отогнать. Дабы снова не стать объектом домогательств, я приняла решение уйти в другую комнату где, как мне показалось, никого не было. Открыв дверь, я обалдела. Трудно описать, что за картину я там увидела, но, вкратце парень по очереди трахал двух вусмерть пьяных девиц. Увидев меня, он, ничуть не смутившись, поманил пальцем. Я в спешке ретировалась в большую комнату, где проходило основное веселье. Тут как оказалось, все уже еле держались на ногах и многие, как было видно, собирались устроить то – же самое, что и те, в комнате.
Тут стало ясно, что пора сваливать. Разумеется, я была не настолько пьяна, чтобы плохо соображать и, подхватив плащ, пошла к входной двери. Тут меня поймал незнакомый пацан.
- Слышь, ты, су**а, сейчас тебе будет весело! - еле связно пробормотал языком он и криво улыбнулся.
Я резко метнулась к двери, но этот маньяк успел меня поймать.
- Сволочь, ты куда? Не рыпайся!
Парень, от которого страшно несло перегаром и травкой, был выше, старше и гораздо сильнее меня. Рывком он потащил меня на кухню. Пыталась вырваться, кричала, но тщетно. Смахнув всё с кухонного стола, он повалил меня на спину и начал стягивать с моих ног колготки. Я была в ужасе, но вырваться не могла и со всей мочи закричала: «На помощь», правда этот крик никто не услышал. Неожиданно, моя дрожащая от страха рука, нащупала кухонный нож, схватила его и со всего размаху всадила его маньяку в ключицу. Тот взвыл и отпустил меня. Рана оказалась неглубокой, но я успела воспользоваться замешательством, выскочила на лестницу и, громко цокая каблуками, побежала вниз.
Домой вернулась поздно и, наконец, поняла, что так больше нельзя. Я всегда засыпаю ночами, даже если очень плохо, но эту ночь я уснуть не могла. Я не знала, что завтра мне скажут в школе и что вообще будет дальше…
Утром мои опасения оправдались. Одноклассники и подружки смотрели на меня бешеными глазами и перешептывались, а моя, как я думала лучшая подруга, покрутила пальцем у виска и сказала: «Ты чё, б**, совсем шизанутая? Он всего лишь пошутил, а ты его ножом зарезать хотела. О*** совсем?»
Не найдя ничего ответить, я лишь молча отвела взгляд.
- Всё, подруга, ты больше не с нами! – заявила она и я поняла, что теперь осталась абсолютно одна.
После уроков совсем не хотелось идти домой… Бродила по мрачным, осенним улицам безлюдного города до ночи, напилась, хоть раньше никогда этого не делала. Алкоголь не помогал. Кто – то однажды сказал, что люди напиваются с горя лишь для того, чтобы лишний раз выпить; облегчения это не приносит. Этот человек был прав. На душе лежала непроглядная серая тоска и грусть. Грязные, тёмные улочки родного района ещё больше толкали меня в засасывающий котлован депрессии. Наверное, было уже далеко заполночь, я совсем устала и решила вернуться домой. Разумеется, меня спохватились, и я не хотела скандала с родителями, который выбил бы меня из колеи ещё больше.
Усталая, заплаканная, я брела по району. Мне было плевать, что по городу шастает маньяк, убивший уже семерых за месяц. Многие думали, что этот человек просто сумасшедший. Преступник ломал жертвам шеи, а после перерезал лезвием глотки этим несчастным, затем выпускал из них кровь. Трупы всегда находили уже оцепеневшими, под утро, он убивал только ночью. На тела не находили ни следов борьбы, ни ссадин ни ушибов. Маньяк действовал чисто и быстро, как настоящий профессионал. Сейчас я, возможно, встретилась бы с ним лицом к лицу, спокойно посмотрела в его глаза и промолвила: «Убивай, коли не жалко». Но, неожиданно мне стало не по себе. На улице не было ни души, откуда – то повеяло зябким и тревожным холодом. Ускорила шаг, медленно переходя на бег. Наконец я бежала, рвалась вперёд, домой, а ветер преследовал меня. Наконец, он исчез в никуда, развеялся по закоулкам. Видимо, мне удалось его обогнать и я, чуть успокоившись, остановилась отдышаться в переулке. Страх не проходил Холодный озноб исчез, но лёгкий ветерок всё ещё ласково раскачивал полы моего осеннего плаща… Ласково, но холодно, как убийца, нежно обращающийся со своей несчастной жертвой, чтобы та не поняла его истинных намерений, а потом маньяк так-же нежно убивает её...
Я стояла там и уже не хотелось бежать... Обессилить, сползти по стене вниз, на асфальт, упасть лицом вниз и тихо плакать, чтобы мои солёные слёзы смешались с лужами унылого осеннего дождя… Я мечтала, чтобы моё лицо растворилось в этой мутной жидкости, а за ним и тело погрузилось в сон. Не желала более чувствовать. Ничего, ни боли, ни любви, ни ненависти.
Неожиданно я поняла, что ветер всё – таки догнал меня. И я снова ощутила его зябкое прикосновение. Моим сердцем вновь завладел лютый страх, как хищный волк он бросился на мою душу, и я стала всё дальше и дальше отступать в арку, что опоясывала дом.
Вдруг, мне пришлось резко переменить объект своего страха.
- Вот, шваль, мы и встретились с тобой! – злорадно проскрежетал чей – то голос.
Я обернулась. Предо мной стоял вчерашний совратитель, пытавшийся меня изнасиловать… Испуганная им больше, я начала отступать назад, навстречу ветру. Парня окружали ещё несколько явно не очень хорошо настроенных ко мне товарищей.
- Ну, теперь ты получишь, с***! Делайте с ней что хотите, только поменьше бейте, - скомандовал парень им, будто я была его рабыней.
Эти мерзавцы начали меня окружать со всех сторон. Первый сорвал с меня плащ и я осталась лишь в кофте и юбке. Второй схватил за ворот и резко дёрнул на себя… Перламутровые пуговицы, ранее принадлежавшие моей кофточке, со стеклянным звоном посыпались на асфальт. Мне даже страшно было пытаться вырваться: знала, что это бесполезно. Третий ублюдок сорвал с меня юбку и я осталась там в нижнем белье и туфлях, мёрзнув на ледяном ветре, что становился всё ужаснее. Ветер окутывал меня морозной дымкой.
За этим последовала некоторая пауза. Насильники остановились, разглядывая моё тело. Наконец, главарь подошёл ко мне и наотмашь ударил по лицу. Было очень больно, по щекам покатились слёзы. Другие негодяи держали меня за руки, а он нещадно бил ладонями по лицу. Нанеся пять или шесть хлёстких ударов, он остановился и обматерился. Еле стояла на ногах, щёки горели пламенем, я не могла даже плакать.
- Настучишь, убьём, поняла, су***?
- Ты меня хорошо слышала? – повторил он.
Он потянулся к моему лифчику. Внезапно меня пробрал могильный холод. Но не от прикосновений этой дряни. Под аркой отчётливо послышались тихие, но очень внятные шаги. Они слышались всё ближе и ближе. Из тусклого света фонаря к нам приближалась фигура, закутанная в плащ. Казалось, это от неё веет таким холодом. Оно всё приближалась, и мои мучители приготовились к обороне. Хотя, не смотря на всё, один так и не отпустил меня, дабы я не убежала. Лицо этого человека видно не было, только старый рваный плащ. Было странно, но ветер не задевал его. На секунду показалось, что под космой длинных чёрных волос сверкнули два рыжих, словно янтарь глаза…
- Слышь, дядя, вали отсюда пока цел, - закричал один из них незнакомцу, но тот подходил всё ближе.
- Ты не слышал, проваливай! – закричал второй.
Внезапно в ладони незнакомца в свете еле горящего фонаря сверкнуло что – то.
- Что за? – закричал один из насильников. В руках человека в плаще был ярко виден длинный нож.
Главарь выхватил пистолет и испуганно закричал: «Стой!». Незнакомец подошел уже совсем близко и парень выстрелил ему прямо в грудь. Я отчётливо видела отверстие от пули, из которого не текла кровь… Закутанная фигура сделала ещё шаг и, молниеносно размахнувшись, полоснула главарю по шее. Мне в лицо брызнула струя крови. Мои глаза покатились вверх, меня подкосило и я упала без сознания…
Я спала долго и мне снился сон, который даже нельзя было назвать страшным. Моя закутанная в шелковое платье фигура тихо брела по ночному лесу, а под ногами шуршали серые палые листья. Голубовато – желтый свет луны сочился из переплетений тонких, словно нити чёрных, засохших ветвей, лишенных листьев. Я не смотрела под ноги, мой взгляд был устремлён вдаль, по дороге, где засохшие чёрные листья теребил ветер, я вглядывалась вдаль. Где-то там, омываемая потоками холодного воздуха, стояла каменная статуя с серебряным мечем в руках…
Чьё-то прикосновение заставило меня проснуться и открыть глаза. Похоже, сон продолжался. Я лежала на высокой кровати, устланной чёрными шелковыми простынями и атласными подушками. Вся комната была драпирована серо-красными стягами, свисающими с потолка до пола и в некоторых местах, распластанных на полу, который покрывал обычный стёртый паркет, давно не вощёный и не видавший полотёра. Посреди комнаты, там, где под потолком виднелся крюк, висело странное сооружение из стали. Конструкция представляла собой тысячи сплетённых воедино металлических нитей, которые колыхались, тихо ударялись друг о друга и звенели, словно сотня серебряных колокольчиков. Перезвон этот показался мне удивительно знакомым, будто я слышала его всю жизнь.
Моё тело было раздето до нижнего белья, и шелковая простыня ласково обнимала меня. Неожиданно, чья – то рука легла мне на лицо и я, не успев закричать, снова заснула, на сей раз, спав без снов.

Комменты, хочу много комментов... =) Воздух на продажу!

[Mарихуана]

DofinAgas, мне понравилось, но по моиму мне такое рановато читать

[Petra]

Хочешь комменты? Что ж... Будут тебе комменты)
Сразу скажу, что произведение с тяжелой аурой. Мне повезло: оно совпало с моим состоянием; иначе участь любого хорошего настроения - рывок к центру Земли...

Сначала логические недочеты.
Каким образом... нет.. Почему девушка, с малолетства вращающаяся в определенном обществе, принимающая и боящаяся отступить от его законов, так наивно удивляется произошедшему на той злосчастной вечеринке? Предположим, ее душа еще не свыклась с такой жизнью, и она по-прежнему скрыто не приемлет ее (что является просто чудом!)... Она не могла не знать о том, что твориться на подобных "мероприятиях", и, судя по тексту, не раз на них бывала... Тогда, чего же ты ожидала, милая?
Еще мне было очень странно от одной вещи - вся композиция как-то странно составлена: начало - повествование о типичных реалиях жизни (они, собственно, и трогают за живое; все что просто и ужасно всегда внушает страх), конец - какая-то несуразная фантастика, замах на готические мрачности и тайны... Ну не сочетается одно с другим.
Стиль, действительно, скачет, оставляя смутные ощущения. Можно, конечно, списать все на специфику произведения... Но то, что некоторые моменты так резко и неожиданно отличаются от общего фона а-ля "...В то утро всё началось как обычно. Встала, сползла с кровати. Очень хотелось спать..." - это факт. Например, прогулки девушки по ночным улочкам, описание ее чувств и мыслей.
Если ты это и вправду написал полтора года назад... Это очень интересный факт.

На этом мой отзыв закончен. Петра.

[del]

Честно, я наврал... Не полтора года назад. Два. Сейчас уже точно посчитал... Зря я это все выложил... Буду переписывать. Уже решил. Перерабатывать.. Дело в том, что хоть это и маленький кусок, но рассказ недописан. Знали бы вы, как мне было противно это все читать... От стиля самого воротит... ПЕРЕПИСЫВАТЬ. Каникулы. =)

[Дарроу]

DofinAgas, мне нравится... согласна с Петра, что произведение тяжелое и мрачное, но мне очень нравится))) давай дальше)) а сейчас еще рано что-либо критиковать))

[.fffake]

Мне, в принципе, понравилось, но я не понимаю главную героиню твоего рассказа - почему она так стремилась под всех подстраиваться? Ведь одиночество, это, в каком то смысле, не так уж плохо..И еще - уж больно увлекся ты маньяком.=) Очень понравился конец, с нетерпением жду проды.

[Mарихуана]

DofinAgas, и еще, если можно, побольше ужастиков каких нибудь!! Вроде того маньяка! Повторяю, если можно,

[del]

Дааа... Удивительно. То, что надо читать. То, что пишет ангел и гений ВЫ не читаете а меня пожалуйста... Противно даже... Ладно, сорри. Сейчас насмотрюсь в 3-й раз "Phantom od the opera" И сяду за переработку... Пераого куска...

[del]

Ладно. Пусть пока будет старая редакция... Пока будет. Потом перевыложу все целиком.

Очнулась окончательно я у себя дома и всё произошедшее сразу стало казаться каким-то странным, долгим и страшным сном. Свет не горел, но я сразу узнала свою комнату: тусклые, выцветшие обои, старая, типовая мебель, люстра под хрусталь… Лежала я на своей родной кровати, под обычным одеялом.
Голова болела и звенело в ушах, поэтому я пока не старалась встать и лежала, осмысливала произошедшие события. Тогда, мне было не разобрать, что из них было сном, а что явью, но ссадины на щеках давали понять, что нападение пацанов действительно было… Но. Тогда был и тот незнакомец в плаще… С ножом. Значит, было и убийство. Я машинально приложила руки к лицу, вспомнив, как мне в глаза брызнула кровь этого мерзавца. Я посмотрела на ладони, они оказались чисты.
Тут я вспомнила о комнате, драпированной стягами, ту конструкцию посредине. И… Нежное прикосновение той ладони, что снова повергла меня в сон. Всё было так реально, что я уже не сомневалась, было ли всё на самом деле. На душе лежала нестерпимая тяжесть, снова стало казаться, как всё плохо. Собравшись с силами, я решила встать с кровати, но помешала мама, вошедшая в комнату. Та сразу бросилась ко мне, обняла и начала таротроить:
- Деточка, милая, ч тобой всё в порядке? Голова болит? Как ты себя чувствуешь?
Я старалась успокоить мать, но та так нервничала, что на шум прибежал отец, который, правда не был не так возбуждён…
- Что произошло, милая? – немного успокоившись спросила мама.
- Я не знаю. Я со всеми поссорилась, потом на меня напали. – начала я, стараясь быть краткой, хотя просто отделаться не удалось.
В результата допроса, родителям удалось вытянуть из меня только то, что я ничего не помню и вообще, всё хорошо. Но самым главным и непонятным оказалось то, как я очутилась дома. Мама рассказала, что под утро текущего дня, кто то постучал во входную дверь, мать открыла и увидела меня, сидевшей на лестнице, одетой во рваную одежду и спящей. Разбудить до сих пор меня так и не удалось. Тогда они вызвали скорую.
Доктора сказали, что я видимо нахожусь под действием какого-то снотворного или [навоз соплохвоста], а возможно, что очень крепко сплю. Врачи ушли за два часа до того, как я очнулась.
Разумеется, когда родители осознали, что со мною всё в порядке, они здорово обрадовались, но я их радости не разделяла. Мне страшно хотелось понять, кто же всё-таки меня спас. В моих размышлениях я медленно дошла до мысли… Аргументы и факты складывались в моей голове, образуя реальную картину.
Человек с длинным ножом… Маньяк, гуляющий по городу… Моё чудесное спасение… Всё было как-то смутно и туманно, но, казалось, что связано! Наконец, я пыталась отбить свой разум от мысли, что там был всё тот же маньяк… Тот, что убивал… Тот, что убил его… Тот, что? Тот что меня спас? Я одновременно не хотела во всё это верить и одновременно хотела! Самой было странно, но появилась надежда…
Было семь вечера и, дабы отвлечься, я включила свой старый телевизор…
Новости… Три трупа. Одно перерезанное горло, две сломанных шеи. Все три – подростки. На месте преступления найден пистолет и… Голубая перламутровая пуговица… Винили всё того же маньяка… Десятая жертва… И тут мне стало по-настоящему жутко. Страшно за то, что… А если обвинят меня? Свидетелей же не было? Потом я понемногу успокоилась. Успокоилась и снова заснула…
Мне снилось, что я лежу на шелковом покрывале, а рядом с кроватью, стоит на коленях человек… Его трудно было назвать человеком, казалось, он не дышал. В комнате было темно, но в центре я различила поблёскивание тысяч стальных нитей. Человек смотрел на меня из под чёрно-белых спутанных, длинных волос. Мне показалось, что ему на вид не больше восемнадцати, хотя чётко лицо видно не было. И он смотрел на меня. Смотрел своими янтарно – оранжевыми глазами и что-то шептал на незнакомом, ломаном, но не смотря на это красивом диалекте. Я не успела разглядеть этого юношу, как сон медленно растворился во тьме и я проснулась.
Было уже далеко заполночь, все в квартире уснули. Но я поняла, что больше не засну. И не только из-за того, что выспалась, но и из-за этого странного сна, который напомнил мне что-то такое… Я села на кровати и зажгла ночник. Светильник давал мало света и комната всё ещё была погружена во мрак. Стало жутко и я сидела и думала о том, какая же несчастная мне выпала жизнь…

[.fffake]

Лучше "Ворона" посмотри.)))) Вобще, честно говоря, я в библиотеку не захожу, но тут зашла, пробежалась по названиям..название данного топика сразу бросилось мне в глаза..собственно такие названия меня всегда привлекают..ну так вот..прода - замечательная..больше слов нет, одни эмоции..давай дальше пиши))

[Petra]

Жду переработки...

[del]

Я был готом 3 года назад. По причине незрелого возраста. Сейчас я оккультист, метафизик и философ. Чего ещё надо от жизни?

[Petra]

Этакое лирическое отступление)
От жизни надо жизни. Вот и все тавтология...

[.fffake]

И что это ты начал про готов...оо, почитай Лавкрафта, может вдохновение появиться.=) Я вот сейчас читаю..хотя вдохновения нет, но и таланта к подобным вещам у меня тоже нет..=(

[del]

Я все это читал. Я начитанный маЛчик. =)

[.fffake]

Я безусловно за тебя рада, но все же перечитывать тоже полезно.=) Слушай, мы улши в оффтоп, пиши проду..=)

[Катана Серая]

DofinAgas, что сказать? Твое произведение... интересно, мрачновато, интригующе... У меня подруга - гот, скину ссылку ей, это должно ей понравиться... Мне лично уже интересно...

[del]

Какую проду писать? Все давно написано)))

Четыре дня меня не было в школе. Никто не звонил узнать, что со мной случилось. Я не была никому не нужна и жесткое чувство одиночества снова вгрызлось в душу. Четыре дня я не могла спокойно уснуть. Я всё думала. Думала о том, как я несчастна и о том, что спас меня. Мысль об этом странном маньяке не выходила у меня из головы. Наконец, на четвёртую ночь я не выдержала. Меня снова мучила бессонница, я ворочалась на кровати, мне постоянно слышались какие-то шорохи в комнате. Видимо начинались галлюцинации. Ещё бы, последнюю неделю я спала по три часа в сутки. Около полуночи я встала, прошла в комнату родителей и растолкала отца, попросив передвинуть мою кровать к другой стене. Мне казалось, что так будет спокойнее.
Папа проворчал что-то в ответ, поднялся с постели и, уже наконец проснувшись, принялся за дело. Возможно разбудив всех соседей, он со скрежетом передвинул кровать к стене напротив окна. Мама тоже встала, стояла в стороне и смотрела на меня понимающим, полным жалости взглядом.
- Что? – огрызнулась на неё я. Держать себя в руках было невозможно. Может я даже стала сходить с ума? Ещё бы! Не спать столько, да ещё эти непонятные странные сны…
И вот, мама с папой ушли в свою комнату, я извелась и поблагодарила их; я всегда была вежлива с родителями… Легла на кровать, как будто новую для меня, укрылась пледом и закрыла глаза. Кое что здесь действительно было ново. Алмазная луна светила мне прямо в лицо и появилась надежда, что под этим знаком мне наконец удастся нормально уснуть. Я всегда любила Луну. Казалось, она наделена какой-то древней непознанной магией. Меня всегда интересовали лунатики, и, теперь я была рада, что это небесное тело светит мне прямо в лицо. Ведь этот свет был ничем иным, как отражение солнца, а отраженные лучи доносили до моего лица частички этой сумеречной и таинственной планеты, которую моё сознание ставило выше солнца…
И Луна помогла мне. Я единственный раз по-настоящему заснула, без снов, без тревоги, без боли. Проснувшись наутро, а, вернее был уже день, я, выспавшись встала с кровати, с аппетитом поела. Даже родилось желание пойти гулять, хотя оно тут же пропало, как я подумала, что могу встретить своих недругов… Не зная чем заняться, я взяла книгу и просидела с ней почти до самого вечера. Про своего спасителя-незнакомца я даже не вспоминала, увлечёно читая это сшитое и семи сотен страниц букинистическое издание. Книга была мне интересна, а главное захватывающая. Сама не знаю, как она бросилась мне в глаза, лежа на последней полке стеллажа, ведь об её существовании ранее я даже и не подозревала. А зря! Год выпуска указан не был, но издание явно было довольно старым. Видимо, это был сборник сочинений разных авторов, пишущих в фантастическом, фэнтезийном стиле. Когда я спросила о книге родителей, они развели руками и сообщили, что и сами не подозревали о её существовании, мол, видимо она осталась здесь с предыдущих хозяев квартиры.
Но самое главное представлял из себя сюжет! Такого я не читала давно. (По-моему, оно было даже более интересным и захватывающим, чем Гарри Поттер (это можно считать за примечание автора)). Коротко можно сказать, что речь шла о неком Элвине, человеке, которого все ненавидели за его странности… Как и меня, за то, что я была не такой, как все. За день я прочла почти две сотни страниц и вечером, была уже готова ложиться спать, отложив книгу… Вдруг я заметила, что между страниц что-то зажато. Как я не обратила внимания раньше! Это оказалась резная закладка из бересты, на которой были выжжены какие-то красивые узоры, напоминающие сплетённых змей, переплетённые ветви растений, сотен растений. Я повертела закладку в руках, мне она однозначно нравилась.
- Умели же раньше делать! – подумала я.
Машинально я вернула закладку на место, но тут мне стало интересно, на каком же месте такой интересной книги мог остановиться человек, читавший её. Я развернула страницы и бегло пробежала взглядом между строк.
«…Он сплетал их воедино, словно лаская своих детей. Пальцами, тонкими щипцами, Элвин соединял тонкие нити в одну бесконечную цепь. Изредка, он отдёргивал пальцы от висящей конструкции, над которой работал. Элвин случайно резал стальными нитями свои руки. Он знал, что когда дело будет закончено, его тело и душа обретут бессмертие, как завещал отец. И Элвин снова продолжал работу, сплетая нити, изредка помогая себе простыми заклинаниями. Ему нравилась эта работа, создание нитей бытия, которые бы избавили от надобности пить чужую кровь, дали бы возможность жить вечно и умереть когда вздумается, разорвав бы лишь одну только нить… Покончить с собой навсегда и, наконец преклонить своё колено перед богом…»
В моих глазах было что-то, напоминающее ужас… Но это было не то. Возможно, ужас подавлялся интересом и жаждой узнать что-то ещё… Я принялась читать дальше, постоянно ассоциируя происходящее на страницах книги с тем, что было на самом деле. Эти нити? Значит, если это был и сон, то он что-то значит. И тот человек? Человек ли он вовсе! То, что спас меня? Не может же он быть… Бессмертным. Что-то ещё таилось среди страниц этой книги, может где-то ближе к переплёту… И я читала дальше…
Но, увы, больше ничего не узнала из того, что надеялась. Рассказ оборвался через несколько страниц на том, как Элвин закончил этот артефакт. Возможно, книга была рассчитана на очень мудрого читателя и здесь предлагалось додумать дальше самому, самому сообразить, чем всё это закончится.
Уже окончательно устав, я отложила книгу на край стола, потом подумала немного и отодвинула её дальше. Меня всё-таки пугало прочитанное только что. Пугала связь этого с реальностью. В душе я была похожа на Элвина, тем более со мной происходило нечто… Странное. Потянувшись за выключателем, лежавшим на столе, я снова нащупала закладку. Повертев её в руках я снова нашла сходство между этим необычным рисунком и… Стальными нитями той конструкции, что я видела во сне… А может, скорее, нет, не во сне. Это действительно. И в книге.
С этими, как ни странно ничуть не тревожными мыслями, я уснула. И, когда моё сознание уже погружалась в густую лаву сна, я поняла: «Всё случается, как и было задумано. Всё было определено заранее». Может это были и не мои мысли, непонятно, откуда они просочились, но это успокоило и убаюкало меня до утра.
Проснувшись утром, я едва могла вспомнить, что мне снилось. Я чувствовала себя отдохнувшей, полной сил и какого-то странного чувства, что теперь я всё смогу и всё умею. Энергичная, я встала, поела. Как ни странно, про ту книгу я даже забыла, но за едой мне начало возвращаться воспоминание о сне, приснившемся намедни…
Я шла вдоль бесконечных дубовых стеллажей, сплошь уставленных ветхими пыльными книгами. Все названия были на странном, неясном мне языке. Какие-то символы, может руны, может иероглифы… А я всё шла и шла вперёд, будто ища глазами нужный переплёт. Иногда начинало казаться, что я увидела знакомое название, тянула к книге руку, но тут же отдёргивала её, поняв, что книга не та, что ищу. И снова, скользя взглядом по выцветшим, когда-то бывшим пёстрыми обложкам, я медленно плелась вперёд. И, наконец я нашла её. Узнала сразу. Переплёт лишенный букв и надписей… Раздвинув две соседние книги пальцами, я потянула за корешок. Она была вся в пыли, казалось, что её не трогали вечность. Аккуратно, боясь помять ветхие страницы, я раскрыла книгу… И тут же в ужасе уронила её на пол…
Из страниц на меня смотрело лицо. Казалось, книга ожила. Узкий рот что-то шептал мне, но я ни слова не смогла понять и…
Стеллажи вокруг стали изменяться, расплываться, превращаться в камень. Книги на них растворялись в душном воздухе. Откуда-то повеяло зыбким ветром, что пробирал моё тело до костей. В этой страшной библиотеке становилось всё темнее и холоднее. Наконец, полки обрели своё окончательное очертание и я поняла, что они сделаны из серого камня, холодного, как лёд. И книги… Они превращались в каменные вазы, в урны… Резные, холодные и жуткие урны, хранившие пепел… Человеческий пепел. Внезапно я оказалась в склепе, сплошь увешанном паутиной, а книга, валявшаяся на полу всё шептала мне что-то на своём мёртвом языке. Не успев как следует оглядеться в этом страшном месте, я проснулась, яркий солнечный свет прервал мой сон.
Всё это я вспомнила за завтраком, но жутко мне почему-то не было, совсем не так, как там, в этом склепе.
И так, я провела ещё один день без школы, без учебников, собственно ничего не делая… И вечером, как за последние два дня, я намеревалась крепко уснуть под нежный свет убывающей луны. Я погасила верхний свет в комнате, раскрыла шторы, чтобы комната окунулась в лучи холодной луны… Я долго не могла оторвать взгляда от окна. От вида сухих деревьев, залитых свинцовым блеском лунного света… Тут я вспомнила тот сон, ту сумеречную аллею. Раньше мне не снились такие странные, немного жуткие, но… красивые сны. Я начала понимать, что я считаю романтикой, что для меня чувственно.
И я снова вообразила себя в той шелковой комнате, раздетой, на нежном белье. Стены драпированы стягами, свисающими до пола. Пол… Пол засыпан розами. Чёрными и красными цветами, а моё ложе сплошь покрыто лепестками этих нежных цветов. А на тумбе… Рядом с кроватью… Стоит тонкая ваза из серо-голубого стекла с тремя… Нет, ЧЕТЫРМЯ белоснежными калами. Так, предаваясь этим, возможно чуть эротичным мечтам, я расстегнула верхнюю пуговицу своей блузки. Потом следующую. Я представляла, как этот незнакомец, спасший меня, нежно проведёт пальцами по моей нежной шее, по шелку моей кожи. Я расстёгивала всё новые пуговицы и, наконец, блузка соскользнула с плеч, мимо талии к моим ногам. На секунду мне показалось, что я стою именно в той комнате. Я медленным движением расстегнула молнию на юбке и раскрыла пуговицу. Чрез несколько мгновений юбка простиралась н полу, вокруг моих ступней.
Тут я почувствовала чей-то не пристальный, внимательный взгляд, машинально закрыла полуобнаженное тело руками и обернулась к окну. Никого. Только ночь и луна. Мне послышался какой-то малозначительный шорох там, на балконе. Наверное это был ветерок, играющий с полами мятых покрывал, настланных на ящики, давно не видавшие цветов. Может мне и вовсе послышалось… Убедившись, что за мною никто не наблюдает, я избавилась от остальных элементов одежды и, накинув ночную рубашку, забралась под тёплое и мягкое пуховое одеяло. Поправив на подушке свои длинные каштановые волосы, положила руку под голову, легла на бок и уткнулась носом к стене. Закрыв глаза, я ожидала, как придёт сон.
В момент, когда дрёма уже готова была забрать меня в своё царство, мне послышалось то, что заставило отогнать её прочь. Тихий, едва слышимый звон разбудил мой разум. Звук лился откуда-то из-за стены. Тихий, спокойный. Звук умиротворённости. УМЕРТворённости. Я придвинулась ближе к стене и приложила ухо к потёртым временем обоям. Звон стал слышен чётче и яснее. Несомненно, что-то звенело в соседней квартире. Что-то. Нити… Странно, но с этой мыслью я погрузилась в глубокую дрёму, на сей раз проведя ночь абсолютно без снов.

ХЕХ

[Катана Серая]

Вау! А еще можно? Интересно очень...

[.fffake]

Классно. Давай дальше.

[del]

Проды вам, проды... Вот вам прода...

И снова утро, снова с кровати на пол, на кухню. Ещё одно утро в этом абсолютно перевернувшемся для меня мире. Мире, который изменили эти подонки, в котором появилась мистическая тайна, скрытая вуалью ало-черного цвета. И теперь я была готова, полна уверенности разгадать эту тайну.
А возможно, этот день и стал переломным. Отловив после лёгкого завтрака папу, я начала допрос. Отец жил в этой квартире дольше всех, он переехал сюда задолго до того, как я родилась. Он же и должен был знать, что кроется за стеной, за стеной, за которой звенело это что-то. И я боялась этого звука, но нераскрытая тайна всё тянула к себе.
Из разговора с отцом я и узнала историю, которая и разбудила во мне страх и заставила мурашкам пробежать по коже, когда папа закончил рассказ…
- Мы переехали сюда с матерью, с твоей бабушкой, когда мне было семнадцать, - начал он. – Были трудные времена и нас не смутила причина по которой предыдущие хозяева покинули эту квартиру… Раньше, давно, здесь жил старик. То есть старик жил не один, а со своим приёмным внуком. Раньше этот парень жил с родителями в соседней квартире. Эх, давно это было, шла война и отец парня погиб в Авганестане, а мать, не выдержав потери мужа серьёзно заболела. Говорили так же, что она умерла от рака.
Как говорили соседи, деда того, что жил в нашей квартире, не любили, зато парень просиживал у него по несколько часов в день. Чему-то там старик его учил. Но дед тот стар был совсем, хоть и прожил до ста десяти лет, но помер. И парень остался один. Потом, видно он спятил и на третий день после смерти деда, поджег свою квартиру, а сам убежал куда-то. Такие вот дела. – добавил свою любимую присказку папа.
- А что за причина. Ну, та, не смутившая вас? – чуть смутилась я.
- Да, суеверные там что-то твердили… Что-то вроде того, что дед этот сатанистом был, что дом его проклят. Да, ерунда такая, а нам квартира досталась почти даром. Да ещё и с мебелью и утварью. – рассказал отец.
- Да, а не знаешь случайно, что стало с той, соседней квартирой?
- Что? Ты же сама знаешь – дверь там наглухо заколочена, да и сгорела она, правда не вся, но, говорят нуждается в таком ремонте, что про неё решили вообще забыть.
- Спасибо, - сказала я и удалилась в свои раздумья обо всём услышанном.

Значит, сгорела. – думала я. Нет, там что-то есть, несомненно что-то есть. И кто-то. И этот кто-то. Кажется, я его знала. Тут меня охватило страстное желание проникнуть в соседнее жильё. Если он меня спас, то не причинит мне вреда, если я нагряну к нему в гости. – рассуждала я , совсем не думая о возможных последствиях своего решения. Ведь этот парень, хоть и спасший меня, мог быть и сумасшедшим. Но… Он не мог быть обычным. А чем он был, мне предстояло узнать. Ведь не мог же он жить, не выходя из своего логова, дверь ведь заколочена! Как же он тогда меня нашёл. Там, в переулке, под аркой. И этот холодный ветер? Он тоже был каким-то мистическим и явно не обычным. И мои сны, в которых хоть и не напрямую, но всё же косвенно, был он!
Тут град других противоречивых мыслей посыпался намою голову. НЕ смотря на всё, этот человек был маньяком. И он так странно, холодно и жестоко убивал своих жертв. Хотя, если бы он пожелал покончить со мной, то сделал бы это сразу, врятли стал бы тянуть резину. А может, - эта мысль была самой противной и неприятной, - возможно, соседняя квартира вообще пуста, а этот звон – отголоски чего – то другого? Нет, не может быть, всё слишком запутанно, как те самые нити. Нити, сгрудившиеся в кокон, там, за стеной. Дарующие… Как я сразу не поняла! Книга! Дарующие БЕССМЕРТИЕ! Отчаявшимся… Отнимающая необходимость… Пить кровь? Нет, нельзя же настолько верить словам книги. Несомненно, издание было абсолютно художественное, хоть и автор не был указан. Перечитав ещё пару раз эти несколько страниц рассказа, я пришла к выводу, что всё же, несомненно, меж строк что-то было. Что-то странное, таинственное и непознанное, но приносящее силу и знания. И тогда я уже знала, что буду делать дальше, я начала искать пути проникнуть в соседнюю квартиру.
Первый раз за прошедшую неделю в отстранённости от мира, я вышла на лестницу. Здесь пахло хлоркрй и сыростью: похоже, недавно уборщица с первого этажа мыла пол. Нет, сложно было назвать эту бабушку уборщицей. Она жила в нашем подъезде дольше всех и работала, лишь на благо дома, за копейки. Я ненавидела запах хлора и сразу появилось желание вернуться в квартиру, но неведомое тянуло меня к себе, в свои мягкие лапы. Подойдя к соседний двери, я оглядела её. Ранее я никогда особо не рассматривала эту дверь, но теперь заметила, что сквозь старых досок, которыми она была заколочена, был виден обгоревший массив старой двери. По слою пыли на дереве, сразу стало ясно, что дверью много лет уже никто не пользовался, да и если захотел, то не смог отпереть её.
На всякий случай дёрнув пару раз за грязную доску и, убедившись, что она прибита намертво, я, не найдя никаких более способов открыть вход в манящее собой помещение, вернулась домой. Явно существовал иной способ проникнуть в квартиру. Не долго думая, я вышла на свой балкон и, разгребя старый хлам, которым тот был полон с лихвой, я перегнулась через перила, чтобы рассмотреть соседнюю лоджию. Забитые окна и стело балконной двери… Покрытые смогом перила… Обломки мебели, которую выволакивали пожарники… Тут у меня появилась идея перелезть через перила и проникнуть на соседний балкон. С моими «отлично» по физкультуре, это бы не составило большого труда. Желая проверить прочность соседних перил, я пошатала их рукой. Перила немного шатались и стало стрёмно лезть сразу, я решила изобрести какую-нибудь страховку. Рассудив, что лучше совершит вылазку ближе к вечеру, я пошла готовить верёвки.
Вытянув у мамы несколько бельевых верёвок, я сплела из них прочный канат, который, как показалось по окончании работы, смог бы выдержать дюжину таких альпинисток, как я… Изобретя из какого-то старого кольца от спортивного снаряда нечто, похожее на карабин, я, вооружившись сооружённым снаряжением, стала ждать наступления темноты…
И вот, когда последние лучи тёплого солнца поблестели перед смертью и скрылись за домами, я вышла на балкон. Стоял штиль, ветер молчал. Берёзы во дворе застыли, словно неживые и я невольно поёжилась от этого неприятного и жутковатого безмолвия. И вот, убедившись, что за мной никто напрямую не наблюдает, я зацепила свой кольцевидный карабин за железную арматурину, торчащую из стены, что ранее, несколько лет назад, служила крепежом для фонаря, я скользнула, словно дикая кошка. Пантера. Во тьму ночи…

Брееед

[.fffake]

"Штиль...ветер молчит."(с) Ария)))
Никакой не бред...хоть какое-то достойное отвлечение от безумных рассказов Лавкрафта...пожалуйста, продолжай.=)

[Катана Серая]

DofinAgas, я согласна с Севериной. Это - НЕ бред. Это... достойно занесения в мою личную библиотеку. (Я лучшие фики записываю на юолванки и перечитываю время от времени...)
Проды. Прошу - проды, дайте мне проды!...

[Tinga]

нет..явно стоит переработать..когда в первый раз читала то изза сюжета на все остальное не сильно внимание обращала...но смотри..сравни литературный язык своих стихов и этого..там просто такие фразы..такие точные слова, прямо в сердце..а здесь...более сухо, хоть и интересно..

но зато захватывающе..правда..)

[del]

Я знаю, Тин. Я сам не отрицаю. Но перерабатывать... Даже не знаю... Тяжело это. И, думаю, оно того не стоит.