Часть души [фанфик]

Здесь форумцы "живут", общаются, ходят друг к другу "в гости".
Аватара пользователя
Патриссия Миджен
Новичок
Сообщения: 91
Зарегистрирован: 10 окт 2019 00:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Патриссия Миджен » 16 июл 2020 20:09

Триша снова покачала головой из стороны в сторону, не сводя с Литы обречённого, отчаянного взгляда. В голове не укладывалось, как можно говорить о случайности. Какая, к чёрту, разница, случайно или нет?! Человека убили! И что же надо было такое делать, что человек мог случайно умереть?! Такое могло случиться уж точно не при подготовке домашней работы…
Пока Триша собиралась с силами хоть что-то сказать, Лита отвернулась и произнесла эти страшные слова. Слова, которые, Триша была уверена, никогда не забудет.
Она не находила слов. Сердцем чувствовала, что любые слова здесь просто бесполезны. Рэддл затащил Литу в свою ловушку, куда по своей глупости угодила теперь и Триша.
Видя взгляд Литы, Триша вдруг неожиданно осознала весь ужас того, что сейчас произошло. Это произошло намного раньше, но она не углядела этого. Не углядела за попыткой быть слепо преданной этой дружбе, быть все понимающей и всепрощающей.
Лита просто ушла. Триша осталась стоять на площадке у парапета, раздавленная навалившейся на неё правдой. Она обхватила себя руками и села на пол. Каменный парапет хоть немного скрывал от пронизывающего ветра. Но не защищал от холода бездны, разверзшейся внутри. Триша плакала и всё ещё не хотела верить, что только что Лита была здесь самой собой. Настоящей Литой Гриндевальд.

Аватара пользователя
Лита Гриндевальд
Новичок
Сообщения: 93
Зарегистрирован: 09 окт 2019 21:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Лита Гриндевальд » 16 июл 2020 21:25

В тот же вечер Лита стояла перед профессором Дамблдором и ходатайствовала о досрочной сдаче экзаменов. За несколько часов ей удалось привести свои мысли в порядок. Она надела черное платье с треугольным воротом и широким поясом и собрала волосы в пучок. Нацепив серьезное выражение лица, Лита почувствовала себя уверенней. Ей было комфортно в своем чопорном коконе, который она каждый день являла миру. А ту подлую и тупую боль Лита запихнула куда подальше. Пусть полежит, попылится. И там, может, забудется. Но Дамблдор ее точно не должен увидеть.
- Сколько дней тебе нужно?
Он сидел за рабочим столом и внимательно изучал ее плотно сжатые губы.
- Я бы хотела сдать все уже завтра.
Дамблдор качнул головой и мягко улыбнулся.
- Ты же понимаешь, как это трудно.
- Конечно, - в ее голосе сталь, как и во взгляде. – Но я абсолютно готова.
Лита подошла чуть ближе, игнорируя любопытные голубые глаза из под очков-половинок.
- Дело в том, сэр, что вся эта ситуация с моим отцом сбивает меня с толку.
Дамблдор прищурился. Лита Гриндевальд заговорила о своем отце. Как ловко. Однако, она держит себя так, что будет сложно хоть за что-то зацепиться.
- Новые нападения, все эти жертвы и война. Я беспокоюсь о маме.
Жаль. Он надеялся услышать какое-нибудь фальшивое откровение о Геллерте Гриндевальде, но, кажется, Лита была действительно искренней. Это подтверждали ее запавшие красные глаза и глубокая складка у губ.
- Она там совсем одна. И мне нужно быть с ней, пока весь этот кошмар не закончится.
- Что ж, - Дамблдор еще раз внимательно изучил график экзаменов шестого курса. – Думаю, устные ответы и демонстрация навыков не займут много времени у преподавателей. Если договоришься с ними, можешь приступать.
Лита сдержанно кивнула. Она уже хотела уйти, как профессор окликнул ее.
- Лита.
Девушка обернулась.
- Тебе что-нибудь известно о недавнем происшествии?
Он следил за ней так, будто мог прочитать ответ по малейшему движению ресниц. Но ни одна черточка на ее лице не дрогнула.
- Нет, сэр. Ничего.

Аватара пользователя
Патриссия Миджен
Новичок
Сообщения: 91
Зарегистрирован: 10 окт 2019 00:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Патриссия Миджен » 16 июл 2020 23:34

- Мисс Миджен, прошу вас, аккуратнее! - профессор Слизнорт укоризненно покачал головой, видя, как Триша задела локтем котёл Эйлин Принц, чуть не перевернув содержимое.
Этим вечером Триша решила посетить кабинет Зельеварения, чтобы хотя бы попытаться восполнить пробелы. Однако у неё всё валилось из рук.
- Прости... - тихо проговорила она Эйлин, поправляя котёл.
Тут же отдёрнула руку - забыла надеть перчатки. Тут же на пальцах поверх красного ожога проступили белёсые волдыри.
"Чёрт возьми..." - глаза и так уже почти на мокром месте.
Она раздражённо потрясла рукой, наплевав на боль в обожжённых пальцах, и продолжила работу.
Однако она понимала, что сосредоточиться ей не даст боль совсем другого характера. Её не заглушить болеутоляющим зельем.
Казалось, как будто с момента разговора на Астрономической Башне прошло не несколько часов, а несколько дней.
Было невыносимо больно осознавать, что Триша услышала то, что услышала. Лита покрывала убийцу. И теперь требовала того же от неё. Однако же нет, не требовала...
"Неужели же она и правда готова пожертвовать нашей дружбой... ради убийцы..."
В сознании на образ Рэддла теперь словно поставили большую яркую печать. И она уже не могла думать о нём иначе как об убийце.
"Если даже это произошло случайно... На месте Миртл мог оказаться любой. Даже Лита. Или даже я..."
Почему-то своя кандидатура показалась ей сейчас наиболее вероятной.
"Как можно было так спокойно пожертвовать будущим другого человека, чтобы скрыть убийство... Что же ты с ней сделал, чёртов мерзавец!"
- Ай!
На пол полетели склянки с ингредиентами. Триша случайно смахнула их локтем.
- Мисс Миджен, ну что вы в самом деле... - профессор Слизнорт уже доставал волшебную палочку, как вдруг рядом с Тришей кто-то нагнулся и тоже стал собирать разбросанные склянки.
Девушка чуть подняла голову и с удивлением увидела, что ей помогал Рудольф Лестрейндж.
- Мисс, думаю, лучше вам продолжить завтра, - сказал профессор.
- Простите, сэр, этого больше не повторится... - торопливо проговорила Триша, всё ещё собирая по полу рассыпанные крылья жуков-скарабеев.
Рудольф активно помогал.
Тут вдруг послышался его тихий голос:
- Слушай, хочу спросить кое-что... Последнее время Лита выглядит подавленной, глаза всё время заплаканные. Ты не знаешь, что случилось? Она не говорила, может, ей кто-то досаждает?
Вот этого она не ожидала. Во рту пересохло. До безумия хотелось вскочить и прокричать на весь класс всё то, что ей удалось узнать сегодня, но она была настолько в смятении, что так и не решила, что будет делать со всем этим.
Однако она понимала, что если, пока она размышляет, умрёт кто-то ещё, она себе этого не простит.
- Не говорила, - почти шёпотом ответила Триша.
"Брось... Он не такой дурак, чтобы этим убийством опровергать свою же версию с Хагридом."
Тем временем Рудольф, судя по всему настроенный решительно, продолжил:
- Ты точно не знаешь, что случилось?
Рука Триши с зажатой в ней колбой замерла. Она подняла взгляд на Рудольфа. Мерлин свидетель, как она ненавидела Тома Рэддла теперь! Всё это из-за него. Должно быть, что-то отразилось на её лице, она этого не знала. Но сказала вполне чётко:
- Не знаю. Но Том Рэддл может знать.
Рудольф ещё пару секунд не сводил с неё взгляда. А она боролась с собой. Том, судя по всему, реально не ввёл в курс дела своего товарища. В отличие от Литы.
"И что, сказать ему, чтобы он тоже так же мучился?!"
Глядя в красивые глаза парня, в его лицо, словно выточенное из камня, но такое же чувственно холодное, она поняла, что не желает ему того же, что вынуждена переживать сама.
Он опустил на стол её склянки. Трудно было определённо сказать, что выражало его лицо в тот момент.
- Ну тогда... - он всё ещё смотрел на неё, и Триша поняла.
- Если что-то узнаю, я дам тебе знать. И... спасибо... - рассеянно добавила она, от всей души надеясь, что он не заметил, что она лжёт.

Аватара пользователя
Лита Гриндевальд
Новичок
Сообщения: 93
Зарегистрирован: 09 окт 2019 21:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Лита Гриндевальд » 17 июл 2020 17:46

Лита сдала все экзамены на «превосходно». Отвечать устно оказалось гораздо проще и быстрее. Не нужно тратить время на расписывание формул и заклинаний и дрожать от того, что преподаватель не поймет, что ты имеешь ввиду на самом деле. Просто пришла, села напротив, ответила на вопросы и продемонстрировала требуемые навыки. На Трасфигурацию вообще ушло всего шесть минут. Отчего-то Дамблдор оказался к ней лояльным в этот раз. Мало того, что подписал ее безумное ходатайство о сдаче сессии в один день, так еще и не драконил на самом экзамене. Лита решила, что у него есть свои причины для этого. Но понять их не представлялось возможным. В конце-концов, это же Дамблдор.

Вчера она пришла в башню поздно вечером. Когда Триша уже спала. А ушла рано утром. Ей не хотелось, чтобы подруга на нее смотрела. Подруга ли? Пока Триша никому ничего не рассказала. Глядя на ее расслабленное лицо, Лита тоже успокоилась. У тебя никого нет, кроме меня. Ты не предашь. И все же, страх не отступил до конца. Возможно, Лита сама держалась за него, потому что знала, что, когда страх пройдет, на его месте появится горечь.
- Лита, с Вами все в порядке?
Профессор Слизнорт заметил, что она задумалась и чуть не ошиблась с зельем.
- Да, профессор. Я просто нервничаю.
- Вот уж зря. Я нисколько в Вас не сомневаюсь. Однако, осмелюсь спросить, почему Вы так поспешно нас покидаете?
- Я переживаю за маму. Мэн освободили, и там больше нет приспешников отца. И люди могут…, - Лита запнулась. Действительно, что теперь будет с ней, и ее матушкой, когда на остров повалят ненавистники Гриндевальда. – Я хочу уговорить ее переехать в западную Шотландию.
- Ох, прекрасное место, - ободряюще закивал Слизнорт. – И большой выбор из островов.
- Это мой главный аргумент, - улыбнулась Лита.
Гораций наклонился к ее котлу, протянув Лите табель с уже выставленной оценкой.
- Так, давайте посмотрим, что у Вас получилось.

На часах было всего пол пятого вечера, когда Лита начала собирать вещи. В это время Триша обычно сидела в библиотеке, и можно было уехать никем незамеченной. В коридорах ей также повезло никого не встретить. Быстрым шагом она пересекла двор, не оборачиваясь, не реагируя на посторонние звуки. Словно воровка, сбежавшая с места преступления, она притворилась занятой и спешащей по своим делам. За воротами стало немного спокойнее. Впереди был долгий путь домой. Но теперь Лита знала точно, что не наткнется на осуждающий взгляд подруги и не наткнется на другие глаза…черные и пустые. Глаза, о которых она предпочла бы забыть.

Аватара пользователя
Патриссия Миджен
Новичок
Сообщения: 91
Зарегистрирован: 10 окт 2019 00:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Патриссия Миджен » 21 июл 2020 19:54

Казалось невозможным угнаться за собственными мыслями и сменой настроений. Она ненавидела Тома Рэддла за то, что он сотворил, за то, что впутал туда Литу, но уже через минуту злилась на Литу за то, что впутала и её в эту историю. Она то бесилась от жестокости обоих, то тонула в горечи от мысли, каких сил стоило Лите поделиться с ней тайной Рэддла и сколько сил стоило требовать от неё молчания ТАКОЙ ценой. Осмыслить целостно всё, что произошло, было для неё за пределами возможностей. И необходимость подготовки к экзаменам она тоже не воспринимала однозначно, хотя не могла не заметить, что пока она занималась ею, боль в душе хоть немного отступала.
Снова накатило невероятное по силе одиночество. Триша понимала, что не может ни с кем разделить этот груз, не у кого спросить совета, потому что как только она раскроет рот, этот человек сразу же окажется в опасности. Вполне возможно, и она сама сейчас находилась в опасности, зная, что произошло, но, как ни странно, пока Том не проявлял никаких признаков того, что в курсе степени осведомлённости Триши в его делах. Однако Триша понимала, что ей необходимо приложить все усилия, чтобы понять, что происходит. А в том, что смерть Миртл - ошибка Тома, допущенная при реализации какого-то плана, она теперь не сомневалась. Можно было быть уверенной, что Рэддл не просто так оказался в дамском туалете. Или же он принёс её тело туда, убив девушку в каком-то другом месте... Перед мысленным взором девушки возникла картинка, как Рэддл ночью по замку тащит бездыханное тело Миртл Уоррен. Кроме того она осознавала, что обсудить всё это с мамой без опасения быть моментально переведённой на домашнее обучение, у неё нет ни единого шанса. Можно было сломать голову в попытках сделать выбор между необходимостью получить базовое образование и внутренним стремлением поспособствовать установлению справедливости. Мысль о предстоящей встрече с мамой тоже добавляла страданий: совершенно очевидно, что Пэгги Миджен пребывает в плачевном эмоциональном состоянии...
Девушка потрясла головой.
- Ты как? Не устала ещё? - тихо спросил Генри.
Они сидели в читальном зале библиотеки накануне первого экзамена и с самого утра занимались подготовкой.
- Что? - Триша усилием воли вернулась к реальности, - Нет, всё в норме, я просто плохо спала...
Девушка устало откинула волосы с лица. Литу она не видела с момента разговора на Астрономической башне, но даже если бы они и увиделись, Триша бы не стала просить заплести ей волосы. Она в целом могла справиться сама, но отчего-то хотелось оставить их распущенными. Будто бы в знак протеста, но против чего, она так и не смогла для себя сформулировать.

Генри уже несколько раз нетерпеливо откидывался на стуле и переводил усталый взгляд за окно. Ни разу за всё время учёбы в Хогвартсе он не готовился к экзаменам так усердно, о чём сказал вчера, выходя с Тришей из библиотеки, откуда их выставили за минуту до закрытия зала.
Он окинул усталым взглядом кипы книг, разложенных перед Тришей. Она сидела рядом, устремив взгляд в пространство и повторяя на память состав зелья Уидосорос.
Скрипнул стул.
- Я вернусь через минуту, - Генри встал и вышел из читального зала.
Проводив его взглядом, Триша провела ладонями по лицу и выглянула в окно. От замка стремительно удалялся знакомый силуэт с длинными светлыми волосами.
Триша приподнялась на стуле, вглядываясь в удаляющуюся фигуру, но она слишком быстро скрылась из виду.
"Так и с ума сойти не долго... И покажется же..."
Как раз в этот момент вернулся Генри.
- Думаю, на сегодня всё... - Триша встала и складывала учебники и справочники.
Генри улыбнулся.
- Перед смертью не надышишься, - со смешком сказал он, игнорируя направленные на них взгляды ребят, которые ещё не успели привыкнуть к виду слизеринского загонщика за подготовкой к экзамену с маггловской зубрилой.

Трише было приятно общество Генри, но сейчас ей хотелось побыть одной. Мыслям было тесно, нужно было обдумать хотя бы что-то и придти хотя бы к какому-то выводу.
Войдя в спальню, Триша остановилась, глядя на заправленную постель Литы.
"Уехала... Но... Как?! А экзамены?! Почему..."
Ей стало ясно, что в глубине души она ещё надеялась на хоть какой-то разговор с Литой. Разговор, который мог бы помочь хоть что-то исправить. Исправить до того, как они расстанутся на два долгих месяца. Однако, судя по всему, Лите нечего было сказать.

Время до первого экзамена слилось в одну сплошную мутную пелену - и вот она уже заняла место за первой партой перед профессором Слизнортом.

Аватара пользователя
Лита Гриндевальд
Новичок
Сообщения: 93
Зарегистрирован: 09 окт 2019 21:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Лита Гриндевальд » 21 июл 2020 23:42

Том как обычно занял вторую парту. Так сложилось с первого курса, что на экзаменах он сидел позади Литы. Даже когда они прекратили всякое общение, Том продолжал садиться за ней. Потом Лестрейндж. А уже потом все те, кто списывал у Лестрейнджа, который списывал у Тома. Но сегодня что-то изменилось. Первая парта у окна была пуста. Напротив сидела Миджен, но она не повернула голову влево, чтобы по привычке пожелать Лите удачи. Потому что Литы не было.
- Можете пересесть за первую парту, Том, - предложил профессор Слизнорт, увидев его замешательство.
- Здесь обычно сидит Лита.
- Сегодня она не придет. Мисс Гриндевальд сдала экзамены досрочно и уже уехала домой. Она Вам не говорила? – в его глазах горел живой интерес, но Том этого не заметил, слишком погруженный в свои мысли.
Ничего не изменилось в лице Тома Реддла.
- Я не знал, - сухо ответил Том и сел за первую парту.
Усталость, которая последнее время сопровождала его, позволила яду разлиться по венам. Разумеется, Диппет отпустил ее. Лита Гриндевальд просто не могла остаться там, где ей противно. А ей противно рядом с ним, хоть она этого никогда не покажет. Интересно, что она такого наговорила, что ей разрешили сдать все экзамены досрочно? Значит, когда он просит Диппета разрешения остаться в школе на лето, ему отказывают без права пересмотра решения, а когда безукоризненная Лита Гриндевальд что-то хочет, - она это получает! Том не знал, что его злит больше. И даже не хотел этого выяснять. Когда он во время экзамена поднимет голову и опустит перо, чтобы немного передохнуть, он не увидит ее аккуратной косы и краешка белоснежного воротничка, выглядывающего из под мантии… А своей грязнокровой подружке она тоже не сказала, что уезжает?! Том одернул себя. Какая, к черту, разница, здесь Лита Гриндевальд или нет? Можно подумать, ему есть до нее хоть какое-то дело.

Аватара пользователя
Патриссия Миджен
Новичок
Сообщения: 91
Зарегистрирован: 10 окт 2019 00:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Патриссия Миджен » 23 июл 2020 15:03

Экзамены пролетели быстро. В свете последних событий настроение Триши было не на высоте, что, разумеется, сказалось и на успеваемости. На практическом экзамене по Уходу за Волшебными Существами Триша чувствовала себя неуверенно, и оттого джарви, которого требовалось приманить на нужное место, до крови укусил её за ладонь и так скверно обругал, что студенты пол дня потешались над бедной девушкой.
Однако, выходя с экзамена по Трансфигурации, который был последним, Триша была спокойна. Оказалось, профессор Дамблдор не стал чересчур нагружать их формулами и диаграммами, и потому Триша была уверена, что уж этот экзамен она сдала на «Превосходно».

Пришло время прощального пира. Она уложила вещи ещё утром, так что тем же вечером спокойно спустилась вместе со всеми в Большой зал. Войдя в дубовые двери, можно было утонуть в аромате вкуснейших угощений. Стол ломился он яств самых разных, но в этот раз Триша словно видела всё в серой пелене. Как приятно было в прошлом году пойти на пир вместе с подругой, вместе радоваться окончанию экзаменов и наслаждаться вкусностями в лёгкой беседе, обсуждая экзаменационные вопросы, интересные задания и прочее. В этот раз всё было иначе.
Заняв место в центре стола, Триша чувствовала себя неуютно и одиноко. Взглянув на своё отражение в золотом блюде, пока ещё пустом, она нахмурилась и отвела взгляд. Оглядев зал, Триша заметила за столом слизеринцев Генри. Он сидел в компании троих приятелей и лучшего друга, они весело смеялись. Вдруг он поднял взгляд и посмотрел прямо на неё. Триша смутилась, но колоссальным усилием не отвела взгляд. На лице Генри появилась добрая улыбка и он помахал ей рукой. Триша ответила тем же, но её жест был скованным. После этого она спешно отвела взгляд, чтобы не видеть реакции его дружков на это. Однако спустя пару секунд любопытство пересилило и она искоса глянула в ту сторону. Ребята продолжили беседу, как ни в чём не бывало.
«Брось, им всё равно…»
Но от этого стало намного легче. Было отрадно видеть, что у Генри из-за общения с ней не со всеми испортились отношения, что у него всё ещё есть друзья.
Тут же перед мысленным взором встало лицо Литы. Сердце словно прошила ледяная игла.

Ректор поднялся со своего места и разговоры в зале постепенно стихли. Дождавшись тишины, Армандо Диппет сказал:
- Прежде чем мы приступим к Прощальному пиру, я прошу вас подняться. Почтим минутой молчания светлую память Миртл Элизабет Уоррен.
Помня, как относились к несчастной девушке, Триша была уверена, что это заявление не встретит одобрения у студентов. Однако все молча поднялись на ноги.
Пока длилась минута молчания, Триша незаметно обвела взглядом зал. Недалеко стояла Оливия Хорнби, которая обнаружила тело Миртл. На бледном лице малиновые пятна – следы истерики, опухшие малиновые веки и чуть посиневшие губы. Казалось, девушка готова снова расплакаться. Не смотря на то, что Триша не раз видела, как Оливия потешалась над Миртл, сейчас в её душе шевельнулось сострадание.
«До сих пор не может успокоиться… Удивительно, если ей удалось сдать хоть что-то хотя бы на «Удовлетворительно»…»

После минуты молчания Диппет произнёс более чем безрадостную речь, что вполне соответствовало настроению большинства тех, кому не чуждо сострадание.
На столе появились угощения, и все приступили к еде. Почему-то каждый раз, когда удавалось вкусно покушать, Триша чувствовала себя чуточку лучше. Однако сразу после наступало чувство вины. Она знала, что и сегодня лучше не станет. Когда на столе появился десерт, Триша потянулась за куском ревеневого пирога и меренгами, когда в другом конце зала уловила взгляд Рудольфа Лестрейнджа. Девушка моментально отвела взгляд, почувствовав стеснение. Меренги себе она так и не положила.
«Что это он…»
Триша чувствовала, как запылали щёки. Ну почему, почему от одного этого взгляда она чувствовала себя так?!

Когда все наелись до отвала, золотые тарелки снова стали чистыми. Пора было идти спать. Последняя ночь в стенах замка, а потом домой.
Триша не спешила подняться, ожидая, когда схлынет толпа учеников, чтобы не толкаться. Все вокруг улыбались, обсуждая, чем будут заниматься на каникулах, договаривались приехать в гости друг к другу… Триша почувствовала себя ещё хуже. Скорее бы в спальню и лечь спать. Это невыносимо…
Тут она увидела, как Рудольф протискивался сквозь толпу, но в обратном направлении.
«Неужели ко мне… Да не может быть…»
Но он шёл именно к ней. Парень подошёл к ней и, к ещё большему её удивлению, опустился на скамейку прямо перед ней, да так близко, что она могла разглядеть тёмную каёмку вокруг радужной оболочки его глаз.
Триша боялась даже дышать.
- Привет, - тихо сказал он.
- Привет.
Она не узнала свой голос. Да что это с ней в самом деле…
- Я не задержу тебя надолго, только хочу спросить…
- А… ничего, всё в порядке, я не спешу… - торопливо проговорила она.
Какой же у него мягкий голос. Почему-то сейчас в нём слышалось меньше холода и отстранённости, чем раньше. Возможно, ей это только казалось, но кто знает…
- Лита так поспешно уехала, почему?
Этого и следовало ожидать.
Голос внутри тут же встрял: «А ты чего ждала? Приглашения на летние каникулы в имение Лестрейнджей?! Странно, что он так долго тянул с вопросом…»
Триша разочарованно покачала головой.
- Она и тебе не сказала… - он задумчиво нахмурился и отвёл взгляд.
- И не попрощалась.
Он мельком глянул на Тришу и отстранённо кивнул. Было видно, что его мысли уже далеко.
Парень поднялся на ноги. Триша тоже встала, отметив про себя, какой он высокий.
- Хорошего отдыха, - сказал он с вежливой полуулыбкой, повернулся и, не дожидаясь ответа, ушёл.

На следующее утро Триша вместе со всеми поднялась на платформу, где в дыму Хогвартс-экспресса, который в ярком солнце казался белым, как облака, толпы учеников рассаживались по вагонам. Гомон сотен голосов, мяуканье кошек, уханье сов, грохот чемоданов, привычная суета поглотила её. Триша, уже в предвкушении долгожданной встречи с мамой, прошла через всю платформу, чтобы занять место во втором вагоне. Тут пока было не так много народу, а первый вагон предназначался для старост. Свободное купе нашлось сразу возле входа, в самом начале второго вагона. Усевшись удобнее, Триша откинулась на спинку сиденья и наблюдала в окно, как другие студенты рассаживаются по вагонам, помогая друг другу затаскивать тяжёлые чемоданы.
В купе было тихо и прохладно.
Девушка глубоко вздохнула. Было очень спокойно сидеть одной. Не требовалось следить за выражением лица, напрягаться, как это обычно бывало. В душе всё перемешалось, и поездка в одиночку была удобным поводом всё обдумать.
Раздался свисток. Поезд тихо тронулся и покатил мимо залитой солнцем платформы с ярко-красной табличкой «Станция Хогсмид». Дальше начилались леса. Деревья всё быстрее мелькали мимо окон поезда, оставаясь позади. Мысли девушки унеслись далеко.

Триша очень сильно нервничала перед предстоящей встречей с мамой, так как понимала, что она может быть обижена на Тришу за то, что та умолчала об отцовском секрете – пополнении в его новой семье. И девушка понятия не имела, как искупить вину и, что казалось невозможным, как вернуть утраченное доверие. Она очень надеялась, что мама поймёт её мотивы, почему она решила молчать. Но надеяться, что мама ничего не узнает, было глупо, теперь она отчётливо видела это. Кроме того, она не знала, как чувствует себя папа. А о том, что он может измениться после рождения детей, перемениться в отношении к ней, к Трише, она старалась даже не думать, так как боялась этого больше всего. Она думала о новых детях отца, её сводных братьях, и чувствовала вину. Девушка понимала, что должна любить их, чувствовать с ними родственные узы… Но пока для неё они были словно из другого мира.
«Может, если я их увижу, тогда чувства проснутся…»
Но она внезапно осознала, что если отец не захочет познакомить их, для неё это будет сильным ударом.
Всё это словно отдалило Тришу от родного отца. А ведь они всегда были очень близки. Но всё равно придётся прятать свои истинные чувства, когда она будет говорить с ним летом. Триша и не знала, что хуже: встретиться и понять, что она больше не нужна, или же вовсе не встретиться с ним.
«Какая разница. Оба эти варианта говорят о том, что папе в новой жизни я не буду нужна…»
Девушка ругала себя за такие мысли, которые казались ей детскими и глупыми. Но она знала, что в душе даже очень старых людей всё ещё живёт ребёнок. И она понимала, что в такие минуты говорит именно он.
Кроме всего прочего она понимала, что не сможет рассказать родителям о том, что произошло в школе. Про Миртл и про то, что сделал Том. Что сделала Лита. Размышлять самой – одно дело. Но совсем другое – выслушивать от кого-то критику в адрес подруги.
Почему-то сейчас, думая о Лите как о подруге, само слово «подруга» казалось каким-то чужим и неуместным. Ведь дружба – это дело взаимное. Но и мыслить о предательстве она не могла. Всё, что было в её душе сейчас, это непонимание и растерянность оттого, что она была в шоке, как всё произошедшее вообще стало возможно. А ведь с самого начала Триша подозревала Тома Рэддла в каких-то нехороших делах… Но надо заметить, что он – мастер иллюзии. Ведь последнее время Триша была уверена, что у них с Литой всё хорошо. Она даже думала, что они сблизились, что подруга теперь может сказать ей о себе больше, чем раньше. Но оказалось, что это затишье перед бурей. Нежданной и разрушительной. Она ураганом разрушила крепость, которую они построили вокруг своих взаимоотношений, сделав всё, чтобы оградить их общение от влияния извне. Но теперь было ясно, что этим озабочена была только Триша. Том никуда не делся. И он убил человека в этом году. Если ничего не предпринять, что же будет в следующем…
«За стенами замка Геллерт Гриндевальд устраивает настоящий кошмар, неужели Тому мало всех этих смертей?!»
Девушка понимала, что должна была всё рассказать учителям. Обо всём, что узнала. Точнее, рассказать об этом изначально должна была Лита, но Триша почему-то не думала об этом. Тома должны были исключить. Тут она вообразила, как его исключают. Как она ходит по коридорам замка на занятия, зная, что этой неоднозначной персоны в стенах замка больше нет, что никто больше не встанет между ней и Литой в их общении.
Но как бы это сказалось на Лите… Они оба бы поняли, что Триша выдала их тайну. Лита перестала бы с ней общаться. И Триша была бы спокойнее, но совершенно одна.
Девушка закрыла лицо руками, осознав, что не может разрушить всё, выдав Тома Рэддла.
«Но он должен, ДОЛЖЕН понести наказание за то, что сотворил! А ты, безвольная тряпка, не можешь ничего сделать!»
Однако если Триша сохранит тайту Тома Рэддла ради Литы, будет ли это дружественным поступком? И действительно ли будет предательством, если Триша выдаст Тома и тем самым оградит Литу от его влияния просто потому, что его вышибут из Хогвартса?
Тут раздался стук в дверь. Триша отняла ладони от лица. Дверь скользнула в сторону и в купе вошёл Генри. Он сразу прошёл к окну и плюхнулся на сидение напротив.
- Фух… Еле тебя отыскал! Ты чего тут одна маешься?
- Да я… Думала, не буду мешать.
Проходя мимо вагонов ещё на платформе, Триша видела, как Генри помогал товарищам с чемоданами в самом конце поезда, но почему-то решила пройти мимо незамеченной.
Он что, шёл через весь поезд?
Триша смотрела в его светлое улыбчиво лицо. Внезапно вспомнилось лицо Рудольфуса Лестрейнджа.
«Наверное, сидит сейчас где-то в купе с Рэддлом, не зная, что его друг убийца…»
- Ты чего загрустила? – мягко спросил он.
В этот момент дверь купе снова открылась. Вошёл молодой человек, тоже слизеринец, тот самый, в компании которого Триша чаще всего видела Генри.
- Ты чего здесь… А-а, - он понимающе глянул на Тришу, вошёл и сел рядом с Генри.
- Это Питер, - представил его Генри, - А это…
- Да знаю я… - буркнул Пит. Он раскрыл журнал, который держал в руках, но потом заметил выражение лица Генри и сказал, повернувшись к Трише, - рад знакомству.
По его тону сложно было сказать, что он чему-либо рад, но Триша решила не акцентироваться на этом.
- Да хорош дуться! – со смешком сказал Генри, дружески толкнув Питера в плечо кулаком.
- Отстань, - сердито сказал Пит.
Генри повернулся к Трише и, заговорщически понизив голос, сказал:
- Он обижается, что я нормально готовился к экзаменам, а не…
- Сидел целыми днями ботанировал с… - он бросил сердитый взгляд на Тришу.
- Патриссия, - холодно напомнила девушка.
Пит демонстративно раскрыл журнал и углубился в чтение.
Казалось, Генри ничуть не смутился. Он весело глянул на девушку и сказал:
- Забей. Он дуется, что провалился на Зельях и Трансфигурации… Сказать по правде, если бы не ты, я бы тоже провалился…
- Погоди ещё, вот придут результаты… - снова подал голос Пит.
Глядя на их общение, Триша понемногу пришла в себя. Разговор вёл Генри, и надо сказать, это ему вполне удавалось, и потому к концу поездки Триша порядком развеселилась. Более того, ей удалось обменяться несколькими содержательными фразами с Питером, на что она, по правде сказать, не рассчитывала.

Хогвартс-экспресс наконец остановился около платформы девять и три четверти на вокзале Кингс-Кросс. Путешествие подошло к концу. Они вышли на шумную платформу.
- Ты иди, я догоню… - сказал Генри Питеру. Тот махнул рукой Трише на прощание и побрёл к своим.
Генри повернулся к Трише.
- Спасибо тебе. Ты очень хорошая.
Парень явно смущался, на щеках был румянец. Он был непривычно серьёзен.
- Тебе спасибо. Если бы не ты, я бы и не могла спокойно сидеть в библиотеке… - Триша благодарно улыбнулась.
Он ничего не ответил, только тихо улыбнулся, всё также глядя на неё.
- Можно я тебе напишу? – вдруг сказал он.
Триша ощутила, как сердце забилось где-то около горла. Ответ завис где-то в пространстве, и затянувшаяся пауза заставила Генри ещё больше смутиться.
- Да, конечно! - поспешно опомнилась Триша, - сейчас, минутку…
Она открыла сумку, извлекла оттуда свиток пергамента, перо и чернила и, уложив пергамент на ладонь (Генри держал чернильницу), торопливо написала Генри свой домашний адрес.
- Я буду очень рада! – сказала она, протягивая ему пергамент.
Генри взял его, поднёс к глазам и улыбнулся.
- Ну, тогда…Счастливо отдохнуть, - он так и стоял перед ней.
- И тебе тоже, - ответила с улыбкой Триша. Глаза её блестели.
Генри прошёл мимо Триши и направился в толпу, где уже стояла приличная толпа: судя по всему, Генри со школы встречали всей семьёй.
Триша проводила взглядом Генри.
- Чёрт! – выругалась она. Надо было взять у него адрес, вдруг он потеряет бумажку!
Но Генри уже затерялся в толпе. Оставалось только ждать.
Триша подхватила чемодан и пошла по платформе, ища глазами маму. Почему-то она не сомневалась в том, что этим летом не стоит ждать писем от Литы.

Аватара пользователя
Лита Гриндевальд
Новичок
Сообщения: 93
Зарегистрирован: 09 окт 2019 21:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Лита Гриндевальд » 23 июл 2020 22:55

Лита разбирала вещи, когда наткнулась в своем чемодане на мантию Тома. Она так и не вернула ее. Бронзовый орел в сочетании с зеленой подкладкой теперь выглядел чуть ли не смешно. Трудно представить, что на слизеринской мантии будет что-то кроме змеи. Трудно представить, что слизеринскую мантию будет носить не слизеринец. Лита аккуратно положила ее на комод, где стояли фотографии. На одной из них - она вместе с Тришей у входа в школу, держат в руках аттестаты СОВ. Триша такая счастливая, широко улыбается, а Лита серьезная, почти строгая, и все же ее глаза блестят.
… Рядом лежит мантия Тома.
Лита протягивает руку, но не знает, что ей убрать первым. Мантии место в шкафу, но… Триша. После всего, что случилось, можно забыть о дружбе с ней. А ведь она никому не рассказала, не выдала Тома ради нее. Лита осела на пол и зарыдала в голос. Она обняла колени руками, чтобы ощутить хоть какую-то опору. Груз вины навалился на плечи неожиданно резко, сдерживаться больше не было сил. Никогда еще она не плакала так сильно.
- Что случилось, дорогая?
Сэрра стояла у входа в комнату дочери, очевидно, растерявшись от ее поведения.
Лита спрятала лицо. Но как только она пыталась подавить рыдания, они вырывались сиплым стоном, причиняя физическую боль в груди.
- Прости, - кое-как выдавила Лита, хотя ее слова трудно было разобрать. – Прости. Я просто устала.
- Моя дочь не плачет от усталости.
Сэрра села рядом, и Лите вдруг захотелось обнять ее. Обнять по-настоящему крепко.
- Моя дочь не может быть слабой, - ее голос звучал жестко и уверенно.
И Лита поняла, что если не прекратит, то разочарует еще одного человека. Девушка поспешно стерла следы истерики с лица и выпрямилась. На кончике ее носа проступила фиолетовая сетка, но глаза на удивление быстро вернули прежнюю осознанность.
- А теперь рассказывай.

Они пересели на кровать. Несколько раз у Литы возникало желание послать свое достоинство к черту и снова разрыдаться как маленький ребенок. Если мама так уверена, что она сильный человек, то, может, она и вовсе свою дочь не знает? Как ее не знает и Триша. Не зналА.
- Я к совести в долги залезла, - тихо ответила Лита.
- Ради чего?
- Не знаю, - Лита опустила глаза на свои сцепленные пальцы. – В этом-то вся проблема. Я не знаю, ради чего.
Лита понимала, что какие бы правильные слова она не подобрала, все равно не сможет объяснить всего. Ее мама любит конкретику, а не сбивчивые оправдания. Сэрра не верила, что человек может просто запутаться. Она всегда считала это жалкой отговоркой. Однако, ответ Литы ее не удивил.
- Когда я впервые увидела Геллерта, я поняла, что с ним будет непросто. Несдержанный. Эгоистичный. Жестокий. Он был из тех людей, которые страдают от себя самих, при этом заставляя страдать окружающих.
Лита не знала, как ей реагировать. Сэрра никогда не откровенничала о Гриндевальде. Это было так странно, что внутри невольно зародилась тревога.
- Принимая все это, я каждый день изменяла своим собственным принципам. Но беспокоилась не об этом. Лита, - Сэрра заглянула в глаза дочери. – Тебе больно от того, что ты сделала что-то плохое, или от того, что сделала, но не раскаиваешься?
- О чем ты говоришь?
- Если бы был шанс все изменить, ты бы поступила точно также?
Молчание. Но они обе знали, каков ответ.
- Я тяжело переживала тот факт, что не сожалею о твоем отце. Я была рядом с ним и ненавидела себя за это.
- Но ты ведь хотела ему помочь?
- Нет. Я никогда не вмешивалась в его дела. Это меня не касалось.
- Почему?
- Потому что я слишком себя уважаю.
Лита кивнула. Она уже окончательно успокоилась, словно во время этого разговора выдержка Сэрры каким-то образом передалась ей.
- И как ты справилась с тем, что не чувствуешь вину из-за него?
- Очень просто, - Сэрра встала с кровати. – Я оставила твоего отца.

Мисс Ланкастер подошла к комоду, заметив, что на нем лежит чужая мантия, а фото с подругой дочери опрокинуто вниз.
- Слизеринская мантия? – ее брови удивленно поползли вверх.
- А, да. Триша прожгла мою зельем.
- Рудольф одолжил?
- Том.
- Он не обрадуется, что ты пришила на нее знак своего факультета.
- Я перешью потом. Хотя вряд ли он примет ее назад. Тот факт, что на ней был орел, ему уже неприятен. Он не выносит Рейвенкло.
- Потому что ты учишься там?
- Нет. Просто зубрилки-моралисты его раздражают.
Неожиданно возникшее молчание заставило Литу повернуть голову к маме. Сэрра смотрела на нее с легким прищуром.
- Я имела ввиду, что ты не там, где он хотел бы.
Лита хмыкнула, возвращаясь к своему занятию по раскладыванию чемодана.
- Том вообще ничего не хочет. И абсолютно безучастен ко всему, что вокруг происходит.
Сэрра кивнула на мантию, недоверчиво усмехнувшись.
- Разве?
Лита устало выдохнула. И заговорила только тогда, когда убедилась, что она сохранит хладнокровие и ее голос не дрогнет.
- Он поцеловал меня.
Сэрра ничем не выдала своего удивления. Она хотела что-то спросить, но Лита поспешно перебила ее.
- Я бы не хотела говорить об этом.
- Тогда почему рассказала мне?
- Потому что кроме тебя у меня никого нет.

Сэрра помогла разобрать дочери вещи. Она расспросила ее об экзаменах, сообщила о том, что готова к переезду, но только в конце августа. Необходимо было продать дом и уволиться с работы. Литу это решение порадовало. Быть может, ей даже не нужно возвращаться в Хогвартс. Будут жить вдвоем далеко от всех. Ведь им так хорошо вместе.
Когда Сэрра собралась уходить, Лита окликнула ее.
- Почему ты была с папой, если понимала, что он за человек?
Сэрра обернулась, задержав пальцы на ручке двери.
- Я не знаю.

Аватара пользователя
Патриссия Миджен
Новичок
Сообщения: 91
Зарегистрирован: 10 окт 2019 00:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Патриссия Миджен » 27 июл 2020 03:23

- Дом семьи Миджен...
- Привет, пап!
- Триша, солнышко, здравствуй!
Уже прошло две недели каникул, прежде чем Триша наконец собралась с силами и позвонила отцу. Она была более чем сбита с толку тем, что папа, зная, что она приехала на каникулы, не позвонил сам, ведь каждый год традиционно по окончании учебного года в ближайший выходной он водил её в кафе мороженое. Раньше это было семейной традицией, но теперь Пэгги забирала Тришу с вокзала и устраивала в тот же вечер праздничный ужин по случаю приезда дочери, и потому после развода традиционный поход в кафе стал прерогативой Паркера Миджена.
Создавалось впечатление, что он сильно нервничает, хоть и рад слышать дочь:
- Ну что, кто же на этот раз взял Кубок Школы?
Триша спустя паузу ответила:
- Слизерин. Мы опять вторые, пап, - голосом она старалась не показать своего истинного настроения, но, разумеется, было ясно, как Триша воспринимает дополнительные баллы, полученные Рэддлом за заслуги перед школой вместе с памятной табличкой...
- Не бери в голову, в следующий раз у тебя будет шанс отыграться! Но если вдруг не получится, ты не отчаивайся, это ведь всего-навсего цифры... - Паркер Миджен как-то нервно хохотнул, а затем закашлялся.
Трише не терпелось задать главный вопрос, и потому она сама сменила тему:
- Расскажи скорее, как там детки? - торопливо спросила она.
- Мальчики в порядке. Марион пришлось не просто, но всё прошло хорошо. До сих пор привыкаем, - он снова усмехнулся, но как-то безрадостно.
- А когда можно будет их увидеть? - спросила Триша.
В телефонной трубке повисла пауза.
- Ох, дорогая, видишь ли, сейчас не самое удачное время... - начал отец.
- Я понимаю, они ещё маленькие, но я думала...
- Дело... не в этом. Триш, пока лучше с этим подождать. Как только ситуация... переменится к лучшему, я сразу дам тебе знать, обещаю.
В этот момент в трубке послышался шум и грозный женский голос, а следом плач ребёнка. Паркер торопливо сказал:
- Дорогая, надо бежать. Созвонимся позже, идёт? Люблю тебя... - и он повесил трубку.
Триша в шоке сжимала телефонную трубку, всё ещё зачем-то слушая короткие гудки.

Они так и не встретились за лето. Триша не знала, что и думать. Тёплыми летними вечерами, сидя у окна и глядя на проходящих мимо людей, она силилась осмыслить всё, что происходит. Но сознание каждый раз упрямо отказывалось ухватить всю картинку целиком.
Должно быть, у папы не всё хорошо с его новой женой. Вообще Триша не была уверена, расписаны ли они, потому что отец ни разу не упоминал свадьбу, но не в этом дело. Как вышло, что отец, её любимый папочка, который всегда был рядом, в этом году отчего-то вдруг не захотел повидаться? Они так славно погуляли на рождественских каникулах, всё было так хорошо... Что же теперь случилось? Триша даже ходила к дому, где живёт отец с новой семьёй, но каждый раз в последний момент теряла решимость. Вдруг из-за её прихода папа снова поссорится с Марион? И так хотелось повидать братиков... Она чувствовала, что ей это нужно, всё-таки они - одна семья. Девушка старалась убедить себя в том, что не только она одна так считает. Но от этого становилось ещё больнее. Только однажды, стоя у дома отца, она услышала детский плач. До того сложно было осознать, что вот этот голосок принадлежит родному по крови человеку.

Но это было не единственное событие за лето. Триша не раз возвращалась к мысли, что такого ужасного лета у неё ещё не было. Письмо от Генри, которого она с таким нетерпением ждала, так и не пришло. С самого начала Триша дала себе обещание не ждать от него писем, чтобы в случае чего не разочароваться снова. Но всё равно каждый раз, проходя мимо окна, она не могла не грустить, не видя на подоконнике сову с письмом от доброго друга.
Не смотря на то, что они с Генри общались всего ничего, ей казалось, будто в нём есть что-то родное, будто частичка счастливого детства, солнца, тепла. И всё, что он делал, теперь казалось таким правильным и надёжным. Но письма всё не было. Девушка решила, что он или постеснялся её беспокоить, опасаясь создать двусмысленную ситуацию между ними, или же просто потерял листок. Странное дело: она так сильно нервничала в его присутствии, но теперь, когда она задавала себе вопрос, может ли нравиться Генри как девушка, она не чувствовала толком ничего. И её совершенно деморализовало то, что даже малейшая мысль о Рудольфе заставляет сердце болезненно сжиматься, а ладони холодеть.
"Как он тогда подошёл, как сел со мной рядом... Ведь мог же он просто подойти в коридоре, а не садиться почти вплотную. Может, и правда я..."
Но дальше сознание не пускало. Она не хотела думать, что может понравиться такому, как он. Он прилежен, аккуратен, галантен, заботлив, красив... А она? Триша никогда не считала себя красивой. Да, училась она хорошо, что в очередной раз подтвердили результаты годовых экзаменов ("Выше Ожидаемого" по Уходу за Волшебными существами и Прорицанию, остальные "Превосходно"). Но она понимала, что этого не может быть достаточно, чтобы привлечь его внимание.
"Мама всегда говорила: стремись к тем, кто будет мотивировать тебя двигаться вперёд. Не позволяй другим тормозить тебя в достижении цели. И она права."
В этом была одна из причин тому, что под конец каникул надежда Триши была жива.
"Если бы я и правда нужна была Генри, он бы написал."
Обидно. Зачем просить адрес, если он не нужен.
Вместе с обидой на Генри снова накатило одиночество. От Литы не было вестей, и Триша сама не стремилась идти на контакт. Теперь, по прошествии времени, девушка пришла к выводу, что их дружбе пришёл конец. Сколько ночей она плакала, уткнувшись в подушку... Да, Лите не просто, но если бы Триша была нужна, Лита бы написала. Хотя бы пару строк "как дела", но написала бы. Но нет письма и от неё. Каждый раз, когда перед мысленным взором вставало холодное лицо подруги, Триша понимала, что уже не сможет, как ни в чём не бывало, общаться с ней. Потому что теперь она знает, что в любой момент может произойти что угодно. И После этого самого "чего угодно" Лита сможет повести себя вот так: взвалить на неё страшную правду и требовать молчания, тем самым фактически делая её соучастницей убийства. С этим Триша не могла смириться. Мысль о соучастии пришла как-то случайно, когда Пэгги читала на ночь детектив, а Триша бросила взгляд на книгу и выцепила оттуда вот это слово. Соучастие. Она была раздавлена настолько, что несколько последующих дней её рвало, она отказывалась от еды и выглядела так плохо, что Пэгги вызвала на дом врача, думая, что дочь отравилась. Придя в себя спустя пару недель, Триша пришла к выводу, что просто необходимо было рассказать учителям обо всём сразу же, как только она узнала правду. Но ведь Лита была не виновата ни в чём! Этот дурак Рэддл мозги ей запудрил, что она стала такой - она сама не ведала, что говорила там, на Астрономической башне! Осталось только решить, как донести на Рэддла так, чтобы Литу за соучастие не намотало на маховик репрессий. К кому с этим подойти? Шли недели, а волшебное решение так и не приходило. Оставалось надеяться, что удастся решить эту головоломку до конца каникул.

Одна единственная отрада всё-таки была. Пэгги нисколько не сердилась на Тришу за то, что она не рассказала ей о том, что у отца должны родиться ещё дети. Может, она и сердилась, но виду совершенно не показывала. Однако работала в эти каникулы Пэгги раза в четыре активнее, чем обычно, из-за чего Триша подолгу была дома одна. Чтобы не сойти с ума, в тысячный раз прокручивая в мыслях обиду на Генри за неоправданные ожидания или ужас от мысли о Рэддле и от того, что он сотворил, Триша ещё до прибытия письма из школы выяснила список литературы на будущий год и после визита в Косой переулок засела за выполнение домашней работы и изучение нового материала.
"Подожди ещё, Том... Твои липовые достижения привели твой факультет к победе в этом году. Но будь уверен, в следующем году Кубок Школы будет у Рэйвенкло. А ты понесёшь заслуженное наказание, даже не сомневайся. Это будет тебе за Миртл, за Литу и за каждое грубое слово, что ты мне сказал."

Аватара пользователя
Лита Гриндевальд
Новичок
Сообщения: 93
Зарегистрирован: 09 окт 2019 21:08
Пол: женский

Re: Часть души [фанфик]

Сообщение Лита Гриндевальд » 29 июл 2020 22:55

Было в этом запахе что-то до ужаса раздражающее. Стоило только войти в эти двери, как нос закладывало от сырости, дешевого мыла и плесневелой овсянки. Седьмая ступенька деревянной лестницы все так же скрипит, а на перилах ни единой пылинки, - нелепая иллюзия чистоты.
Том поднялся в свою комнату и запер дверь. Пока он шел через двор, его сверлили взглядом Стаббс и Уолли, но подойти не решались. Вот уже два года как они прекратили задирать его. Может быть, взросление взяло свое, а, может, облик Реддла вызывал в них инстинктивное опасение. Эта его загадочная школа, да и вообще… Том сильно изменился. Больше не озлобленный мальчишка-одиночка, который скалился как зверек каждый раз, когда Стабб и Уолли его окружали. Теперь этот одиночка был уверен в себе и абсолютно хладнодушен.
В комнату постучали. Том наспех застегнул рубашку, которую уже собирался переодеть. За дверью стояла девушка лет шестнадцати, тоненького телосложения, с испуганными зелеными глазами.
- Привет, Эли, - поздоровался Том.
- Привет.
Она стиснула руки, переминаясь с ноги на ногу. На ней было приютское темно-серое платье и белый фартук. Видимо, она помогала на кухне. Светлые жидкие волосы были собраны в свободный хвост. Она то поднимала глаза на Тома, то поспешно отводила их.
- Грейс сказала, что видела, как ты приехал. Пойдешь обедать? – она говорила сбивчиво.
- Я не голоден.
Том как-будто не замечал ее смущения. Эли всегда была зажатой и стеснительной. В этом она не изменилась. А в остальном да. Из затюканной неряшливой девочки она превратилась в довольно миловидную девушку. Веснушки ее больше не портили, а когда-то выпученные глаза приобрели свою выразительность.
- Миссис Коул уехала до позднего вечера, поэтому, если ты волнуешься о…, - спешно начала Эли, но Том покачал головой.
- Я правда не хочу есть.
Ему хотелось скорее остаться в одиночестве. Только бы эта девчонка не начала расспрашивать его про школу. А ведь когда-то они играли вместе. Странно, как он вообще мог общаться с магглом? Но она одна из них всех была добра к нему. Не считая покойную мисс Дане.
- Ладно, тогда я пойду, - Эли все же осмелилась заглянуть в глаза Тому. – Рада, что ты приехал.

Вечером Том отправился гулять по Лондону. Этой привычке он никогда не изменял. Маленьким мальчиком Том мог бродить по закоулкам города до поздней ночи, только бы не возвращаться в ненавистные стены приюта. Он открывал для себя новые места, улицы, магазины, в которых все равно не мог ничего купить, а потому просто заглядывал за витрины. Больше всего ему нравилось смотреть на антикварную лавку мистера Беккера. Хозяин даже как-то пригласил войти Тома внутрь. Мальчик был в полном восторге, слушая рассказы мистера Беккера о происхождении всех этих редких вещей. Мистер Беккер даже как-то разрешил ему поиграть с деревянными фигурками воинов разных народов мира. Том так боялся их испортить, к тому же, было невероятно приятно касаться чего-то поистине ценного, что играл очень осторожно, чем заработал уважение старьевщика и тарелку мясного бульона.
Когда магазин закрывался, Том спускался к реке и бросал в воду камушки. На берегу было довольно грязно, но там он оставался незаметным для всех. И это было единственное место, где Том мог побыть в одиночестве.

Сегодня он целенаправленно вошел в антикварный магазин. Старик Беккер все также стоял за прилавком. С годами зрение стало подводить его, и он не сразу узнал в этом высоком представительном юноше знакомого беспризорника.
- Добрый вечер, мистер Беккер, - тихо поздоровался Том.
- Господи! - старьевщик вышел из за прилавка и засеменил к юноше. – Как ты вырос! Теперь это мне приходится смотреть на тебя снизу-вверх.
Том сдержанно улыбнулся.
- Но у меня по-прежнему нет денег, чтобы что-то купить.
Беккер расхохотался и жестом пригласил Тома присесть.
- Ты не заходил ко мне с 39 года!
- Я переехал.
- Тебя усыновили?
- Нет. Я поступил в школу-пансионат. Они закрываются только на лето, и мне приходится возвращаться в приют.
- А что ты изучаешь?
- Историю. И языки.
- То то я смотрю, манера держаться благородная. Ты всегда хорошо соображал. Я знал, что из тебя будет толк. Но где мое гостеприимство? – Беккер хлопнул себя по коленям. – Давай выпьем чаю, а потом, если захочешь, я покажу тебе коллекцию кинжалов, которую мне недавно привезли из Тибета.
В глазах Тома проскользнул интерес, который он ловко скрыл за вежливым кивком головы.
- С удовольствием.

В приют он вернулся после полуночи. Как бы он хотел заснуть, а затем проснуться сразу в конце лета. Но завтра нужно встать пораньше, чтобы также незаметно от миссис Коул выскользнуть в город. Он пойдет в Косой переулок. Эта связь с магией ему необходима как воздух. Стоит до зимних каникул поднакопить деньжат, и тогда он сможет провести их в Дырявом котле. Том перевернулся на бок. Кровать под ним скрипнула. Все такая же проваленная и тесная. Том стянул матрас, подушку и устроился на полу. Ему понадобится время, чтобы снова отвыкнуть от комфорта слизеринской гостиной. Рудольф как то жаловался, что кровати в комнатах неудобные, рассказывал, что дома у него кровать занимает пол спальни, а спальня – пол этажа. Лестрейндж несколько раз звал в гости, но Том всегда отвечал вежливым отказом. Он не хотел находиться в кругу новых людей, отвечать на их вопросы, да и вообще Рудольф бы ему за целое лето надоел. Перспектива быть частью чей-то семьи, пусть и на время, вызывала у Тома тревогу и желание держаться подальше от того, кто навязывает ему такое близкое общение.
Лита никогда его не приглашала. Он знал, что она живет с мамой. И что ее мама очень строгая. Но Лита и правда любила ее, хоть никогда этого не демонстрировала. Интересно, каково это… Любить человека, который подарил тебе жизнь.
Том закрыл глаза. Он должен заставить себя спать.
Может быть, она не возненавидит его, но глупо полагать, что они смогут разговаривать как прежде. Когда она нарушает свои же принципы, она становится такой живой и понятной, но потом зачем-то закрывается и смотрит чужими глазами. Отдаляется, сбегает, разрывает и без того хрупкие нити доверия, что их связывали. И Том ненавидит ее за это. Пусть ее грязнокровая подружка уверена в том, что это он плохо влияет на Литу, но в действительности все наоборот. Гриндевальд мешает ему. Влезает в мысли, истребляет сон. Обрывает его амбиции, отвлекая от них. Эти чертовы синие глаза заставляют являть его истинное лицо. Как бездумно он сорвался там, на Астрономической башне! Эта девчонка вытряхивает из него остатки души, и он не понимает, почему позволяет ей это делать. То, что она просто уехала, оказалось прекрасным завершением их сотрудничества. Конечно, ей хотелось оказаться как можно дальше от него! Он – всего лишь ходячее напоминание о ее подлом поступке. И она предпочтет забыть Его, чтобы загладить свою вину перед совестью. Честолюбивая, тщеславная девчонка! Может, было бы лучше избавиться от нее тогда? У него могли бы возникнуть проблемы, да. Но, по крайней мере, сейчас он бы смог спокойно уснуть.
Конец первой части

Ответить

Вернуться в «Форум приватных топиков»